В моменты – подобные этому – на душе теплело и приходила иллюзия, в которой всё могло сложиться хорошо. Пафосно сказать – счастливо. Итан очень хотел воплощения грезы в реальность, но в глубине его души необратимо сформировалась основанная на слепом предчувствии убежденность, что мечте суждено не более, чем мечтой и остаться. Ничего не вышло – факт, требовавший с каждым днем признания всё настойчивее — и некуда бежать, закрывая глаза и уши.
[читать дальше]

The Capital of Great Britain

Объявление

ИТОГИ ОТ
03.01
УПРОЩЕНКА
К НГ
ВАЖНОЕ
ОБЪЯВЛЕНИЕ!
ЧЕЛЛЕНДЖ
НОВОГОДНИЙ

🎄 ЕЛОЧКА 🎄
ЖЕЛАНИЙ
ТЕМА
🎄 ЕЛОЧКИ 🎄
🎁 ПОДАРОК 🎁
ДЛЯ ЛОНДОНЦЕВ
Тайный
Санта

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » heartbeat


heartbeat

Сообщений 1 страница 7 из 7

1


heartbeat
.   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .
https://i.imgur.com/8NDk125.gif https://i.imgur.com/9on09xB.gif

Джо Хэрроу и Бенджамин Кросби
30.07.2021, поздний вечер, конюшня в поместье Хэрроу

Одна из лошадей Амелии Хэрроу приболела, и ее отвели в отдельный денник до выздоровления. Жеребенок остался без матери, поэтому Джо согласилась на просьбу Ричарда посидеть с малышом, чтобы он не испытывал сильного стресса. Компанию ей решил составить молодой граф Кросби.

Отредактировано Jo Harrow (17 Дек 2021 17:47:32)

+1

2

Кажется, отец Джо уже начал привыкать, что его дочь много времени проводит в гостях у бабушки. И девушка была благодарна, что Генри не запрещал ей этого. Он на своей шкуре ощутил какого это быть оторванным от собственного ребенка. И какие бы отношения между ним и Амелией Хэрроу не были, его дочь все еще оставалась внучкой женщины. Да и отношения у них стали куда более теплым, чем в первое время.
Джо старалась слушаться бабушку. Вести себя более женственно, но иногда у нее просто это не выходило. Она пошла в отца, унаследовала его гордость, его тягу к справедливости. И молчать в случае, если Джо считала, что поступает правильно она не будет. Как и в те моменты, когда ее кто-то задел и обидел.

Она приехала еще в середине июля. Как обычно решила встретиться со своим другом, по которому соскучилась, несмотря на то, что они виделись неделю назад. Попросила Альберта отвезти ее и забрать уже вечером. Хотела сбежать сразу же, как только узнала, что у Бенджамина Кросби гостили его друзья. Она уже представила себя толпу высокомерных молодых людей и девушек, одетых по последней моде и обсуждающих произведения современного и классического искусства. Джо была бы среди них как белая ворона. Но Альберт уже уехал. Хотя и возвращение пешком Хэрроу не так сильно пугало как общение с друзьями парня.
Сам он нравился ей. Бен показал, что может быть не только нудным и серьезным. Парень умел широко улыбаться, смеяться от души и дурачится. Мог решиться на какую-нибудь авантюру и умел держать слово в отличие от парней, которые учились с Джо в одном классе и одного из которых мать когда-то пророчила ей в женихи. Но теперь Элизабет Хэрроу никак не участвовала в жизни своей дочери. Как и в жизни своего пасынка.
Риччи переехал жить к своей бабушке со стороны отца. И теперь у девушки на сердце было куда спокойнее. Жаль только было, что миссис Томпсон жила в Америке. Джо иногда скучала по своего младшему сводному брату и думала о том, каким он вырастет. Но со временем понимала, что лучше ей сейчас оставаться в стороне. Все-таки между ней и маленьким мальчиком была невидимая стена, с которой девушка все еще никак не могла попрощаться.
Так что теперь Джо жила своей жизнью, рядом с отцом. Смотрела с улыбкой на то, как его жизнь все больше меняется к лучшему и искренне радовалась. Он заслуживал быть счастливым после всего того, через сто прошел и после всего того, что пережил. Временами девушка становилась тем самым человеком, который мирил Генри с его новой супругой, помогала иногда выбирать подарки. И была рада, что совсем скоро у них скоро появятся свои дети. И Джо была готова к тому, чтобы помогать с малышами. В конце коцнов, ей было не в первой. Возможно, именно поэтому она питала к своему младшему сводному брату теплые чувства.
И также, как ее отец Джо не любила все эти светские вечера и встречи. Было красиво, но до жути скучно. Одни разговоры, унылая музыка и полнейшая скука. От подобных мероприятий девушку клонило в сон. в детстве ей было дозволительно бегать по залу или отсутствовать все время, играя в саду. Но теперь она уже не ребенок.
У нее был выбор. И все же девушка взяла себя в руки и позвонила в дверь. Открыл дворецкий и провел ее в гостиную. Джо попросила не предупреждать Бена о ее приходе. Так что ее появлению были удивлены не только гости, но и сам парень. И если на его лице после удивления читалась радость, то вот про остальных она так сказать не могла.
Кросби по всем правилам гостеприимства пригласил ее присесть, сообщил, что они собирались перебраться на веранду, но Джо мало его слушала. Внутри нее все сжималось в комок в то время, как спина оставалась все такой же ровной, а на губах была легкая улыбка. Она чувствовала как пристально ее разглядывают. В какой-то момент ощутила себя полностью обнаженной и даже хотела извиниться и уйти. Но Бен попросил ее ненадолго задержаться. Кажется, хотел с ней поговорить после того, как его друзья уедут. Потому и только потому, что он ее попросил она осталась. Порадовалась, что хотя бы сейчас была одета более менее прилично. Хотя это не слишком сильно спасало. Ее постоянно пушащиеся волосы не были уложены, как у других девушек.
Именно в этот момент Джо начала задумываться, почему Бен вообще с ней дружит. Да, она была внучкой Амелии Хэрроу, но ей бы хотелось, чтобы неприятные предположения, которые она уже настроила в своем воображении не подтвердились. Ей хотелось верить, что Бен дружит с ней, потому что ему с ней интересно и комфортно. Они, в конце коцнов, оба любят лошадей. И у них вообще довольно много общего, если задуматься. Она не боялась делиться с ним чем-то таким, чего бы не рассказала никому. Даже Майку. Хотя последний был ее парнем и знал о ней куда больше, чем тот же Кросби. Но Джо почему-то не полностью доверяла Берквисту. Однажды он уже нарушил свое обещание. Но девушка дала ему второй шанс, потому что продолжала себя убеждать, что влюблена в него. Иначе откуда же бабочки в животе?
Стоя на веранде, наблюдая за тем, как бегают в леваде лошади, которых она помнила поименно, Джо понимала, что Бенджамин проводит с ней так много времени и носит статус ее друга не потому, что так сказал его отец или обязывает их положение и связи, а просто потому, что ему с ней действительно интересно и хорошо. От этой мысли Хэрроу стало тепло. Правда, ненадолго.
Слова, который донеслись до нее от девушек, стоявших неподалеку, задели Джо. И все тепло тут же сменилось неприятным ощущением. Будто легкие сдавило. Ей стало обидно.
- Все время жалуется, что эта девица ведет себя как дикарка. Не понимаю, зачем он попросил ее остаться. Сам же говорил, что с ней просто невозможно разговаривать на глубокие темы. Да оно и понятно. Выглядит как деревенщина, - вторая же только кивала в то время, как Хэрроу держалась и делала вид, что совершенно их не слушает.
Хэрроу вела себя как обычно. Пусть она не выросла среди аристократов, зато росла среди богатеньких отпрысков бизнесменов. И эти аристократы практически ничем не отличались от ее одноклассников и друзей, навязанных матерью. А уж если тем она не показывала, что ее задели и давала отпор, то и сейчас собиралась поступить точно также.
Джо как бы случайно задела локоть одной из девиц и та опрокинула лимонад на свое платье. Наверняка ужасно дорогущее. Девица хотела выругаться, но Джо извинилась перед ней при всех. Она не стала выяснять отношения с Кросби при всех. Да и какой толк? У нее не было путей отхода, если вдруг она не сможет сдержаться и захочет ударить парня. Бабушке бы это не понравилось. Выставлять Амелию Хэрроу в не лучшем свете Джо не хотела. Поэтому дождалась, пока гости соберутся у уедут. А уже после...
- То есть я дикарка? - она провожала взглядом скрывавшуюся за воротами машину. - И разговаривать со мной можно только на пустые темы, да? - по лицу Бена можно было подумать, что он вообще не понимает о чем речь. Но девушка уже закипела и восприняла такую реакцию, как часть хорошо поставленного спектакля.
Она знала, что Альберт уже выехал за ней и скоро будет в поместье Кросби, чтобы забрать юную Хэрроу домой.
- Слушай, Бен, если тебе так неприятно общаться со мной, то не общайся. Не играй на публику. Я не обижусь и бабушка вряд ли перестанет считать тебя идеальным молодым человеком. Ну к чему это все? Я буду жить своей жизнью, ты будешь жить своей. При родителях будем милы друг с другом, а вот встречаться вне подобных встреч не обязательно. Вот только не понятно, почему ты друзьям своим об этом нашел смелость сказать, а мне нет. Ты что, боишься, что я снова замахнусь на тебя канделябром? Или истерику устрою? - а Джо уже была близка к подобному состоянию. Ей было больно, ведь она считала Бенджамина близким другом. Очень близким.
- Ах ну да, дикари же так все вопросы решают. Дубинкой по башке и все, - машина Альберта остановилась на подъездной дорожке. - Что ж, благодарю вас за приглашение на ваш аристократический прием, мистер Кросби. А теперь разрешите простой смертной удалиться, - Джо быстро сбежала по лестнице и залезла на заднее сидение машины.

Возможно, Джо и сама извинилась бы за подобное поведение, но каждый раз, когда ее взгляд натыкался на имя Бенджамина Кросби в списке контактов, она начинала злиться, обида всплывала наружу и не давала заткнуть свою гордость. Она ведь даже слова ему вставить не дала. А те девицы могли просто наболтать чего угодно.
Бена она знала дольше, чем тех девчонок, но Джо Хэрроу была слишком импульсивной. Плюс она сдерживалась довольно долгое время в течение того дня и просто не могла сдержать своего порыва. О чем временами начинала жалеть. Бабушке рассказывать об этом не хотелось, хотя женщина видела, что с ее внучкой что-то не так. Наверное, даже понимала причину, ведь была поставлена в известность, куда Джо поехала сразу же как только приехала в поместье. Она даже вещи не успела распаковать.
- Ричард хотел тебя видеть. Ему нужна твоя помощь, - бабушка застала Джо вечером в библиотеке, когда девушка читала какой-то роман и думала о том, как хорошо бы было жить в то время. Хотя на самом деле просто вспоминала, как они с Кросби участвовали в средневековом фестивале.
Хэрроу дошла до конюшни молча. Ричард ждал ее около выхода. Девушка знала, что ветеренар приезжал к ним, но думала, что не случилось ничего страшного.
- Мне нужно уехать, решить кое-какие семейные проблемы. Посидишь сегодня ночью с Тристаном? Бриджит в отдельном деннике, врач сказал, что ей пока лучше побыть на карантине, пока не придут анализы крови, - Джо любила эту кобылу, а ее жеребенка любила еще больше, так что согласила практически сразу же. - Фонарь, плед и обогреватель я уже принес в конюшню. Можешь сходить за термосом и перекусом. Возьми что-нибудь для развлечения, но только не громкое. Тристан нервничает из-за отсутствия матери, не нужно пугать его еще больше.

Ричард уже часа два как уехал. Джо закрыла конюшню изнутри и включила обогреватель. Несмотря на то, что было лето, ночь показалась холодной. Да и жеребенок привык к теплы матери. Главное не забыть выключить прибор. Пожар хотелось устроить меньше всего.
Голова жеребенка лежала на коленях Джо, пока та листала все ту же книгу при свете фонаря. Сидеть на сене было немного непривычно, но она не была излишне привередливой. К тому же, Тристан был сейчас важнее. Девушка машинально гладила его шею. И через какое-то время жеребенок засопел, лишь иногда подергивая хвостом.
Джо подскочила, когда в тишине конюшне, прозвучал стук в двери. Девушка предупредила обо всем бабушку. Но может быть что-то случилось? Или Ричард решил вернуться. На всякий случай девушка спросила, кто стоит за дверью, прежде чем открыть. Жеребенок испуганно заржал. Девушка не хотела оставлять его одного надолго. Он был еще слишком мал.
Хэрроу была удивлена, услышав снаружи голос Кросби. Она открыла двери и запустила его внутрь, после чего снова закрыл конюшню.
- Что ты здесь делаешь в такое время? - бросила Джо через плечо, направляясь к деннику с Тристаном.
Ее рука сразу же протянулась к жеребенку, и тот заметно успокоился. Но теперь с интересом принюхивался к новому запаху и рассматривал двуногого.

+1

3

- Только никому не говори, - Бен смотрел в зеркало, поправляя бабочку, а затем опустил голову, рассматривая свое лицо и волосы.
- Никому, - его подруга Изабелла отмахнулась рукой.
Она сидела на кровати Бена, потягивая шампанское из бокала. Создавалось впечатление, что алкоголь был ей более интересен, чем беседа со своим другом. Девушка рассматривала пузырьки, которые взрываясь, долетали до глаз и заставляли жмуриться и ругаться, чтобы тушь не потекла. Изабелла взяла с подноса клубнику, отправляя ее в рот, а затем начала говорить, жуя ягоду:
- То есть, - она причмокивала почти после каждого слова, - мне оставить тебя и твою маугли? Будешь щебетать ей на ушко, а мне предлагаешь пить в одиночестве, пока мой бывший веселится со своей новой эскортницей? – Брюнетка недовольно прикусила губу, уставившись на друга, - Типа, кидаешь меня, Кросби?
- Она не маугли, - цыкнул в ответ парень, смотря на подругу в отражении зеркала, - я же просил перестать ее так называть.
- Так все и перестали, кроме меня, - собеседница залилась смехом, делая пару глотков, - ладно, не буду мешать твоим романтическим планам, - она поднялась с кровати и выглянула в сад, где уже были гости, - неужто мой мальчик набрался смелости признаться в любви спустя год, - смеялась Изабела, а затем резко замолкла, - Вон он. О, боже, какое безвкусное платье на его девке! Пф, белое… - она повернулась на хозяина дома, - Бен, ты готов?
- Готов, - отозвался парень, зачесывая прядь волос назад, - как я выгляжу?
- Великолепно, - девушка приподняла бокал, а затем небрежно поставила его на подоконник, подходя к двери и недовольно распахивая ее, - срочно надо рассказать всем что его новая пассия – дорогая проститутка.

Сегодняшняя вечеринка была не только поводом повидаться с друзьями и напомнить о себе другим аристократам, но также воплотить один план в жизнь, который Бен вынашивал несколько месяцев. Уже почти год он испытывал влюбленность к своей подруге Джо Хэрроу, но из раза в раз ему не хватало смелости признаться ей, то откладывая на потом, то не находя удобного случая. И, казалось бы, довольно глупо испытывать безответные чувства к одному и тому же человеку такое долго время, что стоит перебороть себя или может подождать еще. Вдруг пламя в сердце выжжет наконец весь кислород и погаснет. Но как бы Кросби ни пытался объяснить себе то же самое, переключиться на что-то другое, он постоянно возвращался в первоначальную точку. В точку, где ему нравится Джозефина Хэрроу. И даже зная, что у девушки есть молодой человек и что она относится к Бену не больше, чем к хорошему другу, он терпеть больше не мог. Все его мысли и чувства копились, набирали обороты, а потом резко вылились на Изабелу, которой пришлось слушать про душевные истязания, про Джозефину, которую она не знала и про многое другое, что волновало Бена. Хорошо хоть она была подругой детства и могла вынести любую тему для разговора, когда в одной из рук был бокал с алкоголем. Именно она совершила последний пинок, который окончательно убедил Бена именно сегодня ночью рассказать Джо о своих чувствах:
- Если она тебе откажет, то рядом с тобой буду я, - девушка обладала хорошей репутацией в обществе, скрывая тягу к алкоголю, - умница, красавица, как и ты, - она могла себя бесконечно нахваливать.
Но Бенджамин надеялся, что после вечеринки рядом с ним будет не мисс Курт, а мисс Хэрроу. И Бен думал об этом весь вечер, радуясь, когда на горизонте наконец появился силуэт подруги. Он знал каких усилий Джо стоило прийти сюда, а не сбежать в первые минуты после того, как вышла из машины. И сколько сил у нее занимает казаться леди с людьми, которые не будут обсуждать физическую работу и простые вещи, ведь быть избалованным – быть гордым и наглым. Джо была совсем не такой. Она была простой девушкой (которую пытались превратить в первоклассную аристократку без титула) из-за чего, наверное, и понравилась Кросби. Она не строила сложно подчиненные предложения, не цитировала книгу по этикету и не критиковала других людей. Она была уточкой среди лебедей, отличаясь настолько сильно, что приковывала взгляды и вызывала желание смотреть только на нее.
Поприветствовав подругу, Бен тут же предложил ей присесть и попробовать фирменные коктейли, которые делал бармен. Ему хотелось, чтобы Джо расслабилась, немного отдохнула и попробовала окунуться в мир Бена и уловить его настрой. Он не стал просить ее пойти общаться с гостями, но сам, как хозяин, был обязан поговорить с каждым, узнать чужое самочувствие и лишний раз разбросать улыбку, оставив прекрасное впечатление. Так что, попросив Джо остаться до конца, он извинился и отправился выручать Изабелу, которая, сто процентов, нервно потягивала алкогольные напитки, кидая злобный взгляд на своего бывшего молодого человека в кампании доселе никому неизвестной дамы.

К концу вечера, когда Бен наконец смог воссоединиться с Джозефиной, ему показалось, что девушка была недовольна. Однако парень списал ее поведение на напряжение и нежелание находиться среди других аристократов. Кросби следовало поблагодарить подругу за ее стойкость, ведь это было важно для него, а потому, стоя на лестнице и провожая предпоследнюю гостью, Бен был воодушевлен.
То есть я дикарка?
А? Радостное лицо сменилось на удивленное. Парень повернул голову на Джо, смотря на ее профиль, а затем в глаза. Бенджамин опешил, удивленный почему Хэрроу решила начать критиковать себя на ровном месте, обвиняя друга в том, чего он не испытывал и не говорил. Удивленный, он не мог вставить ни слова, безмолвно смотря и переваривая в голове каждую фразу. В обычной ситуации он бы изобразил серьезность, остановил человека и начал обсуждать все вышесказанное, прося привести аргументы. С Джо было все по-другому. Он слушал ее, выдавив лишь слабое:
- Что?
Ах ну да, дикари же так все вопросы решают. Дубинкой по башке и все.
В любой другой ситуации Кросби улыбнулся бы, но сейчас искренне не понимал что происходит. А тем временем девушка спустилась по лестнице, небрежно поблагодарив хозяина, села в машину и громко хлопнула дверью, словно обозначая, что разговор завершен.
- Джо! – Выкрикнул Бен, но вряд ли эмоциональная гостья его услышала.
Машина уверенно двинулась вперед по дорогое, а Бенджамин вниз по лестнице. Красный свет фар раздражал глаза, но парень все-равно продолжал смотреть на машину, словно ожидая, что она остановится, а девушка вернется, но нет. Кросби так и остался растерянно стоять на земле, а затем закатить глаза и недовольно цокнуть.
И в какой момент все пошло не так?

♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦

Бен смотрел в окна на то, как прислуга убирала гирлянды и посуду, когда зазвонил телефон. Это была Амелия, волновавшаяся за свою внучку, которая вызвалась провести ночь в конюшне с жеребенком. Ей не пришлось описывать всю ситуацию, ведь Бен прекрасно знал о состоянии лошадей в конюшне Хэрроу. Это была не последняя тема для обсуждений Джо и Бена, но парень удивился, что в конюшне остался не конюх, а сама девушка. Амелия объяснила это занятостью Ричарда, а затем, как бы невзначай, спросила как поживает Бенджамин, какие у него планы и не хочет ли он приехать. Она добавила, что была бы видеть Кросби хотя бы не ради Джозефины, но ради себя. Однако все что не делал Бен было только ради Джо. Так что, согласившись, он переоделся и, захватив вещи, отправился в поместье Хэрроу, где его встретила Амелия, поручившая захватить две тарелки с яблочным штруделем для себя и внучки, если она проголодалась.
- Как Джо провела время? – В голосе было слышно недовольство.
- К сожалению, она уехала до того, как мы поговорили, - соврал Бенджамин.

Он прошел по дорожке, держа в одной руке две тарелки с десертом, внимательно смотря под ноги, чтобы не упасть. На улице было прохладно, спортивная кофта не справлялась с легким ветерком. Поспешно подойдя к конюшне, он потянул дверь на себя. Заперто. Бен постучал:
- Джо, ты внутри? Это Бен.
Спустя несколько секунд дверь начала открываться, а затем парень заглянул внутрь, встречаясь с подругой взглядом. Выглядела она усталой и недовольной, что выразилось в ее голосе:
- Составляю кампанию, - Бен натянул безуспешную улыбку, а затем помахал перед девушкой штруделем, заходя внутрь и закрывая массивную дверь, - Как вы тут?
Парень прошел за Хэрроу к деннику, в котором стоял жеребенок.
- Привет, малыш, - граф заглянул в денник, осторожно протягивая руку чтобы жеребенок мог познакомиться с гостем, - мы еще не знакомы.

+1

4

Откуда он вообще узнал, что она будет в конюшне? Зачем действительно пришел в такой час? Вывод напрашивался один - бабушка решила позвонить ему и попросить, чтобы он побыл рядом с Джо. Возможно, боялась, что может что-то случиться с девушкой. Вот только компанию она для внучки выбрала сейчас не самую подходящую.
Стоило только увидеть его, и в голове у Джо снова закрутились слова той девчонки. И вроде бы она еще сегодня утром убедила себя, что все это не правда, думала как бы извиниться перед парнем за свои слова и поведение. Он ведь попросил ее остаться до конца вечеринки, а она взяла и убежала. Да еще обвинила его в том, чего он возможно не говорил.
Вспомнить их первую встречу, Хэрроу могла бы предположить, что он мог так называть девушку за глаза. Но ей казалось, что тот эпизод с помощью в чистке лошадей должен был изменить отношение Кросби к девушке. Он ведь ничем не дал ей понять, что она чем-то хуже других в его окружении. Даже наоборот. Но та обида...
Будь они не так давно знакомы, будь он не так важен для нее, как теперь, Джо отреагировала бы не так остро. Подумаешь какой-то богатенький мальчик с титулом дал ей прозвище. Она бы просто перестала с ним общаться и забыла бы о нем. Но не теперь.
Джо не хотелось портить с ним отношения. Ей хотелось, чтобы ссоры между ними остались в прошлом. Ей больше нравилось, когда между ними было все хорошо. Когда они шутили, смеялись, обсуждали что-то, делились новостями, давали друг другу поддержку, когда она была им нужна. Хранили секреты. Джо просто не представляла своей жизни без Кросби. Он слишком глубоко пустил в нее корни и вырвать его означало вырвать и часть самой Джо.
- Лучше убрать это в комнату Ричарда. Этот малыш слишком любопытный, а подобные вещи ему есть нельзя, - девушка забрала из рук парня тарелки. - Посмотри пока за ним. И выключи обогреватель, пожалуйста, - тон не был таким, как прежде. Джо говорила холоднее. И она не улыбалась ему как прежде это бывало при встрече. Потому Хэрроу казалось, что это происходит не совсем с ней или это все вообще ей снится.

- Его зовут Тристан, - девушка зашла в денник и снова погладила жеребенка по голове. Его уши вертелись из стороны в сторону. Нос тянулся к Бену. И в какой-то степени девушка понимала почему.
Год назад она бы сказала, что он обычный отпрыск богатых родителей. С кучей денег, учившийся в престижном университете, который кичиться своим статусом и пользуется им, чтобы отмазываться от полиции и клеить девчонок. На деле же все оказалось совсем не так. Бенджамин Кросби действительно был таким, каким его описывала Амелия Хэрроу. Джо не знала, с какой целью женщина так много говорила внучке об этом парне, но иногда девушка грешным делом подумывала о том, что бабушка лелеет надежду выдать Джо за него замуж.
Но сейчас ей казалось, что Амелии просто хотелось с кем-то поделиться, кому-то похвастаться ребенком, которого она хорошо знала. За взрослением которого наблюдала, потому что была частым гостем в доме его отца. А вот как росла ее собственная внучка женщина не видела. Ей просто не позволяли. Отец всегда был холоден со своей матерью, а Джо не так часто спрашивала о ней. Была больше сосредоточена на своих проблемах. На учебе, на будущем, на том, что вообще происходит с ее жизнью.
Сейчас же...Сейчас Джо подумала, что было бы неплохо наладить отношения с бабушкой. У нее был отец, дядя, но ей хотелось женского воспитания. Ева была хорошей и нравилась девушке. Но она пока не могла довериться той в полной мере. Да и вряд ли она могла бы также ласково гладить Джо по волосам, крепко обнимать ее, даря тепло и любовь. Все же это была ее родная бабушка. А там был чужой человек. Ева пыталась наладить отношения с падчерицей, но она была занята работой, да и Джо сама не особо была заинтересована в подобном. У них были хорошие отношения - этого ей было достаточно. Скандалов не было, каких-то стучек тоже. Девушка просто оставила своего отца и его новую жену в покое и не лезла в их жизнь, считая, что так будет лучше для всех.
И бабушка даже сегодня доказала, что Джо была права. Стоило девушке только появиться дома, как женщина тут же поинтересовалась, почему она вернулась такой грустной. Ведь обычно после встречи с Беном Джо улыбалась и казалась счастливой.
- Просто маленькое недоразумение. Я устала, пойду к себе, - именно на этом должен был закончиться разговор, но бабушка обняла Джо, и та просто раскололась.
- Может, тебе все-таки стоит поговорить с ним лично? Я варюсь в этом котле сколько себя помню, и могу сказать тебе с уверенностью, что у каждой медали всегда две стороны. Слухи могут создаваться из ничего. К тому же, ты ведь не знаешь тех девушек, верно? А с Беном вы очень хорошо ладите и уже давно знаете друг друга. Так что подумай над этим, хорошо? - Джо кивнула и действительно решила подумать над сложившейся ситуацией. Даже сбросила вызов Майка. Ее мысли слишком были заняты другим парнем.

Парнем, который сейчас знакомился с пополнением в конюшне семейства Хэрроу.
- Надеюсь, ты в курсе, что я буду сидеть тут до утра? - спросила девушка, проходя мимо Бена и усаживаясь обратно на сено, беря в руки книгу. - Кстати, если у тебя вдруг включен звук на телефоне, отключи. Малыш сейчас сильно нервничает из-за отсутствия мамы, так что незнакомые звуки его пугают. Да, Тристан? - жеребенок уже потерял всякий интерес к гостю и вернулся к своему старому занятию. Он улегся около Джо и теперь интересовался тем, что было у нее в руках. - Это не съедобно. Но можешь попробовать пожевать куртку Бена, - это было бы похоже на шутку, если бы она хотя бы улыбнулась, но вместо этого девушка сохранила каменное выражение лица и сделала вид, что ужасно заинтересована тем, что написано в книге.
Ей бы стоило извиниться, начать разговор, о том, что произошло первой, но гордость в крови Хэрроу была запрограммирована на генетическом уровне, так что девушка просто продолжала молчать. Но Тристан был решительно настроен забрать все внимание хозяйки на себя. Потому книга была выброшена за пределы денника, будучи схваченной в зубы.
- Ты поругаться хочешь? Хочешь чтобы я и на тебя разозлилась? - жеребенок прижал уши к голове и ткнулся носом в щеку Джо. После такого она немного смягчилась. - Если так и будешь здесь стоять, я тебя стукну, - это она уже говорила Кросби. - Либо садись, либо иди в жилую комнату.

+1

5

Маму Бенджамина всегда учили что, извиняясь, слов недостаточно. Необходимо еще сделать подарок, который задобрит и растрогает человека, заставив вспомнить отношение с Амелией еще до ссоры. Поэтому женщина всегда, когда чувствовала свою вину, приходила с конфетами и пирожными, порой даже оставляя их вместо попыток завязать разговор. Бена она учила тому же, но ее сын не воспринимал это как семейную традицию, скорее как очередной этап обучения, поведения, которое необходимо запомнить и следовать. К счастью, такой жест зачастую срабатывал, но с годами, выпустившись из школы, он забывался за ненадобностью. Больше не было людей, которые могли простить за конфеты или быстро купленные жвачки на кассе. Бен воспринимал это действие скорее как попытку выудить извинения и заставить человека чувствовать себя неудобно, принимая маленький презент. Однако он был рад что Амелия не отправила его с пустыми руками в логово чудовища. К несчастью, чудовище было слишком гордым для того, чтобы клюнуть на наживку.
Протягивая штрудель, граф надеялся, что льдина под именем Джо начнет оттаивать, и на свет проступит ее сияющая улыбка и хитрый взгляд. Однако вместо этого, приняв в руки тарелку, она безразлично бросила, что яблочный десерт может пагубно сказаться на любопытном жеребенке. Джо так же попросила выключить обогреватель, даже не кинув взгляда на своего друга. Ему лишь осталось посмотреть вслед уходящей девушки, отвернуться на жеребенка, осматривая малыша, а затем послушно выполнить просьбу, слыша как обогреватель прекращает работать, и в конюшне нависает тишина, обрывающаяся периодически тяжелым дыханием лошадей и звуками из комнаты конюха, где была девушка. Бенджамину осталось вернуться к жеребенку и снова протянуть ему руку, чтобы малыш не испугался и не начал кричать. Без сомнений Джо бы выставила Бена виноватым, отправив от одной недовольной девушки к другой, но постарше, где Кросби устроили бы допрос с пристрастием, а затем посоветовали совершить второй марш-бросок, следуя чужим наставлениям. Но решить проблему с Джо ему хотелось самостоятельно, без лишних советчиков и наблюдателей.
Кросби прекрасно видел, что Джозефина обижена и пребывает в состоянии схожим с поведением Амелии. Некая аристократичная холодность, которая не нарушается лишними словами и движениями. Это совсем не шло Джо, ведь в голове графа был устойчивый образ шумной непоседы, а не воспитанной аристократки, как, например, сам Бен. Но, к сожалению, он не знал точно что вызвало такую реакцию. Можно было лишь предположить, что Хэрроу обиделась на то, что весь вечер пребывала в одиночестве, пока молодой человек «развлекался» и «веселился» с гостями. Девушка даже представить не могла как сильно граф хотел оставить своих знакомых и присоединиться к Джозефине, рассказать шутку про тарталетки, которую он придумал, а затем вместе с ней признать тот факт, что юмор совсем не его конек, но умение шутить стало лучше после их знакомства. А затем, конечно, когда все уйдут, признаться в своих чувствах и получить реакцию лучше, чем холодный взгляд и накрученные претензии к самой себе. Но вышло как вышло. Сейчас приходится отдувать за то чего Бен не делал и чего до конца не понимал.

- Тристан, - повторил Бенджамин, коснувшись указательным пальцем носа малыша.
Надеюсь, ты в курсе, что я буду сидеть тут до утра?
Бен убрал руки, поднимая взгляд на Джо, посмотрел на нее. Собеседница безразлично прошла мимо, присев на сено рядом в деннике. Жеребенок сразу переключил на нее свое внимание, а Хэрроу взяла в руки книгу, изобразив свою занятость. Не отрывая взгляда от книги, она продолжила говорить, обратившись в конце к Тристану. Кросби ничего не оставалось как достать телефон и поставить его на вибрацию, чтобы на всякий случай не пропустить важный звонок. Хотя какой важный звонок может быть в столь поздний час? Родители Бена были в гостях у родственников, да и несмотря на любовь отца к звонкам сыну, он не был сумасшедшим чтобы звонить в столь поздний час. Тем более (граф был уверен) прислуга точно рассказала Эдиссону о планах сына и о его небольшом путешествии в поместье Хэрроу. И если звонка от отца ЕЩЕ не было, то можно было спокойно выдохнуть. Наказаний не последует.

Это не съедобно. Но можешь попробовать пожевать куртку Бена.
Знала бы Джо насколько сильно она была похожа на Амелию в данный момент. Граф скрестил руки на груди и отвернулся, надувая нижнюю губу и рассматривая другой денник. Его не задевали слова Хэрроу, но поведение хорошей подруги вводило в ступор и недоумение. Он чувствовал, что скажи хоть что-нибудь и Джозефина поднимет голову в немом вопросе «кто ты?» после чего придется удалиться из конюшни, а завтра получать сообщения, которые будут пропитаны обидой и намеками на эту же обиду. Может Кросби самому обидеться? Он ведь ничего не сделал, чтобы вызвать такую реакцию. Да и Хэрроу сама ни с того ни с сего прозвала себя «дикаркой», а Бен совершенно по-другому характеризует подругу.

После того как Тристан отправил в полет книгу, а Джо зарычала, как голодный тигр, Бенджамин подошел и поднял книжку с земли, а затем опустился на сено рядом со входом в денник и оперся на дверь:
- Мисс Хэрроу, вы, без сомнения, выглядите прекрасно, когда злитесь, - он не смотрел на собеседницу, вместо этого отряхивал книгу от сена и опилок, - как настоящая аристократка. Но я предпочту общение с… - он поднял глаза на девушку, - как вы сегодня выразились, - он наигранно постучал книгой по ладони, но не сильно, чтобы не напугать внимательно слушавшего Тристана, - дикаркой. С ней интереснее и веселее, - граф протянул книгу и посмотрел в глаза.
Освободив свои руки, он сложил их, переведя взгляд на жеребенка, а после обратно на Джо:
- А если серьезно, то давай обсудим что случилось сегодня вечером и почему я чувствовал себя дураком, когда мы прощались, - Кросби говорил негромко, чтобы не потревожить лошадей, - и если это займет всю ночь, то ничего страшного. Ты же знаешь что я ярый фанат посиделок допоздна, - иронично произнес Бен, ведь все знали что самое позднее время, когда молодой человек ложился спать, двенадцать ночи.
Ну и пусть он будет убитый завтра, зато ночь сможет провести в хорошей кампании. Если эта кампании соизволит простить графа.

+2

6

Джо не рассчитывала вот так провести свое последнее свободное лето.
Ей было ужасно страшно сообщать отцу о том, что после окончания школы она не будет поступать в университет, потому что не знает, чем хочет заниматься по жизни. Сейчас в ее жизни были проблемы немного иного плана. Джо все еще не могла окончательно восстановиться после того, что с ней произошло.
Кто-то скажет, что прошло уже достаточно времени, что жить прошлым нельзя и нужно идти вперед. Вот только все это были лишь слова.
Это было похоже на то, как люди, которые никогда не сталкивались с депрессией, говорят, что нет такой болезни и люди просто придумывают ее в качестве оправдания своим неудачам и лени. Также и с изнасилованием.
Ну подумаешь случилось. Не ты первая, не ты последняя. Почему-то именно так Джо представляла себе реакцию окружающих. Отец поверил ей, понимал, что произошло с его дочерью. С ее миром и с ее отношением к жизни. Он знал, что она пила, курила, пыталась попробовать наркотики. И Хэрроу была рада, что тогда отец застукал ее. Несмотря на то, что она не прикоснулась к порошку, девушка не была уверена в силе своей воли.
Боль каждый раз глодала ее изнутри, разрушала. Она все еще иногда плакала в подушку по ночам, иногда просыпалась в холодном поту из-за ночных кошмаров. Знала, что расскажи она бабушке, женщина ее утешит и поддержит. Но также знала и то, что Амелия Хэрроу потащит свою внучку к психологу. А Джо не была готова с кем-то этим делиться.
Они с Беном были похожи. У обоих была своя программа. Только его усвоилась полностью и теперь временами давала сбои под напором вируса по имени Джо Хэрроу, а вот ее дала сбой при установке. Джо усвоила не все, чему ее учила мать. Но именно информация, что если люди узнают, что произошло с девушкой, они от нее отвернуться. Будут относиться как к прокаженной. И она боялась, что Бен станет одним из них.
За то время, пока они были знакомы с ним, парень прочно засел в ее жизни. И представить ее теперь без него Джо просто не могла. Она просто знала, что он есть, что она может позвонить ему и написать сообщение. И в отличие от Майка, который вечно занят, Кросби отвечал ей практически всегда. В перерывах между парами, по выходным, в свое свободное время. Ей нравилось, что он слушал ее. Ей хотелось его поддерживать в трудные минуты, потому что кто как ни Джо знала, как это было важно для человека.
И она ждала лета с нетерпением. Встречи в Лондоне, конечно, были. Но ей хотелось проводить с ним больше времени. Здесь она могла просто попросить Альберта отвезти ее в поместье Кросби, остаться там с Беном до вечера. Помогать ему с лошадьми, выезжать на прогулки, дурачиться. И не бояться, что он ее осудит или зло посмеется. Он был для нее небом, пусть пока девушка и не осознавала этого в полной мере. Он отгонял демонов, которые ее преследовали, заставлял забывать хотя бы на время о ее боли. Она от души смеялась, шутила, ходила по различным выставкам и мероприятиям. Ей было хорошо даже тогда, когда они просто шли по улице рядом и говорили обо всякой ерунде.
Именно поэтому ей было обидно услышать от кого-то, что он говорит о ней в таком ключе. Дикарка. С ней невозможно разговаривать. Слова эхом отдавались в голове, и Джо хотелось сбежать от них. Она прокручивала все раз за разом, пока ехала в машине обратно к бабушке. И ей хотелось бы, чтобы все, что произошло, было просто очередным дурацким сном, который растает, стоит только распахнуть глаза и увидеть потолок спальни. Но нет.

Бен снова неприятно уколол ее, назвав аристократкой. Джо никогда не стремилась к этому, она наоборот бунтовала против него. Не желала надевать туфли на высоком каблуке в то время, как все ее одноклассницы цокали каблуками по коридору. Не хотела краситься, как кукла, потому что ей нравилось свое лицо без косметики куда больше. Они ни разу не красила волосы, хотя мать хотела сделать из нее блондинку, аргументируя это тем, что на блондинок чаще обращает внимание противоположный пол. И она не хотела быть одной из тех надменных дамочек, которых она видела на светских приемах своей бабушки.
Но это его замечание заставило Хэрроу немного успокоиться и унять злость. Мышцы лица слегка расслабились, поза тоже перестала быть такой напряженной. Руки, что были сложены на груди все то время, пока Бен ходил за книжкой, опустились на колени. И она удивлялась, как так он умудрился за одну минуту обидеть ее и сделать комплимент. Если это был он.
Девушка приняла из рук графа свою книгу и провела ладонью по ее обложке. Она сохранила совсем каплю тепла рук Кросби.
Тристан потерял всякий интерес к людям и пошел унимать свою жажду, лениво осушая свою поилку. Его хвост забавно дергался из стороны в сторону, а уши были повернуты в сторону денника своей матери. Из него слышалось только сопение. И Джо тут же захотелось сходить и проверить Бри. Но ветеринар сказал не беспокоить ее по ночам. Она отдыхала, а это было сейчас одни из главных условий для ее выздоровлению. Так что Хэрроу сосредоточила все свое внимание на словах своего друга.
Она сжала края книги и взглянула на Бена, облизав нижнюю губу. Девушка смотрела на него и понимала, что для него это выход за рамки. У него ведь все было по режиму. Подъем, отбой. В отличие от самой Джо. Порой она говорила графу, что тот просто не умеет как следует расслабляться. И вот он здесь. А время позднее.
Хэрроу проводила кончиком указательного пальца по узору на корешке, который был выбит на искусственной коже и размышляла над тем, как стоит поступить. Послушать ли бабушку или же сделать все по-своему. А именно попросить Бенджамина оставить ее одну. Но чем больше времени проходила, тем больше девушка убеждалась в том, что парня их недо ссора волновала не меньше, чем саму Джо. Да и рано или поздно все равно пришлось бы поговорить.
- Хочешь поговорить, давай поговорим, - голос Хэрроу был таким же тихим, как и голос Бена. Им не стоило забывать, где они находились и что вообще-то были в гостях. Это был не их дом, он принадлежал лошадям Амелии Хэрроу. - Ты вот чувствовал себя дураком только когда мы прощались, а я чувствовала себя цирковой обезьянкой весь вечер, пока ты развлекался со своими друзьями. Не понятно только, зачем я была там нужна. Чтобы твои гости смотрели на меня и оценивали по десятибалльной шкале? Или может для того, чтобы я слышала за своей спиной, как они делятся твоими впечатлениями обо мне? Мне хочется верить твоим словам, но...Будь я интереснее и веселее, ты бы не оставил меня одну, а был бы рядом. Ты что, стесняешься меня? А пригласил меня просто потому, что я внучка Амелии Хэрроу - подруги твоего отца? Так в следующий раз можешь не беспокоиться об этом. Я не обижусь и бабушке на тебя не нажалуюсь, - Джо оставила книгу снаружи денника на табуретке рядом с расческой для гривы, когда одна из лошадей громко стукнула копытом об стену денника.
Джо выглянула в длинный коридор, но после того, как послышался стук, все было тихо. Так что она вернулась обратно к жеребенку и своему собеседнику. Одной бы ей было тут страшновато находиться всю ночь. Перед уходом Ричард выключил свет везде, кроме стойла Тристана и Бри. Темнота да посторонние звуки, завывания ветра снаружи - типичная мечта фаната какого-нибудь ужастика типа Техасской резни бензопилой. Гляди того выскочит мужик с бензопилой и будет размахивать ею налево и направо.

+1

7

На улице было тихо. Ни души, ни машины, проезжавшей мимо с рычащим двигателем. Это один из плюсов жить вдали от шумного центра, где глаза слепят бесчисленные вывески, а уши закладывает от шума. Даже запах в Лондоне в разных районах отличался. Где-то пахло канализацией, где-то мусором, где-то цветами, если вдоль улицы жили садоводы-любители и эстеты. В поместье Амелии было совсем по-другому. Окруженное небольшим лесом, здесь приятно пахло после дождя и ранним утром, когда роса еще лежала на траве, а воздух был пропитан утренней свежестью, словно прислуга прошла еще до подъема аристократов и опрыскала улицу духами. Из животных можно было услышать лошадей, чаще птиц, порой собак или кошек. Эти звуки дополняли атмосферу размеренности и тихой жизни, когда не надо спешить по своим делам. Даже глаза не резали яркие цвета, а успокаивали зеленые, голубые и коричневые. Безусловно ночью не слышно и не видно той дневной красоты. Ее можно лишь уловить в свете фонаря, но для ценителей ночной эстетики этот свет будет отличным помощником заметить и насладиться контрастом цветов. На улице немного прохладно, но так тихо что слышно стрекочущих насекомых.
Хотелось слушать эту ночную музыку еще несколько часов, расслабиться, быть уверенным, что ночью никто не потревожит, не отвлечет и не загрузит новыми делами.
Только Джо говорила.
Ее речь была очень тихой, она почти не разбивала ночную тишину. Было слышно как вздыхают лошади, переминаясь с ноги на ногу, а сова кричит в лесу. Видимо нашла добычу. Но несмотря на тихую интонацию, Бену казалась что она была очень громкая. С каждым новым словом ее тон внутри головы графа набирал обороты, в то же время оставаясь снаружи холодным, как льдинка. Джо говорила немного странные вещи, которые в голове Кросби окружались лишь предположениями почему его подруга сделала такой глупый и неправильный вывод, приплетая выдуманные и лживые факты.
- Что за глупости ты говоришь, - Бен нахмурился, смотря собеседнице в глаза, - кто-то сказал тебе что-то? Или это твой собственный вывод?
На самом деле это Бен чувствовал себя цирковой обезьянкой каждый раз, когда принимал гостей, когда с каждым ему надо было поговорить, обратить свое внимание и напомнить о своем существовании. Он искренне завидовал знакомым, которые могли спрятаться спустя десять минут после начала и проводить время по своему желанию. Воспитание Кросби предполагало же его постоянное пребывание на людях, чтобы каждый гость мог отметить серьезность и открытость их семьи.

- В первую очередь, ты моя подруга, поэтому я пригласил тебя, - он приподнял брови, серьезно глядя на девушку, - не потому, что ты внучка Амелии и не затем, чтобы смеяться над тобой. С чего ты вообще решила это…потому что я оставил тебя одну? Джо, я же прекрасно знаю как сильно ты не любишь подобные встречи. Зачем зря заставлять тебя? - Граф развел руками, сильнее упираясь спиной в дверь, - А я на них обязан быть. И не отсиживаться в стороне, а общаться с людьми. Это ведь мой вечер, - Кросби непонимающе мотнул головой, - но, прости, что оставил тебя одну. Не спорю, это было не очень красиво с моей стороны, но я должен был. Я не хотел показаться грубым
Ему хотелось добавить «но и ты сорвала мои планы, поэтому так же должна извиниться», но вовремя закрыл рот, изобразив прямую полосу вместо губ. Бен вздохнул, отвернувшись, несколько секунд он изучал дверь противоположного денника, переваривая слова собеседницы, а затем вновь кинул свой взгляд на нее.
Джо даже представить не могла какие планы на нее были у графа. Их вечер должен был закончиться по-другому. Да, в той же обстановке, но атмосфера в воздухе должна была висеть совершенно иная. Вместо напряжения и игл, которые Хэрроу вытаскивала из себя и кидала в друга, она должна была сидеть ближе и в романтической забывчивости наслаждаться происходящем. Или в случае отказа, сидеть в безмолвной неловкости, отводя взгляд и пытаясь разбавить повисшую тишину нелепыми шутками. Но, к сожалению, сорвав момент, она не могла даже представить, что следующий раз, когда ее друг вновь соберется с мыслями и решится открыто заявить о своих чувствах, будет еще через год.

- Я ни разу не сказал что-либо, что могло подорвать твою репутацию, - Бенджамин осознавал, что Хэрроу находилась в довольно шатком положении в обществе, что мало кого она интересовала и разговоры были далеко не о ней.
Да, еще в самом начале знакомства он совершил пару ошибок, описав ее как «маугли» своим друзьям. Но один из них не имел отношения к высшему обществу, а вторая лишь наедине с графом позволяла себе использовать клички вместо имен. Ей граф доверял настолько, что готов был поклясться, что не его подруга ополчилась на Джозефину. И термин «цирковая обезьянка» не был записан в словарь графа Кросби. Тем не менее у Бена было много предположений кто и зачем решил испортить настроение Джо, начиная с тех, кому ее слова могли показаться грубыми, заканчивая теми, кому девушка могла помешать своей красотой.

- Если бы я стеснялся тебя, - признался граф, - вряд ли бы я сидел здесь и звал тебя, и вряд ли мы бы ездили на фестивали, и проводили время вместе… - Бен изобразил будто начинает диктовать долгий список, - я готов жертвовать своим временем, но не на столько. Джо, - он немного подался вперед, кладя свою руку на ногу девушки, - ты интересна мне с того момента, когда завязала волосы резинкой для лошадей, - затем он вернулся на свое место и улыбнулся, прикрыв глаза.
Вряд ли его подруга сочтет слова признанием, но это был неосознанный намек, который был подан в виде забавы. Кросби замолчал, вновь оглядываясь, а затем поерзал в сене, пытаясь согреть спину, окинул взглядом жеребенка и девушку.
- Так кто это был? Кто испортил тебе настроение…помимо меня.

+1


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » heartbeat