На комментарий о похожести Лариса лишь отсалютовала бокалом и сделала глоточек вина. Если бы они не были похожи, вряд ли бы они сейчас сидели здесь, имея в планах найти какую-то суперкрутую ерунду, спертую идиотом-наркоманом. — Да уж, когда не знаешь, чем занять себя на Рождество, займись работой, — делает она вывод из их беседы. — Но знаешь, в свете твоих слов и работы фраза "отправиться на покой" заиграла новыми красками. — Она улыбается, но без особого веселья. Не столько шутка, сколько констатация факта.[читать дальше]
саунд от Андрея:
Soen - Antagonist
#reallife #эпизоды #NC-21 #Лондон

The Capital of Great Britain

Объявление

Новогодний забег
набор

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » I pick my poison and it's you


I pick my poison and it's you

Сообщений 1 страница 3 из 3

1


I pick my poison and it's you.
"And I try to stop
But I keep on coming back for more"

https://i.imgur.com/WxUhWaql.jpg

Donatos Zervas & Simon Q. Gallagher
Лондон. Осень 2017-го.

Работать вместе под прикрытием - сплошное наказание.
Или нет?

Отредактировано Donatos Zervas (5 Ноя 2020 09:50:25)

+2

2

Нетвердой рукой Зерв едва не промахивается мимо мостика оправы очков раз в четвертый за последнюю пару минут потянувшись поправить сползший по взмокшему носу аксессуар. Ему отчаянно душно в стремительно заполняющемся помещении бара, даже глубокие вдохи словно идут вхолостую, не принося никакого ожидаемого облегчения.
- Я на минуту, - хрипловато бросает он мешающему коктейль Райкеру, получает кивок и поспешно скрывается в тесноте служебного туалета, где дышать, вопреки размерам комнатушки, становится несоизмеримо легче. Легче, когда перед глазами не маячит этот… павлин чертов.       
Очки аккуратно приземляет на раковину, умывается тщательно прохладной водой, шею растирает влажной ладонью, пытаясь взбодриться, пытаясь переключиться. Зерв вытирается после бумажными полотенцами перед зеркалом, взгляда укоризненного от себя не отрывая. Сука, он же профи. Не первый раз на задании, не первый раз гребанный Галлахер рядом вертится, изводя его нервную систему. Сейчас-то в чем проблема? Они за эту пару часов едва ли многими фразами перебросились и практически всеми по делу. Или… В этом и проблема? Зерв мотает головой, словно вытряхнуть пытается внезапную мимолетную идиотскую мысль. Нет у него никаких проблем, кроме, очевидно, резко сказавшейся усталости, но он сейчас возьмет себя в руки, как в сотню раз до этого, когда отыскивал внутренние ресурсы для новых рывков, когда, казалось, батарейки уже издохли. А то, что Галлахер - одно сплошное репутационное пятно на его любимом департаменте, и, как назло, даже не по части рабочего процесса, уже совсем другой разговор.
Бумага летит в мусорку, Зерв проходится по отражению критическим взглядом. Поправляет рубашку, одергивает синюю с бело-золотистой окантовкой жилетку, на льва под левой ключицей бросает столько укоризны, словно это он виноват в минутной слабости. Последним жестом очки протирает, водружая на место и вновь жалея, что не взял линзы. За почти год ношения привык и к тому, и к другому, стараясь не думать, как через несколько лет наверняка понадобится корректирующая операция, покуда он хочет остаться в полиции, и что попытки удержать скатывающееся зрение пошли прахом окончательно, стоило принять новый пост с еще большей нагрузкой по части возни с документацией. А вот про Галлахера не думает совершенно. Целую минуту, пока возвращается обратно, вновь принимая временный пост за барной стойкой.
Какого, господи, черта, он вообще такой дотошный и ответственный, что самостоятельно взялся за это задание? Мог ведь поручить Кросби, который, вопреки фамилии, в футболе разбирался ничуть не хуже его самого. Вот с кем в офисе всегда можно было приятно перетереть хоть за удачность состава в последнем матче, хоть за состав нового стирального порошка в ближайшем к Ярду супермаркете. Не то что… с некоторыми.
С некоторыми вертлявыми личностями, доводящими окружающих до слепоты белозубой улыбкой. Отвратительно. Ему кажется или Галлахер умудряется клеить того мрачного типа с угрожающе нахмуренными бровями? Ужасно. Не хватало еще, чтоб новоиспеченной Мисс Скотланд-Ярд 2017 тут лицо попортили. Личико-то красивое. Ну, как говорят, Зервасу-то параллельно.
- Пол, - окликает он Галлахера фальшивым именем, которое дал ему сам. Кажется, тому не понравилось. Кажется, Зервас сразу дал понять, что ему его мнение по этому поводу неинтересно.
Зервас окликает еще раз, безрезультатно, и более двух раз он повторять не любит. А Галлахер либо делает вид, либо действительно его не слышит. Зерв просверливает дыру в такой же, как у него, но черной с золотым, стилизованной под третью представленную в новом сезоне форму Миллуолла, жилетке, приближается как раз тогда, когда неожиданно расплывшийся в улыбке громила отходит к своим приятелям.
- Мэри, - едва ли не цедит сквозь зубы Зервас, тянется через стойку и выхватывает Галлахера за локоть, вынуждая развернуться к себе. Иногда, когда Галлахер его особенно бесил, он начинал называть его рандомными женскими именами. И, будь он проклят, но он был почти уверен, что тому даже нравилось.
Он склоняется сам и тянет того к себе еще ближе, крепче стискивая пальцы, потому что компания в углу как раз громко затянула одну из фанатских песен, и только поэтому.
- Я надеюсь, что ты помнишь о работе, - с особенным нажимом произносит последние слова, ведь они оба знают, что не о работе официантом речь. - А не только виснешь на местных самцах, не в силах устоять перед их тестостероном? Отнеси те два пива за восьмой столик и, бога ради, не заставляй меня жалеть о своем выборе.
По правде говоря, он уже почти начал. Останавливало лишь напоминание о том, что Галлахер, как ни странно, совсем не такой придурок, каким зачастую кажется. И к людям подход умеет находить ювелирно быстро и точно. Идеальный, на самом деле, выбор. Но какой же бесючий до ужаса.   
Но, с Галлахером или без, он в любом случае из-под земли достанет засранца, от чьей руки погиб парнишка, такой же, как и буквально все здесь присутствующие, фанат Миллуолла. Все намекали на то, что вина лежит на ком-то из заклятых врагов, из Вест Хэма, но Зерв нутром чуял, что что-то здесь не так и все несколько сложней простого преступления на почве межклубной ненависти околофутбольных группировок. И повариться вот здесь, в сердце Миллуолла, будет полезно, он уверен. Лишь бы не прощелкать нужных людей. Поэтому им обоим стоит сосредоточиться.

+2

3

Саймон мог собой гордиться. Вообще-то, гордился, но вслух это не произносил. Хвастаться было особо не перед кем, зато было чем. Выбесить их дорого стоика не каждому дано. А он, Саймон, кажется. одарен этим талантом от природы. Да что уж там, само его существование, заложенное в системе мироздания, действует начальству на нервы. Саймон правда был не уверен, почему, но каждый раз изрядно веселился. Давайте честны: когда на тебя столь ярко реагируют - этим нельзя не пользоваться, этим невозможно не наслаждаться, не получается обойтись без собственной зависимости.
Правда, не всегда это повешенное пассивно(активно)агрессивное внимание было локализовано участком. И Саймон даже не пытаясь развести Донатоса на реакцию - тот сам с этим прекрасно справлялся. И еще как. Хотелось показательно облизнуться, а может даже лизнуть их Дона, но Саймон опасался, что и собравшаяся публика не поймет, а ему тут еще работать, и у начальства котелок совсем потечет, и так выглядел тот не важно. И им обоим еще тут работать. К тому же Саймон честно признавал, что без самоназначенного напарника, разбирающегося в футболе, он тут просто потеряется и полученная информация будет максимально бесполезной. Саймон благополучно запутается во всем, в чем только можно и провалится еще на подлете, не получится даже подойти к нужным людям и отличить их от других. Потому что его знания о футболе начинались с того, что там пинали по газону мячик ровно двадцать два накачанных мужика, и заканчивались тем, что в следующем году вся планета рванет в Россию. При том зачем ему последний факт он и сам не знал, но предполагал, что благодарить за это нужно собравшиеся вокруг люди. В целом, за прошедшие часы работы разносчиком, Саймон о футболе узнал больше, чем из Википедии за прошедшие в подготовке к операции пару дней. А Саймон профи, он не мелочится одной лицевой статьей, он многое прочитал, включая опорные источники и десять страниц гугла.
Но всего этого было не достаточно для того, чтобы чувствовать себя рыбой среди фанатов. Ну только если той, которую они с удовольствием к пиву заказывают и на которую у Саймона скоро разовьется пищевое отравление. Просто от вида и запаха. Фу.
В общем-то, той самой рыбой, но еще не доделанной, себя ощущать и получалось. Саймон вроде и нравился окружающим, это не сложно организовать, имея широкую улыбку и руки, не проливающие ни клочка пены на подставку, но все же как-то отдаленно. Они присматривались, примеривались. Завсегдатаи и вовсе близко не подпускали, предпочитая морозиться. Точно Саймона натерли солью и за хвост подвесили на нитке на улице, сушиться и вялиться под йодированный морской ветер, дождь и все прелести природы. И посмотрим, что из этого выйдет.
Выходил взмокший и пропахший далеко не AXE тридцатипятилетний вообще-то уже уставший мужик. Таскать пиво - это вам не пить его. Саймон уже успел и подзабыть - каково это, проводить весь день на ногах, крутиться и вертеться, улыбаться до сведенных скул и ненавидеть поднос до скованных плеч. А ведь людей становилось только больше. И нужно было еще нравиться, смеяться, шутить, здороваться, уворачиваться от хлопков по спине, объятий, песен и слюны. Не кривиться от запахов тел и их вида, помнить лица, которые ему нужны, знать, что их еще нет. И держаться, держаться, когда на голову очередного фанатичного любителя мужиков и мяча хочется вылить это сраное пиво, да еще и бокалом сверху приложить. А потом в полнейшей тишине, которая обязательно наступит, жахнуть подносом по полу и под его грохот, гордо подняв голову, выйти на улицу. Вот прям так, мокрым, без вещей, в форме. Пахнущим и до глубины всей тонкой организации всего внутреннего мира - возмущенным и отмщенным.
А потом отхватить от того самого начальства, которое еще и подкидывало петарды в глухое презрение к большинству собравшихся. Не мог Саймон быть привычно легким. Хотелось не парить, а грузно топать берцами по лицам.
И начать с этого - того самого, в очках, с сединой в бороде и волосах, с пульсирующей веной и ходящими желваками. Потому что - ну что опять то!
Ах да, Саймон же может собой гордиться - одно его существование и факт того, что он вообще дышит, портят невозмутимому Донатосу Зервасу статистику, настроение, жизнь, характер, целевые установки, кефир окисляют, пот особого аромата выделяют и шкалу частоты пульса в фитнес-приложении завышают. У такого педанта этого приложения просто не может не быть.
Но раз его Дон Донни хочет внимания, то почему бы и нет. Саймон вот тоже много чего хочет, но не получает. Пусть хоть один из них будет счастлив. И успокоится наконец-то.
- Что ты, Джон, - тянет с улыбкой Мэри, чувствуя себя точно как героиня всеми от тринадцати до бесконечности любимого сериала про самого копируемого сыщика в мире. Не хватало только груди, вся в рост ушла, да краска смылась, дада. И Мэри мило прислоняется к стойке, будто сам захотел, а не его притянули, склоняется к Джону, дышит в лицо, секретничает, уже не задумывается о том, что подумают все вокруг, потому что объяснять ему же, а уж он любую чушь придумает и скормит вместе с фу-рыбой, скользкими гренками, вялыми кольцами и не пролитой пеной, - самый завидный жених уже мой, так что не ревнуй и придержи борзых, лисиц еще нет.
И Саймон отталкивается от барной стойки, подхватывает два пива на поднос и плывет сквозь столики и влажный воздух к обозначенному восьмому. Скользит взглядом, пытается настроиться обратно на толпу, услышать все, что говорят, разобрать слова, вычленить маркеры, пока забирает пустые бокалы и ставит на подставки новые, улыбается и спрашивает счет игры, которую собравшиеся смотрят прямо с чьего-то телефона.
И пока скользит по залу в сторону кухни, обмениваясь взглядами со вторым официантом, отвечает на вопросы собравшихся и скрывается от особо эмоциональных выпадов, слышит снова хлопнувшую дверь. Оборачивается. Замах, крючок, грузило, подсекай. Их клиенты.
Вообще они здесь корячатся не просто так. С чего бы высшему свету Скотланд-Ярда, хорошо, одного из отделов, работать в самом обычном фанатском баре? Конечно их не уволили с полиции, Саймон бы тогда не подносы разносил, а вернулся бы на элитную панель носить брендовые шмотки да стоял бы без них уже под вспышками фотокамер, принял бы предложение о длительном эфире и нашел бы чем заняться, но точно не стал бы снова таскать пиво. И не в компании Донни. Тот был прекрасен, но не настолько Саймон его любил.
Так что Саймон и Донни были на задании, что очевидно. Раскрывали с одной стороны банальное убийство, а с другой - найди еще среди всех этих безумцев нужного. Саймон вообще не любил дела с фанатами и фанатиками разного рода, но труп есть - дело тоже. Нужно значит нужно.
А лучше него перевоплощаться и чувствовать людей не умели даже немногие в их отделе женщины. Что за странные создания, зачем им их великолепный мозг и инстинкт, если они им пользоваться не умеют, а все что могли, отбило обучение. В целом, никогда не знаешь, где пригодится актерское прошлое, пусть и думать об этом чертовски странно.
Примерно так же странно, как и то, что эти люди не узнают Саймона. Да он почти в каждой сводке новостей лицом светит. Или эти люди настолько оторваны от мира, что кроме футбола ни о чем не знают? Святые глупцы, как им хорошо в своем пространственном кармане.
И оставалось надеяться, что зашедшие были столь же погружены в спорт, как и все ранее встреченные. Потому что те были друзьями погибшего. И Саймон не собирался проводить тут допрос, он поговорить хотел, мягко и ненавязчиво. Выведать, а не вытянуть. Для этого нужно было снова и снова вспоминать, что он милашка. И неприметен. И ненавязчив. В целом, быть типичным.
А пока - отнести грязную посуду на кухню. Отдать в руки дежурному, протереть поднос и уйти к стойке. Получить новый заказ с выдачи и дальше по кругу, крутиться и работать, поглядывая краем глаза на новоприбывших. Те уместились под стенкой за большим столом, переговаривались и пока не спешили с заказом. Толи ждали пока подойдет официант, толи кого-то просто ждали, толи решали кто пойдет к барной стойке. Кто знает, что в головах этих людей. Они только недавно друга потеряли.
И как хорошо, что разговаривали с ними не детективы, а констебли. И не знают они Саймона в лицо, по крайне мере не видели буквально пару дней назад.
- Добрый вечер и добро пожаловать в "ИМЯ БАРА". Меня зовут Пол и сегодня я ваш помощник в доставке отменного пенного от бара до стола. - привычно зачирикал Саймон, уже даже не морщась, а отработано выдавая заученный и набитый на десятке лиц до этого текст. Много слов, но людям нравится внимание, даже если они типа брутальные фанаты какого-то там клуба, в цвета которого работники сегодня одеты. Саймон, кстати, дизайн не оценил, но ему было все равно, пока бегать удобно. - Вы готовы сделать заказ или мне подойти позже?
На него, конечно, обратили внимания. Саймон был слишком слишком для такого заведения. Будто уставший планктон попал не в бар средней руки, пристанище фриков о мяче, а в не самый плохой ресторан. Где официантов отбирают по белизне улыбки и количеству зубов, которых в ней видно. У Саймона было видно 24, он считал, потому что однажды так и получал работу.
Внимание обратили, сконцентрировали и выдали набившее оскомину за сегодня:
- А где Панси?
Улыбка приклеилась, Саймон внутренне вздохнул и выдал очередную чушь, придуманную вот прямо сейчас.
- Узнала у гадалки, что любовь всей ее жизнь - гондольер с открытки из Венеции, и уехала на его поиски.
Лица привычно вытянулись. А что вы хотели. Каков вопрос - таков ответ. А спросите людей за восьмым столом, так Панси поехала спасать детей в Индию от безграмотности. А за пятым расскажут о том, что крошка Панси залетела от араба и теперь в его гареме. И так до бесконечности. Вплоть до "принимает роды у белых медведей на Новой Земле". панси не повезет, когда она вернется на работу. Но да не Саймона это дело.
- Так что я временно за нее. - притворно грустно вздохнул Саймон. - Так что будете заказывать?
И получив таки заказ, отправился на стойку, общаться с Донни, пусть тоже поработает.
- Дорогой, займись вот этим. - Саймон выдал начальнику страницу из блокнота с огромным заказом. - И как тебе наши друзья? Не выглядят они как те, кто недавно потерял хорошего друга. Больно веселые. И толи и не друг он им был, толи актеры хорошие. Но где играли - будем выяснять потом.
Саймон оперся о стойку локтями, подложив под них поднос. Подался вперед и только задницу не отклячил и ногу в полете не приподнял. Но дело было в том, что говорить приходилось тихо. А в общем гуле бара это было крайне сложно делать.

+1


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » I pick my poison and it's you