Эрин – во всяком случае, так гласил бейдж у неё на груди, каким снабжали всех приглашённых на это закрытое коктейльное мероприятие, – была необычна. Ласло охватывало тайное блаженство при виде этого изящного переплетения влекущей телесности и восторженной души, которое носило имя Эрин. Как бы её ни звали в действительности, она была именем собственным, безжалостно поглощающим другие имена собственные... далее

The Capital of Great Britain

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » [15.11.2019] Something stays traditional


[15.11.2019] Something stays traditional

Сообщений 1 страница 12 из 12

1


Something stays traditional
.   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .
http://images.vfl.ru/ii/1589743189/60ed58c0/30541841.gif http://images.vfl.ru/ii/1589743539/0fca4b84/30541880.gif http://images.vfl.ru/ii/1589743189/825674b2/30541840.gif

Liam Bradford, Andromeda Greystock
утро 15 ноября 2019, кафе "Andromeda's bakery & coffee"

Чёрная арабика + 2 кусочка сахара и сразу в кружку по-больше. Андромеда знает его вкусы с тех пор, как он зашёл в её пекарню впервые. Всегда с пачкой разномастных газет и мешками под глазами. Постоянные клиенты - отдельный вид людей в принципе. Может всё-таки пора приглядеться по лучше? К тому же сегодня он явно чем-то нагружен довольно сильно.

+1

2

Оранжевый, новенький пикап марки "Форд" останавливается на противоположной стороне улицы от хорошо знакомой вывески. На часах ровно 8:30. Утреннее осеннее солнце бьёт в глаза даже через тёмные очки - тучи здесь набегаю после полудня и ближе к вечеру, так что таким ранним пташкам, как Лиам, ещё удаётся увидеть чистое небо над Лондоном вместо затянутого серой дымкой, депрессивного нечто, обращающегося на городских работяг проливным дождём. Но тем не менее, Брэдфорду сейчас не до пейзажей. Не забирая с заднего сидения куртку, журналист сгребает левой рукой подмышку стопку свежих газет и таблоидов с переднего и выныривает из машины, неудачно наступив на правую ногу и чертыхнувшись, скаля зубы от боли. (Как ни крути, кость была раздроблена слишком сильно, чтобы спицы решили проблему и даже управление на пикап пришлось ставить ручное, чтобы спазмы не мешали вождению). Но Лиам почти привык, так что перетерпев, он просто закрывает машину и щёлкнув сигнализацией на ключах, вприпрыжку из-за хромоты, пересекает дорогу, придерживая правой рукой в ухе гарнитуру, в которой уже раздаются гудки звонка.

"Andromeda's bakery & coffee". Журналист нашёл это место совершенно случайно около полугода назад. Не глядя заехал за кофе посреди дня, чтобы привести себя в чувства, повёлся на совершено изумительный аромат здешней выпечки, витающий по воздуху каким-то неимоверно райским фимиамом и ей-Богу, если бы Лиам остался верующим после всех поучений матери и воскресных служб в родном Хэйбридж Бэйсине, он бы сказал, что готовит здесь явно ангел, (так уж сложилось, что по поверьям, от них пахнет сладкими булочками и тёплым молоком), и потрясающе уютную, домашнюю атмосферу в тепле и заботе кропотливой хозяйки. А стоило попробовать кофе - судьба Лиама была окончательно предрешена и он больше не упускал ни единой возможности позавтракать именно в этой пекарне, хоть и самой выпечкой никогда не интересовался.

Когда на "той стороне" провода наконец взяли трубку, Брэдфорд уже уселся за свой любимый, самый дальний, но с которого отлично открывался обзор на всё внутреннее пространство пекарни, угловой столик на две персоны, и разложив по столу и коленям газеты, быстро, однако очень сосредоточенно листах их, сменив тёмные очки, которые повесил на ворот рубашки, на обычные, с диоптриями, в которых, пока что, только читал.
 
- Тим, доброе утро, ты уже читал сегодняшние выпуски?
Собеседник демонстративно зевнул, вызвав на лице Брэдфорда перекошенную гримасу отвращения.
- С дуба рухнул, Лиам, я только глаза продрал, а ты про газеты. Что-то случилось?
- Нет, всё в порядке. - Журналист раскрывает очередной разворот. - Поставить нас на разворот был отличной идеей. Ни кто ещё не пронюхал всей сложности ситуации. Сенсация наша. Поднимем раж и как раз можно запускать мою статью в печать, чтобы добить. Так что не беспокойся, у нас всё хорошо. - Хмурясь, Лиам берётся за таблоид, раскрывая его на небезызвестной, исторически сложившейся третьей странице, где журнал выкладывал девушек топлес, начиная с семидесятых годов. - Я про The Sun хотел узнать, ты видел, да?
На другом конце провода раздался смех.
- А, ты про девочек? Они продешевили. Слышал, сменили партнёрское модельное агенство.
- Дать затравочку Питерсу? - Небрежно закрывая журнал, Лиам откидывается на спинку стула, снимая очки и уставившись в потолок. - Поможем парню словить куш. The Sun давно надо мотивировать на адекватное развитие, а не погоню за выгодой и псевдо модой.
- Ну дай. Я приеду днём, выделю ему колонку.
- Тим, возьми яйца в кулак и возвращайся в дело. Я за тебя писал неделю и больше этим дерьмом заниматься не буду. - Рычит Брэдфорд и отключает звонок, устало прикрывая глаза и тихо ругнувшись себе под нос. Со всей этой, казалось бы, мелкой, рутинной вознёй он совсем забыл про заказ, но для начала надо было заставить себя выйти из настроения раздражённого, ощетинившегося кота и выдохнуть.

Сложно быть человеком, который, обладая статусом почти легендарного журналиста и имея возможность писать только о том, о чём интересно ему самому, занимать развороты, издавать книги с собственными мнениями и идеями на ряду с такими же титанами британской прессы, как Джереми Кларксон, к примеру, не может отказать коллеге в просьбе сделать что-то за него. Но "должен" и "надо". Как же без них? Ты сотрудник одной из лучших газет в мире - помоги товарищу. Так никогда не заметишь, что тебе просто сели на шею.

Отредактировано Liam Bradford (19 Май 2020 05:47:21)

0

3

Работа на саму себя имеет огромные плюсы, одно из них приходить на работу когда захочется. Андромеда сама себе начальник и сама решает во сколько ей появляться на работе. Обычно она появляется не раньше девяти утра, но бывают дни когда она приходит пораньше просто потому что хочет увидеть своих постоянных клиентов и порадовать их своим присутствием.
Она не раз слышала это от многих ее клиентов что когда она находится в пекарне уровень уюта становится просто космическим, а сама она просто богиня уюта и тепла. Ей это конечно льстило и радовало что ее клиентам уютно в ее пекарне.
Так что сегодня встав пораньше и проведя обычную кардиотренировку немного в урезанном варианте Андромеда уже в семь утра сама открывала пекарню. Зайдя в пустое помещение Андромеда на пару минут замерла на входе осматривая пустое помещение. Все выглядело идеально. Аромат выпечки уже давно въелся в стены и потому даже когда пекари не готовили хлеб в помещение ощущался аромат свежеиспеченного хлеба. На взгляд Андромеды самый лучший запах в мире. Женщина даже не пользовалась особо парфюмом и многие кто не знал ее всегда говорили что от нее пахнет свежим хлебом прямо из печи. На взгляд Меды это был лучший комплимент который она только могла услышать.
Пройдя сначала в пекарный цех она включила печи, чтобы они начали прогреваться, потом прошла на вторую кухню и там тоже все включила. Буквально через пять минут начали появляться повара и пекари. Все здоровались с Медой и весело переговаривались между собой. Еще через десять минут пришли официанты и баристы. Весь персонал был на своих местах и активно готовился к новому рабочему дню. Андромеде не нужно было их контролировать. Каждый знал свои обязанности и делал свою работу. Элвин и двое других официантов парней пошли получать поставку продуктов для обеих кухонь. Андромеда вышла проконтролировать все ли доставили. Она взяла планшет доставщика и проверяла каждый пункт сверяясь со сметой. Все было на местах. Поставив размашистую роспись на бланке доставки женщина поблагодарила курьера и вернулась в здание. Уже знакомый насыщенный аромат свежего хлеба начал распространяться по помещению. Меда улыбаясь вдыхала этот аромат и чувствовала себя просто невероятно счастливой.
Из кухни кафе тоже начали доноситься свои ароматы причудливо смешиваясь с ароматом свежего хлеба и дополняя его.
Первый посетитель появился и заработала кофемолка и по помещению полетел аромат свежемолотого кофе дополняя царившую атмосферу уюта своими теплыми и пряными нотками. Встав за прилавок Андромеда надела свой фартук и стала помогать девочкам обслуживать клиентов.
Через полчаса женщина заметила вошедшего Лиама Брэдфорда. Брэдфорд уже как полгода каждое утро завтракал в ее пекарне. Он с первого же дня влюбился в ее пекарню и теперь был ее постоянным клиентом. Он как обычно занял угловой столик в конце зала и обложился множеством газет. Взяв блокнот и ручку Андромеда пошла к его столику. Когда она была на работе так рано и видела Лиама она всегда сама его обслуживала.
Подходя к его столику женщина услышала конец его телефонного разговора.
- Тим, возьми яйца в кулак и возвращайся в дело. Я за тебя писал неделю и больше этим дерьмом заниматься не буду. - было видно что мужчина на взводе и его уже успели расстроить и вывести из себя. Меда немного замедлила шаг давая Лиаму время на то чтобы выдохнуть. Наконец она подошла к столику и тепло улыбнулась журналисту.
- Доброе утро, мистер Брэдфорд. Смотрю кто-то уже успел испортить вам настроение. Предлагаю вам самому взять яйца Тима в кулак, тогда он точно вернется в дело, - Андромеда говорила весело все так же улыбаясь мужчине. Она не стеснялась того что по сути подслушал его разговор, но с другой стороны Брэдфорд говорил не тихо и лишь по тому она все услышала. Точнее только эту фразу.
- Что будете заказывать? Только сразу предупреждаю яиц неудачливых журналистов у нас в меню нет, только обычные яйца от куриц, - у Меды было прекрасное настроение и она хотела своими немного странными шутками развеселить журналиста. Он выглядел уставшим и расстроенным, а Андромеде не хотелось чтобы ее постоянный клиент в такое прекрасное утро был хмур и расстроен.

+1

4

- О, простите, я говорил слишком громко? - Опомнился Брэдфорд, когда к знакомому, уверенному, гордому ритму каблуков, с каждым ударом нарастающей громкостью говорящих о приближении, прибавился идеально подходящий женщине, терпкий аромат, наверняка, не дешёвых духов и как всегда колкие, ловкие, бьющие в самую цель комментарии, непременно заставляющие улыбнуться как им самим, так и приятному голосу Андромеды, который был великолепным дополнением к уюту её пекарни и внешнему виду леди - утончённому и изящному, однако при этом довольно простому, не претендующему на изыск, а берущему в расчёт комфорт, домашний лёгкий флёр неброского, честного аристократизма загородной Англии начала двадцатого века и мягкое тепло, исходящее будто бы от самой энергетики хозяйки этого места. - Прошу прощения. - Лиам виновато пригибает голову, как провинившийся щенок и улыбается женщине, беглым взглядом огибая столики в зале, за некоторыми из которых люди хмуро переговаривались, оборачиваясь в сторону журналиста, указывая на то, что он был действительно слишком эмоционален.

- Да, пожалуй, этим я сегодня и займусь. - Вскидывает бровь Лиам, смакуя в голове предложение Андромеды и подмечая про себя то, как ей идёт острота языка, отсылая образ леди ещё и к несколько мафиозным истокам. И где-нибудь в подсобке пекарни у неё стоит огромная мясорубка, через которую пропускаются неугодные, лишая необходимости закупки дополнительного мяса для пирогов и обеспечивая запасами в холодильнике на несколько дней точно. Хотя, что уж греха таить, семья Грейсток в принципе была довольно своеобразной и всегда притягивала к себе интерес, но Брэдфорд не занимался сплетнями и по этому просто наслаждался атмосферой и колоритом, не влезая в шкафы со скелетами.

К тому же Андромеда всегда подбадривала Лиама и он был ей за это чертовски благодарен. В кой-то веке журналист должен был даже товарищу сказать "нет" и заставить работать. А пока завтрак. Сытный, вкусный завтрак и много ароматного, бодрящего кофе. К чёрту газеты.
- Доброе утро, миссис Грейсток. Стандартный завтрак, пожалуйста, без тостов и бекона. - Кивнул Брэдфорд, ловя взгляд женщины, в котором очень хорошо отдыхалось, и складывая все газеты в сторону на небольшой подоконник, выступавший коробом для батарей под окном. Он снял очки, не глядя убирая их обратно в чехол, а затем в портфель, и ещё раз улыбнулся хозяйке пекарни без них, слегка щурясь.

Вот так бывает в жизни. На вскидку, леди была не намного моложе его матери, а её старший сын не намного старше самого Лиама. Но человечность, отношение к людям в целом - она всегда в глазах. Её видно сразу. И какой холод пробирал до костей, стоило только до сих пор взглянуть в глаза Оливии, такой же нежный, обволакивающий уют накрывал, стоит только всмотреться в голубую бездну глаз Андромеды. С первого взгляда и неизменно с тех пор, она напоминала ему мать-волчицу. Белая, мягкая шерсть, проницательный взгляд, лёгкая полуулыбка и острые зубы, если придётся защищать семью. Вообразить, какой леди Грейсток была лет двадцать назад, когда ей самой было слегка за сорок - Лиам влюбился бы окончательно и бесповоротно. Именно в глаза. В душу. В эту стать, сохранившуюся до сих пор вместе с изяществом черт лица.

А ещё, кажется, он слишком засмотрелся и может быть даже упустил момент, когда Андромеда ушла, а её образ остался уже просто в голове Брэдфорда. И поспешно опуская взгляд на стол перед собой, мужчина потянулся в портфель за флягой, сделав из неё пару быстрых, ободряющих глотков виски, чтобы привести сознание в порядок и не стоить из себя автора художественной прозы, словившего вдохновение.

+1

5

Было сразу видно что Лиам смутился после комментария Грейсток и когда понял что действительно вел себя достаточно громко и мог помешать другим посетителям своим разговором. Его улыбка и взгляд снизу вверх словно у провинившегося школьника умиляют женщину. Были времена когда ее сыновья так делали. Правда они тогда были совсем мальчишками, кстати и внуки так тоже делают порой. Айрин кажется ни разу так не делала. Но в общем взгляд Лиама напомнил Андромеде ее сыновей и она не могла сдержать улыбки. Да в общем-то и не хотела ее сдерживать.
- Ничего страшного, всякое бывает, - женщина пожимает плечами словно в подтверждение своих слов. Она действительно не видела в этом ничего такого.
- Если что могу попросить у поваров подходящий инструментарий, у них он всегда заточен до бритвенной остроты, - женщина с улыбкой подмигнула журналисту. Наконец он озвучил свой заказ и Андромеда записав его выжидательно посмотрела на Брэдфорда может ему еще чего захочется заказать. Но мужчина словно задумавшись стал убирать свои газеты на подоконник рядом со столиком, а затем сняв очки с диоптриями и слегка щурясь стал смотреть на нее. Он был словно не здесь явно о чем-то задумавшись. Его взгляд не был тяжелым или неприятным, просто Андромеда решила оставить его одного.
Пусть Лиам и бы журналистом, даже очень известным журналистом, он никогда не лез к ней и ее семье с просьбой об интервью. Меда не знала почему он делал для нее исключение, но была благодарна ему за это. Брэдфорд словно нарочно забывал кто такая Андромеда и из какой семьи она происходит.
Отдав на кухню заказ Лиама она вернулась за прилавок и стала обслуживать посетителей разгружая немного девочек. Спустя десять минут раздался звонок с кухни и оповестили о том что заказ готов. Андромеда взяв поднос осторожно погрузила на него тарелку с завтраком Лиама. Вернувшись к стойке где готовили кофе и выдавали заказы на вынос, Грейсток взяла столовые приборы и положив их на поднос пошла к столику Лиама.
- А вот и ваш завтрак, мистер Брэдфорд, - Андромеда осторожно поставила поднос на столик и стала выставлять тарелки перед мужчиной, последними легли столовые приборы. Склонившись чуть ближе к мужчине она уловила нотки алкоголя. Слабые но все же она их ощутила. Слегка нахмурившись она посмотрела на журналиста, но промолчала. Она ему не мать чтобы отчитывать за ранее употребление алкоголя тем более когда он за рулем. Лиам уже взрослый мужчина и это его жизнь, а Меда ему никто по сути. Так что она выпрямилась и надела на лицо нейтральное выражение лица.
- Если вы еще чего-то захотите нажмите на кнопочку и я подойду, - Грейсток знала что Лиам прекрасно помнит о кнопке вызова персонала, но все равно каждый раз напоминала. Новые технологии творят чудеса. Улыбнувшись Брэдфорду женщина взяв поднос развернулась и ушла. Положив под прилавок пустой поднос  она вновь взялась помогать девочкам с выполнением заказов для утренних покупателей.

+1

6

- Думаете я хорошо буду смотреться за решёткой за умышленное убийство особой жестокости? - Он широко улыбнулся женщине, прежде чем та выскользнула из его рассеявшегося поля зрения, исчезнув так, будто и не появлялась, что вполне соответствовало эдакому образу прекрасной, хитрой демонической музы за плечом, нашёптывающей автору, словно Маргарита Мастеру, самые изощрённые решения насущных проблем. И пусть вопрос был исключительно риторическим, ради смеха, как и ответ на него, автоматически всплывший в голове отчётливо вырисовывающейся в голове кинематографичным трейлером картиной себя по Ту сторону зала суда, где никогда не был, хотя, как журналист, имел не мало опыта в присутствии на заседаниях, доступных для документирования прессе, но чего точно не хватало ленивому партнёру по ремеслу, так это доброй порции люлей и пофантазировать на эту тему оказалось действительно бодрящим и одухотворяющим делом.

А пока завтрак готовился, Лиам как раз успел разобрать все газеты и затолкать их к себе в портфель, следом убрав очки, в которых только читал и надеялся, что так оно и останется, не ухудшаясь. Хотя мысли всё ещё бегали где-то на страницах майкрософт ворд, будто бы весь смысл жизни мужчины представлял собой статьи и книги с документальной прозой и если он не думал о чужих работах, то совершенно точно, размышлял о своих, вырвать из чего его было довольно сложно, если это, конечно, не совершенно Божественный аромат классического английского завтрака, только что снятого с плиты и подставленного под нос как в детстве, если бы оно было счастливым, конечно, но это уже другая история.

- Ммм... произведение искусства. - Довольно улыбается Брэдфорд, ловя взгляд Андромеды и бодро кивая. - Спасибо.
Конечно, хотелось задержать женщину ещё на немного, однако работа есть работа, так что позволив хозяйке пекарни вновь испариться, Лиам молча принялся за завтрак с таким аппетитом, будто бы не ел несколько дней, хотя по нему не особо можно было сказать, что он в принципе любитель хорошо подкрепиться, ибо для своего внушительного роста почти в 6 футов (182 см), и даже с учётом широкой спины и разворота плеч, Брэдфорд казался очень даже подтянутым мужчиной, при этом из спортивных нагрузок предпочитающим, разве что, утренние тренировки.

Но завтрак закончился быстро, а следом за ним наступила и жажда, подкреплённая ещё одним глотком виски из фляги, сделанным совершенно машинально. Однако алкоголь - каверзная штука, которая только раззадоривает сухость во рту и ничуть не придаёт утренней бодрости, так что, с огромным удовольствием прикончив последний кусок еды, Лиам решает покинуть насиженное место и присесть у барной стойки, непроизвольно облизывая пересохшие от нехватки воды в организме губы, что, в общем-то, не помешало заигрывать с миловидными официантками, одну из которых даже, кажется, слегка зацепил этот хищный жест вкупе с хмуро сведёнными к переносице бровями, ибо чувство жажды на языке не особо приятная штука, особенно в сочетании с терпким привкусом виски, которое уже давно не было чем-то элитным, а являлось банальной привычкой.     

- Привет, девочки. - Ухмыляется Лиам, очерчивая искрящимся взглядом изящные фигурки и присаживаясь за барную стойку. - За кофе я сюда по-ближе, ладно? - Он многозначительно вскидывает бровь девушке, которая уже не первый день строила ему глазки, но тут же отворачивается к бариста. - Стандартный чёрный, пожалуйста. Сразу два. - Журналист ещё раз облизнул пересохшие от жажды губы и улыбнулся хозяйке пекарни, которая, кажется, пока что была не занята. - Андромеда, а можно поинтересоваться, - любопытствует Лиам, сразу осекаясь, - не для протокола, - с усмешкой подчёркивает он, - почему выпечка, почему вообще выбор пал на такое уютное дело на благо Лондонцев? - Интересуется Брэдфорд, сразу уточняя и про время, ибо предполагал, что стоит это место здесь ещё со времён правления Маргарет Тетчер, а она, как известно, не очень, мягко говоря, благоприятствовала малому бизнесу и вообще рабочим людям внутри страны, зациклившись на внешней политике, которую выдавала за благо для всей Великобритании, пудря мозги королеве. - И когда, как к вам пришла эта идея?

Нет, разумеется он не собирался брать интервью, какого бы мнения люди не были о журналистах и их вопросах. Простой человеческий интерес за чашкой кофе. Почему бы и нет? Личность миссис Грейсток была интересна ему самому.

+1

7

Андромеда любила работать, что редкость для людей причисленных к старой аристократии Великобритании. Но ее так воспитал отец. Он ведь тоже работал. Да он был дипломатом и послом, но это ведь работа. Он всегда учил Меду что человеку нужно работать чтобы не деградировать. Будучи замужем Меда не работала в общепринятом понятии, но старалась не сидеть без дела, помня о словах отца. А после смерти мужа она поняла что пора действительно начать работать. Да первое время было сложно и непривычно даже, но со временем она втянулась и ей это безмерно нравилось.
Солнечный луч просочился сквозь окна пекарни и на минуту ослепил женщину. А она прикрыв глаза с минуту постояла под теплыми, шаловливыми лучиками солнца размышляя о сущей глупости. Возможно ли подсчитать количество лучей у солнца. Детская глупость, но а почему бы и нет. Улыбаясь своим мыслям и их глупости Андромеда открыла глаза и продолжила готовить кофе.
За спиной раздался знакомый голос и Меда обернулась увидев присевшего за стойку Лиама. Видимо у него было настроение пообщаться. И видно он повеселел после их коротко диалога возле столика. Что же это хорошо. Услышав его заказ Андромеда стала делать кофе. Закончив она поставила заказ перед мужчиной. Оглянувшись она поняла что основной поток утренних посетителей поубавился и девочки смогут справиться и без нее. Ее привлек внимание Брэдфорд задав свой первый вопрос.
И Меда насторожилась бы если бы не видела в глазах журналиста искренний интерес. Он спрашивал из любопытства, а не для того чтобы написать сенсационную статью о ней и ее семье.
- Не знаю. Я всегда тяготела к выпечке. Пока был жив муж и я сидела дома и воспитывала детей, я частенько пропадала на кухне выпекая хлеб, булочки и прочие вкусности. Работа с тестом меня всегда успокаивает и привносит какое-то равновесие что ли. Не знаю как это понятно описать, - женщина слегка смущенно пожала плечами, словно извиняясь за то что не может внятно описать Брэдфорду свои мысли и чувства.
- Работа с тестом заменяет мне йогу с медитацией, - с легким смешком проговорила женщина найдя подходящее сравнение на ее взгляд. Андромеда не боялась раскрывать свои мысли журналисту. Тем более что в них не было ничего из чего можно было бы состряпать скандал.
- А моей пекарне уже тринадцать лет. Я открыла ее спустя год после смерти мужа. Мне нужно было чем-то заняться, чтобы двигаться дальше, а так как я давно мечтала о своей пекарне, то решила ее и открыть. Все что есть в меню пекарни я умею делать и сама и частенько иду в пекарный цех и наравне со своими пекарнями делаю выпечку, которую потом предлагаю покупателям. А на рождественские праздники я с декабря по конец января, каждый день выпекаю тысячи имбирных печенек покрытых глазурью, - Андромеда гордилась собой и своим детищем и потому не видела ничего плохого немного похвастаться как гордая мамочка хвастается успехами своего ребенка.
- Так что скоро вы попадете не просто в домашний уют, а в рождественскую сказку. Горячий глинтвейн, имбирные печенья, тысячи огоньков и снежинок по всей пекарне и уютные теплые пледы за каждым столиком, - Андромеда с улыбкой рассказывала мужчине о том какой станет пекарня буквально через пару недель. Она действительно гордится своей пекарней и считает что ее гордость обоснована. Грейсток действительно любит свое дело, всей душой и сердцем.

+1

8

Как ни крути, а всегда приятно чувствовать себя немного избранным и кофе, приготовленный руками не баристы, а самой хозяйки заведения делает утро Лиама ещё более уютным и солнечным, наполняя не только ароматом свежесваренного с искренней любовью к своим посетителям, крепкого кофе из идеально прожаренной, терпкой арабики, но и чувством некоторой, в какой-то мере, исключительности - возможности стать эксклюзивным клиентом, ради которого хозяйка отвлеклась от других не только на его заказ, но и на приятную беседу. (По крайней мере, самому Брэдфорду показалось, что Андромеда хорошо отнеслась к вопросам журналиста и согласилась поболтать с ним совершенно без задней мысли).
 
- О, спасибо большое. - Широко улыбнулся Лиам, мгновенно пропадая носом над чашкой и втягивая бодрящий запах, довольно тряхнув спутанными кудрями волос, когда наконец отлип от неё и сделал первый глоток, слегка морщась лишь от слишком горячей температуры, но уж больно сильно хотелось попробовать любимый кофе будто бы в первый раз зашедший гость, впечатлённый внезапно обнаруженной находкой на знакомой улице.

- В чём правда, так это в том, что выглядите вы отнюдь не как английский пекарь, а именно как женщина, увлечённая спортом и здоровым образом жизни. - Тут же отмечает Лиам, позволяя себе несколько более смелый взгляд на точёную фигуру женщины. И казалось бы, среди британской аристократии всегда было модно уделять особое внимание своей внешности и ничего удивительного в том, что леди выглядит гораздо моложе своих лет и даст фору многим современным женщинам на средней возрастной отметке, нет, однако нельзя было не отметить внимание к себе у самой Андромеды, чья профессия всё же вынуждала на некоторые вещи, которые не совсем сочетались с рвением сохранить фигуру в форме. - Как вам это удаётся? - Лиам увлечённо вскидывает бровь. - Не любите пробовать свои творения на вкус? - Уточняет журналист о том, что именно послужило причиной такого вопроса. И нет, он не отрицает, что, возможно, это стереотип, но тем не менее, среди поваров действительно ходят подобные минусы их профессии, создавшие народное мнение о пекарях отдельно и в целом, ибо хлеб - это совсем не какой-нибудь там салат капрезе. - Как-то я разговаривал с Гордоном Рамзи - даже он признался в том, что кусотничество - грех каждого повара. - Хитрая, но добродушная ухмылка скользнула по губам Брэдфорда, выделяя его положительный эмоциональный настрой на диалог.

А дальнейший рассказ женщины о том, как будут проходить рождественские праздники и вовсе утопил Лиама где-то в его далёком детстве. Запах имбирного печенья по всему городку наконец-то перебивает рыбью вонь, соседское парное молоко, подарки, на которые современные дети посмотрели бы с презрением, но в те времена им и цены не было для сельского парнишки. Улыбки родителей. Отец, в кой-то веке трезвый, потому что обещал матери не пугать детей хотя бы в этот вечер, счастливая мать, готовящая с подругами и бабушкой стол.
Это были хорошие, счастливые дни. Белые полосы посреди бесконечного мрака. Но со словами Андромеды и с высоты собственного возраста сейчас хотелось сказать, что это были лучшие моменты детства и вовсе. И даже рождественская месса в местном приходе воспринималась иначе.

- Звучит потрясающе. - Наконец очнулся Брэдфорд, возвращаясь взглядом к глазам хозяйки пекарни, а сам к кружке с кофе. - И не думаете расширяться? Сделать сеть. - Интересуется он вдогонку, предполагая, что такое хорошее место получило бы живой отклик по всему миру. - Может быть даже заняться партнёрской программой и запустить франшизу в Европе и Америке.

+1

9

Андромеда наблюдала как Лиам буквально растворяется в аромате сваренного ею кофе. Ей всегда было приятно наблюдать за людьми которые действительно любят этот напиток, они всегда с таким трепетом делают первый глоток что порой кажется что наблюдаешь за чем-то очень интимным. И судя по реакции журналиста кофе удался на славу.
На вопрос о фигуре Меда рассмеялась, отметив оценивающий взгляд Лиама. Она не впервые сталкивалась с этим заблуждением, что пекарь должен быть полным. 
- Все гораздо проще, Лиам. У меня хороший метаболизм, плюс я каждое утро делаю кардиоупражнения последние сорок восемь лет. После рождения первого сына я набрала очень много и хотела вернуться к прежним формам. Потому с тех пор каждое утро начинает с тренировки, - Андромеда была далека от здорового образа жизни, она курит, пьет по вечерам бокал виски, порой ест далеко не здоровую и сбалансированную пищу. В ней нет маниакального желания есть одну траву и с пеной у рта спорить с окружающими что только так можно питаться.
- Я далека от идеала, Лиам. Во мне много пороков которые другие посчитали бы неприемлемыми, но я считаю, что нужно жить полной жизнью. И я обожаю выпечку - это одна из моих слабостей. Смысл быть пекарем, владеть своей пекарней и отказывать себе в возможности побаловать себя вкусненьким? - лукавая улыбка украсила губы женщины. Сбоку подошла Китти.
- Андромеда, подайте, пожалуйста, салфетки, у меня закончились, - Китти было явно немного неловко просить женщину банально отодвинуться, ведь она загораживала нишу под стойкой где лежали салфетки. Меда восприняла ее просьбу абсолютно спокойно. Присев она достала две пачки салфеток и все еще сидя на корточках передала их девушке.
- Держи. Все спокойно? - она встала и поправила фартук в котором работала.
- Да все спокойно. Основной наплыв прошел. Спасибо, - Китти улыбнулась начальнице и пошла делать свою работу.
Вопрос о расширение заставил Андромеду перевести внимание на Лиама.
- Ну вообще такие мысли уже некоторое время посещают меня. Но не про Европу, нужно открыть хотя бы еще одну пекарню в Лондоне, чтобы она имела такую же прибыль и успех как и эта чтобы думать уже о крупной франшизе. Тем более я не смогу продать свое имя абы кому и отдать на откуп другому человеку, чтобы он потом сотворил неизвестно что под моим именем. Я очень дотошна к качеству своей продукции, обслуживанию, да ко всему если так подумать и думаю это и есть главный залог успеха моей пекарни, - Андромеда не лукавит, каждый ее сотрудник знает насколько она требовательна и как сложно соответствовать стандартам, которые она установила. Но с другой стороны это отсеивает много людей которые не готовы действительно работать и работать качественно, что сильно упрощает ей жизнь и она не тратит время на таких людей, просто потому что они не выдерживают стажировки и сами уходят туда где меньше требований. Из десяти стажеров остается в лучшем случае два. За то Андромеда знает наверняка, что эти люди будут действительно делать все как надо, а не спустя рукава. И для нее это важнее чем большое количество персонала. Качество лучше количества.

+1

10

Наверное, каким-то иным словом, кроме восторга, не описать то чувство, которое испытывал Лиам, слушая Андромеду. И невольно, подсознательно, (или же всё же около сознательно, ведь вполне осознавал этот не самый благоприятный порыв не самых честных и добрых мыслей, но тем не менее, таких сладких и манящих, что отказываться от них откровенно не хотелось), сравнивая её с собственной матерью, он даже проникался некоторым родом лёгкой, белой, как её называют, зависти сыновьям миссис Грейсток, которым повезло вырасти с такой жизнелюбивой, сильной, умеющей любить и саму себя и других, женщиной. Настоящие счастливчики, которым не досталось ни комплексов собственных, ни во взрослом возрасте, брюзги-старухи, вечно недовольной всем, что делает для неё сын, из кожи вот лезущий, чтобы угодить ведьме, которая ощутив вкус обеспеченной жизни, вдруг стала считать себя аристократкой, которой все вокруг должны, а она никому.

Андромеда же просто... жила. Несмотря на утрату мужа, и какие-либо ещё не самые приятные обстоятельства, которые, к сожалению, не редко встречаются на пути именно хороших людей, она просто жила и радовалась этому. Была собой изо дня в день и, вероятнее всего, наслаждалась возможностью подмечать эту лёгкую, ненавязчивую обыденность. Спорт, пекарня, дети, внуки. А другого и не нужно.
Интересно, этому вообще можно где-то или у кого-то научиться? Брэдфорд жил, вроде бы, точно так же. Для себя и для читателей. Зарядка, работа, бар/прогулка. Между тем попытки дозвониться до сына, знакомства на одну ночь... нет, не так. Далеко не точно так же. Но хотел бы уметь. Взять хотя бы пару уроков по обретению удовольствия от жизни. Или хотя бы для спокойствия, чтобы не нужно было каждый раз извиняться за заикание, если вдруг что-то пойдёт не так и начинаешь нервничать. Вот как сейчас. Когда, казалось бы, приятные, позитивные размышления накрыли волной негатива и рука снова тянется к фляге, но взглянув в сияющие глаза хозяйки пекарни, мужчина останавливает себя через силу.

- И к-к, - он сглотнул, изобразив плохо похожую на искренность улыбку, - простите, - виновато опускает глаза, мысленно прорабатывая то, что хотел сказать так, чтобы язык совладал со словами на автомате, - и какие же пороки могут быть у миссис Клаус? - На одном дыхании выпалил журналист, имея ввиду Санту, раз уж говорили о рождественской теме. А напоследок исправил казус с улыбкой, придавая ей по-настоящему довольный окрас и подняв заинтересованный взгляд обратно к глазам Андромеды.
- Я никогда сам не писал о еде, но мог бы вкинуть идею знакомому о некоторого рода литературном пиаре для вас. - Совершенно спонтанно вкидывает мысль Брэдфорд, открываясь от кружки кофе, к которой прилип, допивая тот залпом. - Ведь ваши слова - это не только о качестве и вкусе того, что вы делаете, но и о культурном наследии нашей страны отчасти.   
Да, чёрт возьми, находясь под впечатлением, Лиам был готов звонить Джереми Кларксону и восклицать в трубку что-то вроде: "Эй, приятель, у меня для тебя есть потрясающий материал к твоей серии книг, а если ты ещё сам там не был - просто обязан заглянуть".

0

11

Андромеде всегда нравился Лиам, наверное с самой первой встречи, когда он только впервые пришел сюда, и в итоге уже на протяжении полугода возвращается к ним изо дня в день.
Лиам был интересным человеком, с ним было интересно и в тоже время спокойно. Он не выглядел, как пиранья готовая наброситься на любой кусок мяса, какими Андромеда считала многих журналистов. Увы статус аристократа и приставка к фамилии Леди или Лорд делает тебя мишенью для таблоидов. А так как она из старого английского рода, то тянется это чуть ли с правления Елизаветы первой. Потому наверное это уже вжилось в своего рода генетическую память и действовало на уровне инстинктов, не любовь и осторожность к журналистской братии.
Но вот Лиам отличался. Возможно он так вел себя в пределах пекарни, а за ее дверями превращался в ту самую пиранью, голодную  и охочую до чужой крови. Но Меда сомневалась в этом. Она не чувствовала в Брэдфорде этой нотки голода до сенсации. Во всяком случае приходя сюда он был простым мужчиной, как и миллионы вокруг него.
И потому, когда Лиам спросил про ее пороки Грейсток лишь усмехнулась и облокотившись на стойку наклонилась к нему поближе. То что она будет говорить знал каждый о ней кто с ней работал, но зачем говорить это на всю пекарню. Понизив тон голоса Андромеда заговорила.
- Ну наверное самый главный порок от которого я не избавлюсь, да в общем-то и не хочу, это то что я курю. Причем достаточно много. Горьковатый запах ментола как раз из-за сигарет. По вечерам выпиваю бокал чистого виски, люблю сытно поесть и отнюдь не здоровую пищу. Так что, как видите, Лиам, я не такая уж и идеальная. А про мой характер лучше вообще молчать, - мило улыбнувшись мужчине Меда подмигнула ему и выпрямилась.
Ее окликнул постоянный клиент и Грейсток пришлось прервать общение с Лиамом, чтобы поприветствовать мужчину и сварить ему его американо с собой. Когда кофе был готов, а девочки посчитали клиента Андромеда вернулась к Лиаму.
Его предложение было как гром среди ясного неба. Пиар всегда хорошая вещь, за эти тринадцать лет про ее пекарню уже пару раз писали газеты, но с точки зрения, что бывшая леди Грейсток занялась таким неженским делом как бизнес, да и вообще как аристократка могла работать. Майкл с Викторией тогда чудом смогли усмирить Андромеду, потому что она собиралась засунуть эту газетенку в глотку тому писаке что написал тот опус. Когда она успокоилась, она даже была рада, что дети остановили ее. Потому что тогда скандал был бы еще хуже. А так почти все не особо обратили на это внимание.
И первым порывом Меды было сразу же и безапелляционно сказать нет на идею Брэдфорда, но смотря в его глаза в которых восторг от собственной идеи буквально сиял, она не смогла сказать сразу нет.
- Я подумаю, Лиам. Спасибо за предложение. Пиар это всегда хорошо, да и хорошая пресса всегда полезна, просто я не особо люблю все эти интервью и прочее. И честно говоря вы попали в редкую категорию журналистов которые мне нравятся и не вызывают желание дать им пинка под зад, чтобы не околачивались возле моих дверей, - Андромеда всегда была честна, как перед собой так и перед окружающими. Конечно она всегда следила за тем что говорит, но все же она всегда предельно честна. Что тоже не всегда хорошо для ее репутации в высших кругах Лондона. Почти никто из аристократии не хочет слышать про то что они пустышки и жизнь их пуста и ничего не стоит и не значит. Ее бы давно уже сожрали бы все эти шакалы, но родовое имя до замужества все еще имеет свой вес даже после смерти ее отца. И многие просто побаиваются связываться с ней. Просто потому что, если Андромеда захочет, она может очень сильно усложнить любому жизнь. А зачем другим эти проблемы? Вот потому ее и терпят и особо сильно не скалят зубы в ее сторону. Как впрочем и в сторону всей ее семьи.

+1

12

Несмотря на то, что сам Брэдфорд был бывшим злостным курильщиком, который до сих пор ловил жуткие приступы табачной зависимости, стоило только почувствовать запах сигаретного дыма, но всё ещё продолжал активно бороться с этим желанием, единственным абсорбентом которого, в итоге, оказалась простая жвачка, образ курящей женщины Лиам обожал с детства. И нет, не те деревенские тётки, пыхтящие одну за другой, а те леди, что пришли в сознание тогда ещё мальчика из старого кино. Женщины, умеющие курить красиво. Привнёсшие в эту моду невероятную сексуальность и эстетику. И до сих пор он любил смотреть, как курят такие дамы, а потому признание Андромеды вновь растягивает по его губам мечтательную улыбку. Журналист утонул где-то в глубине своего воображения, представляя леди Грейсток где-нибудь на светском рауте в кругу представителей палаты и возможно даже королевской семьи, в изысканном наряде и с длинным, дорогим мундштуком, который завершала та самая, ментоловая сигарета. А под левой рукой бокал с белым вином или чашечка хорошего итальянского кофе. Но тут же он слышит про виски и фантазия улетает ещё дальше, ибо этот самый вечер проходит не в чьей-то резиденции, а в снятом на ночь джаз-баре высокого порядка. И полумраке леди Грейсток здесь выступает почему-то активно с кем-то дискутирующей о каком-либо важном вопросе. Что, к слову, подтверждается в дальнейшем, когда женщина говорит о своём характере, прежде чем отвлечься, а Лиаму дать уже допить кофе, не занимая рот болтовнёй.

- Я ведь не могу не спросить, что же такого в вашем характере, раз ваши "грехи" так привлекательны. - Вскидывая бровь, Лиам с откровенным задором и можно даже сказать, вызовом ловит взгляд вернувшейся к нему леди, широко улыбаясь и выжидающе слегка пригнув голову к правому плечу. Что поделать, когда разговариваешь с такой дамой, как Андромеда, профессиональный интерес очень быстро меняется на личный, незаметно заглушая некоторые тормоза, которые, в случае Бредфорда, отвечали за лёгкий, добродушный флирт. И Лиам позволил себе расслабиться, раз уж утро, начавшееся с напряжения и негодования, благодаря миссис Грейсток и её кофе превратилось в такое солнечное и позитивное.

И казалось бы, что может быть лучше? Но тут Андромеда начинает нахваливать Лиама и тот растекается по столу локтем, почти ложась верхней частью торса на него, а потом накрывает ладонью собственный затылок, и взъерошив зачем-то волосы, опускает взгляд, непроизвольно кивая.
- Спасибо, - улыбается Бредфорд, - я рад, что не доставляю вам неудобства. - Он усмехнулся. - А ведь это моя работа. - Иронизировать в сторону самого себя щёлкает в голове Лиама словно защитная реакция. Журналист хмурится, слегка отворачиваясь от Андромеды, чтобы спрятать эмоции, а дёрнувшиеся вниз уголки губ прикрывает ладонью под видом желания почесать щетину. Бредфорд не привык к такой тёплой искренности. Или же, всё же правильнее сказать, отвык от неё и как журналист и как человек. В частности, как мужчина. И чувствовать её было странно, будто бы пробовать что-то  новое и экзотическое, а потом узнать, что когда-то давно уже ел это. Но выдохнув и взяв себя в руки, Бредфорд возвращает лицу довольное выражение, оборачиваясь к леди. - Вы уникальный человек, Андромеда.

+1


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » [15.11.2019] Something stays traditional


Сервис форумов BestBB © 2016-2020. Создать форум бесплатно