Chihuahua

лекарство от хандры

Я бы гладил твоё колено, совершенно не способный отвлечься от твоей улыбки, — говорю я, сам себя едва слышу, в фантазию окунувшись, она стала странным образом реальной, — когда ты что-то рассказываешь, жестикулируя.. — я ясно это вижу, знаешь, так ярко, что мог бы коснуться тебя там, бликов света костра на твоих ямочках и уголках губ, что в улыбке всегда вверх смотрят, безумно оптимистичные, — совершенно не способный увидеть кого-то ещё, кроме тебя.
[читать дальше]

    The Capital of Great Britain

    Информация о пользователе

    Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


    Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » Боль хочет, чтобы ее чувствовали


    Боль хочет, чтобы ее чувствовали

    Сообщений 1 страница 7 из 7

    1


    Боль хочет, чтобы ее чувствовали
    .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .
    https://i.imgur.com/hlTJhEH.gif https://i.imgur.com/xgnqbDr.gif

    Генри и Джо Хэрроу
    07.05.2022, лес неподалеку от поместья Хэрроу

    Все держать в себе вредно, лучше выпустить эмоции наружу и с кем-то поговорить.

    0

    2

    Ей казалось, что все наконец-то наладилось. Она многое пережила в прошлом, но то счастье, которое дарило ей крылья, стоило того. Джо чаще улыбалась, стала ощущать, что все еще можно исправить, что она может стать прежней. Той улыбчивой, той открытой и жизнерадостной девушкой, какой была, когда уходила из дома Томпсонов и оказывалась рядом со своим отцом. Когда становилась собой и не чувствовала, что нужно держать себя в каких-то глупых рамках, нарисованных ее матерью и обществом, в котором Джо оказалась.
    Не смейся слишком громко, не говори, что ты любишь лошадей, они ведь вонючие и глупые создания. Не проси собаку и не говори, как тебе тяжело, это все равно никому не интересно. Улыбайся фальшивой улыбкой, держи спину прямо.
    Она наплевала на это все. И ее принимали такой, какой она была. Отец, Ева, бабушка, Джекки, а потом появился и он. Бен стал для нее кем-то очень близким. Сначала другом, потом человеком, которого она впустила в свое сердце и которого позволила себе полюбить. Он показал ей, что отношения с Майком были очень большой ошибкой. Возможно, она просто испытывала чувство благодарности, которое спутала с подростковой влюбленностью. Мысль, что она встречается с парнем на несколько лет старше нее тоже будоражила. Но стоило Майку исчезнуть, и все будто стерлось из памяти. Не без помощи доброго и понимающего Кросби, который всегда был рядом и доказывал раз за разом, что его чувства куда сильнее, чем были у Берквиста.
    Джо верила в это. Она, как какая-нибудь героиня любовного романа глупо улыбалась просто идя по улице, потому что вспомнила о нем. Хотела быть красивой и прихорашивалась перед каждой встречей. Стала чаще говорить о парне, чем иногда надоедала своей лучшей подруге. Хэрроу казалось, что это ее подарок за все те переживания и травмы, который были в ее жизни. За деспотичную мать, за изнасилование отчимом, за предательство со стороны той же матери, за похищение бывшей Майка. Но все это оказалось лишь иллюзией.
    Ей пришлось приложить все свои силы, чтобы не упасть прямо на крыльце особняка Кросби и не разрыдаться, когда услышала о том, что Бен уехал. Просто взял и молча исчез из ее жизни, даже ничего не объяснив. Он не отвечал на звонки. Причем не только ее, но и своего лучшего друга.
    Джо было больно. Казалось, что на ее грудную клетку наступили сразу десять человек и не собирались с нее сходить. Ей было больно дышать, она не хотела выходить из своей комнаты и винила себя, искала причины в себе. Почему он вот так с ней поступил, если говорил, что любит и никогда не бросит? Лживый ублюдок. Такой же как и все остальные.
    Девушка не выходила из своей комнаты в поместье бабушки около трех дней, ничего не желала есть и просто лежала на кровати, глядя в потолок. Иногда плакала в душе, сотрясаясь всем телом, иногда проплакивала всю подушку до такой степени, что ее можно было отжимать. Ей было на самом деле плохо, ей было больно. И она не могла сказать, что было больнее всего - то, что он ее бросил или то, что она теперь снова была одна.
    После Хэрроу вышла. Она была сильной. Вся в своего отца, который пережил еще большие удары своей судьбы. Она изменилась. Во взгляде Джо больше не было того тепла, какое горело раньше. Ее взгляд сделался холодны и равнодушным. Броня исчезала только тогда, когда девушка переступала порог конюшни и видела свою лошадь. Черная кобыла всегда приветствовала ее громким ржанием и шумным фырканьем. Сильва начинала рыть копытом землю, желая, чтобы ее поскорее оседлали и дали как следует пробежаться по окрестностям, неся на своей спине всадницу. Они сдружились. Не без помощи Маркуса, который помогал юной девушке постигать азы верховой езды в совершенстве. Теперь Джо чувствовала себя в седле гораздо увереннее.

    В те выходные девушка уговорила своего отца съездить к бабушке. Она и так давно не была у Амелии, и та уже начала обижаться, хотя знала обо всей ситуации. Джо никак не могла совладать со своим сердцем. Каждый раз, когда девушка приезжала в поместье, вспоминала о том, какие были теплые у Бена руки, когда он брал ее за руку или обнимал. В ее памяти все было настолько свежим, что иногда казалось, будто парень все еще рядом. Но это было не так. И справиться с подобным было ей просто не по силам.
    Она ездила бы к бабушке еще реже, если бы не лошадь и если бы не щенки. Джо теперь была даже рада, что не успела передать Принца Бену, тогда бы и щенок страдал. А так он был рядом со своей мамой, бегал по заднему двору особняка и радовался жизни. Вот бы и Джо никогда не встречала Бена, никогда не знала его, не видела, не слышала голоса, который иногда звучал в ее снах.
    - Я понимала, что беру не самую спокойную лошадь под свою опеку, но Маркус отказывается теперь ее выводить в леваду. В прошлый раз она укусила его, повязку пришлось наложить, - Джо показала отцу фотографию, пока они ехали к Амелии.
    Парень должен был сегодня быть на конюшне. Им стоило поработать еще на прыжками. Самое забавное, что при Джо, Сильва была как шелковая, но стоило только девушке уехать, как будто слетала с катушек. Ричард жаловался, что она становиться буйной ближе к ночи и заводит остальных лошадей. Те начинают ржать и требуется куда больше времени, чтобы угомонить их и уйти домой.
    - Может, сменить ей имя? Злыдня подойдет ей больше, - Джо слабо улыбнулась, набирая Маркусу сообщение.

    Они остановились на подъездной дорожке. Бабушка уже стояла на крыльце, укутанная в легкую шаль, и широко улыбнулась, стоило ее сыну и внучке выйти из машины.
    - Я вас уже заждалась. Мария, подогрей чай и принеси на террасу, - Джо уже начала забывать о приказном тоне бабушки. Каждый раз, когда старушка звонила Джо, ее голос был мягким и ласковым. Она старательно обходила тему, которая могла бы причинить Хэрроу лишнюю боль, и девушка была ей за это очень благодарна.

    +2

    3

    Примирение с матерью сложно пока назвать примирением, но дело шло в положительную сторону. То, что произошло между ними много лет назад не перекрыть никакими извинениями, да и мама особо не извинялась, Генри тоже. Они просто начали общение, как будто ничего и не было, постепенно, по шажочку возвращаясь в какое-то подобие равновесия. Хэрроу все равно пока не мог преодолеть тот барьер, который выстроил сам между мамой и собой. Только благодаря Джо они сделали шаг навстречу друг другу. Неделю назад они приезжали сюда с Евой, с ее внуками, привезти несколько старых вещиц, книг из дома в Уэльсе, который Генри остался в наследство от отца. По большому счету он ему не нужен, но продать его не может, оставит в наследство Джо и другим детям. За ним присматривают смотрители дома, садовники, чтобы не порос сорняками и не покрылся пылью и плесенью. А привезти оттуда вещи, это был только поводом для мамы, чтобы привезти к ней внуков и приехать самим. Амелия с теплотой относилась к ним, к Джо. Она пыталась реабилитироваться через них, даже к Еве отнеслась нормально. Видимо приняла тот факт, что ее дети уже выросли.
    Когда Генри узнал, что парень Джо уехал, он заметил, как она изменилась. Слишком уж изменилась. Он знал, что она много по нему плакала, страдала, Хэрроу старался ей помочь, хотя и не знал как. Успокоить. Три дня ее не было дома, она пробыла у бабушки. Генри не находил себе место, звонил каждый день ей и Амелии, просил за ней хорошо присмотреть. Бабушка и сама очень переживала, но говорила, что Джо не открывает дверь, почти ничего не ест. Когда же девочка вернулась, Генри ее почти не выпускал из виду. Она знает, как отец за нее переживает, хоть и взрослая, но ничего по сути не поменялось. И всю жизнь будет переживать. Особенно, когда настанет тот час, когда его не станет рядом с ней… Хочется, чтобы рядом с его детьми были те, кто сможет быть рядом всю жизнь, поддерживать, помогать. Тогда он сможет со спокойной душой уйти на покой.
    Бен был хорошим парнем, понимающим, и Хэрроу он нравился, как нравился и Джо. Генри надеялся, что у них все получится и его дочь будет в надежных руках. Жаль, что все так вышло. Но, вроде, как он не навсегда уехал, может еще вернется.
    Дочь уговорила отца съездить к бабушке, а та в свою очередь попросила взять малышей. Заодно их мама отдохнет от домашних хлопот, посидит в тишине или поспит. Генри старался давать ей по максимуму свободного времени в выходные, ибо в будни Ева с ними целыми днями одна. Иногда близнецов оставляли у дедушки, мистера Броули. Хэрроу даже и не вспоминал, что он им не родной по крови. Зато они его уже любят и узнают. 
    Детей усадили в кресла на заднем сидении, Генри настроил себе зеркало заднего вида, чтобы видеть что они делают. Благо, спали всю дорогу, даже под музыку.

    — Ну, не зря же Итан предупреждал об том, что лошадь своенравная. Но все равно она тебя приняла, как хозяйку. Может она только с тобой хочет гулять? — улыбнулся Генри. Одно из лучших и нужных приобретений, это лошадь для Джо, наряду с переездом в новый район. 
    Они наконец-то приехали в поместье, Генри увидел маму на крыльце, Хэрроу махнул ей рукой, вынимая люльки с детьми из машины. Амелия разулыбалась, и спустилась к ним, предварительно попросила приготовить им чай. Генри никогда не помнил маму такой. Она всегда была сдержанной, такой холодной, непреступной. Но с появлением Джо, Фанни и Ника стала совсем другой. Может, ей раньше надо было столько внуков родить, чтобы подобрела? Забавно.

    — Как же я рада всех вас видеть, ¬— Амелия крепко обняла Джо, затем Генри, но их объятия получались пока немного скованным.
    — Так, детишек я забираю, сама за ними буду присматривать. А вы отдыхайте, располагайтесь, — улыбнулась Амелия, забирая люльки с близнецами и сумку с их всеми принадлежностями. Генри кивнул, ну ладно, отдохнут немного.
    — Хорошо добрались? Проходите, сначала надо вас покормить с дороги, Мария уже должна накрыть на стол, — продолжила она, приглашая в дом.
    — Неплохо, без происшествий, — ответил Генри, — Где помыть руки можно? — спросил он. Хэрроу совсем не помнил этот дом, сюда его семья переехала, когда Генри поехал учиться в Лондон, чтобы поближе. Тут у него не было даже своей комнаты… Отец тогда не захотел ее делать, как высказалась мама, а она подчинилась. Хотя надеялась, что сын одумается и вернется домой. Но Генри ни разу не ночевал в доме у мамы, если что, есть комната брата.
    Хэрроу чувствовал небольшую неловкость, скованность, но старался держаться более приветливо, чем раньше. Да и действительно хотелось, чтобы у них с матерью наладились отношения.

    +1

    4

    Вид дома снова отозвался неприятной колющей болью в сердце, но Джо скрыла ее за улыбкой, с которой наблюдала за тем, как ее бабушка бережно обращается со своими младшими внуками. Девушка понадеялась, что и отец и она будут слишком заняты мелочью, а сама Джо сможет улизнуть в конюшню. Ей было просто необходимо увидеть свою лошадь. Она черпала из общения с ней силу. Как поднималось настроение, когда Сильва дергала хвостом, рыла копытом и заливисто ржала. А потом довольно фыркала хозяйке в щеку, чтобы та ее погладила. Отец был прав - кобыла была с Джо совершенно другой лошадью.
    Но было как-то уж совсем невежливо сразу смываться. К тому же, она все еще опасалась, что папа с бабушкой опять начнут спорить насчет чего-нибудь и поругаются. А у них только стали налаживаться отношения. И Джо была этому безмерно рада. Теперь не нужно было опасаться, что отец будет недоволен слишком долгим нахождением своей дочери в поместье у бабушки. Несмотря на то, что оно многое отняло у нее, подарило оно куда больше. У девушки все еще был Маркус и лошади, Ричард, сад и беседка, куда бабушка разрешила внучке приходить когда та захочет, хотя изначально задумывала это место скорее для себя. Но проект был создан еще до того, как Джо стала чаще бывать у старушки.
    - Я пойду в свою спальню поднимусь, я оставила там свой альбом в прошлый раз, - да, тот альбом, который она привозила, чтобы посмотреть фото вместе с Беном. Но какой теперь в этом был смысл, если парня не было больше в Англии. Девушка сглотнула и быстрым шагом преодолела ступеньки, слыша как бабушка тяжело вздыхает за ее спиной. Она не хотела бы никого расстраивать, но и держать все в себе...В прошлый раз это могло плохо закончиться. Алкоголь, наркотики. Но тогда причина была куда более серьезной. Ее мир был разрушен. И тогда она еще не умела как следует отстраивать его по обломкам снова. А сейчас...этот процесс приобрел совершенно другую скорость. Так что когда она зашла в свою спальню, отбиваться от приятных воспоминаний было куда проще. Человек ко всему может приобрести иммунитет. Она приобретет иммунитет к Бенджамину Кросби и ко всему что с ним связано. Так ведь она решила, когда поворачивала ручку и выходила наружу после трех дней своего самовольного заточения. Она красивая, умная, смелая. Найдет себе другого. Получше. Вот только нужен ли ей такой? Джо боялась, что теперь не сможет больше никого полюбить так сильно. Ведь нужно будет искать новые силы для того, чтобы довериться, чтобы открыться. Пусть она и не сделала этого целиком и полностью. А если бы рассказала ему о том, что с ней произошло? Нет уж, жалость с его стороны - последнее, что она хотела бы на себе ощущать и видеть в его голубых глазах.

    Джо спустилась как раз к моменту, когда Мария ставила на стол последний прибор. От еды вкусно пахло.
    - Твои любимые пирожные с голубикой, милая, - бабушка улыбнулась, наблюдая за тем, как губы ее внучки расплываются в улыбке. Теперь уже не призванной что-то скрыть или для того, чтобы от нее отвязались. А в искренне-радостной, как у маленькой пятилетней девочки. Она хотела было сразу же приступить к сладкому, но вспомнила, что бабушка была против подобного гастрономического экстрима. Что ж, придется сначала прикончить основное блюдо.
    За обедом бабушка с отцом разговаривали, а Джо не смела им мешать, слишком занятая своей едой. Ей нужны были силы, чтобы оседлать свою лошадь и прокатиться на ней. А уж сколько она проведет времени в этой самой поездке даже она сама не знала. Но хотела проветрить голову, отключиться от всего, что беспокоило и терзало изнутри. Ей нужна была передышка.
    - Джо, ты слышала? Скоро будет проводиться выставка лошадей в Эдинбурге. Конечно, это другая страна, но я могла бы организовать для тебя перевозку Сильвии, - Джо положила столовые приборы на пустую тарелку. Теперь можно было приступать и к любимым пирожным. Но предложение бабушки слегка застряло в горле. Все же некоторые черты ее характера было не отнять. Аристократка, что уж поделать. Но Хэрроу научилось это принимать в своей родственнице. Тем не менее прежде чем ответить, она сделала глубокий вдох.
    - Папа подарил мне лошадь не для выставок, а для души. Сильва не выставочная кобыла, она моя подруга, - часть моей души. - Я очень благодарна тебе за такое предложение, но мы откажемся. К тому же, Сильва в тот раз не очень хорошо перенесла транспортировку. Ее нервируют подобные манипуляции.
    - Хорошо, детка, как скажешь. Ты наверное очень благодарна своему отцу за такой подарок. Ох, Генри, ты бы видел ее верхом на этой красавице, да в полях. Я бы нарисовала картину. Если ты не против, конечно.
    - И если Сильва устроит на месте хотя бы секунду, - усмехнулась Джо, откусывая большой кусок от пирожного под неодобрительные кивки головой своей бабушки. Но в тот момент она была собой прежней. До того как с ней случилось все то дерьмо. Невинным ребенком, который знает единственное горе - развод родителей.
    - Думаю, я оставлю вас на несколько часов. Как только допью чай. Не терпится встретиться с моей красавицей. А может быть ты сумеешь уговорить папу сесть на коня. У меня все никак не выходит, - Джо вытерла бумажной салфеткой остатки джема с уголка губ, чтобы не повергать бабушку в еще больший культурный шок, как это было раньше.

    +1

    5

    Вроде бы он в доме родных людей, но все равно, Генри не чувствовал себя здесь, как дома. Его дом уже давно не здесь, а с Евой в Лондоне. А здесь же… Амелия старалась наладить отношения со своими детьми, внуками, не хотела на старости лет остаться одной. Хэрроу ценил ее желание, старался пойти навстречу, хотя бы ради Джо. В какой-то степени она оказалась права, что бабушка изменилась, и она действительно стала совсем другой, не такой, как раньше. Не такой надменной, высокомерной, она с такой любовью смотрела на всех своих внуков, искренне любила Джо и относилась к ней хорошо. Как так получилось, что с этой женщиной они стали, если не врагами, то точно не близкими людьми? Генри все еще не забыл ее упреки на счет отца, как она пыталась его вернуть, убедить, что Томас любит своих детей.
    Генри переживал за Джо, боялся оставлять ее одну, да черт возьми, кажется до конца жизни готов ее опекать. Пусть живет, хоть всю жизнь с ним. Только вот он не вечен, и рано или поздно дочь останется одна. Бен был хорошей парой для нее. Даже после того, что он ему рассказал, после похищения, он не бросил девочку и продолжил  с ней быть до самого отъезда. Хэрроу надеялся, что он все же вернется, видя, как дочь по нему убивается. Что же он, красных от слез глаз не заметит… уж насмотрелся их за этот год немало.
    За ужином мама расспрашивала Генри о семье, о Еве, о детях. Они общались, как будто не виделись целую вечность. Или вообще в первый раз рассказывают друг о друге. Хотя оно так и было. Какая-то его часть думала, что матери не интересна его семья, поэтому и не рассказывал ничего. К наличию новой супруги в жизни Генри мама отнеслась нормально, сдержанно, но Хэрроу пока не понял, как именно… Но не все ли равно?
    Он краем глаза смотрел на Джо, она погружена в свои мысли. Генри знал, что Джо не любит жалость, хотя в такие моменты хочется просто обнять и пожалеть. Она всегда будет для него маленькой девочкой, которую нужно защищать от всего мира. Бабушка тоже за нее очень волновалась, несколько раз порывалась что-то сказать, но так ничего и не сказала. Решила вместо этого сказать про выставку, но и тут она промахнулась. К сожалению, Генри мало что понимал в конном деле… Они с Итаном оба ничего не смыслили в этом вопрос, и рядом с Джо Хэрроу чувствовал себя странно.

    — Ну, на лошади уже удалось увидеть, так что остальной пробел сегодня восполним, — чуть улыбнувшись, ответил Хэрроу, — А в седло, это обязательно? — хмуро поинтересовался Генри, надеясь, что ему не придется лезть в седло. Нет, может, когда-то решится, но, откровенно говоря, боялся облажаться пред дочерью. Наверное, этот страх преследует Хэрроу всю его жизнь.
    — Боюсь разочаровать дочь своими умениями, точнее неумениями, — произнес Хэрроу, на что Амелия подавила смешок, а Генри смерил ее недовольным взглядом. Свои казусы Генри воспринимал не очень воодушевленно, тем более, перед дочерью, перед матерью, с которой только-только начали общаться. Она на несколько секунд отвлеклась на маленького внука, Хэрроу даже улыбнулся, увидев их вдвоем. Может он совершил глупую ошибку, лишив бабушку общению с Джо в маленьком возрасте? Хотя она не очень-то горела желанием с ним общаться с внучкой, а Генри вовсе не препятствовал.

    — Генри, ты всегда был самокритичен к себе. Будь проще… Дочь тебя любит не за заслуги, да и я… — она замялась, словно, боялась сказать что-то не то. Да и Генри  задумался, правда, это уже его личные тараканы.

    —  Можно попробовать, но, наверное, пока не в поле. Лучше в закрытом пространстве, и врезаться в забор, если что. А не в дерево, — отозвался Хэрроу на вопрос бабушки, — Джо, посоветуешь мне какую-нибудь спокойную лошадь? — обратился он уже к дочери. Господи, неужели он на это согласился? Может, стоит сразу же отказаться от этой затеи… Плохая она. Очень…

    +2

    6

    Отец и разочаровать? Нет, в это она поверить не могла. Генри Хэрроу казался ей супергероем, учитывая, что он пережил. И все равно нашел в себе силы идти дальше. Построил семью, которая теперь была его опорой. И Джо была рада быть частью всего этого. Раньше она была одинока, а теперь могла подойти к Еве с таким вопросом, с каким бы даже к матери побоялась подойти. Так что девушка не была против того, что отец второй раз женился. Он, как никто другой, заслуживал своего счастья.
    - Это проще, чем ты думаешь, - улыбнулась Хэрроу, облокачиваясь на спинку стула.
    Она думала, что и Бен когда-нибудь станет частью этой семьи, но она ошиблась. Доверилась человеку, а он просто уехал, оставил ее наедине со своими мыслями. Она чувствовала себя кошкой, которую просто выбросили в дождливую ночь на обочине, а она ничего не сделала плохого. Да, Джо была не подарок, но Кросби это даже нравилось, он сам ей об этом говорил. но можно ли верить его словам, если признаваясь в любви и давая обещание всегда быть рядом с ней, он...
    Джо старалась. Старалась выбросить все это из головы, жить дальше, но все равно возвращалась мыслями к этому парню. У нее даже возникла мысль отомстить ему и переспать с каким-нибудь незнакомцем, но она прекрасно понимала, что не решиться на подобное. И даже не из-за своих проблем, а потому что ее любовь все еще была сильнее ненависти к нему.
    - А в поле я тебя и сама бы не выпустила, - заметила Хэрроу, представив, что будет, если лошадь понесет отца галопом просто потому, что чего испугается или ей что-нибудь не понравится. Даже опытные наездники бывало получали сильные травмы, правда, ему об этом говорить не стоило. Вряд ли бы отец оценил, что его дочь ездит на таком опасном животном. Он наверное и сам все это прекрасно понимал, просто делал все, чтобы Джо была довольна и счастлива. В груди у девушки появился тот самый теплый огонек любви к родителю.
    - Тебе могла бы подойти Бри, но она недавно родила, потому будет тянуться к жеребенку и нервничать. Думаю, что Маркус лучше тебя в этом сориентирует. Ну так что, пойдешь? - джо уже встала, с улыбкой замечая, как бабушка возиться с младшими внуками. Хэрроу и сама всегда становилось более мягкой и доброй рядом с этими карапузами. Боялась, что терпения не будет хватать, но нет, справлялась.

    Выйдя из дома Джо увидела ту самую беседку, которую достроили совсем недавно. Она была красивой, такой, какой ее и описывала бабушка. Но от неприятного ощущение подступавших к горлу воспоминаний, девушка решила ускорить шаг. Маркус в это время обычно как раз заканчивал с кормежкой лошадей и выводил их в леваду на выгул.
    Хэрроу оказалась права. Когда они с отцом подходили к конюшне, парень выводил первую лошадь. И это была не Сильва. Обычно он оставлял ее напоследок, оттягивая неизбежное.
    Заметив Джо, Маркус заулыбался, но со своего пути не свернул и сначала отпустил лошадь, прежде чем подойти к девушке. Он вытер руки о свои рабочие брюки и ждал, пока его подруга представит незнакомцу.
    - Маркус, это мой папа - Генри Хэрроу. Пап, это Маркус, помощник нашего конюха, - про то, что он еще и племянник Ричарда Хэрроу решила не говорить. Она не считала, что это очень важная часть. - Как поживают наши красавцы? - я заметила, что лошадь в леваде пошла в нашу сторону и протянула той руку. Кожи коснулся бархатистый нос. Дастан был молодым и резвым, так что отцу он точно не подходил. А вот старичок Пьер, у которого уже были не те годы, чтобы резво рассекать по полям и лесам, вполне мог подойти.
    - Поговори со своей бунтаркой, она снова отказывается выходить без тебя, - Маркус был серьезен, и Джо прекрасно понимала его, но девушка не могла переехать к бабушке жить. В Лондоне у нее была работа, были друзья, а здесь...Если не сидеть на спине у лошади или не чистить стойла, Хэрроу с ума сойдет. Маркус знал обо всей ситуации с Беном и пообещал, что если увидит того, то уж точно ничего ему о Джо не скажет. Как и Джер, которому Кросби вроде бы звонил пару раз. Но она не хотела знать, о чем они там говорили, да и Джереми не зарекался. Иными словами, ей очень хотелось сделать вид, будто парня и вовсе в ее жизни не существовало. Вдруг получиться себя обмануть.
    - Она в стойле? - Маркус кивнул, а Джо обернулась на отца, приглашая пойти с ней и посмотреть на Сильву. Но мужчина решил остаться снаружи. Наверное тоже побаивался своенравную кобылку.

    Сильва встретила ее радостным ржанием, фырканьем. Начала рыть копытом землю. А ее хозяйка ощутила сильный прилив радости от встречи со своей любимицей. Девушка зашла в денник и стала гладить подопечную, отчего та довольно кряхтела. Они довольно быстро поладили, хотя у Хэрроу были насчет этого некоторые сомнения. Но все прошло даже слишком хорошо.
    - Мне на тебя жалуются, миледи. Почему вы такая непослушная, а? - Джо с удивлением отметила, что лошадь чистая и тратить время на приведение той в порядок не придется. Наверное Маркус преувеличивал, чтобы ему подняли зарплату. А может быть просто хотел хоть на что-нибудь пожаловаться.
    В любом случае Джо быстро запрягла свою лошадь и вывела ее наружу. Маркус тут же отошел в сторону.
    - Не передумал? - Джо похлопала Сильву по шее, а та потянула морду в сторону конюха.

    +1

    7

    Проще? Ну ей легко говорить… Она же занимается лошадьми уже давно, а Генри решился сесть на большую лошадь только сейчас. И то, чисто из любопытства, и желания дочери научить его ездить в седле. Наверное, живя с матерью, Хэрроу приобрел бы и не такие навыки. Например, семья очень любила игры в гольф, особенно отец. Тут недалеко есть гольф-клуб, где покойный Томас Хэрроу любил пропадать в свободное время, а его у него было немного. Странно, что на гольф у него времени было больше, чем на детей… Кроме желания их поучать жизни.
    Мама изменилась, стоит это признать, Генри было приятно, что мама решила стать другой. Она более внимательна к своим внукам, значит, у них есть шанс иметь нормальную бабушку. Лучше, чем маму для своих сыновей. Джо тоже с удовольствием к ней ездила. Одна из причин посещений поместья была наличие Бена… Сейчас дочь была так подавлена его отъездом, что Генри не знаю впервые в жизни, чем ей помочь, чем поднять настроение. Вот, согласился прокатиться на лошади. Главное, остаться целым после такого катания. Главное, руки. Для хирурга, это самое важное. Ноги, уж как-нибудь. Ну и голова.

    — Ну, ты лучше знаешь, так что твоему выбору я доверяю, — улыбнулся Генри. Он невольно вспоминал слова Итана, понимая, почему он так хотел продать лошадь. Да, ей действительно лучше иметь такую хозяйку, как Джо или Амелия, которые знают в этом толк. Хэрроу не рассчитывал сюда часто приезжать для катания, но иногда можно, если получится.
    Генри кивнул дочери, Амелия заверила, что присмотрит за близнецами, и на удивление она с ними успешно справлялась. Для женщины, которая своими детьми не занималась толком. Но об этом Хэрроу старался не вспоминать, жить сегодняшним днем, попытаться все же простить мать за ее безразличие, слепоту в его юности. Наверное, пора простить друг друга, забыть старые обиды. Но как это сложно. Генри думал, что это будет легче… Интересно, смогла бы Джо простить свою мать, если бы та извинилась, признала свою ошибку… Хэрроу думал, что никогда бы не смог простить своих родителей за безразличие. Когда-то из-за работы отца, Генри получил неслабо. За такие вещи точно бы не простил.

    Он пошел вслед за Джо к конюшне, познакомился с помощником конюха, Хэрроу улыбнулся. Глядя на дочь и Сильву, понимал, что не ошибся с покупкой, они даже чем-то похожи характером. И идеально подходили друг другу. Правда, Генри был не готов садиться именно на нее. Маркус вроде бы подобрал лошадь по спокойнее, у Хэрроу перехватило дыхание. Неужели он на это решился? И уже поздно отступать, только садиться на предложенную лошадь, которую вывели.
    Генри протянул к коню руку, тот фыркнул, но не отпрянул. Он погладил его по носу, смотря в раскрытые глаза, словно, они все понимали. Хэрроу сейчас понимал, что Джо находит в этих существах, особенно, когда конь ткнулся ему в руку бархатным носом.

    — Ну, а что, у меня есть варианты? — усмехнулся Генри, порадовался, что обул сегодня не белые кроссовки. Подумав, что все не так уж и страшно, Хэрроу повернулся к дочери.
    — Тогда рассказывай, учи своего старика… — отозвался Хэрроу. Он мог бы попросить Маркуса дать краткий экскурс, тем более, что тот уже собирался. Но Генри хотел все же, чтобы это сделала Джо. Конь отвлекал на себя внимание, видимо, очень игривое создание. Генри улыбнулся, тот осторожно губами прихватывал его за воротник.

    +1


    Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » Боль хочет, чтобы ее чувствовали