Как говорится, намёк понятен; да, Кэрри не стала бы отрицать, что ей стоило выбрать из двух братьев старшего, если бы ей вообще была дана такая возможность до знакомства с ними обоими, разложено по полочкам все то, что раскрывается в людях много позже первой встречи, и совсем не потому, что там какие-то высоко моральные критерии отбора, а просто потому, что они с Джимом были «одного поля ягодами»... Читать далее.

The Capital of Great Britain

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » не олень


не олень

Сообщений 1 страница 5 из 5

1


не олень
.   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .
https://i.imgur.com/j9jxKig.gif https://i.imgur.com/ZrCVjKA.gif

Michael Yoon |  Ester Fields
5 лет назад, пригородное шоссе

кто-то ищет неприятности. кто-то просто садится за руль

+1

2

От этой ситуации не стоило ждать ничего хорошего. Никакой счастливой развязки. Любой адекватный человек будет воспринимать происходящее именно так, готовясь к смерти, испытывая страх, сожаления, разочарование, да просто гамму чувств. Майкл же не чувствовал ничего. Просто хотелось, чтобы все это быстрее закончилось. И мы ведь прекрасно понимаем, чем именно.
Это не первый раз, когда близкие люди тех, кого он упрятал за решётку, жаждут отмщения. Правда, обычно все ограничивается гневными проклятьями в спину – этим грешат мамочки и женушки, вот та категория, которая особенно ретиво видит в убийце сладенького зайчика, которого несправедливо обвиняют, даже если сами они не раз получали по голове от своих заек. Правда, они безобидные, очень громкие, могут чем-то швырнуть, но это – их максимум. Были и другие инциденты, но даже они не оправдали ожиданий. А Майк давно был готов уйти, он сделал за эти несколько лет в должности достаточно, чтобы оказаться в другом месте, прибывая в блаженном спокойствии.
- Ты убил моего брата! – мужчина, что разбрасывался столь яркими обвинениями, был прямо-таки выходцем из дрянных фильмов про бандитов: черный как смоль костюм, конечно же никакого галстука, расстегнутая сверху пуговица рубашки и блестящая цепочка, за которой, наверняка, кроется целая история.
- Да вы ж не родственники, - Майк в разговоре чувствовал вкус собственной крови, что сочилась из разбитой губы. Не очень-то приятно, он поморщился, отчего сильнее разболелся глаз. Вот обязательно было бить по лицу? Хотя прокурор и сам не разбирал, куда наносит ответный удар.
Видок у него был такой себе, конечно. Но под антураж подходил прекрасно! Заброшенная стройка в километрах от цивилизации, не так далеко – огромная свалка, а после нее – ни души. Идеально. Хоть сейчас кино снимай. Майклу даже было как-то жалко, что он не мог увидеть всей прелести. Во-первых, было темно, во-вторых, у подбитого глаза явно село зрение. Главное, чтобы это была кратковременная реакция. Хотя если ему повезет – это будет уже совсем не важно.
- Твой названный брат убийца, животное, которое не разбирает, кого мочить. В тюрьме – его место, - не то, чтобы Майк хотел объяснять подобные вещи, но от него явно ждали ответа. Он бы все равно получил в живот, что за молчание, что за правду. А за второе как-то приятнее.
От удара прокурор снова повалился на бетонный пол, а ведь только поднялся, а! Говорить-то было лучше на одном уровне, видя глаза собеседника – ну все эти основы психологии для чайников. Но сил подниматься уже не было, отчего мужчина просто подпер спиной бетонный кусок чего-то, что должно было быть стеной. Так задумывалось.
- Он не убивал ту сраную бабку! – «Брат» сидельца аж слюной брызгал, изливая свой праведный гнев на прокурора.
А вот Майкл выдал какое-то подобие улыбки, аж глаза заблестели. Что ж, не такие они тупые, как все думали. Дело ведь правда было в бабуле, что убили года три тому назад, - бабулю убил – лишился права на удо, - мужчина покачал головой, смеясь с самим собой, чем еще сильнее раздражал всех собравшихся. Дело об убитой бабули отправилось бы в архив спустя месяц. У нее – никаких родных, у следствия – никаких зацепок. Очередной висяк, если бы почерку двух убийц так идеально не совпал.
- Не мог оплатить братишке адвоката получше? – ради такого Майкл собрался и хватаясь за косяк голой недо_стены поднялся, смотря в упор на разгневанного «родственника», - ладно, от настоящих убийств не отмазал, но даже от бабули не смог… - Он даже вздохнул так естественно, будто действительно сожалел. Но вот что действительно прокурора печалило, так это то, что… - зря только старушку разменяли на это, ведь браток твой до удо бы не дожил, - Майкл рассмеялся в голосину, от всей души так. Ну вот правда! Что бабушками-то раскидываться?! И тут же получил резкий, злой и невероятно сильный толчок в грудь, что отправил его вниз… Ну наконец-то, шоу закончилось.
Вот сейчас бы написать о том, как в конце туннеля появился белый свет, теплый и манящий, на зов которого Майкл без раздумий направился. А если без всей этой банальшине, то как минимум беспросветную тьму и ощущения полного завершения всего и вся. Но мужчине чувствовал только мрзотное ощущение, как будто тело придавил кусок бетона, когда и хочешь сделать вздох, а не можешь. А так и получалось… он открывал рот и пытался ухватить хоть толику воздуха, но грудная клетка просто отказывалась поднимать вверх. Слова заменялись абсолютным беззвучием и лишь иногда слышался едва уловимый хрип. Не ему, конечно, жаловаться, но Майкл не был готов в подобной смерти… Долгой, мучительной, в кучи какого-то мусора и с воображаемой плитой на груди. Он хотел быстро, чтобы раз и все. С абсолютным бесстрашием. Так точно не пойдет…
Вселенная, кажется, услышала его, но интерпретировала совершенно по-своему – так оно всегда и получается. Мало того, что не умер, так и не задышал толком, только теперь хрип сменил страшный кашель, будто вот-вот легкие выпрыгнут изо рта и побегут заниматься более важными вещами. Старые дедовские кхы-кхы раздавались на всю округу, но никто не реагировал – хрен знает, сколько он пролежал вот так в отключке, но судя по всему достаточно, чтобы недоброжелатели успокоились и довольные собой разъехались по домам. 
Помните эту картинку, наглядно демонстрирующую эволюцию человека? Вот и Майкл за этот час прожил нечто подобное. Сначала его рука как первопроходец прорывалась сквозь кучу строительного материала, в котором он лежал, к небу – к луне. Вот как зомбаки из земли вылезают – мужчина решил действовать по тому же принципу, ведь они-то точно знают, что делают. Потом какое-то время полз, больше, опять же, руками, чем ногами – те не случалось совершенно. Сначала казалось, что он вообще с ними может попрощаться, но метод Беатрикс Киддо все-таки сработал. В итоге он полушел_полуполз, то и дело падая на землю, отхаркивая собственные внутренности. Единственно, что радовало, что за тот гребанный час этих мучений, привкуса кишок во рту, боли в каждой части тела и дыхания в стиле: раз через три… это машины, что все-таки изредка, но проезжали мимо этого богом забытого места.
Мужчина помнил, что не так далеко был знал, предупреждающий об обитании оленей в этой местности, отчего нераздумывая переполз на дорогу, ожидая, что следующий «счастливчик» остановится, боясь задавить рогатого, а вместо этого спасет его… Но чуда не случилось, машина появилась через пару минут, но сидящий за рулем явно упустил смысл дорожного предостережения. Удар был совсем небольшой, тормоза взвизгнули, а капот едва коснулся его туловища, но и этого Майклу хватило, чтобы рухнуть вниз под колеса. Ну хотя бы не олень.

Отредактировано Michael Yoon (23 Авг 2020 12:32:05)

+1

3

Шарлен не выспалась. И почему самые дурацкие сны снятся под утро, именно тогда, когда больше всего хочется спать? Ещё и дорога такая тяжёлая, и не только потому, что движение здесь левостороннее. Извилистая, словно испуганная змея, узкая: одна полоса туда - одна обратно. И ни одного фонаря - каждый, кто попадает в Соединённое королевство, сходу понимает, насколько англичане заботятся о природе - явно больше, чем о людях. «И всё - то у них не как у людей», —устало вздохнула она и положила голову на поджатую ладонь. Наверное, управлять машиной одной рукой было плохой идеей, но Чарли настолько устала, что ей было уже, откровенно, наплевать. А, ведь, давно известно, что если день начался погано, то это уже никак не исправить. Просто жди поганого конца.
А началось всё с того, что Саймон разбил чашку. В чужом доме. Чарли, тогда, просто посмотрела на него и, в очередной раз словила себя на мысли, что он её так бесит, что её в прямом смысле трясёт. Хозяйка дома, тихая и, в принципе, безобидная женщина, приняла дрожь в руках гостьи за испуг и, (спасибо, добрая женщина!), отвлекла на какой - то разговор. Шарлен поспешила забрать у неё из рук совок и веник - вроде как, неудобно, уберет сама. На деле же, просто заняла руки, которые так и тянулись к затылку мужа и, явно не для того, чтобы его погладить. От какого - нибудь колкого комментария спасло только присутствие чужих людей, которые знали Саймона лет на двадцать дольше, чем её - даже сейчас  она понимала, что сила - не на её стороне. Оставалось, только, раздосадовано щёлкнуть зубами и словить себя на мысли, что так, наверное, чувствует себя кошка, которая долго выслеживала дичь, но осеклась в прыжке. Осколки фарфора тонко и грустно звякнули, ударяясь о стенки мусорного бака - никто не хочет умирать.
Бесит. Бесит. Бесит. Всё бесит.
А ещё чудный, бодрящий утренний скандал. Какой там уже по счёту за прошедшую неделю? Они, ведь, даже летя над Атлантикой умудрились поссориться из - за какой - то фигни. Очередной, короче. Романтика у нашего брака в крови. Причём, ссорились они уже так, что окружающие не замечали - то ли привыкли, то ли делали вид, что не замечали, то ли профессионализм не пропьёшь. И, ведь, предлагала же развестись, но нет. Бестолку. Было ощущение, что он делал всё ей назло. Могли бы разойтись по разным углам хотя бы на эти две недели - он бы решал свои дела с родственниками в Лондоне, она бы тихо гнила в их глуши, среди коров и овец. Но, хотя бы с подругами. Нет, не захотел, потащил её с собой, как какую - то зверушку, хотя она ничего не понимала в английских законах. Но это было и не нужно. Ему же явно нравилось, когда она чувствовала себя полной дурой.  К тому же, они почти три года прожили вместе, пора бы и английской родне показаться.
И всё же, забавно, что скандал был, как раз, на тему того, что она не хочет проводить с ним время. Так и хотелось спросить: а ты сам - то того же хочешь? Проводить время сам с собой? Вопрос, в принципе, интересный, но слишком сложный для Саймона - загрузится ещё и сломает себе мозг. Потому что развлечь сам себя и провести в одиночестве более получаса он не способен. А она не способна выносить его в режиме двадцать четыре на семь. И, наверное, ещё поэтому особенно тупо звучит вопрос о том, когда решитесь на детей. Ну какие, нахер дети, когда один уже есть?
Было бы, наверное, легче, если бы в той ситуации, в которой оказалась Шарлен, она могла бы обвинить хоть кого - то, кроме себя. Но взрослая жизнь настигла её как - то рано и слишком жёстко: она уже давно поняла, что все проблемы мы создаём себе сами. Саймон очень нравился отцу, и он всячески намекал дочери на то, что, если предлагают - не отказывайся. И ей было как - то стыдно разочаровывать его, и она согласилась на то, чего сама, мягко говоря, не хотела. Попади она в эту ситуацию сейчас, то сказала бы отцу, мол, пап, прости, но нет. Правда, для этого ей понадобилось три года, чтобы набить кучу шишек, без которых, вполне, можно было бы обойтись. И всё могло бы сложиться по - другому. Правда, об этом Чарли старалась не думать, чтобы не словить приступ отчаяния на грани с желанием напиться и повеситься. Принцип «не жалеть вдогонку о том, что нельзя изменить», шикарно работающий в других ситуациях, именно на этом моменте, почему - то, не срабатывал. И это расстраивало ещё больше.
В раздумьях, она коротко бросила взгляд на пролетающий мимо знак. И тут же забыла, о чём он. Учитывая время суток и тот факт, что богом забытое шоссе никому, кроме неё не было нужно, ей было всё равно, тем более что ехала она не сильно быстро. Ровно так, чтобы, если понадобится резко затормозить, она улетела в кювет. Было бы, конечно, безумно обидно разменять свою жизнь на жизнь какой - нибудь случайно заблудшей кошки. Хотя и, безусловно, крайне благородно. Но, как показывает практика, благородство нынче не в чести.
Всё случилось неожиданно. Шарлен затормозила быстрее, чем успела сообразить, зачем, вообще, это сделала - голова, с её мыслями жила отдельно, а тело с рефлексами - отдельно. Только, спустя пару секунд, когда схлынул липкий, холодящий, испуг, она, вдруг, начала вспоминать, почему это сделала. Дело в том, что на дорогу выползло нечто и, (какая удача!) прямо ей под колёса. И она это нечто, вроде как сбила, но несильно.
Ещё пара секунд понадобилась, чтобы окончательно оправиться от тотального ахуинеза и вылезти из машины. А ты молодец, Шарлен. Все неприятности сегодня собрала? Прямо перед её машиной лежал сбитый человек. В сознании - или нет. Большой вопрос. Она аккуратно присела рядом с ним и положила ледяные, от волнения пальцы ему на шею - слава богу, хоть живой. Но, правда, было видно, что жизнь его сильно потрепала, а она, лишь, сделала неудачную попытку добить. Рубашка у мужчины была вся в крови, да и сам он выглядел так, словно случайно попал в мясорубку. Чарли помогла ему сесть и прислониться к капоту машины, а потом посмотрела на телефон - связи в этой глуши, конечно же, не было. И, единственное, что она знала, что рядом с домом, где она жила, была небольшая больница, но не скоропомощная. Если сложить одно с другим, то выйдет, что доехать своим ходом будет явно быстрее, чем пытаться вызвать и ждать скорую.
Непереводимый оборот слов, крутившийся у Шарлен в голове, смысл которого сводился к: «какого хрена ты тут оказался?» трансформировался в:
Вы сможете дойти до машины? Я довезу Вас до больницы. Тут ехать минут пятнадцать, не больше
Ой зря, Чарли. Очень. Плохая. Идея.
Но, особого выбора нет.
— Давайте, я Вам помогу
Очаровательно. Ожидания не подвели её - день закончился ровно так же, как и начался. Хуёво.

+1

4

Майкл предпочитал оказываться за рулем сам. Не потому, что он был авто-фанатом, вот весь этот бред типа: «автомобиль – мое продолжение», «все лучшее крошке [понятно, что речь не о женщине]» – это все не про него. Для него это было необходимым средством передвижения, весьма комфортным, он чувствовал себя уверенно, а учитывая, как мало ему нужно было в этой жизни, автомобиль у него был хороший – Майк был полностью доволен, насколько он вообще мог. Так что не авто_шиза, конечно, но с его недоверием к другим – не любил оказываться на пассажирском сидении. Правда, алкоголь все чаще выигрывал в этом споре, и Майкл то и дело пользовался услугами трезвого водителя…
Не в этой ситуации, конечно, жаловаться, но сейчас ему то же было не по себе. Оказаться в чужой машине, с незнакомкой, которая не следит за дорожными знаками – такое себе. Ему, конечно, выбирать не приходилось, да и едва ли с ним что-то еще хуже за сегодня случится, но тем не менее. Девушка помогла ему усесться на переднее сидение, даже пристегнув ремнем – да уж, это поможет. Он усмехнулся, но сразу об этом пожалел – лицо болело так, как будто по нему кирпичом дали. Мужчина посмотрел на себя в боковое зеркало, отмечая, что и выглядел он под стать своим ассоциациям.
Майкл может быть и хотел что-то сказать, но не рискнул, потому что малейшее движение в целом, да и какой-либо частью тела в отдельности вызывало сильнейшую боль. Разве не должен там срабатывать адреналин, который притупляет вот всю эту погань? Или же это был необходимый минимум и дела обстояли намного хуже? Он бы не удивился. Майк откинул голову назад и чуть повернул ее, невольно смотря на своего обеспокоенного водителя… да, ей конечно не позавидуешь. Вот так едешь – никого не трогаешь, а тут бац… и ведь даже не олень.

- Ты ужасно водишь! – получив в ответку ощутимый толчок в плечо, парень засмеялся, не отводя взгляда от жены, - только потому, что у меня не было выбора, - судя по тому, каким взглядом та на него посмотрела, нужно было останавливаться, - так хорошо, что ты у меня есть, - да, очень хорошо, что Сольхи вылезла из теплой постели, чтобы забрать эту пьяную морду с корпоратива. Это был его второй месяц в фирме, и тут сразу – такое событие. Не то, чтобы Майкл не знал меры, но как-то разошелся, отчего предпочел быстро смыться, пока дело не запахло жаренным, - спасительница, богиня! – судя по тому, что недовольное лицо сменила улыбка со звонким смехом в придачу – Майк все сделал правильно. Он положил одну из рук себе под щеку, чтобы было удобнее наблюдать.
- Я очень крутая, зря ты так, - действительно, она была крутой. Точнее, пыталась так выглядеть. Она даже чуть раскачивалась в такт негромкой мелодии, светилась, надув губы и озираясь, но пальцы, что вцепились в руль словно когти огромного зверя, прямая напряженная спина и вечная проверка всего, чего только можно, выдавало ее волнение. У его жены была масса достоинств, но точно не вождение… да и плевать, - так тогда подумал Майкл, когда его в последний раз пьяного жена забирала с вечеринки.

В этот момент он понял, что вновь передумал оставаться жить в мире, где его никогда Сольхи не заберет пьяного… с той самой дебильно вечеринки!
- Остановись! Я не хочу никуда, я не хочу в больницу! – Да, он хотел сдохнуть в канаве как можно быстрее. Мужчина схватил руль, незнакомка перестала справляться с управлением, и они с грохотом слетели в какой-то кювет. Девушка, конечно, не пострадала, всего-то получила по лицу подушкой безопасности, но для него этот удар стал раковым. Прекрасное завершение всего… Именно так все выглядело в его голове. На самом же деле, сил для того, чтобы даже дотронуться до руля, ему не хватило. Он-то, конечно, эти заветные фразы прокричал, даже потянулся к водителю, но тут же потерял сознание, так и повиснув на предусмотрительно застегнутом ремне безопасности.
Он снова очнулся в палате. Вот этот сон… медицинский или как его назвать, когда спишь не от того, что хочется, а от того, что перекачен медикаментами – он отвратен. Ты как будто и не спал вовсе, прибывая в анабиозе. Он ни дает сил, ни заряда бодрости. Только ощущение, что ты просто желейная масса, что лежит на больничной койке. Это случилось уже раз третий или четвертый, в прошлые разы его окружали врачи и медицинский персонал, что-то спрашивали, проверяли, кажется, заходили даже полицейские и кто-то из его коллег… Но было ли это на самом деле или что-то из этого – глюк, Майкл был не готов ответить. Что интересно – у него ничего не болело. Мужчине казалось, что он и рукой пошевелить не сможет – ан нет, даже приподнял ее вверх. Пальцы на ногах тоже откликнулись на его зов – хотя бы не парализован. Но сделать что-то большее – не рискнул.
В палату зашла девушка. Майклу потребовалось какое-то время, чтобы опознать в ней своего спасителя_сбивателя, ну как бы ситуация неоднозначная. Вообще все было как в тумане, интересно, не повредил ли он голову? Таки это его лучшая часть. Он уже было хотел что-то сказать, но понял, что громко у него вряд ли получиться, отчего жестом пригласил брюнетку подойти ближе, - это…, - получалось не так просто, как бы ему хотелось, - это все… потому что я азиат? – Какого черта? На ее лице читался такой же вопрос, - белого бы Вы не стали давить? – Он был очень серьезен, очень. А потом засмеялся, - расслабьтесь, - так. Что-то совсем не так. Это Майкл был слишком расслаблен. Мужчина изменился в лице, это непонимание раздражало.
- Дайте карту, - он обратился к своему единственному посетителю, - медицинскую. карту. мою. - Непонимание было тотальным, - прицеплена на спинку кровати, - бинго! Мужчина не смог держать ее сам и перелистывать пришлось незнакомке, чьего имени он еще даже не узнал, - следующая, - он пробегал глазами по страницам, но текст разбегался, отчего он выхватывал лишь некоторые фразы и понимал, что отделался легким испугом.. ну относительно того, что произошло и какие последствия это могло принести, - дальше, - но его интересовало совсем не это. А вот и оно, - все, спасибо, - он недовольно оттолкнул от себя карту, смотря на капельницу. Понятно, почему ему было так ненормально-хорошо, мужчина был просто напичкан обезболивающим, а к таким вещам он относился плохо, - почему Вы здесь? – вопрос, на самом деле, актуальный. Не будь он под морфином – задал бы его сразу.

+1

5

Раз, два - это не просто слова
Шарлен всегда боялась оказаться в подобной ситуации. Тёмное шоссе, вокруг - лес, ни одного фонаря. Непонятный человек, который, буквально, сам бросился под колёса и которого она не задавила насмерть лишь благодаря тому, что ехала медленнее, чем ползают местные улитки. Что с ним, как он - она не знала. После того, как она привезла его в больницу, ей сказали простое «ждите» - сухо и безапелляционно. И сейчас она стояла в коридоре, и, обняв себя руками, рассеянно не слушала полицейского, который приехал минут через сорок после них. Её знобило, наверное, больше от усталости, которая навалилась так, разом. Домой ехать было уже лень, в голове рефреном крутилась мысль о том, что корабли, вот, бороздят просторы Вселенной, а телепорт до сих пор не изобрели. И это как так? И где, мать её, справедливость?
Хорошо, что не оленя сбили. А то, пришлось бы платить штраф. — Чарли, вдруг очнулась и подняла глаза на полицейского. Чего, блять?
Извините, не поняла…
Три, четыре - меня нет в этом мире
Ну, я говорю, что, судя по всему, в таком состоянии он не из - за Вас, а вот, если бы, оленя сбили, то было бы, конечно, уже не очень..
Это, типа, тонкий английский юмор такой, да?
Она во все глаза посмотрела на стража правопорядка и попыталась сообразить, какую реакцию ей выдать: если она, например, засмеётся, то на неё сразу наручники наденут, или, сначала, санитаров с вязками вызовут? Суть, конечно, была, не только в этом, но, ещё и в том, что видок у местного, так сказать, стража галактики был тот ещё. Впервые увидев его, Чарли от души не поняла: он бухой, или, только притворяется. Может, манера речи такая? И поведения, заодно? Как бы там ни было, если тут и есть местная наркокартель, ну, или, на худой конец, клуб любителей ширяться клеем, то он точно её покрывает.
Хотите? — Он протянул ей открытую пачку с сигаретами и Чарли пожала плечами: Саймон не курил, как и она с тех пор, как вышла за него замуж. И только сейчас, вытащив из пачки сигарету, она поняла, что соскучилась. Посмотрела на констебля, потом снова на сигарету: ведь, даже не посмотрела, что в руки берёт. А, ладно - трава, так трава. Была не была. И они вышли на улицу.
Мелко моросило и Шарлен, затянувшись в первый раз, посмотрела в небо.
Это такой туман. А под утро подморозит - все дорожки будут ледяные. — Она молча кивнула, как бы благодаря собеседника, которого, собственно, не выбирала, за этот краткий ликбез. Утром она будет спать и ей, в целом, глубоко и фиолетово на то, какие будут дорожки и что это за хрень сыплется с неба. Осталось, только, дождаться, когда их позовут и тогда она избавится от этого странного мужика. Сколько она тут ещё пробудет - одному богу известно. Да и тот, не факт, что сам в курсе собственных планов. Шарлен сбила пепел куда - то в сторону пепельницы и глубоко, но прерывисто вздохнула: воздух был ледяной и дыхание спирало.
Вы, кстати, не смотрели его документы? Ну, вдруг нашли что - то… — мужик повернулся к ней и Шарлен снова уставилась на него. Нет, если она думала, что дно пробито, то, в общем - то, снизу только что постучались. Ебать, с этого, вообще - то, и надо было начинать, наверное. А то «хорошо, что не олень». Она глубоко затянулась, так, что голова закружилась - надо было успокоиться.
А мне что, мало того, что добить его надо было, ещё и по карманам пошариться? Мне, вообще…
Зайдите ко мне, пожалуйста.
Голос врача прозвучал так вовремя, что Шарлен тут же загасила сигарету и зашла в здание, благодаря провидение, что её спич вовремя обломали. А то фиг знает, что местная наркокартель делает с теми, кто хамит полицейским при исполнении.
Ей уже было всё равно: свой дзен она словила часа полтора назад, ровно, когда дала в руки этого бухого констебля свои документы и он долго не мог вкинуться, почему, собственно, права выданы в Штатах, а она стоит перед ним здесь, в этом Мухоср… Простите, в этой глуши. Если честно, она задавала себе тот же вопрос, но найти на него ответ так и не смогла.
Весь разговор занял минуты три. Если вкратце, то она не виновата, и он был плох уже до неё. Единственное, о чём её попросили - зайти к нему, потому что: «кажется, он хотел Вас видеть». Могли бы не просить - сама бы догадалась.
Пять, шесть - у меня для вас весть
Неудавшийся самоубийца встретил её таким странным вопросом, что Шарлен на секунду смешалась. Ни здрасьте, ни как дела. Хотя, ладно, вечерок у обоих был тот ещё - она и сама хороша. Чарли пожала одним плечом и с таким же, примерно, лицом ответила:
Конечно. А что, по мне непонятно, что я та ещё расистка? Выискиваю по тёмным грунтовкам азиатов и пытаюсь их задавить — скорчила что - то типа улыбки и посмотрела сначала на капельницу, а потом на мужчину. По ходу, ему вкатили такую лошадиную дозу обезболивающего, что тот сидел бодр и весел, как майская роза.
Расслабьтесь.
Великодушненько.
Чарли послушно подала ему его медицинскую карту, случайно брошенную какой - то халатной медсестрой и старалась, потом, сохранять спокойное выражение лица, пока листала страницы по его просьбе. Наконец, долистала до какого - то момента, одному, только, ему понятного и сложила карту на место. Присела на стул рядом, чтобы не стоять как провинившаяся школьница перед директором.
Вообще, меня, во - первых, попросили к Вам зайти, потому что Вы просили, вроде как. — Шарлен пожала плечами, — да я и сама бы зашла. Мало ли, вдруг Вам что - то нужно - я живу рядом, могла бы подвезти утром. Ну и, может, кому сообщить?
Про всё остальное она спрашивать не стала, потому что было как - то неловко. Сейчас им, обоим, нужно было отдохнуть. Вздохнув, она встала и пошла к двери.
Меня, кстати, Чарли зовут. Я  написала там свой номер телефона, — она показала на прикроватную тумбочку и еле улыбнулась, — если что будет нужно - звоните.
Слушай, ну, хорошо, что не олень. А то штраф бы ещё платить пришлось. — Саймон бесстрастно перекинул страницу газеты и отпил чай. А у Шарлен кусок хлеба застрял на половине пути ко рту:
Я не понимаю: это локальная шутка какая? Ты воздуха местного, что ли, надышался? Я человека чуть не убила, ау!
Он вздохнул, на пару секунд опустил газету и посмотрел на неё так устало, как будто она слишком энергичная муха, прибить, которую, не удалось, а потом стало жаль пачкать газету и он смирился.
Семь, восемь - как наступит осень
— Так, ладно, я поехала навещу его. Который слава богу, что не олень. — она, не доев и не допив чай, встала из - за стола, раздражённо забрала с собой свою тарелку и чашку. Нет, не затем, чтобы доесть и допить. За тем, чтобы выбросить - аппетит пропал и уступил место чувству тошноты. Нужно было срочно на воздух, к оттаявшим после ночного недотумана дорожкам и прибитой траве.
— Мне, короче, все намекают, что здесь жизнь оленя ценится больше, чем человека. Я чего - то не понимаю? Не местная, просто.— она положила перед мужчиной большое яблоко и села рядом. — Вы вчера, кстати, так и не сказали, как Вас зовут, ну и, я не стала спрашивать о том, как Вы себя чувствуете и что, собственно случилось. О том, почему Вы оказались там, где оказались, я, вообще, молчу. Это, по ходу, отдельный разговор?
Девять, десять - вас всех повесят

+1


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » не олень


Сервис форумов BestBB © 2016-2020. Создать форум бесплатно