В моменты – подобные этому – на душе теплело и приходила иллюзия, в которой всё могло сложиться хорошо. Пафосно сказать – счастливо. Итан очень хотел воплощения грезы в реальность, но в глубине его души необратимо сформировалась основанная на слепом предчувствии убежденность, что мечте суждено не более, чем мечтой и остаться. Ничего не вышло – факт, требовавший с каждым днем признания всё настойчивее — и некуда бежать, закрывая глаза и уши.
[читать дальше]

The Capital of Great Britain

Объявление

ИТОГИ ОТ
03.01
УПРОЩЕНКА
К НГ
ВАЖНОЕ
ОБЪЯВЛЕНИЕ!
ЧЕЛЛЕНДЖ
НОВОГОДНИЙ

🎄 ЕЛОЧКА 🎄
ЖЕЛАНИЙ
ТЕМА
🎄 ЕЛОЧКИ 🎄
🎁 ПОДАРОК 🎁
ДЛЯ ЛОНДОНЦЕВ
Тайный
Санта

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » I'm gonna give all my secrets away


I'm gonna give all my secrets away

Сообщений 1 страница 5 из 5

1


I'm gonna give all my secrets away

.   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .
https://64.media.tumblr.com/4130d051e953b5eaca7ce9e33a3fa539/4c5ffdc292bebd99-2e/s540x810/3240f39c49491ed17307d513460bfa066bffb9f6.gifv

Эрик и Оливия Джонс
20 сентября 2020 года, ресторан
Tell me what you want to hear
Something that were like those years
Sick of all the insincere
So I'm gonna give all my secrets away

+1

2

[indent] [indent] Я знал, что нужно ценить каждое мгновение в этой жизни, наслаждаться, любить и верить в то, что впереди ждет что-то еще — красочное, незабываемое путешествие. Мне хотелось в это верить, потому что без веры — можно зачеркнуть все свои цели, а что уж говорить о мечте. Мои руки часто опускались в самые тяжелые моменты в жизни, за что я себя порой презирал. Мне хотелось быть идеальным, сильным, непоколебимым в таких случаях, но... я ничего не мог с собой сделать. Не видел выхода из ситуации, как бы сильно его не искал.Сейчас, в окружении всех этих людей, видя весь этот праздник, я старался, правда, старался не терять веру. И пускай в нашей жизни были проблемы, я хочу попробовать их решить.

[indent]  [indent] Стоя напротив зеркала, застегивая пуговицы на рубашке и смотря на свое собственное отражение, я надеялся увидеть в нем, в его глазах — что-то, что скажет мне — все будет хорошо. Но в темных глазах была пустота, которую пытаешься скрывать за обольстительной ухмылкой, редко переходящей в обычную улыбку. Для всех — идеальный, по крайней мере внешне. float:left А кто будет заглядывать — что там, внутри, за этим образом, маской спокойствия и уверенности в себе и в завтрашнем дне? Никто. Я не уверен в том, что будет завтра — может быть, мой брак рассыпется окончательно и я просто не смогу его спасти, не смогу показать ей, что мне не все равно, что она дорога мне, что нужна. За эти несколько месяцев я совершил столько глупостей, что зная о них, она мне точно не поверит.
[indent]  [indent] В последний раз оглядываю свое отражение с непонятно откуда взявшимся презрением во взгляде, поправляю воротник пиджака и выхожу из комнаты, громко хлопнув дверью. Этот вечер будет тяжелым не только для меня, но и для нее. Мне стоило позволить ей остаться, не выходить из дома, не отправляться в этот ад, где предстоит изображать счастливую жену, улыбаться всем тем, кто не особо и нравится. Такова наша жизнь, мы редко имеем возможность выбора.
[indent]  [indent] — Ты готова? — держу дистанцию между нами, принимая то, что вряд ли она готова к тому, чтобы быть со мной рядом. Всем ведь нужно время, даже ей. А мне нужно признать, что я совершил ошибку, которую не знаю — как исправить. — Не отходи от меня, — многозначительная просьба, по крайней мере для меня. Не оставляй меня одного, прошу. — пробудем там час или два и сможем вернуться домой. Продержишься? — выбора-то особо и нет, мы должны быть на этом вечере вместе, счастливо улыбаться и делать вид, что нашему браку ничего не угрожает. Никому нет дела до того, какая у нас ситуация и что нам не до этих вечеров.
[indent]  [indent] Хороший муж подошел бы к ней ближе, приобнял, прижал к себе и поцеловал, сказав при этом — что все будет хорошо и мы справимся. Взял бы уверенно за руку и провел за собой. Но я не хороший, я даже не уверен, что смог бы взять ее за руку без боязни, что она откажется, уберет руку, оставив меня в неловком положении с протянутой к ней рукой, которая ей окажется не нужна. Мы слишком далеко друг от друга, не физически, стоим-то мы на расстоянии одного-двух шагов, между нами какая-то пропасть, а мне недостает этой храбрости, чтобы ее перепрыгнуть.
[indent]  [indent] — Я подожду в машине, заканчивай и выходи, — я делаю шаг в сторону выхода, стараясь не оглядываться на нее, не словить ее взгляд — холодный, непонимающий или даже осуждающий. Это слишком тяжело для меня, привыкшего получать все, что душе будет угодно.

[indent]  [indent] Беру ее за руку, крепко сжимаю, стараясь доказать всем, и самому себе, что мы — семья, и это главное. Чувствую, что не смогу отпустить ее ладонь, я... я так в ней нуждаюсь, что боюсь отпустить от себя хоть на секунду, особенно теперь, когда чувствую эту пропасть, боюсь, что она еще расширится. А так, с ее рукой, сжатой в моей ладони, у меня появляется маленькая, призрачная надежда, что еще не все потеряно, что мы сможем преодолеть все невзгоды — вместе. На нас смотрят, стараюсь улыбаться более правдоподобнее, хотя я немного и счастлив — она не отдернула руку, хотя вряд ли это показатель, учитывая сколько людей собралось здесь. Она не выставит меня в дурном свете, как бы сильно ей не хотелось отдернуть руку, она сдержится, вооружится своей улыбкой и немного потерпит. Крупица истины в этом была, я чувствовал.
[indent]  [indent] Снимок на память, для него я даже осмелился и приобнял ее одной рукой, притянув к себе. От нее исходил приятный аромат, от ее волос, красиво уложенных. Я вдыхал этот запах и вспоминал, как мы только познакомились, нашу первую встречу. Тогда у нас не было этих проблем, которые есть сейчас. Мы были влюблены и я уважал ее. Но, видимо, уважение к ней не остановило меня от интрижки. Сожалею? Конечно. А теперь у меня опущены руки и я не понимаю, что нужно сделать, чтобы она снова верила мне. Верила, что я хочу найти выход из затруднительного положения, что хочу исправиться. Но она не сможет. Я бы не простил на ее месте.
[indent]  [indent] — Улыбнись, прошу, — шепчу ей на ухо, смотря на камеру. я знаю, что тебе тяжело играть эмоциями и делать вид, что ты счастлива со мной, и я никогда не забуду того, что ты пошла мне навстречу и позволила мне вновь почувствовать себя твоим мужем, как раньше. — не так уж и сложно, верно? — конечно, сложно. Я знаю, что сложно и неприятно, но я не отпущу тебя сегодня, только не так. Я хочу быть рядом с тобой, — мне стоило это сказать ей, но я не стал, побоялся, что она оттолкнет меня, потому что имеет на это полное право.

+3

3

Отклеивать медицинский пластырь, который был на руке уже несколько недель было глотком свежего воздуха. Внутри создавалось ощущение, что все может закончиться хорошо, как в какой-нибудь детской сказке. А ее болезнь была тем самым страшным монстром, который грозил снести все, что было построено. Но разрушил все далеко не он, а тот, кого Оливия считала прекрасным принцем в своей истории.
Такой красивый, говорили все ее близкие, такой успешный, харизматичный мужчина. С кучей перспектив и острым умом. А сама же девушка думала лишь о том, как он мило улыбается, как ей нравится, когда он морщит нос. Как забавно торчат его волосы по утрам, пока он еще не успел причесаться и уложить их как обычно. Она думала о простых вещах. Старалась запоминать, что он любит, что ему не нравится. В то время Оливия была готова порвать любого, кто посмеет вмешаться и покуситься на ее небольшую семью.
У нее были мечты. Она, как и многие другие женщины хотела подарить своему любимому мужу детей. Сама она хотела минимум трех. Хотела большую семью, которая бы собиралась по праздникам все вместе, хотела, чтобы в доме звучал смех и витала радость. Она была готова бросить свою карьеру ради этого, если это было необходимо. Но Эрик решил все иначе.
После того, как Лив попала в больницу все вроде бы начинало налаживаться. Он стал больше времени проводить с ней, стал более внимательным. Чаще звонил с работы и всегда интересовался ее самочувствием. И Оливии была приятна такая забота, но она не понимала, почему ей нужно было так сильно заболеть, чтобы ее муж так изменился. Ведь не будь он таким равнодушным, сделай он первый шаг после измены к примирению, и Лив бы...
Нет, не простила бы. В то время ее обида была еще слишком свежей. Да и она сама хороша. Делала вид, будто ничего не произошло. Продолжала жить с ним в одном доме, садилась с ним за один стол, обсуждала какие-то бытовые вопросы. Без былого тепла и нежности в голосе. Да и она сама ушла в отдельную спальню, которую они обычно держали для гостей. Потому что просто не могла себя заставить лечь в постель, которую он осквернил. Вернулась туда только недавно, потому что врач предупредил, что у нее может начаться приступ в любое время суток и в таком случае нужно будет вести девушку в больницу как можно быстрее.

Оливия помнила про прием, на который Эрик должен был прийти вместе с супругой. Они долго обсуждали этот вопрос после того, как Джонс упала в обморок в их коридоре, но она все же настояла на том, что готова поехать с мужем. Ей хотелось этого самой. Дома сидеть целыми днями, выходя только для того, чтобы погулять с их собакой, уже начинало ей надоедать. И сводило с ума. Лежать на диване с книгой в руках или перед телевизором было здорово только первые два дня, а после это становилось просто невыносимо. Лив казалось, что ее мозг сжимается до размера изюминки.
Она могла бы заказать красивое платье и туфли через интернет магазин, но вместо этого вытащила из коробки то самое, которое привезла не так давно с одного из модных показов в Италии. Оно прекрасно ей подходило, но в последнее время Лив заметно похудела, и девушка боялась, что наряд будет на ней висеть. Эрику было в этом плане куда проще. Просто надеть костюм и все.
Девушка примерила платье. Ткань приятно холодила кожу и казалась невесомой. Все же платья от дизайнеров не могли сравниться ни с чем другим. В некоторых местах оно действительно было ей свободно, но Оливии даже шло это в плюс. Как будто так и задумывалось создателем платья. Волосы она просто уложила на одну сторону и завила легкими волнами. На что-то более сложное не было ни сил, ни времени, ни желания. Ей нравилось и так.
- Постараюсь. Если что-то пойдет не так, скажу, как мы и договаривались, - к тому моменту она уже застегивала ремешки на босоножках. Темно-голубая юбка платья скрыла ноги сразу же, как только девушка выпрямилась. Сегодня она была похожа на часть ночного неба. Ей оставалось только закончить с макияжем, и Оливия Джонс будет готова к тому, чтобы показаться в кругу людей, с которыми общается ее муж.
Она довольно долго смотрела в свое отражение. Уже не такое, каким оно было год назад. Теперь щеки слегка провалились, под глазами залегли синяки от бессонницы из-за нового препарата, который был обязательным в ее курсе лечения, и врач сказал, что через какое-то время это все пройдет. Лив протянула руку к пузырьку с таблетками. Как раз по расписанию.

В зале было много света и людей. Звон бокалов и легкая, ненавязчивая музыка. Что-то это ей напоминало. Лив сжала руку Эрика в своей. Она еще не успела отвыкнуть от подобных мероприятий, но все равно боялась, что боль в сердце или головокружение могли напомнить о себе не в самый подходящий момент. Вторая ее рука легла на локоть мужчины просто по привычке. Она всегда так делала, это придавало ей уверенности. Лив видела в этом и способ показать, что этот мужчина ее, а она его. По крайней мере, так было прежде. Но она ведь сама согласилась вернуться все обратно. Хотя бы попытаться. С одним условием. И она надеялась, что собирать свои вещи, чтобы уехать из дома своего супруга, ей не придется никогда.
- Ох, Оливия, давно не виделись! Как поживаете? - что она могла сказать.
Оливия мастерски научилась сочинять истории про счастье в их семье. Про то, что они все еще безумно любят друг друга, а дома царит гармония и уважение. Но о каком уважении могла идти речь, когда Эрик так жестоко растоптал ее сердце?
Но сейчас...Сейчас это почти было похоже на правду. По крайней мере, Лив уже чаще улыбалась искренне и смеялась.
- Замечательно. А как... - какие-то пустые разговоры чисто для того, чтобы соблюсти дурацкие правила.
После фотография на фоне большого баннера. Оливия даже не прочитала, чему посвящено это мероприятие. Она пришла сюда только по одной причине. Потому что он в ней нуждался. Если бы девушка не появилась на банкете, начались бы распространяться не лицеприятные слухи. Она прекрасно знала, какими ядовитыми языками обладали люди, занимавшиеся бизнесом.
У Джонс побежали мурашки по коже, стоило только дыханию Эрика коснуться ее уха. Подобное действие ее немного разволновало, а на щеках выступил легкий румянец. Но Лив быстро взяла себя в руки и лучезарно улыбнулась. Вспышка, ненадолго ослепившая ее, и они снова вернулись к старому занятию. Очень скучному, по мнению девушки, занятию.
В какой-то момент, когда Оливия стояла рядом со своим супругом около одного из столиков, к ним подошел незнакомый для нее мужчина и попросил Эрика отойти для небольшого разговора. Оливии не понравилось это. У нее сразу возникла паника. И теперь ей даже шампанского было не выпить, потому что она принимала лекарства не совместимые с алкоголем даже в малых дозах. Но внешне девушка этого не показала и только кивнула.
- Я останусь здесь, - где есть хотя бы какая-то опора, а неподалеку находился диванчик.
Джонс радовалась, что больше к ней никто не горел желанием подходить. Поэтому она вытащил свой телефон из сумочки и хотела написать сестре. Успела набрать пару сообщений и понять, что Кейт очень даже весело проводит время в компании своих закадычных друзей.
- Миссис Джонс, - голос послышался сзади Оливии, и та обернулась.
Перед ней стояла миловидная блондинка в коротком платье с длинными рукавами и кучей пайеток по всей ткани. Не самый лучший выбор для подобного мероприятия, но Оливию ведь не спрашивали мнение. К тому же, критиковать было как-то неприлично, поэтому девушка просто улыбнулась незнакомке.
- Да, - правда, чем дольше Лив смотрела на блондинку, тем больше понимала, что где-то ее уже видела. - Джуди, верно? Вы секретарь моего мужа. Очень приятно познакомиться с вами лично, - хотя девушка не понравилась Оливии с первого взгляда, но она списала это на побочные действия лекарств. В них был такой пункт, как раздражительность.
- Вижу у вас с мистером Джонсом все хорошо, - вот это уже та тема, на которую Оливия не любила говорить и отвечала односложно и коротко, помня о том, что от ее слов зависела не только ее собственная репутация, но и репутация Эрика. А она его любила, несмотря на то, как он поступал с ней.
- Что вы хотите, Джуди? Поймите меня правильно, сегодня было довольно много разговоров, и я бы хотела провести хоть немного времени в одиночестве и в компании своего мужа, - лицо Лив стало не таким дружелюбным, каким было в начале.
- Видите ли...

Оливия держала бокал с шампанским и думала осушить его за раз и взять еще парочку, но все же разум был сильнее чувств. До тех пор, пока к ней не подошел Эрик.
Ей хотелось плеснуть ему этим шампанским в лицо, сказать ему пару ласковых и уехать домой. Она помнила, каково было условие. Джуди рассказала о том, чем они занимались с ее шефом в те моменты, когда, как она выразилась, "ему было одиноко и грустно". Но она сдержалась. Вместо этого слишком сильно сжала ножку бокала в своих пальцах, отчего она треснула. Верхушка упала к ногам Лив, а вслед за стеклом упала пара капель кровь из порезов на руке. Эта боль помогла ей не взорваться прямо сейчас. Но внимание она все же ненадолго привлекла.
Официант тут же подбежал и начал убирать осколки, спрашивая все ли с девушкой в порядке.

+1

4


and in a d r e a m,
[indent] and in r e a l i t y

i see your face [indent]  [indent]

[indent] От одного лишь ее прикосновения к моим рукам, я понимал, что совершил слишком много ошибок, которые ей будет тяжело простить, но тем не менее, я все еще хотел оставаться ее спасительным кругом, как и она когда-то для меня. Ведь это и означает — быть семьей. Мне хотелось поцеловать ее на глазах у всех собравшихся людей, ведь несмотря на свою боль — она здесь, со мной. Но я не стал этого делать, боясь, что это может быть слишком тяжело, и она подумает, что это все лишь игра. И мне оставалось лишь смотреть на нее, сияющую, прекрасную, пускай она и была только тенью той женщины, которую я полюбил. Болезнь превратила ее в тень и мне радостно на сердце, что даже под натиском боли — она решилась на это. Какая же она храбрая. Жаль, что я трус.
[indent] Хотел приобнять ее за талию, прижать поближе к себе, чтобы она чувствовала, что я нахожусь рядом и в любую секунду готов помочь. Но меня прервали, я не успел показать ей этого. Хандерсон, как же ты не во время. Неужели не мог подождать еще минут десять со своими проблемами? Сегодня в конце концов, праздничный вечер и отвлекаться на работу сейчас — не лучшая идея. Хотя кого я обманываю? Вся жизнь моя — работа. Она отпускает меня, а я чувствую, что не хочу от нее уходить. Но что я могу? Послать всех к черту? Наверное, именно это мне и следовало сделать, но вместо этого...
[indent] — Я скоро вернусь, не скучай, — хороший муж поцеловал бы ее хотя бы в щеку, но я нет, лишь кривая полуулыбка, от которой мало толку.
[indent] Я последовал за своим сотрудником, который привел меня к одному из держателей акций, второму по количеству после меня. Обмен рукопожатиями, я старался, чтобы моя рука была как можно крепче, словно это способно показать ему мою силу. Не доверяю я этому мистеру Линку.
[indent] — Чем могу помочь в такой замечательный вечер? — делаю акцент на последних словах, чтобы намекнуть, что вечер я не планирую проводить за деловыми разговорами.
[indent] — До меня дошел слух, что вы собираетесь провести совет акционеров.  С какой целью?
[indent] Откуда ему известно? Кто рассказал? Об этом должны были сообщить только через неделю. Стараюсь сохранить невозмутимый вид, но мои губы все равно превращаются в тонкую полоску и мистер Линк, заметив это, улыбается. Ненавижу такие улыбки. Он чувствует себя в выигрышном положении. Мог бы этот слух дойти и до моего брата? Надеюсь, что нет.
[indent] — Вы позвали меня из-за слухов? — убедительно? Я смотрю ему прямо в глаза, надеясь, что он не выдержит этот взгляд. Пять секунд, шесть, победа, он отвел первым.
[indent] — Значит, это слухи? Но я все равно вас предупрежу, сообщите мне заранее, если у вас появятся какие-либо планы. Мне хотелось бы узнать информацию одним из первых, чтобы я смог среагировать и подготовиться. Вы же понимаете о чем я?
[indent] Ты хочешь, чтобы я с тобой считался. Да, я понял. Не дождешься. Не хватало еще, чтобы ты испортил мои планы. Неизвестно, кому ты можешь рассказать об этом.
[indent] — Конечно. Что-то еще вас беспокоит? — предельно дружелюбный тон, на который я только мог быть способен. — Или я могу вернуться к своей прекрасной жене и провести остаток вечера вместе с ней?
[indent] Кажется, я достаточно ясно дал понять, что разговор окончен, но из вежливости решил дать возможность этому все ведающему человеку дать свое никому ненужное согласие. Грубо? Да, наверное. Но зачем мне считаться с этим человеком, который думает только о своей наживе? И да, я тоже думаю о своей выгоде. В этом ведь заключается вся суть человека — думать о себе, а не только о других. Но сейчас имеет значение и Лив тоже. И пускай она сейчас выступает только в качестве предлога закончить этот ненужный разговор, для меня все-таки она имеет некоторое значение.
[indent] Он лишь благосклонно кивнул. Терпеть не могу таких напыщенных индюков. И пускай он старше меня, я все еще влиятельнее него в компании, пускай его раздражает этот факт. Что же, теперь я могу со спокойной душой вернуться к своей супруге и проследить, чтобы она хорошо провела этот вечер. Развернувшись и сделав несколько шагов, я услышал за своей спиной тихий шепот, но не обратил на этих змей больше никакого внимания. Буквально через несколько секунд, а я шел просто прямо к своей цели, на меня налетела светловолосая кокетка с не самым удачным платьем, поднял свой тяжелый взгляд, но увидев Джуди, немного смягчился. Она не виновата, что у меня раздражение после общения с не очень приятным человеком.
[indent] — Ох, простите, мистер Джонс, — таким сладким голосом и это не звучит, как извинения, скорее наоборот — она ждала выговора. А выговор для нее мог быть только одним, она помнила его очень хорошо, по ее сияющим глазам это понятно.
[indent] — Ничего... следующий раз — будь поаккуратней, — она явно не ожидала такого. Чего угодно — приглашения, требование проследовать за мной в укромный уголок — что угодно. Я двинулся дальше, но услышал ее глубокий «ох», оборачиваться не стал, просто знаю, что она любит смотреть на мою удаляющуюся фигуру, особенно оголенную. А кому не нравится?
[indent] Медленно продвигаюсь к точке А, где оставил Лив, проходя через группы людей и с каждым здороваясь по имени. Надеюсь, что за пять минут ничего не случилось. Нахожу ее чуть поодаль от места, где мы расстались. Бокал? Но тебе же нельзя... Быстрыми и уверенными шагами подхожу к ней, она кидает на меня один единственный уничижительный взгляд. Если бы она могла убить, то сделала бы это сейчас этим взглядом. В моей голове не складывалась мозаика, почему ее настроение так резко изменилось. Все же было нормально... Протягиваю к ней руку, чтобы забрать бокал, в который она практически вцепилась ногтями.
[indent] — Отдай мне, — почти что прошу ее, но голос мой звучит твердо. Не успеваю забрать, как она его разбивает. Как же сильно ты его сжимала? Видимо, бокалы дешевые, раз их так просто раздавить. Не за это я плачу такие деньги, чтобы на этом мероприятии мне подсовывали подделку.
[indent] Но что-то в этом было, наверное то, как она смотрела на меня. Шепот за спиной, на который стараюсь, честно стараюсь не обращать никакого внимания, а сосредоточить его на женщине, что стояла передо мной. Уступаю место официанту, чтобы тот все убрал здесь, а сам поворачиваю голову в сторону, и вижу ненадолго на нас уставившихся гостей. Благо, они быстро переключили свое внимание на объявлении о начале выступления прекрасной артистки, в чьих певческих данных я не сомневался, раз своим появлением она помогла нам избавиться от ненужного внимания.
[indent] Когда официант закончил и предложил моей жене новый бокал с шампанским, я отказался за нее. Тот лишь кивнул и удалился, оставив нас, так сказать, наедине.
[indent] — Тебе плохо? — из-за начала выступления я не боялся об этом говорить громче шепота. Предложил ей свою руку в качестве опоры и поддержки, но она смотрела на протянутую ладонь и явно была не намерена принимать от меня помощь. — В чем дело? Ты ведешь себя очень странно, — не хотел бы я ей сказать, что она позорит меня, нет, они могут просто подумать, что она расстроена или еще что-то. — Я могу чем-то помочь? Отвезти тебя домой? Ты... порезалась? — только сейчас заметил ее слегка окровавленные ладони, когда попытался взять ее за руку, что она успешно пресекла.

+1

5

За то время, пока официант суетился с осколками бокала, перед глазами Лив всплыл тот момент в больнице. Бледное лицо Эрика, беспокойство и страх в его глазах. То, как сильно он верил в то, что они еще могут исправить то, что он натворил. И она верила. Лив была такой наивной, что снова поверила его словам, потому что хотела, чтобы все то, о чем они говорили, все планы, что строили оказались правдой. Превратились в их совместную реальность. Оливия была готова пожертвовать своей гордостью, забыть обо всем, что было между ними до того, как ей сообщили, что через год она может умереть. Не сразу, но она старалась. Она хотела идти навстречу. И чем все это обернулось?
Она стояла в зале шикарного ресторана в красивом платье, с уложенными волосами. Улыбалась и выглядела довольной и даже счастливой. Хотела провести время с мужем, возможно, сказать ему, как гордиться им, похвалить его за успех, поддержать если это будет нужно. Как самая лучшая жена, какой она хотела для него быть. А теперь стоит и чувствует себя полной идиоткой.
Какое-то странное опустошение пришло на место ярости. Оливия моргнула пару раз и уставилась на свою порезанную ладонь, которая начала болеть, на капли крови, что все еще капали на пол. Она не знала, что делать со всей той информацией, которую так любезно предоставила ей Джуди. С одной стороны хотелось влепить мужу пощечину и уйти. Но Лив слишком хорошо воспитали. Да и она сама считала, что то, что происходит внутри их семьи должно там же и оставаться. С другой же хотелось просто опустить руки и сдаться. Зачем ей вообще это донорское сердце, если девушка никому не нужна?
От этой мысли руки повисли безвольными нитками. Она сглотнула комок, застрявший в горле. Плакать? Не хотела она показывать незнакомым, да и знакомым людям свою слабость. Начнутся никому ненужные сейчас вопросы. Лучше до конца вечера делать вид, что это был просто несчастный случай, и с миссис Джонс все в порядке. Дать своему мужу показать себя заботливым и любящим, а потом покинуть это место. Это проклятое место, которое за несколько минут умудрилось подарить ей так много боли, пронзившей сердце насквозь.
От волнения и от попыток сдержать все внутри себя, Оливия ощутила, как сердце сжалось, как стало не хватать воздуха легким. Как начала кружиться голова. Обычные симптомы, к которым девушка уже привыкла.
- Принеси мне воды, пожалуйста, - ее голос потерял краски. Все мысли крутились только вокруг того момента, когда она выпьет таблетки и ее отпустит.
Лив взяла стакан из рук Эрика, достала из сумочки таблетницу и закинула в рот пару круглых желтых шариков, запив их большим количеством воды. Теперь оставалось только ждать. Но вместо того, чтобы стоять и ощущать, как громкая музыка давит на голову, Оливия предпочла выйти на воздух, поддерживаемая своим супругом. Как бы ей не хотелось отвергнуть его помощь в тот момент, она боялась, что по дороге с ней что-нибудь могло бы случиться.
Свежий воздух позволил немного остудить горячую голову. Лив вдохнула полной грудью и оперлась на колонну около входа. Кажется это был какой-то греческий бог. Да ей на тот момент было плевать. Девушка сделала пару глубоких вдохов. Небольшой приступ начал отступать. Джонс даже нашла в себе силы улыбнуться и откинуть голову назад, закрыв на какое-то время глаза.
- Помниться, у нас был уговор - ты перестаешь прыгать по чужим кроватям, а я остаюсь, и мы боремся с моей...болезнью, - Лив наконец нашла в себе силы взглянуть на Эрика. То же самое выражение лица, какое было у него тогда в больнице. Это было даже забавно. Как хорошо он играл. А если и не играл, то что ей с того, что он ее любил? Разве так поступают с теми, кто дорог? Разве удерживают рядом, продолжая причинять им боль?
- Ты эгоист, дорогой, - к Оливии вернулась ясность разума, паника отступила и на ее месте оказалось разочарование от поступка Эрика. - Не помню, говорила ли я тебе уже об этом. Но теперь напомню. Ты эгоист, Эрик, думаешь только о себе. Ты обещал мне, что все будет по-другому, и я тебе поверила, - Оливия достала из сумочки пластырь. Она всегда носила парочку, чтобы заклеить ногу, если вдруг появится такая необходимость. - Давно ты спишь со своей секретаршей? Только не ври мне сейчас. Хотя бы теперь скажи правду, - девушка приложила пластырь к ране и поняла, что он мал по размеру. Нужен был пластырь побольше. Кажется, в их машине была аптечка.
- Мне нужно обработать рану. У тебя в багажнике было все необходимое, - Лив хотела попросить ключи и сходить сама, но внутри засел страх, что приступ может повториться. Подумать только, раньше она летала в другие страны в одиночку, а теперь не могла пройти до парковки без сопровождения. Даже того, кого сейчас меньше всего хотела видеть рядом.

Сидя на заднем сидении, Лив промакнула порезы салфеткой с антисептиком, а потом заклеила большим квадратным пластырем. Вот теперь все было в порядке. Не так красиво, конечно, но какая разница?
- Мы продолжим наш небольшой спектакль, скажем, что это было недоразумение или какой-нибудь несчастный случай. А потом...Потом поедем домой и завтра я уйду, - девушка закрыла чемоданчик и подождала, пока мужчина поставит машину на сигнализацию.

Оказавшись в ресторане, Оливия шла под руку с Эриком и снова была само дружелюбие. Свою роль нужно играть до конца. Она все же профессионал. Одна из дам спросила все ли в порядке с рукой Джонс, и та заверила, что это просто маленькая царапина, такое иногда с ней бывало и на показе. Рассказала историю, как однажды в Париже, пока она шла по подиуму с еще одной моделью, на них чуть не рухнула люстра. Но благо все обошлось. Сама Лив не рассказывала об этом мужу, да и организаторы положили репортерам на лапу, чтобы те не распространяли подобную новость. Многие могли бы лишиться работы.
- Вы наверное безумно перепугались. Я бы от такого еще дня два отходила, - Лив хотела было ответить, что потом они с Элис пошли выпить вина и гулять по городу, но предпочла промолчать и молча согласиться.
- А на следующей неделе мы с Питером едем в загородный домик в лесу. Отметим годовщину. В этот раз он не хочет пышных празднеств, - сердце Оливии неприятно сжалось, но вместо того, чтобы хоть как-то показать это, Джонс улыбнулась.

Вечер плавно подходил к концу, и Лив сидела на стуле за одним из столиков, просматривая фотографии миссис Робинсон с ее питомцем. Пес был уже довольно старым, как и его хозяйка, но не менее милым от этого. Почти все гости уже разошлись, и оставшимся тоже пришла пора разъезжаться по домам.
- А у нас есть пес Сет. Мы недавно взяли его из приюта. Совсем зашуганный был, а теперь бегает по дому и просит меня или Эрика с ним поиграть.

0


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » I'm gonna give all my secrets away