ams
Alice | Lauren | Eva
posts
duo
episode
active
best post
need you
Терпением Фред не отличался никогда, но именно засада у камер хранения стала для него настоящим испытанием на прочность. И не только для него. Спустя минут пять Макс стал ловить себя на мысли, что хочет вмазать приятелю. Спустя еще десять минут, поймал себя на том, что хочет убить. А когда прошло еще пятнадцать и полчаса в общей сложности, на полном серьезе высматривал слепые пятна камер видеонаблюдения, чтобы сделать это без лишнего палева.
[читать дальше]

    The Capital of Great Britain

    Объявление

    ИТОГИ ОТ
    13.06
    Челлендж 15
    Летний!

    Информация о пользователе

    Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


    Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » Мы прольёмся сном под проливным дождем


    Мы прольёмся сном под проливным дождем

    Сообщений 1 страница 13 из 13

    1


    мы прольёмся сном под проливным дождем
    .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .
    https://i.imgur.com/Lhw1VXg.gif https://i.imgur.com/FGW0gzs.gif https://i.imgur.com/ooOF140.gif

    Александр Хоуп, Элоиз Абрамс
    Частная медицинская клиника, улицы города || 15/10/2021

    Ночь, улица, дождь.
    Тусклый свет жизни и яркий блеск чужих глаз.
    Чашка кофе и глубокий разговор.

    +1

    2

    - Сэр, вы забыли, - уже на бегу медсестра из кабинета его онколога окликнула пациента и передавая ему зонт в виде трости, который тот любезно оставил в углу около вешалки.
    - Спасибо, - он растерянно забрал находку, застегивая пальто, словно и не верил, что зонт принадлежит ему. Забавная философия получается, эта вещь полностью твоя, оплачена тобой, ты имеешь право распоряжаться ей так, как тебе хочется, даже вот, пожалуйста, оставить её в кабинете у врача. А жизнь, твоя собственная, которую подарили тебе мать и отец…..что ж, законченный пессимист скажет - ты зато можешь умереть тогда, когда захочется. Но это было не для него. Услышав диагноз, ему словно выбили почву из - под ног. Вспышка в центре страха в мозге, а потом угасание всего. Александр даже и не спрашивал, а сколько ему осталось, что нужно делать, чтобы подарить себе лишний год или месяц. В его карте значилось “Врач”, а коллега, что сидел напротив, обрисовал ему все настолько подробно, что теперь ему оставалось лишь выйти и забыть сюда дорогу до следующего приема. Все равно езда по врачам в его случае - лишь трата времени, а этот был посоветован коллегой, от которого не ждешь подлости такого плана, когда нужный доктор оказывается дилетантом или шарлатаном, что еще опаснее.
    Так, он уже был на трех приемах за несколько месяцев, которые показали, что болезнь не распространяется так быстро, как предполагали врачи, а это вселяло некоторый оптимизм, ведь работа фактически расклеилась, а бокал вина за ужином превратился в бутылку виски вприкуску с доставкой из закусочной, что расположена неподалеку.
    Промозглая улица вечернего Лондона встретила его порывом ветра и плеском дождевой воды в лицо. Хоть и иногда его мучали боли, он оставался дееспособным в достаточной мере, чтобы водить машину, а сегодня это, наверное, спасло настроение от неминуемого краха еще ниже, чем оно было. Кому понравится стоять на двухметровой остановочке в компании таких спешащих домой людей? Вот и Хоупу такая перспектива никогда не нравилась, и хоть машина осталась дома, он все еще мог позволить поймать или вызвать такси, что в городе как Лондон, не вызывало проблем. Немного пройдясь под так вовремя обретенным зонтом, он специально шаркал по асфальту, разбрызгивая капли, словно маленький ребенок, за этим занятием даже не заметив женщину, что стояла рядом с парковкой. Она не была похожа на местного доктора, скорее, на пациентку. И зная, с какими заболеваниями здесь проходят лечение, предпочел бы не вмешиваться в её жизнь.
    “Она стоит там осознанно, может, ей нравится стоять под холодным английским дождем”, - должен был подумать практически любой проходящий мимо, включая и самого Алекса. Сейчас род людской повернут лишь на собственной безопасности, ведь лучше добраться домой быстро, не обращая внимания на тех, кто стоит или идет рядом. Сколько раз здесь и дома в Америке он наблюдал, как в толпу кричат, есть ли здесь врач, но никто не откликался. Забавное стечение обстоятельств, словно выигрыш в лотерею, когда из ста человек зевак ты единственный умеешь оказывать экстренную помощь. По виду этой незнакомки помощь ей была не нужна, по крайней мере, неотложная.
    - Погода сегодня просто ужас, - он чуть повысил голос, заглушая стук капель, которые били по земле уже с такой силой и грохотом, что казалось, будто с неба просто льют воду из ведра, - не мог пройти мимо, чтобы не предложить вам место под моим зонтом, - он приветливо улыбнулся, а когда свет упал на её лицо, вспомнил, что они уже были знакомы, - вы Элоиз, я правильно запомнил, да? Мы познакомились в коридоре этой клиники не так давно. Я Александр. Наверное, вы не ожидали такого резкого ухудшения погоды? Я вот вообще свой зонт оставил у доктора. Спасибо, что хоть вернули. Ждете такси?
    В его состоянии не особо хотелось беседовать или даже пересекаться с незнакомыми людьми. От сегодняшнего почти 6-часового пребывания здесь у него разыгралась мигрень, хотелось странным образом плотно поесть и забыться на несколько дней в просмотре сериала под выпивку у себя дома. Хоуп и раньше не особо любил общество чужих, незнакомых людей, но с Элоиз был другой случай. Ему хотелось поговорить именно с таким человеком. Еще увидев её в первый раз в коридоре, в нем что-то включили, словно щелкнули тумблером здравого смысла и осознания "Я бы хотел быть таким же сильным, как она". Её беседа с врачом, уверенный шаг, отсутствие видимого сомнения в том, что она делает и потерянности от происходящего. Вот так он мог бороться с болезнью, но пропал стержень мотивации некоторое количество лет назад. Без родных, любящих людей он словно был один против целого войска, а отваги и храбрости уже не хватало.

    Отредактировано Alexander Hope (3 Июн 2022 01:40:08)

    +2

    3

    Холодный воздух облизал ее легкие, и на секунду женщине показалось, что она задыхается. Такое всегда было при перемене температуры, влажности или давления, поэтому она не любила, когда погода на улице и в помещении отличалась, но в Лондоне не бывало того тепла, которое окружало ее в небольшой квартире, под огромным теплым пледом и рядом с мурчащим котом. Забавно, как кто-то, выброшенный на дорогу жизни, может оказаться родным, любимым и самым теплым в мире существом, а тот, кто много лет спал на соседней подушке - редкостной дрянью. Впрочем, сейчас не хотелось думать о нем, она смотрела на проезжающие мимо автомобили, скрестив руки на груди, словно обнимая себя, на то, как в лужах отражается вся тьма и серость этого города, на то, как идеально ровная гладь встрепенулась от разрывающих ее покой капель, и чувствовала себя разбитой. Сил почти не оставалось ни физически, ни морально. Почти три года борьбы, каждый день превозмогать боль и идти вперед, надевать туфли на высоком каблуке и чулки высшего качества. Платье, подчеркивающее фигуру, делать прическу и макияж, создавая образ женщины, которой она всегда хотела быть, если бы ее не подавляли. Той, кто не боится ступать на шпильках по мощеным улицам, словно нога не может подвернуться, и она не шлепнется неуклюже в лужу. А может быть если упадет, то сможет заплакать? Забавно, ведь ни одна слеза не была проронена с момента оглашения новости о болезни, которая ведет ее под руку к кладбищу. Интересно, а Смерть - мужской или женский персонаж? У Пратчетта был мужским...
    Из ее задумчивого состояния ее вывел голос. Тихий, приятный, глубокий. Он как будто сразу приоткрыл верхнюю часть скорлупы и шептал прямо в душу, хотя не было в нем ничего особенного. Женщина лишь повернула голову, оставив корпус неподвижным, все еще решая, достоин ли ее собеседник достаточного внимания, или полувзмаха ресниц будет достаточно для того, чтобы он ее покинул?
    Но она его помнила. А еще была достаточно хорошо воспитана классической литературой, чтобы не хамить и не шипеть на него, подобно драной кошке, которая боится любого прикосновения, ожидая удар.  Даже если хочется побыть в коконе своих мыслей одной. Наоборот, она выпрямилась, смотря своими большими, темно-подведенными глазами в его. Небесно-голубые. - О да, Александр, верно, добрый вечер, - она все-таки повернулась к нему, желая рассмотреть вблизи. Она всегда неважно видела в даль, но от одной мысли о линзах ее передергивало, поскольку она считала это изобретение человечества негигиеничным, а от очков у нее начинала болеть голова из-за давления на переносицу. Так что раньше, когда они встречались в коридорах, она и правда не могла полноценно его рассмотреть, зато сейчас, когда он так бесцеремонно вторгся в ее личное пространство, могла смотреть прямо в глаза, впрочем, скользнула взглядом и на его тонкие губы и мужественную челюсть. Интересный типаж, мог бы подойти для ее книги...
    - Знаете, Александр, есть такие люди, которые любят подобную погоду, они даже перебираются в Соединенное королевство ради дождя. Они находят покой в нем, расслабляются, это их своеобразный кайф, как для некоторых - чашка какао под большим пледом.  Успокоение души,  собственный сорт героина, - она чуть улыбнулась уголками губ, а потом подняла взгляд на купол зонта, после чего снова перевела взгляд в глаза Александра. - Их называют "плювиофилы". Согласна смешное слово. К счастью, я к ним не отношусь, так что спасибо, - теперь улыбка была уже более искренней и теплой. Подумать только, она стояла под дождем без головного убора, и просто мокла. Наверное и прическа испортилась, и макияж потек, и она куда больше похожа на панду, чем на человека.
    - Я и правда  вышла, чтобы поймать такси, но задумалась о том, чего хочу. И странным образом осознала. Крепкий кофе. Арабика без робусты. Взбитые в пену сливки. Если сливки прокипятят с семенами ванили и стручком корицы, то будет идеально, но в  последнее время найти хороший кофе сродни фантастики. И обязательно большая порция в чашке, никаких стаканчиков, - она подняла указательный палец вверх, словно предостерегая всех существующих в мире людей от фатальной ошибки. - И что-то сладкое. Как говорится, один раз живем, - она улыбнулась еще шире, мягко коснувшись рукой предплечья мужчины. - Хотите составить компанию? Я угощаю. Если не спешите, конечно и не являетесь плювиофилом... Правда я чертовски плохо знаю этот район, и вряд ли в той шаверме, что виднеется за углом, удастся найти приличный напиток.

    +2

    4

    Он очень обрадовался, неожиданно для себя, что она так любезно согласилась на его предложение укрыться под зонтом, находил её остроумные без сарказма ответы весьма забавными и невольно улыбнулся, отставляя все проблемы от этого пасмурно - грустного дня на второй и даже на третий план. Он не сегодня узнал о болезни и уже можно было сказать, что первые стадии принятия уже минули в небытие, растворяясь в потоке прожитых дней с этим диагнозом.
    - Да, к ним я себя тоже не отношу, предпочитаю вообще кататься на машине в такую погоду по принципу “от порога до порога”, - он продолжал держать на лице улыбку, стараясь не стеснять девушку своим взглядом. А смотреть на неё по какой-то необъяснимой причине хотелось вновь и вновь. Даже не сразу услышал её предложение пойти выпить кофе и сейчас Александр стоял, пытаясь напрячь сознание, вспоминая урывками информацию о шаверме и что на углу этого здания она отвратительна.
    - Знаете, здесь есть одна хорошая кофейня буквально в через две улицы, а если вы разрешите взять вас под руку, то мы даже не намокнем так сильно, как если бы пытались соблюдать личное пространство под моим зонтом, - конечно, она уже согласилась встать под этот клочок ткани вместе с ним, но даже банальная попытка взять за руку может сыграть злую шутку и все может обернуться не так радужно, как начиналось, поэтому он просто согнул руку в локте, ожидая её согласия, - я с удовольствием провожу и угощу вас. Не подумайте, что я не даю вам свободы выбора, но все же это будет моим способом сделать вам приятно в такой паршивый день. А мой любимый кофеиновый допинг - кофе с бренди по - венски. Да и сейчас я бы, наверное, хорошо поужинал, опять же, если вы не против такого во время беседы.
    Пока они шли по залитой дождем пешеходной дорожке, их несколько раз обгоняли торопливые работники, что старались, очевидно, максимально быстро добраться до теплого душа или ужина со своей семьей. Смотря на них он снова задумался, сохраняя молчание. Вот они торопятся, а куда. Абсолютное большинство из них проживет долгую, а что еще более важно, счастливую жизнь. Но все это глупая философия, которая присуща лишь умирающим. Никто не задумывается об этом в круговороте жизни и смерти. Еще один прожитый день или неделя, дожить до выходных и отдохнуть. А он сейчас был одним из тех глупых философов, что пытались объяснить жизнь других, хотя они в этом совершенно не нуждались.
    - Скажите, Элоиз, - начал он как - то монотонно, почти равнодушно, - можете ли вы назвать себя философской натурой? - Его взгляд был устремлен вперед, но сейчас он взглянул на спутницу, улавливая аромат её влажных волос, от которого немного кружилось в голове и пробуждал от этого что-то далекое, спокойное и нравящееся душе, - просто я смотрю на проходящих мимо людей и понимаю, что мы выделяемся своей неторопливостью. Стоит ли эта суета всех тех результатов, которых они добьются, если доберутся из одной точки в другую чуть быстрее, чем хотели бы на самом деле?
    Кофейня, как и предполагал Хоуп была залита огнями своей красивой, но в то же время, не выходящей за рамки этого города, вывеской, а изнутри даже сквозь закрытую дверь стойко слышался вкуснейший кофейный аромат и смесь из запахов блюд. Народу было не то, чтобы очень много, а обслуживающий персонал стоял около стойки и о чем-то тихо переговаривался.
    - Вы позволите, мисс? - по правилам этикета он все же решил помочь ей справиться с верхней одеждой, а уже потом на вешалку отправилось его мокрое с одного бока пальто, - выбирайте столик, здесь я уже полностью повинуюсь вашему выбору, раз вы позволили выбрать мне место нашей встречи.

    +2

    5

    После того, как Лиз обнаружила у себя болезнь, она совершенно четко для себя решила, что больше не сядет за руль машины. И дело было не в том, что она себе не доверяла, она в принципе не ощущала себя комфортно на водительском кресле, но она предпочитала во время поездки наслаждаться видами из окна, думать о чем-то своем или поспешно набрасывать возникшие идеи в заметках телефона. А остальное проще доверить мужчинам. И потом, ей не нужно было ничего никому доказывать. Она жила свободно, любила свою жизнь, наслаждалась ею и не планировала умирать. Знала, что это произойдет, но не сегодня. Изо всех сил хотела в это верить, ведь пока она чувствует эту боль, что разливается под кожей, она еще жива.
    Ее замерзшие пальцы скользнули к теплой руке. Она невольно провела ими по предплечью мужчины, цепляясь удобнее. Рядом было спокойно и тепло, впрочем, в последние годы она искала именно  этого. Не погони за счастьем, не страстный чувств, а лишь покоя, когда не чувствуешь боль острее, чем обычно.
    Он не торопил, они шли неспешно и спокойно, кажется, в полной гармонии с собой и с городом. Женщина лишь смотрела вперед, доверившись тому, что Александр точно знал, куда ее ведет. А если нет, то что? Потеряются? Найдут другое заведение,  а в худшем случае - по геолокации вызовут такси и отправятся по домам. Не в их положении диктовать условия...
    - Я не философ, скорее наоборот. Они все отличаются от нас лишь тем, что им есть куда спешить. Или к кому. От того, что я буду идти чуть быстрее, ничего для меня не изменится, а они могут опоздать на встречу с судьбой, - она слабо улыбнулась. Кажется, ее новый знакомый разделял ее  мироощущение, и от этого внутри почему-то было очень тепло.
    И правда через пару кварталов показалось милое кафе. Слишком уютное, чтобы прятаться в этой серой части города.  Яркий свет ударил в глаза, заставив Элоиз зажмуриться на секунду, но ее глаза быстро адаптировались, и она сабо улыбнулась, окинув заведением своим зорким оценивающим взглядом. Очень уютно, даже слишком. И кавалер у нее оказался достаточно галантным, чтобы поухаживать за ней и помочь справиться с мокрым плащом. Возможно, следовало бы выбирать более теплую одежду, все-таки за окном погода была не майская, но ведь они жили один раз, а значит, можно было позволить себе и красивую одежду, и даже простуду, которая может стать последней. Забавно, но каждый дождь женщина изучала, вбирала в себя его капли, запах и эту жуткую влажность, от которой  волосы завивались в мягкие волны. Вдруг этот дождь для нее последний? А ведь она и не узнает об этом. Это ведь только в книгах герои сидят потом на облаках и говорят о море. А там, по ту сторону, ничего нет, и никого. Небытие - страшное слово, но чертовски реальное...
    - Если и выбирать, то рядом с окном. Вот тот, под абажуром из темно-зеленой ткани, как раз в тон моего платья, - она его сразу приметила, как только они оказались внутри, после чего неспешно последовала к нему, позволив и здесь Александру проявить свои лучшие качества.
    Она провела кончиками пальцев по кромке скатерти, а потом перевела взгляд на блондина перед собой.
    - Знаете, сначала мне показалось, что Вы из Австралии. Вы очень фенотипичны - блондин с холодными глазами. Но я слышу в вашем акценте другие нотки. Америка? Откуда Вы? - она откинулась на стуле и закинула ногу на ногу, рассматривая мужчину, который был перед ней. Он был красив, но помимо этого он был интересен. Это качество проявляется в мужчинах с возрастом, когда они уже точно понимают, что им нужно, когда готовы отдавать себя, когда знают вкус побед и горечь потерь. Глубина и наполненность эмоциями - то, что всегда Элоиз ценила в людях. То, что старалась вкладывать в своих персонажей, даже не зная, получалось ли у нее. Ее главная героиня была женщиной, а с ними все всегда иначе, чем с мужчинами, и эмоциональную составляющую, как правило, совершенно не нужно прятать, а можно наоборот, выпячивать на основную сцену. Забавно, но в ее произведениях не было места чувствам между мужчиной и женщиной, не было место для любви, видимо, как и в душе самой женщины.
    Подошедший официант любезно порекомендовал лучшие блюда, и Элоиз остановилась на большой чашке кофе и эклере с миндальным кремом, решив, что на ужин нечто более плотное ее не порадует.
    Она сложила руки в замок, оперев локти на стол, и опустила сверху подбородок, испытующе смотря на мужчину. Чего он хотел от нее?

    +3

    6

    Официант был учтив, обстановка располагала к тому, чтобы расслабиться. С ней он почему-то не чувствовал того волнения, что бывает, когда встречаешься наедине вот так с незнакомым до этого человеком. Ну или практически незнакомым. Он почувствовал, как живот предательски заурчал, почувствовав недалеко от себя ароматы разнообразной кухни, поэтому Алекс решил не отказывать себе в том ужине, который запланировал еще на парковке, ведь в его желудке не было больше булочки и стаканчика кофе с утра. Он заказал картофель в качестве гарнира, а к нему шел аппетитный стейк и обязательно максимальной прожарки, без сока, но вот напиток он решил все же поменять, так как планировал после всего этого просто упасть без задних ног и позволить уставшему телу насладиться объятиями Морфея.
    - И еще, пожалуйста, бокальчик красного вина, Шарпхэм, если можно, - он провел пальцем по обширной винотеке и передал свое меню официанту, откинувшись на спинку обитого длинного кресла, что в ресторанах и прочих местах такого плана были нередки. На её вопрос он лишь улыбнулся, снова собрав руки в замок и положив на них подбородок:
    - Наверное, сказать откуда я, проще, чем точно объяснить мои корни и происхождение, - он не отрывал взгляда от её глаз и Александру очень нравилось, как они словно закрылись куполом от того, что происходит вне их столика и сейчас целиком отдавались беседе, - я вырос в Денвере, США, потом были долгие года в Индиане, пока учился и работал в том же штате, а потом перебрался сюда, - он запнулся, впервые за долгое время вспомнив, почему же он оказался так далеко от родного дома и матери, что сейчас пусть и достойно, но встречала старость в глубоком одиночестве, ухаживая за семейным садом и, наверное, переговариваясь через низенький забор с такими же соседками - пенсионерками. В Элоиз было что-то такое, что не отталкивало, а делало наоборот. Создавалось впечатление, что ей можно было рассказать все и не бояться, что встретишься со стеной безразличия или кривых усмешек, словно она понимала, что произошедшее оставило неизгладимый след на его душевном спокойствии, - точнее, сбежал. Там было слишком много того, что хотелось бы забыть, - невольно он коснулся собственной шеи, где висело два обручальных кольца разного размера и оформления, они будто налились жаром и сейчас горели, чувствовались сквозь рубашку, не согревая, а сдавливая артерии и мышцы на шее, - но мне не хочется сейчас говорить о грустном, - снова дежурная на сегодняшний вечер добродушная улыбка, а руки легли на стол, одна из которых вертела солонку, - можно утверждать, что я не коренной американец. Бабушка и дед были Шотландцами, а потом перебрались за океан. Вот так и началась история нашей американской мечты, - подытожил он, освобождая место для бокала вина и напитка Элоиз, - а что насчет вас? Я не возьмусь утверждать на сто процентов, но мне кажется, вы - таки истинная англичанка. Не поймите меня в негативном свете, но у англичан есть такой акцент, который не присущ остальным англоговорящим национальностям, как я могу наблюдать в этой стране, - по её лицу было видно, что в этой случайной встрече она нашла ту заинтересованность, которую, возможно искала. Ему на короткое время показалось там, на стоянке, что Элоиз хотела сбить его с толку своими рассуждениями о плювиофилах и он, посчитав её немножко со странностями, отошел бы в сторону и оставил в покое. А теперь она с неподдельным интересом слушала обрывки его “истории”, жизни, которую он прожил будто бы и зря. Ведь не останется после него ничего, кроме медицинского наследия, которое и вовсе скоро забудется и будет напоминать о нем разве что мемориальная доска на клинике, где он трудился и помогал всем просящим.
    Наконец, принесли ужин и он как-то слишком уж жадно принялся за него, не в силах сдержать себя от кружащих голову ароматов,тем более, что глоток вина только лишь сильнее раззадорил его аппетит.
    - А еще вы хорошо осведомлены о людских пристрастиях и привычках, - Хоуп говорил исключительно с пустым ртом, чтобы не разрушать возможные мысли спутницы о его воспитании, - не каждый может похвастаться хотя бы знанием слова плювиофил, чего уж говорить о его определении. А ваш слог одновременно прост и сложен, что говорит о начитанности или даже о писательских навыках. Наверняка вы можете похвастаться любимыми литературными жанрами, а я смогу перенять что-то от вас. Потому что в последнее время мое чтение занимают лишь научные работы. Или я ошибся на этот счет и передо мной сидит просто хорошо образованный человек, который и не относится к писателям?
    Александр не хотел сразу говорить ей о том, кем он является там, в обычной жизни, но профессиональное выгорание, очевидно, просачивается сквозь обычный разговор и вносит в него свои корректировки. Да и ему было интересно, угадает ли она сама, потому что судя по её блеску глаз, этот диалог превращается в нечто увлекательное, где можно побыть для другого некой загадкой, которую будет приятно разгадывать, шаг за шагом, оставляя приятное послевкусие от очередного правильного ответа. Он следил за ней, ловя себя на том, что уже давно смотрит не только на её глаза, но и следит за легкими движениями рук и водит взглядом от кисти до предплечья, разумеется, стараясь быть неуловимым для её случайных возможностей подловить его на этом занятии. Ведь не отметить её красоту было сложно. Именно в этот момент, когда она встретилась лицом к лицу с непогодой, но природа словно сделала все только лучше. Волосы, пусть и слегка растрепаны, но ложились так аккуратно влажными прядями, что и они заставляли взгляд цепляться за них. Аккуратная тоненькая шея, которой она изредка касалась. Все эти, казалось бы, совершенно неинтересные для собеседника вещи, имели власть над его слишком пристальным в некоторых случаях взглядом.

    Отредактировано Alexander Hope (8 Июн 2022 00:49:42)

    +3

    7

    Было интересно наблюдать за тем, как мужчина невольно отзеркалил ее позу. Видимо, разговор и правда казался ему интересным, а потому он неосознанно, но пытался узнать Элоиз чуть лучше. А что в этом случае работает лучше, чем возможность примерить на себя чужую шкуру? Вот только лишь  в кино взрослый мужчина, чтобы понять женщину, цепляет на себя колготки, пробует воск, помаду и средство от головной боли, ах да, еще и не забывает накрасить ногти и ресницы, чтобы ощутить себя в женской шкуре, но и в этом случае никто не даст гарантию, что он начнет слышать женские мысли, как персонаж Мела Гибсона. Куда проще начать с позы и совершить очень простое - спросить. Узнать чуть больше о том, кто рядом. В чем истинный  интерес? А была ли разница?
    Элоиз слушала внимательно, удовлетворенно отмечая про себя,  что он и правда американец. Но ему даже это шло, хотя в любой другой жизни она была бы рада видеть его англичанином. Впрочем, вряд ли их судьбы еще когда-то соприкоснутся в этом мире, а в другие Лиз не верила.
    Итак, вкус на вино у него был неплохой. Что же до побега от прошлого, то убежать от себя было нельзя, но Элоиз не собиралась учить мужчину жизни, он был достаточно взрослым, да и как показывала практика, никто не любил чужого личного мнения. Может на то оно  и личное, чтобы оставаться при источнике? Впрочем, было любопытно, что заставило мужчину уехать, а точнее, сбежать из родной страны? Здесь наверняка не лучше, да и солнца меньше, а жизнь кажется более хмурой и скучной, разве нет?
    - Знаете, Александр, память иногда играет с нами так, что мы можем годами не вспоминать о том, что было с нами, а потом просыпаемся в холодном поту, вспомнив историю из прошлого или вовсе из детства. Но потом однажды мы все забываем, да и память притупляется, а вместе с ней и боль от прошлого. Просто одному человеку нужен месяц, а другому не хватит и десятка лет, - слабая улыбка, и она сделала глоток кофе. Не положили ваниль... Мелочь, а неприятно, но вряд ли Элоиз позволила бы себе замечания в сторону баристы или официанта. В конце концов, ни один шеф-повар мира не обязан готовить по рецептам, которые были у нее в голове. Да и всегда можно было закатать рукава и самой приготовить нечто вкусное для себя, даже если вкус будет сильно отличаться в реальности от желаемого результата.
    А вот эклер удался, и женщина с наслаждением отрезала колечки, плотно набитые кремом и посыпанные сверху миндальной крошкой. Франжипан был нежным, а глазурь приятно хрустела под ножом. Но десерт был не единственным удовольствием этого вечера. Куда приятнее было слушать мужчину и его хорошо поставленную речь. Он говорил спокойно, размеренно, не болтал с набитым ртом, а ужинал и вел светскую беседу. Так ведут себя на встрече с друзьями, которых знают тысячу лет, а не на встрече с женщиной. Либо он и правда был очень уверен в себе, либо же считал, что эта встреча может стать хорошим фундаментом для дружбы. Для людей, которые впервые общались, это казалось Элоиз немного странным, но отторжения не вызывало.
    А далее и вовсе пришел ее черед отвечать на каверзные вопросы и смущаться от пристального взгляда голубых глаз. Женщина даже рассмеялась, сделала глоток кофе и внимательно посмотрела ему в глаза. - Бинго. Факультет литературы, годы в издательствах Англии, а сейчас - написание глупых бульварных романов, которые почему-то пользуются достаточно большой популярностью у мамочек и домохозяек. Глупое и бессмысленное чтиво, но современное общество отказывается видеть глубину в произведениях,  будучи не в силах отличить сарказм от здравого смысла, и увидеть иронию в переплетении фраз. Да и потом, кто сейчас по-настоящему интересуется историей, философией, биофизикой? Лишь люди, которые и так отдали этому свою жизнь, но обычные люди, которые окружают нас с Вами, да что скрывать, коими являемся и мы, предпочитают вечером окунуться в приключенческий роман. И это в лучшем случае. В худшем - читают желтую прессу и смотрят дешевые сериалы, в которых человеческие пороки возводятся во главу угла. Это реальность, в которой мы существуем, - и снова глоток кофе. От него не так болела  голова, начавшая шуметь из-за дождя, постепенно успокаивалась, а может быть на нее так действовал сидящий рядом Александр?
    - Графство Суррей. Истинная Англия с небольшими уютными домиками и вечной серостью. Место, где нет места радости и солнечным улыбкам. Самое ядро этого Английского мира. И да, англичане и правда говорят с особым пренебрежением и высокомерием. Это впитывается с молоком матери, - она хмыкнула и отправила в рот кусочек эклера, рассматривая блондина.
    - А вы наверняка шпион. Или специальный агент. ЦРУ? ФБР? Видите людей насквозь и всегда готовы их расколоть? Ну же, признавайтесь, я унесу эту тайну в могилу, - заговорщически прошептала она, чуть подавшись вперед и рассмеявшись. Речь шла про научные труды, поэтому вряд ли он был представителем спецслужб. Но сил гадать совсем не было, и она просто расслабилась, готовая услышать его историю. - Хотите кусочек? - хитро спросила она, решив немного подкупить его вкусным эклером.

    +2

    8

    С основным блюдом было покончено, когда Александру было предложено еще и сладкое. Беседа с Элоиз и без этого была легкой, воздушной и одновременной подслащивающей в этой горькой для обоих, что очевидно, ситуации. Мужчина даже невольно забыл, что с ними происходит что-то плохое, что все эти проблемы разом остались там, за окном на дождливой улице и стремление сбежать от них наконец-то нашло точку опоры, чтобы попытки оказались еще более удачными.
    - Я бы не отказался, - ответил он, чуть привстав со своего места и правой рукой придерживая галстук от возможности “облизать” остатки соуса с его тарелки, другой же рукой он взял предложенный кусочек и случайно коснулся руки Элоиз. Не сказать, что его прошиб какой-то разряд или вспышка радости, перемешанной с возбуждением. Ему просто понравилось, что касание кожи вызвала некий приятный эмоциональный отклик в нем самом и, что возможно, в сидящей напротив женщине. Ведь он уже давно не тот молодой парень, который приглашает девушек на выпускной вечер или танцевальную вечеринку. Он уже осознает, что ему нравится сильнее, а что слабее, просто это не отзывается так бурно, как было раньше. Но сейчас Хоуп мог утверждать, что случайное касание руки вызвало сильный для него отклик.
    - Не сказать, что я бил точно в цель, скорее, выстрел наугад. Ведь не каждый художник может хорошо рассказать о красках, так и писатель может быть не обременен хорошим словарным запасом, - немного содержимого эклера упало на выбритый подбородок, и Алекс, беззвучно чертыхнувшись, успел перехватить беглеца до того, как запачкается воротник или галстук, - дождь кончился. Если вы захотите выбраться из уюта этого кафе и подышать свежим воздухом, то я хотел бы пригласить вас в парк. Воздух после дождя очень полезен для легких.
    - Смотря, какие сериалы или книги называть глупыми, - он облизал палец от крема и взял салфетку, чтобы вытереть его насухо, - прекрасный вкус, кстати, спасибо, - улыбка почти весь вечер не сходила с его губ, - так о чем это я, да. Многие люди любят проводить вечера подобным образом. Сериал - возможность поставить реальность на некую паузу, окунуться в историю персонажа еще на один час, а потом ждать новую серию целую неделю. Также и с книгами. Наверное, вам знакомо чувство, когда после прочтения прекрасной истории вы понимаете, что это конец, продолжения нет и наступает апатия. Вы радовались, грустили, превозмогали вместе с этим героем и сейчас вам кажется, что уже ничего не сможет заполнить этот пробел. Но я понимаю ваше негодование, Элоиз. Все меньше людей может похвастаться тем, что прочитали или посмотрели действительно стоящий фильм или книгу. А уж точные науки, или, даже, философия,- Алекс сделал жест руками, описывая в воздухе шар, - это, увы, для многих и до века потребления стало недоступной средой. Даже взять меня. Я ненавидел математику в школе всем сердцем, зато легко щелкал задания по биологии. И ловили меня под одеялом с учебниками биологии или очередным литературным произведением известных авторов, - он стал смотреть куда-то за Элоиз, высверливая взглядом стенку и замерев с руками в воздухе. Воспоминания о родительском доме всегда давались ему с некоторой сложностью, но сейчас он открыл другой сундучок, уже с другим “содержимым”, где не было места грусти, - простите, я задумался. С вами мне являются образы из детства, которые я давно уже не проецировал в своей голове. Так вот, я любил многих авторов. Лавкрафт, например. Я зачитывался его сочинениями и уже сформированными изданиями про Древних Богов. Читал Чехова и Бунина в переводе, но это уже в более позднем возрасте. Но я и не упускал возможности в прочтении свежих комиксов или в просмотре очередной новинки кинематографа. А сейчас, - Александр вздохнул, глубоко и как-то горестно, - сейчас я, как вы и говорите, увлекаюсь лишь трудами по биологии, философии и психиатрии, - последнее слово прозвучало как - то совсем уж обреченно. Нет, он вовсе не собирался отказываться от своей работы. Здесь дело было в удовлетворенности. Он любил свое дело, но начинал уставать, все-таки, он не робот. Да и здесь он сидел не за тем, чтобы предаваться размышлениям о своей работе.
    - Поэтому, - последний глоток вина опустошил бокал, - отвечая на ваш вопрос. Я клинический психиатр. И любить биологию и прочие естественные науки, как ни странно, моя работа, - он тихо рассмеялся, снова сложив руки в замок, - это не та тайна, что следует уносить в могилу. Подтверждая ваши слова, я должен видеть людей насквозь, чтобы видеть их переживания более подробно и говорить, а также слушать это то, чем я зарабатывал на жизнь последние, наверное, двадцать с лишним лет. И знаете, даже несмотря на то, что вы являетесь истинной англичанкой, а также умеете держать голову высоко, все это нисколько не отменяет того факта, что вы, Элоиз, прекрасный собеседник. Хотя я очень хотел соврать про секретного агента. Но я не такой обаятельный с женщинами и уж точно не стану хамить при первой встрече, как Джеймс Бонд в “Казино Рояль”. Хотя вы в точности, как Веспер. Она не промахнулась с Бондом ни разу и сумела произвести на него впечатление за несколько минут первой встречи своей сногсшибательной красотой и не менее сногсшибательным остроумием,  - на этот раз он посмеялся чуть громче, когда их перебил официант, - что - нибудь еще желаете?
    - Нет, спасибо, все было очень вкусно, - он передал пустую тарелку подошедшему парню. Он с улыбкой принял посуду и обратился к Элоиз, - а Вам еще что-нибудь принести?

    +2

    9

    "До чего же аппетитно он ест, буквально смакует каждый кусочек. Интересно, и с жизнью так?" -  только и мелькнуло в голове женщины, но она с трудом подавила в себе улыбку. Ей очень нравился Александр. Он был отлично воспитан, а может и сам взращивал в себе требуемые для жизни качества. У него был хорошо подвешен язык, он был проницателен, а еще, что немаловажно,  он был начитан, причем судя по всему, любил литературу, которую в любом университете считали классической, да и многие люди, которые много читали, считали это минимумом, которое стоило почитать. Не хватало еще Достоевского для полной картины мира, впрочем, раз из многогранной Америки он выбрал Лондон, то наверняка читал и его.
    Она старалась не перебивать его, и каждое его слово ложилось  на полочку с именем "Александр", и лишь когда он назвал свою профессию, брови Элоиз дрогнули. Ну теперь-то все сложилось в простой и понятный паззл. Не тот, который из миллиона кусочков, похожих друг на друга, как две капли воды, а  на самый простой из двух-трех кусочков. Проницательность, умение найти подход, а главное - заинтересовать и заставить человека довериться. Это всего лишь его профессия.
    - А мне кажется, Вы  - куда приятнее, чем Бонд. Хотя по правде, первые два фильма плохо раскрывали внутренний мир персонажа, а вот Скайфолл... -  если не шедевр, то невероятно достойный фильм. Впрочем,  я так давно смотрела первый фильм с Веспер, что почти не помню его, а может, просто старалась не запоминать, потому что главная героиня погибла, -  уже тише добавила она, поблагодарив официанта и встав со своего места. На секунду стало страшно, что и ее ждет такой же конец, а может и хуже? Она сама покончила с собой или погибла? Лиз не помнила, но не была уверена, что сможет бороться до последней минуты, а не сдастся в паре шагов от конца. Что тогда это будет? Поезд, река, газ? Секундная слабость даже в мыслях пронзила болью, заставляя выпрямиться. Она сильнее, она никогда не сдастся.
    - Спасибо за ужин, Александр. Я и не знала, что здесь есть настолько уютное место, где еще и вкусно кормят
    , - с улыбкой произнесла она, позволяя себе насладиться галантностью мужчины еще раз и нырнуть в верхнюю одежду. Она провела руками по волосами, убирая чуть завившиеся волосы за уши, а потом вытащила пару шпилек, распуская их и расправляя себе на плечи. Высокие прически ей всегда шли, но от них болела голова, а сейчас хотелось и правда немного расслабиться и подышать воздухом.
    Интересно, то, что он сказал о Веспер, относилось к ней или все-таки к Элоиз? Где-то глубоко внутри что-то хотело, чтобы он говорил именно о своей новой знакомой.
    Шпильки отправились в нагрудный карман, и Элоиз глубоко вдохнула воздух, оказавшись на улице. И где все люди? Или город уже вымер, или было достаточно поздно, и все спали? - Я с огромным удовольствием отправлюсь на прогулку, но лишь при одном условии, Вы не будете смотреть на меня, как на пациента, а я на Вас - как на врача. Только так, -  простое условие, но невероятно важное для Элоиз. Ее путь принятия болезни уже был позади, и сейчас она посещала лишь групповую терапию, осознанно отказавшись от частных приемов, на которых ее будут выворачивать наизнанку. Но ведь вряд ли ее лечащий врач подослал Александра, чтобы тот убедил ее в необходимости правильной психологической помощи? Звучало так глупо, что Элоиз сразу же отмела эту мысль, но она все еще не понимала, почему Александр вдруг заинтересовался ею. Может быть решил поговорить с тем, кто умирает, но не в роли врача, а на равных? Сколько ему осталось? Почему у такого крепкого мужчина сбоил организм и забирал его жизнь? А почему судьба забирала ее? Лиз считала свою болезнь наказанием за то, что столько лет терпела несчастливый брак, и тело само решило сдаться, лишь бы больше не терпеть... Но теперь, когда она была свободна и счастлива, организм все равно погибал. Некоторые процессы необратимы.
    Едва ощутив рядом плечо Александра, Лиз тут же взяла его под руку, словно все еще шел дождь, и нужно было прятаться под зонтом. А может просто рядом с ним было спокойно и комфортно, а женщине так давно этого не хватало, что она инстинктивно тянулась к нему?
    - Александр, Вы прекрасный собеседник, и сегодня, стоя под дождем, я и не думала, что мой вечер окажется таким информационно насыщенным.  Но знаете, кого мы напоминаем мне? Паланик, Бойцовский клуб. Главный герой встретил свою музу на  одном из клубов анонимных умирающих. Они еще забавно делили потом, кому взять какое заболевание, чтобы не пересекаться, ведь  они не были больны. Жаль, что о нас этого нельзя сказать, -  ее улыбка была мягкой, и когда они оказались в парке, она даже прикрыла глаза, наслаждаясь воздухом. - После дождя настолько легко дышать, словно я снова ребенок. В детстве я очень любила убегать с  книгой к реке. Родители не ждали от меня ничего хорошего, и в этом я полностью оправдала их ожидания. А Вы? Мне кажется, Вы с детства знали, кем хотите быть, и какой дорогой идти, и делали все с такой же уверенностью, как сегодня, делая заказ в кафе. Уверенность  - лучшее качество, что может быть в мужчине. - Это был комплимент ему, и Лиз не скрывала своего довольного взгляда. Слишком мало достойных людей было рядом.

    +2

    10

    - Ваши слова благодарности и есть эта договоренность, - надевая ей пальто, он почти вплотную приблизился сзади к уху, чтобы не пытаться перекричать группу людей, что только зашла в заведение. Он оглядел их, когда пара выходила из кафе и отметил про себя, что на дебоширов они не похожи. Скорее, кто-то что-то отмечает или продолжает отмечать, судя по времени. Александр, когда еще не был болен, любил посещать с друзьями караоке - бары, просто ресторанчики и вспоминать былое, хвалиться в меру настоящим или вместе рассуждать со смехом о будущем. Сейчас друзей не осталось совсем, кроме его коллеги-соучредителя клиники, с которым они еще в штатах прошли через обучение и пронесли дружбу сквозь десятилетия, - но я могу вам обещать, что не полезу в голову даже с вашего разрешения. Мне хватает работы в рабочее время, да и вы не то, чтобы сильно скрываете что-то. Остальное мне знать либо рано, либо не положено вовсе, - он накрыл ладошку Элоиз, что обхватила его плечо, взглянув в её глаза, пожал плечом свободной руки, как бы показывая, что это лишь беззаботная встреча, ни к чему никого не обязывающая. Её речь была сладкой и завлекающей. Пусть она пишет бульварные, по своему мнению, романы. Но он ни с чем не спутает хорошего писателя, который даже говорит, словно пишет очередную главу захватывающей истории, с очередным писакой, который не может собственный труд оценить правдиво. Ему хотелось переубедить её, но он пока не знал, как. Может, её и не стоило ни в чем разубеждать и это просто кокетливость. Но даже если и так, она слишком умело оперировала собственными эмоциями, чтобы поймать её на таком трюке. Эта загадочность вкупе с красотой и простой обаятельностью создавала такой запоминающийся образ в сознании, что он был готов вывихнуть себе челюсть и шею, не сводя с неё восторженных, но в то же время умело спокойных глаз.
    Они шли по влажному асфальту, который уже был покрыт листвой, опавшей с ближайшего парка. Туда они и направлялись. Алексу хотелось показать ей место, где он мог просто уединиться под тенью деревьев днем и в парковом полумраке вечерами. Он не питал никаких надежд относительно продолжения их общения, так как был больше реалистом, чем пытался что-то предугадать наперед. Их встреча - просто повод выпить кофе и побеседовать о своих жизнях. О тех её сторонах, на которые еще не наложил свои корявые лапы рак. Её иронию относительно их болезней он не то, чтобы пропустил мимо ушей, Хоуп даже дежурно и в то же время горько улыбнулся, показывая, что ему уже не так больно говорить об этом. Просто не хотелось.
    - Я не смотрел Бойцовский Клуб, к превеликому сожалению, но все говорят, что это классика, - шумно выдохнув и наблюдая за паром, который шел изо рта, он показал приближающемуся водителю ладонь, благодаря за остановку, потому что до ближайшего перехода было слишком долго идти, а парк фактически был на соседней улице, - думаю, напишу его в свой ежедневник, чтобы не забыть посмотреть. Там скопилась достаточно обширная коллекция, что я хотел бы посмотреть, послушать или сделать. Что странно, я сделал этот список задолго до диагноза. Работа так съедала личное время, что из него вычеркивалось все не так активно, как хотелось бы, - Алекс поежился, поднимая воротник пальто. Становилось холоднее, пусть и вино еще горячило кровь, легкие порывы ветра обдували шею и заставляли втягивать её глубже в шарф, - жалко только, что дожди в Англии достаточно холодные в это время года. Здесь я солидарен с вами, пусть и за погодой никогда не следил. Читал я в основном дома, а на улице бегал с другими мальчуганами с моей улицы, - Александр это говорил, а перед глазами вставали образы из детства, которые окрашивались все ярче и ярче. Вот он разбил коленку, скатываясь на самодельном транспортном средстве, похожим на сани для бобслея, а вот он ворует яблоки с заднего двора у вредного дедушки, что жил напротив. А вот они построили дом на дереве и не пускали туда девчонок. Будто это все было вчера. Он снова задумался, напрочь потеряв нить разговора, а вернулся к ней уже после вопроса “А вы?”. Обладательница этого приятного голоса легко щекотала его щеку свободными прядями, которые на ветру вели себя непослушно, но это позволяло ему уловить аромат её шампуня или бальзама для волос. Приятный, но незнакомый запах.
    - Я любил родителей и пытался быть послушным, правда, это не всегда выходило, - начал он, мягко сворачивая на дорожку перед парком, - профессия, которую я выбрал, далась мне нелегко, потому что родители не особо поддерживали мой выбор, вернее, поначалу не поддерживали. А потом либо сдались, либо отступились, либо все вместе. После моего отъезда я общался с ними все меньше, получая лишь редкие телефонные звонки, да чеки на обучение. Уверенность? Здесь я не могу согласиться с вами, Элоиз, - свет от фонаря осветил её лицо и он смог разглядеть блеск её глаз, которые были устремлены к нему, - тогда я был упертым, а не уверенным. Я думал, что это мое призвание, не зная этого наверняка. И сейчас я бы сказал, что мне просто нравится моя работа. Но я с тем же успехом мог быть программистом или преподавать биологию в школе. А может, и просто почтальоном в своем отделении на той же улице, где я провел все детство. Уверенность сформировалась во мне много позже, что я на своем месте. Родители наверняка гордились моими успехами. Мама гордится до сих пор, а отца я спросить не могу. Он умер от рака, когда я еще толком не начал обучение. Вот и вся история моей “уверенности”, - последнее слово было сказано с оттенком сарказма, - простите, если я разрушил свой образ в вашей голове. Но я лишь просто вежливый и воспитанный человек, который не может оставить женщину на растерзание непогоде, - он чуть сильнее сжал её ладонь, ощущая тепло между руками и удовлетворившись этим, отпустил руку, просто убрав её в карман. Она неспроста задала это условие перед прогулкой. Ему даже показалось, что она боится его, будто он хочет вывернуть её душу наизнанку в терапевтических целях. Но он упорно отметал эту теорию, продолжая разговор с ней. Александр наслаждался её обществом ровно до того момента, пока не заговорил о семье. Теперь он сам боялся, что эта встреча наверняка будет последней, - вот иду я и думаю. Возьми я сегодня машину, я бы просто уехал, не обратив на вас внимания. Мироздание иногда подкидывает нам испытания, сполна награждая тех, кто, например, забывает дома ключи или просто не хочет брать автомобиль. Возможно, вы и есть та награда для моей поникшей души, когда очень хотелось с кем-нибудь приятно провести время взамен на уставшее тело и ноги. Тихая ночь. Приятная и тихая, - взглянув наверх, в темную пустоту неба и выдохнув в него очередную порцию пара, он сверился со своими ориентирами в парке, по которым ходил уже давно, - мы пришли. Это Лонг Уотер - пруд, который оканчивается садом, но туда не пускают осенью. А еще там есть маленькие пруды, где можно покормить птиц. А это то, ради чего я Вас сюда привел. Наверняка, вы были здесь в детстве или уже в сознательном возрасте. Но здесь может начинаться волшебство. Ведь в Неверленде нет взрослых, - он улыбнулся, оглядывая красивейшую статую Питера Пэна, - мне очень нравилось это произведение, когда я был ребенком. Я часто прихожу сюда и смотрю на отблеск статуи, представляя себя маленьким мальчиком, умеющим летать. Секрет, который умрет вместе со мной, - он с улыбкой подмигнул Элоиз и встал позади неё, вполголоса говоря рядом с её ухом, - не самая лучшая благодарность за сегодняшний вечер, как вы наверное подумали. Но я отвечу на ваш комплимент другим, уже своим. Вы умеете, то, чего на моей памяти не удавалось никому. Открыть меня за такой короткий промежуток времени я не позволял еще никому. А вы не только смогли расшевелить меня в эмоциональном плане, но и заново пережить приятные моменты из моей жизни. Этот мальчишка из бронзы, что смотрит на нас, олицетворяет все то приятное и волшебное, что есть в моей жизни.

    +2

    11

    -Учитывая, что ваши не такие уж дальние предки были Шотландцами, в Вас течет истинно островная кровь, хоть обычно островитянами  называют тех, кто носит предметы одежды из кокосовой скорлупы или соломы, - она с трудом сдерживала улыбку. Почему-то очень захотелось посмотреть на то, как в традиционном наряде смотрелся бы мужчина. Почему-то ей казалось, что он выглядел бы не менее мужественно, чем в дорогом костюме и с идеальной, почти военной выправкой. Странно, как иногда обманчивы бывают глаза, ведь будь их воля, они и правда увидели бы в Александре одного из тех людей, кто если не живет в тени, стараются лишний раз не выходить на свет. А оказывается, этот свет он давал тем людям, которые приходили к нему. За утешением? Вряд ли, за ним идут обычно  в церковь. Скорее за тем, чтобы найти покой, будь он медикаментозный или простой, когда доброе слово, как известно, и собаке приятно. И почему люди осознанно выбирают для себя служение другим? Ведь это - неблагодарно, и получается, что ты отдаешь себя, не получая взамен ничего, лишь деньги, за которые не купишь счастья...
    Элоиз вышагивала на высоких каблуках, совершенно не боясь того, что от встречи с лужей капли хоть как-то испачкают ее чулки или подол одежды. Разве это сделает ее менее привлекательной и уверенной в себе? Разве она станет хуже от того, что чуточку подмочит одежду, но не репутацию? В конце концов, даже если она просто с разбега плюхнется в лужу и будет сидеть в ней, подняв голову вверх и ловя открытыми глазами капли дождя, она станет хуже? Кому какое дело? У нее одна жизнь, и Лиз хочет испробовать ее со всех сторон, даже не с самых приятных. Но она не упадет, а даже если споткнется, то ее удержат, и об этом говорила такая приятно-теплая рука Александра, что ненадолго, но накрыл ее ладонь, словно тем самым говоря о том, что он рядом. Могут ли люди почувствовать родство за одну встречу? Ощутить нечто что сложно описать словами, но оно проникает внутрь, шевелится и разрастается, словно виноградные побеги, окутывающие усыхающие дома в Годалминге? Как же давно она там не была... Интересно, их дом еще стоит на своем месте? А водяная мельница еще скрепит у реки?
    - Паланика, Александр, нужно читать. В какой-то момент Вам покажется, что Вы сходите с ума, зато потом все покажется простым и понятным. Не все книги открываются с первого прочтения, как и люди, - конечно, она была занудой, но лишь капельку, ровно настолько, чтобы иногда добавлять блюду требуемую перчинку, но не больше. В конце концов, зачем учить взрослого человека той жизни, которую предпочла она, если у него - свой путь?
    И сейчас они шли по пустынным улицам к парку, и лишь приглушенный голос мужчины и стук каблуков Лиз выдавал их присутствие здесь. Возможно, пару месяцев назад здесь было в разы  уютнее, но опавшая листва показывала парк достаточно холодным и темным, его хотелось укутать и обогреть, но приближающаяся зима словно говорила о том, что природе нужен отдых, как и любому живому существу. Кто-то впадал в спячку, кто-то в депрессию, а кто-то наоборот был активен зимой, а летом прятался подальше от солнца. Элоиз прекрасно знала таких людей, которые буквально закрывались в эмоциональный кокон, когда расцветала природа, а с приходом ливневых  дождей наоборот оживали, озаряя собой дурные лондонские туманы.  Александр был другим, ему было холодно, а Абрамс инстинктивно прижималась к нему, словно пытаясь его согреть, хоть и понимала, что это - совершенно лишнее. Скорее он отогрел бы ее, словно птенца, спрятав в свои объятья, но после вкусного ужина ей было и правда достаточно хорошо, чтобы мечтать о большем. В конце концов, когда она в последний раз гуляла? А когда просила кого-то о капельке внимания? А когда просто беззаботно болтала обо всем, а не о том, сколько ей осталось, оставила ли она распоряжения, и всех ли знакомых опросила, вдруг кто-то сможет ей помочь... А она просто хотела жить и не думать о том, кто позаботится о ее коте, когда ее не станет. Хотя это и правда ее беспокоило куда больше, чем все остальное, потому что она его любила и не могла позволить, чтобы он снова стал просто никому не нужным клочком шерсти  в подворотне.
    - Знаете, сегодняшняя прогулка навеяла мне легкое ощущение, что мы были знакомы раньше. Не год и не десять лет назад, а где-то там, в прошлой жизни. Ведь как известно, все случайности не случайны, и если было суждено встретиться, то ничто не заставило бы Вас сегодня поехать на автомобиле. А если бы Вы и приехали, то я уверена, что предложили бы доставить меня до дома, а может, засмотревшись, окатили бы из лужи, и направились в химчистку. У судьбы свои планы, и как сильно бы мы им ни сопротивлялись, мы все равно здесь,
    - она смотрела на медную статую  и слушала глубокий голос, который буквально обволакивал ее. Кажется, тепло исходило от мужчины не только физически, но и на каком-то ином уровне, который нельзя было ощутить. Она даже прикрыла глаза, прекрасно понимая, почему их встреча была такой комфортной.
    - Секрет за секрет? Просто мы не пытаемся друг другу понравиться, вот и все. Мы оба знаем, что в праве развернуться и снова уйти обратно в свою жизнь и не вспоминать больше о своем случайном знакомом. Поэтому все так просто, Александр,  - подытожила Элоиз, обнимая себя руками за плечи. И пусть дождя уже не было, а шея горела, словно мужчина прикоснулся к ней не только своим дыханием, внутри все колыхалось не хуже бурлящей Темзы в ненастный день. - Ваши слова много значат, мне правда приятно, Александр. И что Вы так любезно спасли меня от дождя, и ужин, и эта прогулка. Забавно, я много раз проходила мимо этого парка, а внутрь никогда не заходила, все спешила куда-то, бежала, не оглядываясь по сторонам, словно от этого зависела чья-то жизнь...  - она задумчиво смотрела на статую и даже чуть прищурилась. - А я вот никогда не хотела летать, боялась высоты, а если и приходилось, то садилась у окна, чтобы можно было быть властителем шторки и сразу же ее закрыть и не смотреть... Вот так бывает, всегда мечтала пройти по мосту Миллениум, но так страшно, что не могу себя побороть, хотя казалось бы, чего бояться? Он же не сбросит меня, правда? - Лиз грустно улыбнулась. Она боялась пройти по мосту, но не боялась смерти, и было в этом что-то тянуще-грустное и одновременно с этим необычное. - Мне кажется, никто не обидится, если мы поведем себя безрассудно и окажемся по ту сторону забора? - она достаточно невинно приподняла брови, обернувшись к Александру. - В конце концов, кто может запретить нам насладиться садом? Вдруг летом на Лондон упадет метеорит, и уничтожит его? И как же нам жить дальше? - она пожала плечами и пошла в сторону сада, не забыв подойти к статуе и погладить по голове одного из детей на постаменте, явно загадывая желание. - Подсадите или у вас набор отмычек в кармане? - взгляд с прищуром был хитрым, и она словно проверяла мужчину на степень его готовности забыть о возрасте и статусе.

    +2

    12

    - Возможно, если бы мы летали вместе, я был бы рядом, чтобы поддерживать вас и дать возможность откинуть страхи. А уж прогулку по мосту я могу обеспечить вам только при вашем на то желании. Не хочется насильно заставлять вас подавлять свои страхи, - он смотрел на статую вместе с Элоиз и мечтательно следил за блеском воды на бронзовых плечах мальчугана. Вот так детская сказка помогла построить очередной волшебный мост между двумя людьми и соприкоснула их души, насыщая встречу новыми эмоциональными красками. От неожиданности на следующее предложение он даже не сразу ответил, лишь сделав неопределенный жест плечами и глазами одновременно. Она не была похожа на авантюристку с жаждой приключений, пусть и выглядела достаточно смело в его глазах. Вспоминая, как он выглядел там, на стоянке в полумраке фонарей, стеной начинающегося дождя. Ну чем не маньяк. Их мимолетное знакомство спасло его от вызова полиции или возможности получить по голове сумочкой, пусть и район был достаточно благополучный.
    - Уж не решили ли вы, что я позволю женщине делать грязную работу?- С легкой ноткой игривости спросил Алекс, снимая пальто, чтобы ноги чувствовали себя свободнее, - никогда не знаешь, куда заведет двух людей первое свидание, но с вами, вы определенно решили меня добить своим восхитительным вкусом на совместный досуг, - уже забираясь на красивые резные ворота, Хоуп тихо засмеялся, чтобы не потревожить возможных сторожей. Камер тут наверняка не было, а вот пешие прогулки по ночам легко могли присутствовать. Но он не успел залезть на самый верх, как створка, на которой он висел, с тихим скрипом поехала в сторону, раскрывая перед посетителями проход. Странно, но замок уже был открыт.
    - Не буду гадать, почему так, но, возможно, в этот раз они решили просто отключить фонтаны и закрыть большую часть построек. Кажется, если мне не изменяет память, это место называется Италиан Гарденс. Ручаюсь, что днем здесь гораздо красивее, но нам сегодня не выбирать, раз уж дама решила посетить столь чудное место.
    Здесь и правда было красиво даже ночью, но не настолько. Резные фонтаны безмолвно возвышались над некоторыми водоемами, прочие же были пусты совсем. Освещение работало, поэтому они избежали риска подвернуть ногу о ветки на асфальте или же поскользнуться на застывшей воде после дождя. Ботинки Александра не были настроены на зимний вечер, поэтому его ноги иногда уезжали чуть вперед. Со стороны это выглядело забавно.
    - Мы же не за экскурсией сюда пришли, правильно? Потому что я не уверен, что смогу рассказать вам об этом месте и в то же время заинтересовать. Признаться, передо мной сейчас куда более притягательный экспонат, чем все, что собрано в этом огромном городе, - на этот раз уже он проявил храбрость и взял Элоиз не под плечо, а за руку, аккуратно проводя по дорожке между фонтанами к навесам и скамейкам.
    - Наверное, сейчас уже поздно говорить о том, что я не то, чтобы чего то боюсь. Вернее, боюсь, но не совсем обычных вещей. Мои страхи лежат более глубоко без возможности их оттуда достать. А с тем, что я имею сейчас, они усугубились в разы. Глупо это, правда? - он пригласил её присесть на сухую скамейку под навесом, который не обдувался холодным английским ветром, а освещали их беседу несколько фонарей, стоявших неподалеку и создававших легкий полумрак, - но раз мы уже говорили о семье, у меня есть возможность спросить о вашей? Все-таки, хочется тоже быть в курсе, какие эмоции вас связывают с родителями или другими родными. Разумеется, если вы сами готовы говорить об этом, Элоиз. Не поймите меня неправильно, я такой человек по натуре, что любит знать о собеседнике достаточно, чтобы не наступать на подводные камни и портить отношения, - он чуть приобнял её за плечо, совершенно не боясь быть отвергнутым в этом плане. Или напрасно? Пусть она не скрывая заинтересована в нем, Александру все же не хотелось бы переходить назримую границу и разрушить все более откровенным жестом, чем есть сейчас. Пока это все, что он мог позволить в её отношении, ведь он не был воспитан по-другому. Ему подходил вариант, когда все шло своим чередом, без форсирования событий и приближения окончания вечера. Пусть их вечер уже перешел возможный экватор, он надеялся, что его окончание будет не менее приятным, чем начало и продолжение.

    +1

    13

    А может быть хорошо, когда ты чего-то боишься? Когда на самом деле есть уверенность в том, что ты жив, потому что страшно? По крайней мере Элоиз убежала себя в этом каждый раз. Там, по ту сторону, не будет страха. Там просто ничего не будет, она не строила иллюзий относительно этого, и вряд ли кто-то смог бы ее переубедить в том, что по ту сторону небытие. Но думать об этом не хотелось. А чертовски хотелось перелезть через забор, словно она была девчонкой, которая не боялась счесать  в мясо коленки при падении.
    Но Александр был Джентльменом, и решил пойти первым. И признание в том, что у них свидание, и вовсе заставило ее брови приподняться еще выше. То есть она минуту назад сказала, что они не пытаются понравиться друг другу, а Александр считал иначе? Интересно... Она ловко подхватила его пальто, чтобы оно не намокло, и прижала к себе, чтобы поймать себя на мысли, что и правда отчасти похожа на Веспер Линд.
    "- И я буду смотреть за деньгами правительства, а не на Ваш безупречный зад.
    - Вы заметили..."
    Ох, Лиз, и что ты творишь? - кажется, она даже немного покраснела, когда осознала, что бессовестно рассматривает Александра, отмечая, насколько в хорошей он форме.  Да-да, женщины тоже иногда засматривались на привлекательных мужчин, просто не все позволяли себе это как-то показывать. К счастью, ее новый знакомый этого не видел, а Абрамс пришлось приложить титанические усилия для того, чтобы не рассмеяться в голос, когда створка, на которую успел залезть Александр, со скрипом отворилась. И правда, разве они могли просто попытаться ее открыть? Разумеется, нет. Лиз придержала ее, чтобы она не отъехала слишком далеко, пока мужчина спускался, а затем помогла снова облачиться в пальто. Забавный у них вышел вечер.
    Еще забавнее было то, как спокойно ее тело воспринимало мужчину. Не было ни отторжения, ни неспокойной дрожи, ни пресловутых бабочек в животе. Как будто она знала его всю жизнь, и сейчас прикосновение к ее руке казалось чем-то очень гармоничным и знакомым. И хоть она его совсем не знала, почему-то доверяла ему и следовала за ним, держа его за руку. Еще утром она бы не поверила, что такое может с ней случиться, а сейчас они шли по пустому саду. И комплимент был уточенным. Кто из них был писателем? Или может быть в силу своей профессии Александр так легко располагал к себе людей?
    - Парк - место для прогулок и для тишины. А для экскурсий существуют музеи, но как известно, если уделить каждому экспонату хотя бы по минуте, то не хватит и жизни, - слабая полуулыбка. Она опустилась на скамью, отмечая, что здесь сухо. Интересно, сколько раз Александр бывал в этом парке, раз знал его закоулки? Сколько раз мечтал полетать подобно мальчику, который никогда не станет взрослым?
    Но он был профессионалом своего дела. Издалека, аккуратно, прощупывая почву, он подбирался к тому, что хотел знать. Не ошибется ли? Не обожжется ли, приобняв ее за плечи и пытаясь впустить в свой мир? А нужно ли ему это? У их истории не может быть хэппи-энда, интересно, но это понимал? И женщина искала ответ на этот вопрос, внимательно всматриваясь в его глаза. В полутьме они казались серебристыми, почти прозрачными и похожими на росу. Но она не стала долго мучить его игрой в гляделки, а чуть прижалась к нему. Было тепло и спокойно.
    - Как я уже говорила, я выросла в небольшом городке, у меня была сестра, и родители делали ставку скорее на нее, чем на меня. Отец много пил и толком не помнил даже наших имен. Я в его понимании была "Джей-Джей", потому что вторая, вот и дважды называл меня именем сестры. Мать была посвящена своим заботам и работе на электростанции. Не женское дело. Но они меня любили, как родители любят ребенка. Потом я уехала учиться, и с тех пор не возвращалась в родные края. Далее последовал брак, который многие считали очень удачным, но не я. Однако то ли отсутствие опыта, то ли силы воли, но я много лет была несчастна. Болезнь меня освободила. Он сбежал от больной жены со скоростью света, а я и не жалела об этом. Не лучшие воспоминания и не лучший человек, как по совместной жизни, так и после нее. После развода мы не пересекались, да и у меня не было ни единого желания видеть его вновь.  Что же до семьи... Мне кажется, между нами пропасть. Детские обиды с моей стороны, непонимание с их. Невозможность их смириться с тем, что однажды меня не станет, и полное смирение с моей стороны, что однажды так и будет. В конце концов, я знаю, как все будет, хотя никто не исключает, что комета в Лондон все-таки прилетит, - тонкие ноты сарказма сделали ее голос чуть более звонким, -   Моя семья сейчас - персонажи моих книг, им я посвящаю большую часть своего времени. И, разумеется, кот, у каждой ведьмы должен быть свой черный кот, правда? - она сверкнула глазами и усмехнулась. Бывший муж наверняка сейчас посчитал бы ее дьяволицей, потому что от той измученной и уставшей Лиз уже ничего не осталось, а такие перемены возможны лишь в случае, если душа не просто продана Дьяволу, а нежно передана на безвременное хранение добровольно.  - Так что, Александр, если Вы опасаетесь встретить мое прошлое, то смею Вас успокоить, оно не стучится в мою дверь и не напоминает о себе под грустные песни. Я могу позволить себе гулять  по ночам и наслаждаться обществом тех, кто мне интересен, и делить с ними эклер вместо трубки мира, - ее руки покоились на коленях, и женщина была расслаблена. Ее губы трогала мягкая улыбка, которая говорила о том, что она с удовольствием проводила время рядом с этим мужчиной, который вызывал не ураган эмоций, а странное притяжение. Неведомое ранее чувство. -  Рискну предположить, что и Вас сейчас никто не ждет дома, с грустью посматривая в окно?

    +1


    Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » Мы прольёмся сном под проливным дождем