Kiss Me More
Doja Cat, SZA

Лондону от доктор Юджина
"Выделенный номер для Грантов кажется Рамиресу слишком большим. Он никогда прежде не видел в отеле столько комнат. Для чего они? Обычно люди приезжают в подобные места, чтобы быть ближе друг к другу, а здесь можно легко заблудиться и потратить кучу времени на поиски своей второй половинки. Ричард ненадолго останавливается в проходной комнате с огромным рядом полок книг до самого потолка. Стеллажи из амарантового дерева. В самом углу огромной комнаты недалеко от камина стоит рояль в окружении стильных мягких диванов, обложенных подушками. На полу не менее дорогой пушистый декоративный ковер. Не сдержав восторга, Ричард присвистнул. Миновав комнату, Рамирес столкнулся с Джеймсом.
[читать дальше]

The Capital of Great Britain

Объявление

ИТОГИ ОТ
20.09
ЧЕЛЛЕНДЖ
СНОВА В ШКОЛУ
КИНО
ВИКТОРИНА
Новый
дизайн
Предупреждение
о выселении
Акция
актеры ГП
Новые
соцсети

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » Тела там, где ты их оставишь


Тела там, где ты их оставишь

Сообщений 1 страница 16 из 16

1



.   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .
  https://i.imgur.com/OfkHWK0.jpg


James Islington &  Logan Ramirez
London, 2023

Мистер Ислингтон приезжает в Лондон, чтобы разобраться с очередным заданием. Он ждет курьера, которым по стечению обстоятельств оказывается мистер Рамирес. Джеймс планирует быстро убрать и его и заказчика, но все идет не по плану.  А потом еще раз не по плану. И это чертовски нервирует, когда на носу корги-забег.

+1

2

Мистер Ислингтон поправляет свой идеальный узел темно-синего галстука.  Моет руки и выходит из туалета аэропорта. По нему практически не скажешь, что еще полгода назад он ходил с палочкой. Иногда больная нога дает о себе знать, но Джеймс предпочитает скрывать этот факт.
Мужчина надевает темные очки и сверяется со временем. Самолет из Лос-Анджелеса прилетел раньше на 15 минут, и у Джеймса есть время осмотреться. Лето в Лондоне подходит к концу, а вот в Лос-Анджелесе все еще жарко.
И так и будет, к счастью. Пальмы. Загорелые девушки в бикини. И никаких дождей.

Ислингтон загорел, и его загорелая кожа еще больше подчеркивает бежевый костюм и светло-синяя рубашка.
Мужчина неспешно идет к выходу и останавливается на том месте, куда за ним должен приехать автомобиль. В руках у Джеймса небольшая дорожная сумка из дорогой кожи, он не планирует надолго задерживаться в этом городе.

***

Спустя 15 минут к Илингтону подъезжает темный неприметный автомобиль. Неприметный как и все автомобили агентства. Джеймс залезает внутрь на заднее сиденье и ставит сумку между собой и еще одним пассажиром.
Алекс. Алекс Холланд - его друг, его координатор, они не виделись больше полугода (впрочем, им не впервой).
Ислингтон пожимает руку - сухую и твердую  - и коротко улыбается. Алекс внимательно оглядывает Джеймса через свои очки, оправа которых декорирована крокодиловой кожей, и произносит:
- Неплохо выглядишь. Америка тебе явно на пользу, Джеймс. Как нога?
- Иногда дает о себе знать. Но штифт хороший. И реабилитационные тренировки.  У меня много тренировок, это все американский тренер, он заставил меня сесть на белковую диету. Так что жизнь отстой.
Джеймс смеется. Алекс ухмыляется.
Ислингтон отворачивается от своего друга. Из окна авто мужчина любуется городом, но по правде говоря, Джеймс не скучал по нему. Это его внезапно удивляет.
- Итак, я не понимаю, зачем я здесь. Я много раз уже помог нашим братьям-американцам и свой хлеб отрабатываю честно. Знаю, что американцы за меня дорого платят агентству.
- Приказ начальства, - коротко бросает Алекс, - да, и дело важное.
- Я не могу тут долго задерживаться. У меня через четыре дня корги-забег.
Алекс наблюдает за серьезно-рассерженным лицом Джеймса. Ислингтон буквально может читать вопрос: “Ты это серьезно?” А потом Холланд громко смеется, представив очевидно забег сладких булочек.
- Ничего смешного, Алекс.  Руди и Сэмми… да, у меня новый пес… по имени Сэмми… и знаешь, он еще тот садист, участвуют в бегах. Наши главный соперник корги Рекс.
Собеседник Ислингтона продолжает хохотать.
- На кону Ferrari 250 GT SWB California Spyder 1961 года. 
Алекс перестает смеяться и коротко кашляет.
- Кто-то ставит такое на корги-забеги?!!
Джеймс ухмыляется и возвращает выпавшего в осадок Холланда к задаче, которую он приготовил для Ислингтона.
- Поэтому я не могу задерживаться. И поэтому я должен все сделать быстро.
И не хочу. Просто не хочу тут задерживаться.
- Ладно. В чем суть, - начинает деловитым тоном Алекс, - тебе нужно проникнуть на закрытую вечеринку, слиться с толпой политиков, бизнесменов и прочих личностей и отследить, когда придет курьер. Вот его мордаха...
Алекс протягивает фото курьера на планшете. Джеймс внимательно изучает его: молодой темноволосый человек 30-33 лет. Нейтральная внешность, что неплохо для курьера.  Ислингтон “сканирует” фотографию и снова обращается к Холланду.
- И?
- И он принесет посылку. В посылке по нашим данным биологическое оружие. Такое, которое распыляешь, а люди умирают лет через 10 от неизвестной болезни.
- Он отдаст посылку злому отбитому старику-политикану, тот захочет всех убить, а мне надо это все предотвратить. Убиваю курьера и заказчика и домой.
Алекс кивает, но морщится. Джеймс знает, что Холланд не любит, когда его прерывают и все равно это делает, чтобы побесить Алекса.
- Да, мы не знаем, кто заказчик. Он будет осторожен. Попытается скрыться. Я ставлю на кого-то из лейбористов. Разберись с этим и ты свободен. Или можешь остаться у нас на ужин. Моя жена будет рада тебя видеть.
- Как скажите, мистер Холланд.
- Так и скажу, мистер Ислингтон. И все же кто такое ставит на корги бега?

***
Автомобиль останавливается возле отеля Ритц. Алекс протягивает ему ключ-карту от номера, в котором когда-то останавливался принц Уэльса.
- Англия любит тебя, Джеймс.
- Англия любит, когда я убиваю того, кто ей не нравится, - отвечает Джеймс и берет ключ-карту.
Мужчина знает, что в номере он найдет все, что ему необходимо на сегодняшний вечер.
Ислингтон кивает Алексу и выходит из машины. В таких мелких делах они не держат связь друг с другом. Да, и зачем? Это же не зачистка какая-то. Сделал дело - отчитался.
- А на эти забеги они не берут фокстерьеров?
- Нет, Алекс, - улыбается Ислингтон и выходит из автомобиля.

Мужчина проходит мимо ресепшн и показывает ключ-карту.  Она отличается от стандартных карт отеля - спешл-гость, вот что она говорит.
Джеймс заходит в лифт и вставляет карту. На дисплее появляется номер и этаж. Ислингтон поднимается наверх.

Джеймс открывает дверь номера, включающего в себя не одну комнату, но заходить не спешит. Номер должен быть безопасным, но лучше убедиться.
Ислингтон стоит некоторое время, затем аккуратно заходит внутрь.
Мужчина проходит гостиную, вторую гостиную и еще какую-то комнату и заходит в спальню. На кровати лежит черный смокинг от портных с Сэвил-Роу, черная бабочка, белая рубашка, черные оксфорды. Пригласительный билет. Новая модель вальтера с глушителем. И планшет. Ислингтон знает, что на нем Алекс приготовил дополнительную информацию в виде планов особняка и других нюансов дела, которые мужчине стоит изучить.
Прежде чем я начну охоту на лису.
Джеймс снимает с себя бежевый костюм и идет в душ. У него не больше пары часов, чтобы собраться, все чекнуть и выдвинуться (ключи от автомобиля лежат рядом с планшетом)

Ислингтон не спеша бреется, он всегда делает это перед душем, потому что так кожа лица меньше раздражается. Выверенными движениями он проводит опасной бритвой по подбородку и щеками.
Затем мужчина снимает рубашку, брюки, боксеры и забирается под душ. Ислингтон не дает себе долго наслаждается теплой водой, а в конце и вовсе включает ледяную.
Надев махровый мягкий халат, он пьет черный кофе и изучает все вводные.
Через некоторое время Джеймс  сверяется  с часами, запускает вирус на планшете, который уничтожит все, что надо удалить, и собирается.

Брюки.
Рубашка с французскими манжетами.
Запонки.
Бабочка.
Смокинг.
Оксфорды.
Парфюм Tom Ford, Ombre leather 16.
Джеймс оглядывает себя в зеркале, расправляет лишние складочки, забирает оружие и выходит из номера.

***
Спустя час мужчина подъезжает к загородному поместью, явно построенному в 18-19 веке. В отличие от Америки, где теракты ужесточили меры безопасности, в некотором роде Джеймс находит англичан наивными.
Ислингтон проезжает на территорию и ставит автомобиль. Самое начало частной пати. Гостей много. За всеми не уследишь.
- Здравствуйте, у меня с собой вальтер, я бы хотел сдать его на охранение. Где это можно сделать? - спрашивает Джеймс и протягивает свой билет и оружие.
Мужчина лучится открытостью и дружелюбием. Охранники понятия не имеют, кто перед ними. Для них он политик.. бизнесмен..? И вообще, они не привыкли, что тот, кто приходит с оружием, сдает его.
- Могу я посмотреть, где вы будете его хранить? Это память отца, он мне дорог.
Важно то, что Ислингтона проводят в комнату, где они сами хранят оружие. Джеймс нудит и высокомерно настаивает, что хочет написать расписку, что сдал оружие на хранение. Бюрократия. В Англии это тоже любят.
Пока мужчине приносят бумагу, пока он пишет, пока охранник переписывается по телефону, а потом подписывает расписку Ислингтона.
Словом, Джеймс изучил оружейную и выбрал для себя глок, который незаметно позаимствовал.

Мужчина выходит с оружием, надежно сокрытым пиджаком. Он сожалеет, что не знает лица покупателя, тогда его было бы проще снять снайперкой.
Но придется работать изнутри.
Джеймс берет бокал мартини с подноса официанта и растворяется в толпе. Изучает гостей, анализирует. И не сводит глаз со входа в поместье.
Алекс уверен, что встреча будет где-то внутри особняка.

Поэтому мистер Ислингтон ждет курьера.

+3

3

[indent] О чём мы думаем, чем руководствуемся, когда осознанно нарываемся на неприятности, заведомо ходя по лезвию? Как мы оправдываем себя в том, где один неверный шаг, одно спешное движение чревато жуткими и непредсказуемыми последствиями? О чём думает каждый из нас, сознательно делая выбор? О чем думал Рикки, когда согласился на это в Нью-Йорке? Думал, что пронесет? Или же он хотел доказать что-то себе? А себе ли? Или все же своим бьющим через край амбициям, с головой окунувшим парня во все это дерьмо?
[indent] Нервы словно оголенные провода. Ещё чуть-чуть и Рикки всего прошибёт током, окончательно отключив способность мыслить рационально. Брюнет стоял в ванной в номере отеля у зеркала, поправляя галстук. В стекле напротив вполне зрелый парень 30 лет с едва заметной ссадиной у виска от удара. Пару месяцев назад, в Нью-Йорке, курьер связался не с самой лучшей компанией, переоценив свои возможности. И... как вы уже поняли, провалил дело. Как удивительно, на что способны деньги, когда они есть, но всегда хочется больше. Собственно таким был Ричард с самого детства. Семейное состояние в миллионы долларов, золотой мальчик с высокими скулами, глубокими серо-голубыми глазами, выражающими сейчас лишь ненависть, пропитанную в банке из-под чая, где очень долго хранили отчаяние. Смешанные эмоции переполняли его, поэтому непослушным пальцам сейчас с большим трудом давался узел, который он не мог завязать.
[indent] - Дерьмо..., - зло плюнул, со злостью резко вытягивая кусок ткани темно-красного галстука из неправильного узла. -
Неделю назад Гончие Клиента,  всё же вышли на след Рамиреса и потребовали неустойку. Пара отбитых ребёр и экзотический подарочек у виска - покруче пары бутылок текилы и нескольких граммов кокаина. Рикки понимает, что это он ещё легко отделался. Но вот только в голове не укладывается - что-то не сходится. Клиент дал ему возможность "исправиться". Даже удивил сам факт, что у Клиента и в Лондоне "свои дела". Собственно, одно из них и легло на плечи Ричарда. Впрочем, такая себе перспектива, но это лучше чем пуля промеж глаз и плавающий труп в Исиде.
[indent] Наконец, применив усилия, с "кентом" было покончено.
[indent] В этот момент дверь за спиной курьера открылась, и в проходе нарисовался здоровенький амбал со свиным носом и маленькими глазами, словно при рождении их кто-то прибил в без того страшную рожу.
[indent] - Ты че тут возишься? На свидание что ли собираешься? Тачка подъехала.
[indent] - Подожди, я маникюр ещё не успел сделать, - ядовито произнес Рамирес, нарочно поддразнивая наёмника, после чего здоровяк вытолкнул его из ванной.
[indent] - Давай... топай. Потом хоть пеникюры делай.
[indent] - Педикюры, болван.
[indent] - Закрой рот и шагай, ублюдок.
[indent] Рикки уже предвкушал, каким будет этот вечер. Впрочем, марафет навёл. Черный смокинг, галстук с дорогой булавкой из собственного инвентаря, эксклюзивные часы и обувь. Даже немного огорчился, что на работе... такому добру пропадать зазря, а ведь мог бы подцепить кого и шикарно провести ночь.
В автомобиль его тоже почти запихали. Черный лимузин с затонированными стеклами ждал его прямо напротив отеля, где он остановился на эти несколько ночей. В лифте только успел накинуть пиджак и поправить приправленные воском волосы.
[indent] - Ну что, едем на балл? - улыбнулся Рикки, усаживаясь на заднее сидение, когда амбал уселся следом, двигая его к самому окну. В машине сидели ещё двое, среди них мужчина, в глазах которых читалось легкое раздражение и возмущение. К тому же дорогой костюм выдавал клиента. - Добрый вечер, мистер...?
[indent] - Корнэлл.
[indent] У мужчины на лице не дрогнул ни один мускул, он был спокоен, как скала и неподдельно сдержан. Обычно Рикки бросал пару шуточек, но сейчас не очень хотелось разбивать своё симпатичное лицо перед выходом "в свет". В Нью-Йорке он никогда не вел прямой контакт с Клиентами, обычно это делал его напарник. Сейчас всё иначе.
На мгновение вокруг образовалась тишина, только тихое урчание машины разбавляло атмосферу напряжения, затаившегося в воздухе. В салоне лимузина пахло кожей и спиртным.
[indent] - Мистер Рамирес, я всё же надеюсь на Ваше благоразумие, и вы больше не наделаете глупостей.
Амбал протянул планшет, взяв в руки который, Рикки увидел на экране фото мужчины.
[indent] - Это человек, которому Вы должны отдать посылку. Он уже должен ждать вас в холле на первом этаже.
Коснувшись пальцами экрана курьер принялся внимательно изучать объект. Фото было недостаточно четким, но этого было достаточно, чтобы узнать получателя в толпе. Темные волосы, возраст порядка 40 лет. Большой мальчик. И даже без пивного брюшка.
[indent] - И где товар?
[indent] - Здесь...
[indent] Серебристый чемоданчик стоял рядом с Корнэллом, а его пальцы мягко прошлись по металлическому ободку, поглаживая, словно свою лучшую любовницу. Не слишком большой, чтобы привлечь внимание, но и не слишком маленький, чтобы он остался незамеченным.
[indent] - Вы шутите? И как я пройду с этим через охрану? Мне сказать, что это набор акварели?
[indent] - Спокойно, мистер Рамирес, - мне протягивают пригласительный. - С этим Вам не станут задавать вопросов.
[indent] Ричард почувствовал, как неприятный холодок пробежался вдоль позвоночника.
[indent] Так просто?
[indent] Он знал, что просто не бывает. Особенно с такими людьми и с таким товаром. Больше никаких вопросов. Никаких диалогов. В салоне лимузина стало так тихо, как будто наступил траур. А Ричард был его призраком.
***
[indent] Как оказалось, Лондон, один из многих был не обычный город, так полюбившийся туристам и просто людям. Город грехов. Калигула Англии, презирающая тихие, спокойные полночные часы. Или Мефистофель, преисполненный злобы и превосходящий в этом самого дьявола. Рамирес всегда был маленькой незаметной фигуркой на шахматной доске. По крайней мере он так думал, сам не знает. Черной клеточкой что ли. Такой незаметной и призрачной, как водяная пыль, оседающая на землю после сильного дождя. Он ещё сам не решил, что будет делать дальше. Вернуть то, что утратил? Ему придётся пройти немало шагов, и его путь уже начался. Чем дальше, тем только интереснее. Взобраться на самый верх будет непросто. Обычно Рамирес не убивает, но если придется...
[indent] Элитное общество - он не любил эти места. Курятник уставших друг от друга личностей. В самых верхах разлагающиеся нравы, души и разум на каждом шагу, стекаются в гнилое болото – подобное этому. Но именно они могут дать ему то, что он хочет. Или он сам возьмет. Пальцы плотно обхватывают сигарету и вырывают из жадного рта. Хотелось ещё, но он ведь правда собирается бросить курить. Приблизившись к особняку отправляет умертвлённый окурок на землю. Вот он и на месте.
[indent] - Добрый вечер, господа, - протягивает свой пригласительный на входе, и его пропускают без вопросов. Даже кольт под пиджаком не нашли.
[indent] В какой-то момент время словно остановилось. Ричард задержался на входе, окидывая взглядом сливки общества. Получатель должен быть где-то здесь. Ричард немного опоздал, но куда спешить? Всё равно всё уже решено. Нужно лишь передать товар. Тихо.
Курьер почувствовал на себе холодный взгляд. Берет шампанское, цепляя двумя пальцами из подноса официанта, после чего осушает несколькими глотками. Обжигающая и одновременно невероятно сладкая жидкость растеклась как раз в тот момент, когда взгляд курьера зацепил взгляд мужчины. Словно обжигающая волна, которая медленно заполняла каждую часть его тела, согревая изнутри. Словно бы он видел его раньше. Нет, не на фотографии. Но этот взгляд глубоких тёмных глаз кажется знакомым. Но это ощущение также резко исчезло, как и вспыхнуло, словно огарки от дыхания ветра. Плохое предчувствие. Обычно покупатель не знает, как выглядит курьер. И это казалось ему странным.
[indent] Направляется к мужчине уверенными шагами. Галстук на шее сдавливает горло. Кажется, здесь становится немного жарко. Это просто шампанское...
- Меня ждёте, мистер Ислингтон? Полагаю, это принадлежи Вам... - Рамирес подходит совсем близко. Так, чтобы не привлекать внимание, но при этом чтобы беседа не была услышана нежелательными ушами. - Мне бы хотелось это сделать тихо. Без лишнего шума.

Отредактировано Logan Ramirez (19 Авг 2021 01:54:25)

+3

4

Ждать долго мужчине не приходится. Джеймс делает последний глоток мартини, ставит пустой бокал на поднос официанта и тут же замечает курьера. Ислингтон отмечает, что его костюм соответствует дресс-коду, но молодой человек явно чувствует себя не в своей тарелке.
Он слишком старается соответствовать, никакой расслабленности, и эта вульгарная манера столько поливать косметического средства на волосы…
Ислингтон хмыкает. Ему остается только проследить к кому брюнет подойдет, определить заказчика и обоих убрать.
В два счета. И завтра днем я уже дома. Организую корги тренировочный забег. Прощай, Лондон.

Мужчина внутренне напрягается, когда курьер подходит к нему и произносит:
— Меня ждёте, мистер Ислингтон? Полагаю, это принадлежит Вам... Мне бы хотелось это сделать тихо. Без лишнего шума.
Джеймс выдерживает паузу. Он впивается холодным стальным взглядом в лицо молодого человека. Ислингтон понимает, что тот не шутит и посылка действительно для него.
А это значит только одно. Ловушка.
Ислингтон улыбается уголками губ, внутри него все теплеет и мозг выбрасывает адреналин в кровь.
Ловушка.
— Что же, идите за мной, мистер Рамирес, — спокойно и даже немного медленно произносит Джеймс.

Мужчина поворачивается и осторожно движется сквозь толпу изысканно одетых гостей. Аккуратно и мягко как хищник через джунгли.
Джеймс дружелюбно улыбается незнакомцам и вспоминает план поместья с планшета из отеля.
Ислингтон поднимается на второй этаж, но все двери, кроме одной закрыты.
И это подозрительно. Словно все специально подстроено.  К тому же на той стороне есть деревья и крыша оранжереи —  неплохое место для снайпера.
Ислингтон поворачивается к Рамиресу и движется дальше по коридору.
-- Поговорим в другой комнате. Как вы долетели? Как вам Лондон? — вежливо интересуется он.
Насколько этот американец в курсе, что он влип?   

Белые аккуратные створки дверей ведут в  просторную комнату. На этой стороне, насколько помнил Ислингтон, нет за окном ни деревьев, ни других построек.
Заперто.
Мужчина отходит и выбивает дверь практически сразу -- дерево дорогое, белое, но очень мягкое, а замок только для виду.
Комната обустроена в классическом французском стиле и выбивается из общего интерьера дома. Джеймс пропускает курьера и закрывает дверь.

Ислингтон достает глок и наводит его на брюнета.
— Кто тебя послал? Кто твой заказчик? - холодно бросает он.
Джеймс улавливает легкое полудвижение молодого человека к поясу.
Он пронес оружие с собой. Или пропустили? Если да, то и хозяин в курсе всего.

Ислингтон подходит ближе, черный глаз глока упирает в переносицу брюнету. Мужчина отодвигает полу пиджака, быстро смотрит вниз и хмыкает.
Кольт.
— Мне нужны ответы и можете быть свободны. Чаевых не будет, мистер Рамирес.
Дуло глока упирается аккуратно между бровей курьера. Холодная сталь VS горячая кожа.

Но Джеймс не успевает получить желанную информацию. Дверь мягко открывается и заходит мужчина с оружием.
Ислингтон стоит к нему спиной - Джеймс проиграл.
— Джеймс…
Молчание. Ислингтон знает этого агента.
— Барри... 
— Не двигайся. И не поворачивайся. И брось оружие на пол.
Ислингтон внимательно смотрит слегка пустым взглядом на Рамиреса, но на самом деле мужчина думает, как ему поступить.
— Дважды повторять не буду, Джеймс. Предателей у нас в агентстве не любят. Хоть ты и нужен живым. Но и мертвым тоже сгодишься.
— Хорошо, Барри.
Ислингтон отбрасывает глок на пол. Тот с холодным стуком ударяется о паркет.
Джеймс все еще держит руки вверху, но подходит к мистеру Рамиресу вплотную
— Что ты делаешь? —  слышится за спиной мужчины голос Барри, полный недоумения.
— Хочу понять, что у него за парфюм.
— Что? Что?

Ислингтон подходит практически вплотную, наклоняется к шее и вдыхает теплый аромат брюнета. Джеймс замечает, как на его шее бьется синяя жилка. Ислингтон выдыхает слова на ухо. Но в разлившейся тишине его слышит и Барри.
— Я чувствую горький аромат неудачи и еще тяжелые нотки... подставы… да, я узнаю этот парфюм. Он называется овца на заклание...
Воспользовавшись отвлекающим маневром, Джеймс быстро опускает правую руку, засовывает ее под пиджак брюнета и достает оттуда кольт.
Раздается выстрел, но Ислингтон молниеносно опрокидывает курьера и падает сам, еще до того как Барри успевает выстрелить.
Мужчина группируется и наводит кольт на коллегу.
Джеймс медленно встает с пола.
— Барри, я не предатель. И я понятия не имею, что тут происходит. Меня кто-то хочет убрать.
— Я тебе не верю, я все знаю.
Рука Барри дрожит. Он сконцентрирован так, что кажется вылезут глаза.
— Барри, я знаю, что ты скоро женишься. Слышал краем уха. Ты давно не был в поле и поэтому так не уверен. Так что будь благоразумным. Ты имеешь право на счастье.
—  Тебе не уйти, Джеймс… здесь везде наши. И мы все о тебе знаем. Вам не спрятаться.

Ислингтон не сводит взгляд с Барри. Они скоро тут будут. Надо сваливать. Ислингтон отрывисто бросает брюнету, даже не повернувшись к нему.
- Мистер Рамирес, берите чемоданчик. Придется прыгать в окно. Но убедитесь, что внизу никого.

+3

5

Брюнет поймал на себе взгляд мужчины, вновь вынуждая испытывать то, что уже чувствовал прежде - от мистера Ислингтона словно исходило неземное, невыразимое тёмное сияние, и это заставило Ричарда поднять глаза. Обычно клиенты так не смотрят, нет. Может свысока или хотя бы с чувством отчуждения, страха? Хотя, если уж говорить, Рикки никогда не работал в открытую. Светить лицо было не в его интересах. Как минимум прятал лицо под кепкой и очками. Слишком много неоправданного риска. Но сейчас был несколько иной случай. Выбирать не приходилось. Рамирес просто замер, как встают поезда в метро между станциями, не двигаясь с места, пока дежурный не разрешит. И ты сидишь и ждёшь, позволяя непонятным мыслям стекать волнами по телу, отгоняя от одной другую.
Что же, идите за мной, мистер Рамирес.
Рикки часто задумывается о безумии. Порой оно возвращается к нему, словно инферно, так и норовясь поглотить, и вот он снова чувствует это.
Он знает моё имя. Вот же дерьмо!
Он не должен бы идти. Нет. Такого не было в плане. Он это прекрасно знает. Отдать посылку и тихо уйти через черный ход. Но всё через задницу. Он знает его имя, а это самая большая проблема. На что он рассчитывал? Впрочем... это стоило предугадать.
Ноги сами двигаются следом. Взгляд соприкасается с яркими огнями роскоши, блеском бриллиантов и вечерних платьев пришедших гостей. Скорее всего этот вечер ему запомнится, именно поэтому он так жадно пожирает взглядом детали. А быть может он вообще последний? Охрана ведет себя как ни в чем ни бывало, а для людей вокруг они словно два призрака, связанных между собой серебристым маленьким чемоданчиком размером в дамскую сумочку. Ричард никогда не спрашивал себя, что именно он доставляет, работая курьером вне закона. Ему это не интересно. Ему вообще ничего не интересно, даже в телефонной книжке у него всего три номера: напарника, с которым они вели свои дела, горничной и службы доставки еды. Ах да... появился ещё один телефон. Марион - сводная сестра по фальшивому имени.
- Куда мы идём? - осторожно спрашивает, когда мужчина свернул в нелюдное место, а именно на второй этаж. Ответа на этот вопрос не последовало.
- Поговорим в другой комнате. Как вы долетели? Как вам Лондон?
Напряжение внутри нарастало. Галстук теперь раздражал и казался удавкой.
- Кофе не очень, - выдавил как можно спокойнее прежде, чем пальцами свободной руки смог ослабить узел на шее. Осторожно оглядывается по сторонам, чтобы убедиться, что их никто не преследует. Один на один - это лучше, чем сюда бы приволоклась стая вооруженных охранников... Слишком тихо. Курьер знает, что самое худшее - это дать себя загнать в угол. Впрочем... выбора не было. Он должен избавиться от лишнего груза прежде и выяснить, что ещё знает о нём мистер Ислингтон.
Пришли.
Старается не смотреть на мужчину. Сразу оценивает обстановку в комнате, предметы, которые возможно могут быть полезны. Навыков самообороны у Рамиреса точно достаточно, но он ещё никогда никого не убивал.

Всего несколько шагов. Неторопливых. Первый, второй, третий. За спиной различимый шорох. У Ричарда словно глаза на затылке, и он видит, как мужчина нацеливает пистолет. Щелчок с предохранителя пушки выдаёт намерения его хозяина.
- Кто тебя послал? Кто твой заказчик?
Разворачивается медленно, неторопливо, как обычно делает зверь перед охотником до того, как наброситься.
- Тише, мистер Ислингтон. Я полагал, что Вы в курсе происходящего. Я всего лишь курьер. И боюсь, что я не смогу ответить на Ваш вопрос, так как мне неизвестно настоящее имя заказчика. Именно поэтому этому миру нужны такие, как мы. Анонимность - на первом месте в нашей работе.
Немного слов, но это всего лишь отвлекающий манёвр. Рука осторожно движется к поясу, но мужчина напротив догадался быстрее, чем того бы хотелось.
- Мне нужны ответы и можете быть свободны. Чаевых не будет, мистер Рамирес.
Вот же ж дерьмо.
Серо-голубые глаза уверенно упираются в медово-карие. Ричард чувствует прохладу стали, однако по спине уже пробегают несколько капель пота. Может ли это быть конец?
- Боюсь, я не смогу вам ничем помочь.
До чего знакомые глаза. Или этот взгляд. Ричард снова мысленно погружается в давно стёртое из воспоминаний прошлое, мгновенно и лишь на секунду отключаюсь от реальности. Занавес и занавески. Какие разные слова, но суть одна. Сокрыть от глаз горящих публики виновников вашего любопытства, ибо взгляд подобен рубиновому угольку, чей жар способен распалить вашу душу или сжечь её дотла.

Дальше брюнет очнулся лишь когда появилась ещё одна фигура. Только сейчас до него медленно доходит, что он здесь не один жертва. Поэтому наблюдая за картиной, прокручивает в голове возможные варианты происходящего.
Если мистер Ислингтон не ждал моего подарочка, то чего он ждал? С оружием...
Несколько ударов сердца, как обратный отсчёт. Мужчина оказался так близко, что Рамирес не сразу понял происходящего. Глаза снова встретились с темным омутом глаз мужчины, сейчас в своей гордой позе он казался выше, глядя в такие бездонные, черные, словно эбеновое дерево глаза, Ричард пытался угадать его.
Что ты задумал?
Кажется, он смог различить на его губах ухмылку. Но и на этом он не остановился. Время замедляется до доли секунд, теплое дыхание на шее и ядовитые слова. Ступор - первая реакция, легкие сдавливает от накатившего состояния растерянности.
Выстрел.
Какого хрена ты вытворяешь, Ричард!?
Сознание приходит в норму, когда включаются все инстинкты. Где-то на заднем фоне разыгрывается драма.
О боже... они ещё и друзья. Прекрасная компания на вечер.
Ричард в очередной раз оценивает обстановку. Если не выбраться отсюда, кто-то точно сдохнет. А может и оба. Откуда пришли - точно не вариант.
Окно.
Рикки уже выбрал свой дальнейший ход и принялся прочищать путь в то время, как мистер Ислингтон дал команду. Отшвырнув столик, сразу же проверил, можно ли легко открыть окно. Засов легко поддался, путь есть. Снизу есть карниз, так что шансы не переломаться весьма высоки.
Вспомнив о чемоданчике, захватил его. На кой черт, правда, так и не понял.
- Время, мистер Ислингтон.
Прыгнув в окно, курьер доверился интуиции и своему чутью. Адреналин зашкаливает, заставляя двигаться в направлении стены, а оттуда за угол, в огромный пышный сад с фонтанами. Кустистая растительность немного задержит преследователя, да и шансов попасть меньше, если ещё остались патроны. Здесь почти нет освещения. Мужчина двигается следом. Ричард не знает этого места, обычно готовится заранее или напарник подсказывает, куда идти. Сейчас приходится рассчитывать на удачу, поэтому лавируя между кустов и деревьев, Рикки был уверен, что должна быть хотя бы одна тропинка, ведущая за пределы особняка.
В какой-то момент, всего несколько шагов разделяли от появившегося в поле зрения одного из охранников.
Твою ж мать...
Ричард хватает мужчину и притягивает к себе рывком, почти вжимая в мраморную статую.
- Тшшш... - произносит совсем тихо, прилагая усилия, чтобы успокоить сбившееся дыхание, чтобы их не услышали.... и снова этот запах. Запах кожи с нотками каких-то диковинных специй. Никогда не разбирался в парфюме. Почти в шаге от двоих проходит охранник и останавливается. Он их заметил? В какой-то момент его отвлекает от подозрений скрежет рации с указанием о происшествием, куда он и быстро направился.
Ричард слышит, как быстро стучит сердце мужчины, поднимает глаза. Если это не безумие, то что это? Наклонился так близко, чтобы вдохнуть его запах, да так, чтобы тот это понял.
- Аромат неудачи? Я запомнил.
Отстраняется с довольной ухмылкой.
- Наверняка здесь есть гараж. Нам нужна тачка, мистер Ислингтон. Не люблю ходить пешком.

+3

6

— Время, мистер Ислингтон.
Джеймс слегка фыркает и улыбается уголком рта.
Не выделывайся, мистер Рамирес.
Мужчина не озвучивает свои мысли,  он не сводит глаз с своего бывшего коллеги.

Дуло глока упирается прямо в Барри. До тех пор, пока Ислингтон не слышит, как Рамирес прыгает из окна, мужчина шевелится.  Краем глаза, он отмечает, что Ричард схватил чемоданчик. Отлично.
— Тебе не сбежать, мы вас найдем, — спокойно заявляет Барри.
И Ислингтон знает, что для его агентства нет ничего невозможного.
Будет туго, но придется найти крысу.
Джеймс подходит спиной к окну, аккуратно встает на подоконник и быстро прыгает. Пуля Барри свистит над головой.
Ислингтон удачно приземляется, но в больную ногу все равно слегка отдает. Мужчина быстро поднимает глок вверх и целится в пустое окно.
Никого.
Шрам на животе, оставшийся после ранения неделю назад, противно ноет. Но в целом мужчина может сказать, что падение было успешным.

Джеймс слегка ломает бровь в удивлении, когда видит американца. Он ожидал, что Ричард сбежит и оставит его одного. Искать его бы Ислингтон точно не стал — пустая трата времени.
Полиция бы его потом нашла в Темзе с дыркой промеж глаз.
Ислингтон надеется, что молодой человек расскажет ему больше о заказчике. А еще, полагал Джеймс, второе оружие в умелых руках будет очень кстати.
Мужчина знает, что вечеринка так и будет идти, но это не значит, что их не будут искать. Агенты тихо расползутся по углам словно щупальца гигантского спрута.

Мужчина следует за Ричардом, они оба идут в сторону выхода через ухоженный сад. Слева Джеймс слышит журчание воды - фонтаны.
Ислингтон понимает, что им нужна машина, и его авто они использовать не могут. В одну секунду мужчина с ужасом осознает, что Алекс может оказаться предателем.
От этой мысли в ушах звенит, эта мысль выбивает Джеймса из колеи, и он пропускает охранника, который вот-вот наткнется на них.
Но не мистер Рамирес. Он буквально хватит Ислингтона за рубашку чуть ниже бабочки и впечатывает того в статую.
— Тшшш..
Мистер Рамирес прав, тебе лучше не издавать ни звука. Нет, я серьезно, как ты мог пропустить охранника?” — язвит внутренний голос.
Настроение Ислингтона совсем портится, он не любит быть небезупречным, не любит  не быть на шаг впереди.
— Аромат неудачи? Я запомнил.
Джеймс холодно смотрит в глаза Ричарду. Они одного роста, и это тоже раздражает. Затем мужчина опускает взгляд на руку Рамиреса, которая все еще держит его и вжимает в статую.
— Если вы хотите поиграть в ролевые игры, то сейчас не место, — мягко и в то же время холодно бросает Ислингтон и аккуратно разжимает пальцы Рамиреса.
Конечно, он не виноват - не то место, не то время, но все же.
Ислингтон смотрит на довольную ухмылку молодого человека (того, кажется, не смущает холодный голос мужчины), и она его тоже раздражает. И этот наглый тон.
— Наверняка здесь есть гараж. Нам нужна тачка, мистер Ислингтон. Не люблю ходить пешком.
— Не уверен, что смогу подбросить Ваше Высочество на своей тачке. Либо за нами будут следить, либо там уже взрывчатка,  —  отвечает Ислингтон и продолжает, —  после сада есть огромное здание. Это ангар. Там есть тачка. Но придется замарать ручки, мистер Рамирес.
И пуль у нас немного. Глок 29 - 10 патронов.

Мужчина делает знак рукой Рамиресу, чтобы тот шел за ним. Джеймс тихо движется в ночи, растворяясь в темных тенях.
Вдалеке освещенный ангар. И там нет автомобилей. Пусто…
Черт.  Мы потратили до фига времени.
Даже пара минут —  это очень много, когда вас ищут лучшие убийцы Британии. В тишине в футах 7 Ислингтон слышит голоса, они тихо переговариваются между собой.
За нами.
Джеймс сосредоточенно думает, как ему поступить и что предпринять, и наблюдает за небольшим грузовым автомобилем -- он едет по широкой дороге между пустым ангаром и деревьями, за которыми они прячутся.
“Кейтринг от братьев Смит — работаем с 1968” —  яркая наклейка висит на грузовичке, как бы крича, что это сервис  в лучших традициях Англии.
Машина останавливается и оттуда выбегает полный водитель, он даже не глушит мотор, а мчится к кустам, расположенным недалеко от Джеймса.
Толстяк громко сопит от облегчения и справляет малую нужду.  Ислингтон бросает короткое: “Пошли. Ты за рулем” и бежит к автомобилю.

Они быстро запрыгивает в машину и едут к КПП. Сзади Джеймс слышит возмущенный крик водителя, бегущего за ними.
У КПП глок быстро убеждает охранника открыть им кованные ворота.
— Теперь главное успеть, мистер Рамирес, —  бросает Джеймс.

Ворота плавно открываются.

Джеймс сел не просто так на пассажирское сидение. Из сада выбегает вооруженные люди и стреляют в них. По фургону проходит автоматная очередь. Старый добрый АК.

Ворота начинают медленно закрываться — охранник нажал тут же кнопку закрытия.

Ислингтон отстреливается, укрывается от очереди автомата.
— Быстрее. Ворота закроются - не протараним, — выплевывает на ходу Ислингтон и снова отстреливается.

Ворота практически закрылись.

Патроны у Ислингтона закончились, и он откидывается на кресло сидения.
Грузовой автомобиль буквально влетает в узкий проем ворот. Кованные двери царапают зад автомобиля. Джеймс слышит душераздирающий лязг и скрип.
Но им удается вырваться.

Джеймс знает, что будет погоня, знает, что надо быстрее уезжать, затеряться в городе. Ислингтон выбрасывает в окно сотовой, чтобы его не отследили.
— Ты тоже, — говорит мужчина.
Кредитками пользоваться нельзя. Счета скорее всего в блоке. Налички с собой нет. Ситуация так себе. Но… есть идея. Если это все еще там.

Американец, что логично, не знает Лондона. Ислингтон говорит как ехать, а больше он ничего не говорит. Джеймс думает с какого конца подойти к этой ситуации.
Нужны, деньги, оружие. Паспорт. И прояснить обстановку с мистером Рамиресом.

Ислингтон просит остановиться рядом с домом. Машина в укромном месте.

Над их головами пролетают три вертолета.

Справа стоит двухэтажный коттедж, он еще новенький, построен полгода назад. Возведен очень быстро.
Но раньше тут был пустой участок земли
А еще раньше тут стоял другой дом.
Дом Джеймса.
Все это было до пожара. Потом тут долго была пустая земля, и вот, перед тем как обосноваться в Лос-Анджелесе, мужчина продал его состоятельной семье банкиров.
Ислингтон гонит прочь мысли - не время для ностальгии.

Из открытых окон на первом этаже разносится женский смех. В окнах мелькают девичьи силуэты. Джеймс наблюдает. Насчитывает девять штук.
Ислингтон знает, что у банкиров есть дочь-подросток.
И раз тут девичник и вечеринка, то похоже, что родителей нет дома. Прекрасно.
Но сначала надо кое-что прояснить.
Джеймс поворачивает к Ричарду.

— Мистер, Рамирес. Я был бы рад узнать ваши догадки по тому, кто вас нанял и как с ним связаться, но пытать я вас не буду. У вас есть несколько вариантов, как вам поступить. Я озвучу. Первый. Мы расходимся. Но не думайте, что вас не найдут. Вы попали в жуткую передрягу. Люди, на которых я работаю, думают, что я предатель. Они обладают огромными ресурсами. Вы не улетите из Лондона. Не сможете спрятаться. Не сможете пользоваться кредитками. Не купите билет на поезд по своему паспорту. Они думают, что мы заодно. Также не советую вам уходить с чемоданчиком или вскрывать его. Как видите и я не спешу. Там может быть все, что угодно. А скорее всего там какое-то химическое оружие, чтобы убить меня. И открыть его я планирую в безопасном месте.

Мужчина замолкает. Он не видит смысла много говорить, но сейчас этот молодой человек должен понять расклад и сделать тот выбор, который посчитает нужным.

— Есть второй вариант. Мы работаем вместе. Я не прошу мне доверять стопроцентно, но и сам не буду. Мне неважно о вас все, кроме того, что связано с вашим последним заказом. Теперь этот дом. Эта земля раньше была моей. Я тут зарыл деньги. А это то, что нам надо. Этих денег будет достаточно, чтобы купить оружие и попытаться найти нужные зацепки. Но есть одно “но”. У нас нет ни времени, ни денег, чтобы купить лопату.
Тут Джеймс позволяет себе слегка улыбнуться.
А затем.
— Я очень рассчитываю, что в этом доме она есть. Если мы работаем вместе, то вы идете и очаровывайте тех девочек-подростков так, чтобы они ушли вон из той комнаты.  Там открыто окно. Я заберусь в окно, найду что-то, что мне поможет откопать, проникаю в сад. И откапываю. Вы же не даете им выйти в сад, пока я не сделаю свою работу.
Ислингтон хмыкает и только сейчас оценивающе оглядывает Рамиреса. Красивый, высокий парень. Приятные черты лица, слегка нагловатый взгляд. Не совсем в его вкусе, но что-то в этом Ричарде определенно есть. Такой типаж хулигана-романтика. В этом костюме он почти что принц.
Девочкам-подросткам зайдет.
— Но если не получиться очаровать, можете взять в заложники. Я не возражаю, — язвительно предлагает Ислингтон.

Он дает время Ричарду подумать, недолго, но подумать —  у каждого должен быть выбор.

+3

7

[indent] Рикки чувствовал холодную и зловещую ауру вокруг мужчины. Она вызывала трепет и легкое раздражение. Два разных чувства, но так дополняющие друг друга, как соленая карамель. Так даже интереснее.
[indent] Мистер Ислингтон отходит.
[indent] - Не уверен, что смогу подбросить Ваше Высочество на своей тачке. Либо за нами будут следить, либо там уже взрывчатка. После сада есть огромное здание. Это ангар. Там есть тачка. Но придется замарать ручки, мистер Рамирес.
[indent] Вообще всё интересно складывается. Рикки предполагал, что незнакомец куда более подготовлен к экспромту, нежели он сам. Только вот чувствовал он себя не Высочеством, а прислугой для важного господина. Вон и старинный особняк за спиной, и декорации соответствующие. Если бы не Мистер Ислингтон в смокинге, от которого несет дорогим парфюмом на несколько ярдов, Ричард бы решил, что кто-то решил сыграть над ним злую шутку и отправить на пару веков назад.
[indent] Курьер наблюдает, как мужчина уходит в сторону зарослей. Рикки слегка страшно, но он боится не умереть. Нет. Что-то другое, вполне безрассудное и бессмысленное. Взгляд упал на чемоданчик в руке. Впрочем, брюнет бессознательно доверял этому мужчине, словно больше ему некому было помочь. Отчасти это было правдой. Ведь в этом городе ему некому было доверить свою жизнь. Но разве нужно бояться не того человека, который несколько минут назад угрожал своей пушкой, тыча промеж глаз? Это может быть очередной уловкой... Рикки окончательно запутался, но рассуждать не оставалось времени.

[indent] Добравшись до ангара обоих настигло разочарование. Карета превратилась в тыкву.
Рикки смотрит на мистера Ислингтона, немо спрашивая: что теперь?! А тот спокоен. Уверен. Непоколебим, как скала. Это передаётся и ему. Ну а чего? Ничего страшного ведь пока не происходит.
Незнакомец с глоком продумывает новый план, в то же самое время брюнет берет с того пример. К их счастью, на аккуратный газон и ровно стриженные кусты упал свет от фар грузовичка.
[indent] - Пошли. Ты за рулем, - Рикки кивнул и тут же трусцой рванул к водительскому месту. Закинул чемоданчик куда-то в угол, и только убедившись, что мужчина залез в кабину, захлопнул дверь и надавил на газ до упора, оставляя за машиной столб из пыли и дыма жженых резин. Мотор рычит почти на полную мощность, на повороте слышно как в кузове разлетаются ящики с товаром и бьется стекло. Грузовик со скоростью летит к воротам. Перестрелка.
[indent] - Не сегодня, ушлёпки, - тихо рыкнул, глядя по боковым зеркалам, чтобы увидеть откуда идет огонь. Немного выпрямил автомобиль, срезая угол так, чтобы большая часть огня из выстрелов пришлась на кузов.
[indent] - Быстрее. Ворота закроются — не протараним.
[indent] - Знаю! - нервничает ещё больше, чуть повышая голос под давлением адреналина. Всё-таки не глупенький мальчик. Вжимает педаль в пол с такой силой, что, кажется, дыру в полу продавит. - Гребаный катафалк, едь уже!
[indent] Скрип. Скрежет. Грузовик словно вылетает из территории злосчастного особняка, наконец-то, растворяясь в темноте загородной дороги.
[indent] - Ууууу, - не сдерживает эмоций, почти вопя от радости на всю кабину. - Юхууу!
[indent] На прощание высунул руку сквозь разбитое от пуль стекло с неприличным жестом из вытянутого среднего пальца вверх, демонстрируя крайнее неуважение отстающим за ними преследователям.
[indent] - Закусите, уёбки!
[indent] Лишь несколько просвистевших мимо пуль отрезвили Рикки, и он сунул руку обратно, устраивая ладонь на руль. Брюнет не часто попадал в подобные передряги, но сегодняшняя ему напомнила о далеких юношеских приключениях на самых отбитых районах Нью-Йорка. Похоже, в отличие от Рикки, Джеймсу было то не очень весело. Хмурая гримаса не спадала с лица. Он вообще умеет улыбаться? Среди роскошных красоток с мартини - не весело; когда дружок хотел его прикончить - не весело; когда Рикки почти что спас ему жизнь - не весело; даже, когда выбрались живыми - тоже не весело! А может это просто катафалк так на него влияет? Рикки посмотрел на игрушку-пружинку в виде клоуна, криво приклеенную на панели, и та вон весело болтает кудряшками и улыбается. Зато мистер Ислингтон никак не успокоится.
[indent] - Ты тоже. - он выбрасывает телефон, и Рикки уже понимает, что его ждёт последнее разочарование.
[indent] Не нравился Рикки его тон. Да и обращение тоже так себе. Он что, потерянный щенок, которого тот со всей широтой души забрал с улицы и спас от банды жестоких детей? Фыркает и достает свой новенький дорогой телефон, купленный пару недель назад на аукционе. Это был один из редких выпусков вообще-то. А Рикки любит себя баловать игрушками. А чем ещё? Отправляет его в качестве компании для телефона незнакомца в окно. Хорошее настроение, как рукой сняло.
[indent] Вы мне должны телефон, мистер Ислингтон.
[indent] Остаток пути они проводят в почти тишине. Да и говорить не особо хотелось. Рикки гонял в голове мысли о том, что ему делать дальше. Вернуться к Марион он не мог, это бы подвергло её жизнь опасности. Не слишком тактично. Разве что вернуться в Нью-Йорк и снова просить папочку помочь зализать раны? Тоже такая себе перспектива. Зато у него есть карточка, которую он хранил на самый крайний случай. Но её нужно достать, а это отдельная история. Впрочем, похоже, что у мистера Грю уже есть план, и Ричард легко читал это по его взгляду.

[indent] Грузовик останавливается напротив современного коттеджа. Ночные фонари освещают идеальный газон, фасад отделан с изыском и со вкусом. Красиво. Дорого. Разбрызгиватель воды служил этаким ненавязчивым дополнением. В целом, ничего лишнего. Даже взвыть захотелось от тоски. Но рассматривать красоту все равно было некогда. В доме было достаточно шумно и людно, что говорило об одном - здесь и без гостей хорошо. Очередной немой взгляд Рикки в сторону мужчины: "Что дальше?".
[indent] Ричард слушает мужчину, не пропуская мимо ушей ни одного слова. Его не просили быть послушным мальчиком, но почему он спокойно спокойно это делает, утратив желание хоть немного выпустить яд с собственного языка? Может просто усталость? Не хочет сбежать, не задает вопросов. Хотя после того, как несколько назад его отмудохали, ещё какое-то время он будет тщательно следить за своим языком и действиями прежде.
[indent] Пока Ричард слушал, он снова вспомнил тот момент в холле. Тот первый миг, когда он его увидел. А никогда не забываются лишь две вещи: первая  встреча и последняя. Он не мог объяснить это чувство, но раньше Рикки встречался с типами сильнее его, и при этом ощущал только желание скрыться и не возникать, чтобы не получить очередной болезненный урок. И этот мистер Ислингтон - явно не из простых людей. Только этого недостаточно, чтобы Рикки позволил бы себе сбежать.
[indent] Ловит его улыбку - только и успевает, больше ничего не остаётся. Этот мужчина обладает уникальнейшим очарованием. Рикки хочет его внимания. И объяснений. Но сейчас не подходящее время.
[indent] Зачем я Вам? - только мысли. Язык не поворачивается назвать его на "ты", хотя ещё пару часов назад, в особняке он был смелее.
[indent] Молча достает пачку сигарет из пиджака и закуривает, глубоко вдыхая горьковатый дым и наполняя им легкие. Теперь легче. Смотрит на свои наручные часы, уже близится к полночи.
[indent] - Дайте мне 30 минут, мистер Ислингтон.
[indent] Вылезает из грузовика и направляется в сторону коттеджа. По дороге поправляет галстук. Рука по привычке шарит за поясом в поиске кольта. Он так и остался у мужчины. Удивительная вещь эта жизнь. С каких пор он доверил свою шкуру тому типу?
[indent] Вот же ж дерьмо-то, а...

[indent] Ричард не стал направляться к главным дверям. Он ещё не придумал план, заявиться со словами "Я слышал, что тут у вас вечеринка!". Обычно дверь с внутреннего двора на кухню открыта. По крайней мере это обычное дело на родине, в америке. Рикку лишь оставалось проверить. К счастью, дверь была отперта, а внутри никого не было. Тихо прокравшись, воришка сразу же начал оценивать обстановку. В доме играла музыка и был слышен женский смех, и ни одного мужского, а значит их и не было.
[indent] - Ох, мистер Ислингтон. Пестикам явно не хватает тычинок...
[indent] На кухне горели лишь ночные лампочки - этого было достаточно, чтобы увидеть стационарный телефон с мигающей лампочкой записи автоответчика. Музыка была громкая, поэтому Ричард не боялся включить непрослушанные сообщения. Пока Рамирес залез в холодильник за чем-то полезным, мужской голос с автоответчика вещал: "Привет, сестричка! Опять на мобилу не отвечаешь. Мы тут с друзьями затусили за городом. Так что не шали там, ладно? Я сегодня не приеду. Чарли передает тебе привет. Ну, пока". В холодильнике ничего путного не нашлось, кроме бутылки шампанского, но вишенку с торта украл и с аппетитом облизнул с губ крем. После принялся внимательно изучать магниты на холодильнике. Обычно семьи вывешивают фото и какие-нибудь ванильные открытки. А вот и семейное: отец, мать и двое детей. Поэтому вычислить девушку, которая явно сегодня была зазывалой вечеринки, не составило труда. А имена детей нашел спустя ещё несколько секунд на открытке, которая была ими подписана родителям на годовщину свадьбы.
[indent] Больше и не надо.
[indent] Спустя пару минут Ричард выбрался обратно во двор, а оттуда к главным дверям. Звонок в дверь.
[indent] - Сьюзен! Господи, как ты выросла! - Ричард улыбался во весь рот и уже по-хозяйски переступал порог дома, держа одной рукой бутылку шампанского, а другой прижимая юную блондинку к себе. - Я бы и не узнал тебя! А где Барри? Неужели не узнаешь меня? Это же я, Оливер, старший брат Чарли.
[indent] Девушка явно была смущена и растерянна. Остальные тоже не удержались от любопытства, выползая из глубины дома навстречу новому знакомству, немного сгорая от зависти, что всё внимание красавчика доставалось хозяйке дома. Ричард едва ли умолкал, перекрывая любую возможность задавать ненужные вопросы. В противном случае легко находил ответы, играя роль братца лучшего друга дочери хозяина дома. В конце концов, юные девушки уже были слегка выпившими, и справиться со своей миссией для опытного вора, прожившего десятки личностей, не составляло труда.
[indent] Выяснив, что Барри с лрузьями не приехали, Ричард тактично собирался уйти, но как он и предвидел, Сьюзен предложила остаться.
[indent] Прошло некоторое время, после того как Рикки принялся развлекать компанию девушек, и лишь немного погодя его взгляд зацепил бассейн на противоположной стороне от намеченного мистером Ислингтоном места с кладом.
[indent] - А как насчёт искупаться? - не все девушки были рады этой идее, в отличие от Рикки. Но как только тот начал снимать пиджак и галстук, их глаза загорелись удивлением и любопытством. Явно никто не спешил идти купаться, кроме него самого. Он он прекрасно понимал, что нудно немного шоу. Почти не раздумывая, не сняв рубашки и брюк хватает первую попавшуюся под руку девушку, и, не давая ей возможности как-то сопротивляться, утянул за собой в бассейн с шумным прыжком и всплеском воды. Мир - необычная штука, и люди в нём полны противоречий. Девушка улыбается и делает вид, что недовольна, но цепляется за плечи Ричарда и жмётся всем телом.
[indent] А вот что делает мистер Ислингтон?
[indent] В мире не так уж много существует вопросов, если, конечно, не задаться им о том, существуют ли вопросы или это лишь фикция? Впрочем, разводить полемику куда легче, чем развесить с женой. Да, этот мир тот ещё кусок пирога, увы, он не всегда мягкий и вкусный. Иногда попадаются косточки. И приходится делать то, что не всегда хоть чуть-чуть граничит с твоими ожиданиями.

Отредактировано Richard Ramirez (26 Авг 2021 13:00:10)

+3

8

Джеймс внимательно следит за Ричардом. Тот уверенно идет к двери дома, распрямляя плечи и принимая гордый вид. 
Ислингтон закурил бы, но не было сигарет. Кольт, в котором еще были патроны, остался в грузовичке - Рикки не взял его.  Мужчина кладет на кольт руку. Вообще без оружия он чувствует себя голым. Ислингтон продолжает наблюдать за домом.

Фигуры девушек все еще виднеются в той комнате, где открыто окно. Мужчина постукивает пальцами по колену.  Ему не терпится.
Ричард вновь появляется в поле зрения Джеймса. Брюнет обходит дом и подходит к входной двери.  Мужчина внимательно наблюдает, как на пороге появляется хозяйка дома. Через пару минут Рамирес скрывается внутри дома, приобнимая девушку.

Буквально через пару минут другие девчонки стайкой мигрируют из ярко освещенной комнаты. Ислингтон хватает кольт и выходит из машины. Теперь дело за ним.
Он быстро и осторожно движется к дому. Мужчина мысленно отмечает, что это не Америка, тут нет белых уютных заборов, стоящих на участках. В темноте лишь виднеются прямоугольники кустарных изгородей.

Джеймс быстро пересекает газон, ставит руки на подоконник и забирается в просторную комнату. Мужчина слышит громкий смех и болтовню --  это Ричард занимает все внимание милашек.
Ислингтон идет по большой уютной гостиной с диванами и креслами в бежевых тонах и тихо выходит из нее в коридор.

Внезапно Джеймс слышит быстрые шаги, приближающиеся к нему, и забегает в незапертый кабинет хозяин дома. Мужчина прячется за дверью, но две девчонки тоже забегают туда же.
—  Давай, тут переоденемся. Все равно никого нет.
—  Блин, давай скорее, они уже в бассейне.
—  Классно иметь крытый бассейн, да?  Всегда можно поплавать,  даже зимой.

Отлично, значит они будут внизу. Там наверняка нет окон, значит шансы, что меня не заметят, растут.
Джеймс слышит как девчонки снимают с себя одежду и бросают ее на пол.
— Помоги мне с этой застежкой.
Босые ноги шуршат по полу.
— У нас внизу тоже нет бассейна, только тупой подвал со всяким хламом.
Молчание и возня с застежкой бюстгальтера.
— А он красивый.
— Но старый
— Ну и что!
— Надо подплыть к нему с обеих сторон и облапать.

Смех.
Надеюсь, мистер Рамирес помнит, что они несовершеннолетние.
— Только ты первая.
— Нет, ты.
— Блин, будем ругаться -- Мэг это сделает первой.
— Побежали.

Джеймс дожидается, пока  быстрые шаги девушек стихнут и выходит из своего укрытия. Смех и болтовня идут отчетливо снизу. Мужчина оглядывает кабинет. Хозяин явно заядлый охотник. На стенах висят охотничьи трофеи и оружие. Ислингтон скользит взглядом по карабину и покидает комнату.
Джеймс мягко ступает по дому и без проблем доходит до двери, ведущей в гараж — сейчас он пустой. Там он и находит то, за чем пришел сюда. Лопата. Она стоит аккуратно в уголке как застенчивая девушка на танцах.

Ислингтон поднимает гаражную дверь и выходит во двор. Здесь все по-другому.  Джеймс, конечно, ожидал, что тут все будет иначе, чем было у него, но не настолько. Теперь нужно только найти нужное место. Мужчина потирает подбородок.  Его наставник говорил, что когда-нибудь выйдет так в их деле, что он не сможет воспользоваться счетами и картами.
— И тут только единственно правильный расклад, — говорил он, — быть белкой. Нужно хорошенько зарыть. Только не забывать. Это когда-нибудь тебя выручит.
Нда уж.
В окне соседского дома включается свет. Тонкая линия пересекает газон и падает на бывший участок Джеймса.
Вот оно.
Ислингтон встает на линию света, спиной к соседскому дому и идет вперед. Мужчина считает шаги.
Вот тут  где-то у меня был куст жасмина. Значит копать надо вот тут.
Ислингтон бросает взгляд на прекрасную клумбу с розами в метре от него и вздыхает. Ему  очень жаль, но ничего не поделаешь.

Джеймс вставляет металлический кончик  в землю. Копать придется глубоко. Метра полтора. Выбора у него нет. Придется поработать лопатой и надеяться, что рана не откроется.
Ислингтон начинает быстро копать.
— Не двигайтесь, мистер, — говорит звонкий девчачий голос.
Джеймс поднимает глаза и недоумевает как тихо подобралась к нему эта юная мисс. К тому же у нее в руках карабин, тот самый, который Ислингтон видел в кабинете.
— Если вы не собирайтесь на охоту на кабана, юная мисс, то советую вам его опустить, — спокойно отвечает мужчина и внимательно оглядывает девчонку.
Короткие волосы, серьезный тяжелый взгляд, старая одежда поношенная одежда, толстовка с мужского плеча. Она не похожа на подростка, который живет в коттеджах или таунхаусах.
— Почему вы не купайтесь с остальными? —  интересуется мужчина и опирается на лопату, чтобы отдохнуть.
— Потому что я сразу вижу врунишек. У меня в районе таких полно. И потому что я заметила вас из окна.
— Вот как, —  задумчиво произносит мужчина и замолкает, — но все равно карабин лучше опустить. Вы же не думайте, что отец вашей подруги…
— Она мне не подруга, я тут только, потому что сперла машину, и они думают, что я крутая, — язвительно замечает девчонка.
— Тем немее. Карабин никто не будет хранить заряженным, если в доме дети. Посмотрите сами, если не верите.
Ислингтон терпеливо ждет, пока юная мисс проверяет его правоту.
— Тогда я закричу!
Ислингтон начинает волноваться. Этого ему еще не хватало. Убивать ее он не планирует!
— Я вам заплачу. Сто фунтов.
— Триста
— Сто пятьдесят.
— Двести.
— Хорошо. Двести. Только сначала выкопаю их.
— Вы что гангстер? И зарыли их тут? — глаза девчонки загораются любопытством.
Ислингтон продолжает копать и ничего не отвечает.
— Хотите я вам помогу. Я сделаю это быстрее. У нас был пес, когда я жила в приемной семье на ферме, он задирал маленьких овечек и козочек. И я закапывала их. Не хотела, чтобы пса пристрелили. Но придется заплатить мне.
Ислингтон хмыкает и протягивает лопату. Нет, ну а что?
— Договорились, юная мисс.
— Детский труд оплачивается по двойному тарифу, мистер Костюмчик.
— Так-так? — смеется Ислингтон.
— Тысячу и торговаться не будем.
Мужчина серьезно кивает и протягивает ей лопату.
— Полтора метра вглубь, мисс.
— Я — Кэрри.

Ислингтон наблюдает, как девчонка словно барсук какой-то быстро и уверенно копает. Ислингтон берет в руки землю. Глина, в этом месте всегда была глина, поэтому не росли деревья. Значит, с местом я не ошибся.
Джеймс отмечает, что Кэрри сухощавая, выносливая, и жизнь ее явно побросала. Она честно отрабатывает свою тысячу.
Через какое-то время Ислингтон слышит, как лопата ударилась обо что-то деревянное. Мужчина отстраняет Кэрри, поддевает коробку из дерева и достает ее на поверхность.
— А машина вам не нужна случайно? — спрашивает девочка, — я у отчима угнала все равно. Продам за недорого.
— Да вы просто сокровище, Кэрри, — хмыкает мужчина.

Коробочка небольшая полтора на полтора фута. Ислингтон вскрывает ее, внутри лежит небольшая спортивная сумка с деньгами.
— Вы же понимайте, что мы с напарником не сможем ей долго пользоваться. Ваш отчим подаст в розыск.
— Полторы тысячи. Мне кажется, для вас это посильно, мистер гангстер, помочь бедному ребенку.  И я не буду заявлять в полицию.
Ислингтон смеется, расплачивается с Кэрри, забирает у нее ключи от серого форда и просит ее позвать мистера Рамиреса.

***
Кэрри протягивает махровое полотенце Ричарду и тихо произносит.
— Мистер Костюмчик ждет вас в сером форде. По улице налево. Чуть ниже. Идите прямо сейчас, мистер Мокренький, — хихикает она.

***
Ислингтон дожидается Рамиреса. Когда тот залезает в машину весь мокрый, мужчина лишь хмыкает.
— Переоденешься позже. Заедем в магазин после того, как купим оружие.
Ислингтон заводит мотор и движется в сторону района Доклендс.

Этот район появился на месте лондонского порта. К концу 70-х он оказался невостребованным, тысячи людей потеряли работу. Вскоре территория стала местом преступности. И хотя Маргарет Тэтчер занялась реновацией района, но у нее получилось не до конца, и гетто все еще оставалось.
Там-то и поселился торговец оружием и беженец из СССР Жора Железный. Он со своей семьей жестко вели бизнес и все еще неплохо держались на плаву.

Ислингтон останавливает машину около старого здания. Вдалеке кричат чайки, а воздух тут свежий и пахнет Темзой. Буквально несколько поворотов от богатых стильных небоскребов и вот вам гетто. Даже забавно.

Джеймс подходит к двери, снова недовольно оглядывает с ног до головы промокшего насквозь Ричарда (может быть, надо было все же остановиться и зайти в магазин?) и замечает:
— Будь осторожен с русскими. Думай, что говоришь

Ислингтон стучит в мощную железную дверь старого здания (раньше оно было жилым), а затем смотрит в глазок камеры.
Дверь открывается минут через пять. На пороге стоит мужчина с пивным брюшком, бородой и залысиной. На нем футболка, темные спортивные штаны и шлепанцы.
— Мистер Харт, —  восклицает он так, словно встретил дорогого друга.
— Мистер Джелезный, —  произносит Джеймс и позволяет тому обнять себя.
— Джора для тебя, просто Джора… ты же помнишь...  заходи-заходи, дорогой друг!

Ислингтон кивает Рамиресу и заходит внутрь. Холл дома русские переделали в огромную лофтовую гостиную, сейчас она выглядит очень грязной.
Внутри находится 20-30 парней. Все они вооружены и не скрывают этого. Некоторые парни рубятся в приставку, другие заняты работой, они явно готовят груз к отправке.
— Джора, это мистер Рамирес.
Русский оглядывает Ричарда — сканирует его взглядом и кивает.
— У вас неприятности как я погляжу, мистер Харт, — заявляет Железный, не отрывая взгляда от Рамиреса.
У них плохи дела. Они пришли за оружием, а это значит, что Жора будет продавать дорого. С другой стороны, и тут Ислингтон крепко сжимает спортивную сумку с деньгами, их жизням ничего не угрожает, потому что Джеймс как-то случайно спас старшего сына Жоры, и тот это помнил.
Если, конечно, агентство не предложило ему сумму за то, что он сдаст меня. Но придется рискнуть.

— Сережа, принеси мальчику сухую одежду, —  кричит полная женщина, которая все это время наблюдала за ними из дальнего угла. У нее светлые, собранные в хвост волосы, женщина носит зеленое платье.  Джеймс знает ее.
И сейчас она меня обнимет.
Так и происходит.
Ислингтон внутренне это терпит, а внешне проявляет искренность. Он не любитель обниматься с чужими людьми.
— Давно вы у нас не были! — восклицает она, — Миша был бы рад вас видеть, но у него сейчас бизнес-дела в Лондоне с евреями. Вернется только вечером.
Это Наталья, жена Жоры и мать спасенного Джеймсом парня.
— Передавайте ему привет, — вежливо просит Ислингтон.

Появляется Сережа и протягивает Рамиресу белую майку и чистый, но старый красный спортивный костюм - трико и кофта.
Сережа протягивает, и Ислингтон отмечает, что Рамирес не шевелиться. Джеймс сам берет костюм и пихает Ричарду одежду, больно ткнув брюнета в ребра.
— Он немного заторможенный, Джора, — извиняется Ислингтон и продолжает, — мы тут за оружием.

Джеймс и остальные ждут, пока Рамирес переодевается в спортивный костюм. Мужчина внутренне смеется, но внешне он непоколебим и суров. Как и рядом стоящие русские.
— Во. Теперь другое дело. Алинке бы точно понравился, — одобряет Жора, — у меня батя его в Ленинграде еще носил его. Вот что значит советское качество. Развалили страну. Развалили.
Ислингтон хмыкает. Он знает, что Жора Железный бежал в 70-х с отцом, как раз из-за того, что их пытались арестовать. Его отец не угодил правящей партии.

Ислингтон идет вместе с Жорой по складу — тот находится сразу же за гостиной. Рядом с ними вышагивает Сережа, он пытается поймать серьезный настрой Жоры и горбится, засунув руки в карманы штанов. Еще Ислингтон отмечает, что Сережа то и дело поправляет кепку на голове, как будто она недостаточно круто сидит.
На стеллажах стоят открытые коробки. АК, кольты, вальтеры, глоки, карабины, винтовки, ТТ, пистолеты-пулеметы, РПГ и другие опасные ворованные игрушки.
Отдельно стоят патроны. Жора останавливается рядом с деревянным ящиком и снимает с него крышку. Гранаты.
— Вы должны взять себе парочку. Ими еще мой отец бил фашистов, — гордо заявляет Жора.
Вот этого я и боюсь.
Раньше оружие вывозилось в 90-х с военных баз, теперь поставки уже идут из России. И все через Жору. Дальше он продает.
— Идемте, мистер Харт, — дружелюбно заявляет Жора.
Они выходят из склада и проходят в небольшую комнату. Тут накрыт стол, на котором чисто русские блюда.
—  Оставим это дело молодым, а сами, так сказать, перетрем за прошлое, —  произносит русский, оглядывая стол.
Жора протягивает Джеймсу золотистую пачку сигарет Явы.
Славно богу не Беломор.
— Я знаю, что тебе Беломор в прошлый раз очень понравился, но его нет сейчас.
— Спасибо, Джора, — говорит Ислингтон и берет сигарету.
— Наташа! Наташа! Неси селедку и водку. Ну где ты, глупая женщина! - по-русски кричит Жора  и выходит.
Сережа сурово оглядывает мужчин, также сурово выходит за Жорой.
— Так слушай внимательно, Ричард. Сейчас тебе будут пытаться впихнуть не нужное нам оружие и бракованное тоже. Поэтому Жора отправляет тебя и Сережу. Я рассчитываю, что ты справишься.  Все что ты возьмешь и так будет втридорога. Торговаться мы не сможем, мы же друзья!  Деньги у нас есть, но неясно, что нас ждет. Твоя задача взять только то, что нам пригодиться. Все по лайту. Никаких РПГ и прочего. Постарайся не задеть гордость Сережи. Мне придется оплатить все оружие, что ты возьмешь. Отказаться я уже не смогу. Иначе Джора решит, что я ему не верю. И еще...

Джеймс не успевает договорить, потому что появляется Наталья с аккуратно нарезанной селедкой и охлажденной водкой, Сережа с железной магазинной тележкой, которую он украл из супермаркета  ASDA, и Жора с кожаной сумкой в руках.
Ислингтон внутренне тяжело вздыхает. Водку он на дух не переносит.
— Ну, Сережа, иди, помоги другу, — кивает Жора на Ричарда.
— Че, пошли что ли, — бросает Сережа Рамиресу, облокотившись на тележку и катя ее перед собой.
Он идет на склад.
Наталья ставит водку и сельдь на стол и оставляет мужчин наедине.
— Я как раз обедать задумал, мистер Харт, а тут ты подошел. А это до этого тут твой друг мистер Холланд заходил и оставил тебе.

Ислингтон внимательно смотрит на Железного. Его первый порыв - достать кольт, но он выжидает.
— Вижу твое лицо, мистер Харт. Друзьям надо доверять. Вася, Вася, ёбтвую мать,  неси ноутбук, — громко кричит Жора.
Джеймс берет сумку из рук русского и открывает ее. Там одежда для него. Сверху лежит запечатанное письмо. Алекс даже поставил фамильную печать. Тут не было чего-то пафосного, просто для безопасности - печать потом не восстановить, если кто-то любопытный захочет прочитать послание.

Ислингтон читает письмо. Почерк убористый. Текста мало.
“Не приходи ко мне домой. Я знаю, что ты собрался это сделать после покупки оружия. Я под наблюдением. Тебя схватят.  И я знаю, что ты пойдешь к русским за оружием. Я понятия не имел, что все так выйдет. Я тебя не предавал. В сумке твоя одежда. В кармане куртки ключи от номера, где ты прятался в 2011 после миссии под кодовым названием “Южный ветер”. Жди меня там. Я принесу твои новые документы и инфу. Русским я уже заплатил за передачу сумки если что.”
Джеймс хмыкает, но ему легчает от того, что его лучший друг тут не замешан.

Жора берет ноутбук у Васи и включает записи с камер наблюдения.
— Мистер Холланд сказал, что у тебя проблемы с доверием мистер Харт.
Джеймс смотрит как Алекс с кожаной сумкой в руках стучится в дверь к русским. Он один. Затем запись переключается на другую камеру. Алекс идет по гостиной, пожимает руку Железному и отдает сумку.
“ А если это ловушка?” - спрашивает внутренний голос.
Это действительно Алекс. И если бы он бы меня сдал, то сейчас бы уже меня поймали. Зачем так хитро все придумывать, ждать, пока у нас появится оружие, заманить в номер отеля, когда можно нас уже схватить давно. А русские за плату и помогут.
— Спасибо, Джора. Ты настоящий друг, —- замечает мистер Ислингтон, улыбнувшись.
— Вася, шуруй отсюдова, — приказывает Железный по-русски, а затем продолжает по-английски, — а теперь по маленькой для разгона… садись, мистер Ислингтон, в ногах правды нет!

район Доклендс

https://i.imgur.com/DpT5KHw.jpg

+3

9

Время беспечно короталось всплесками воды и хихиканьем юных девушек. Ричард поднимает руку и устало смотрит на свои наручные часы. Уже прошло больше 30 минут, а от мистера Ислингтона не было никакого сигнала. Он уже выпил несколько бокалов шампанского, от чего ненадолго его охватило легкое опьянение.
Неужели смылся?
Легкое волнение накрыло с головой. Одна из девушек подплыла к Ричарду, откровенно требуя к себе внимания. Фальшивая улыбка Рикки и очередная игра слов. В голове поток мыслей, курьер всеми силами пытается отогнать их прочь. И Рамирес даже не уверен, что Ислингтону стоит верить. Наверное, было бы проще сбежать сейчас. Оставить ему машину, чемоданчик, всё, что угодно. Внутренний голос шепчет не верить ему, не слушать, отключиться от заведомо ложного пути к спасению, выдернуть из своей головы этот проводок, который его подключал к ложной реальности.
Мистер Костюмчик ждет вас в сером форде. По улице налево. Чуть ниже. Идите прямо сейчас, мистер Мокренький, - Ричард не заметил, как к нему подобралась одна из девушек, протягивая полотенце. На лице запечатлелась гримаса удивления, смешанная с... разочарованием?
Брюнет вылезает из бассейна и хватает полотенце. С волос и одежды тонкими ручейками стекает вода. Рубашка неприятно липнет к телу. Не выжидая ни минуты брюнет направляется в сторону выхода, провожая взглядом лисицу, успевшую познакомиться с мистером Ислингтоном. Одна её рука тщательно что-то прятала в кармане, и Рикки не пришлось догадываться, что именно.
Англичане замечательные люди.
- Эй, Оливер! Ты куда? - уйти незамеченным не удалось.
- Скоро вернусь, детка, - бессовестно лжёт, улыбаясь своей самой очаровательной улыбкой. - Схожу за выпивкой.

Форд долго искать не пришлось. Ислингтон сидел в машине и терпеливо ждал.
Твою ж мать, как холодно.
Мысленно он уже пожалел об идее искупаться в бассейне, как будто лучше идеи не было. Прыгнул в машину, мечтая о том, чтобы поскорее переодеться. Мужчина словно читает мысли.
— Переоденешься позже. Заедем в магазин после того, как купим оружие.
Одарил его взглядом, полным недовольства. Но в следующую секунду мысленно отметил для себя, что спорить некогда.
Правильно, игрушки важнее, чем воспаление легких.
Хотя сам виноват, он это понимал. Нащупал на панели крутящийся регулятор, включая печку. Не подведи, старушка. К счастью заработала. Рука по привычке потянулась в карман пиджака.
Блять.
- Я забыл пиджак в доме, - говорит мужчине об этом, хотя сомневается, что его проблемы волнуют мистера Ислингтона. Тот только хмыкает в ответ. Остался без сухой одежды, ещё и без сигарет наедине с самым безупречным компаньоном - безупречно.

Автомобиль лениво паркуется в незнакомом районе. Здесь Рамирес ещё не бывал, поэтому обводит любопытным взглядом местность: полузаброшенные старые здания в обнимку ютились на пустыре. Если бы не осознание, что он сейчас в Лондоне, решил бы, что вернулся в своё глупое юношество. Ричард оглядывает округу. Привитая с детства привычка - жадно изучать все незнакомое. Хотел было спросить, где они, но не успел. Мистер Ислингтон уже вышел из машины. Что ж, придётся расстаться с теплым местом, хотя только-только начал отогреваться.
Будь осторожен с русскими. Думай, что говоришь, - поднимает взгляд на мужчину.
- Обещаю в тапки не ссать и не грызть мебель, - откровенно огрызается, улыбаясь и прижимая руки к груди, чтобы сохранить остатки тепла.
С русскими Ричард уже имел дело. В целом, суровые ребята, но лучше на рожон не лезть - вырвут зубы без анестезии, а потом ещё аккуратно завернут в чистый носовой платочек с васильками и подарят тебе в качестве сувенира.

Холодно. Чувство беспомощности только нарастает с каждой секундой. Прилипшая мокрая рубашка раздражает Ричарда, от неё только холоднее. В логове у русских даже окна под крышей не открыты, но при этом чувствуются необъяснимые холодные дуновения, проникающие под кожу.
- Мистер Харт... - словно тонкая игла вонзилась в голову Рамиреса. Это его имя?
Рамирес вежливо здоровается с друзьями мистера Ислингтона и неохотно идёт следом за ним, прогоняя в голове это имя снова и снова. Он пытается скрыть в своих глазах недоверие, тщательно изучает каждого присутствующего, но всё это лишь декорации. На кону что-то более важное, что-то давно забытое. Здесь своя атмосфера, а ещё воняет помоями и чем-то паленым.
Сережа, принеси мальчику сухую одежду, - глаза Ричарда тускло сверкнули от внутреннего удовлетворения. Наблюдая за сентиментальностями со стороны, внутренне он был бы счастлив избавиться от жуткого холода, уже проникшего до самого мозга костей. Он даже рот не открывал, скорее всего оттуда бы вылетел отчетливый стук зубов. Но что-то под коркой мозга не давало ему покоя. Очередной внезапный укол. Ричард ощущает на себе эффект дежавю. Ступор. Его одурманил приторно-сладкий вкус воспоминаний, и теперь он, наконец, понял, что это было за чувство, которое он испытал ещё там, в холле особняка при первой встрече с этим незнакомым мужчиной
Мистер Ислингтон сейчас так похож на давно исчезнувшего из его жизни человека, рыцаря, только без прежних привычных лат. Неуязвимый, красивый, изощрённо необычный, подчёркнуто-зрелый, но ещё свежий. Если бы не открывал шампанское лично, решил бы, что туда подмешали наркотик. Ему суют одежду, а он смотрит на мужчину, словно увидел призрака. Океаны в его глазах медленно расширяют зрачки. Так тьма поглощает его мир. Сомнения тают с воспоминаниями чужих губ, горячих, как угли с погребальных костров.
- Он немного заторможенный, Джора, мы тут за оружием, - Ричард тут же трезвеет, как только ему суют одежду. Опускает глаза на странную одежду, приводя мысли в порядок.
Ну же, Ричард! Соберись!
Берет одежду и отходит к одинокой табуретке неподалеку. Быстро переодевается, едва успевая оценить свой нелепый вид в маскарадном костюме из 70-х. Даже не заметил, что больше не чувствует холода. Мысленно надеялся, что странное поведение сочтут за брезгливость к новому стилю.
Во. Теперь другое дело. Алинке бы точно понравился, — Ричард нелепо улыбается, делает вид что всё в порядке.
Это такой русский юмор, или он серьезно?
- Эээ... - протягивает, все ещё не пришел в себя. - Спасибо, мистер...
Пытается вспомнить фамилию, но не находит её в памяти. Мысли заняты другим. Да и неважно. Надеялся, что больше не увидит эту рожу. Брюнет замечает за собой невежливую мысль, однако честную.

***
Ричард помнил слова Джеймса о том, что нужно взять. Его ещё слегка потряхивало после нахлынувшей на голову лавиной неуправляемых эмоций.
Харт... - смакует имя в голове, пока Сережа устраивает экскурсию на складе, пытаясь всунуть ненужное барахло.
- Нет, это не нужно, - сухо бормочет, когда болтливый русский расхваливает советский ручной гранотомёт. - Нужны с 10-к магазинов для глока и кольта.
Взгляд упал на немецкий автомат. Взял парочку. Обычно с ними проблем нет. Ещё дробовик и коробку патронов в придачу. Пригодится.
Харт... - мягкое и тёплое, не такое, которое он вспомнил, когда посмотрел мистеру Ислингтону в глаза. Почему он вспомнил о нём? Быть может призрак у него где-то за спиной? Ричард даже оглянулся, чтобы проверить. Сережа явно был расстроен, что молодой Рамирес не оценил его игрушки. Харт был первым, кого Ричард встретил после того, как чуть не сдох одним дождливым дождём. Он многому научил его, и он был не так уж плох. И тот бывало трахал его грубо, в этом и не только была суть их отношений. В порыве ссоры тот даже когда-то сломал Рикки пару рёбер, а тот не жаловался. Зато он был ему нужен, а быть нужным ему всегда было просто необходимо... но когда он умер... когда он умирал... во нём что-то сломалось. Он умирал, хрипя на постели, бесконечно длинными днями, кашлял кровью, задыхался, а Рикки ничего не мог сделать. Вместо больничной койки и пожизненного, тот предпочел смерть. Ричард только  давал ему чёртов морфий, но, кажется, ему мало помогало.
Ричарду все-таки удалось порадовать Сережу, когда тот согласился взять несколько гранат: парочку газовых и разрывных. Пока тот радостно складывал все в тележку, Ричард сунул пистолет за пояс, аккуратно спрятав под подолом олимпийки. На всякий случай. Осторожность не помешает. Нет, это не для русских...

Через несколько минут Ричард в компании русского, наконец, закончил сборы. Поэтому сунул все русские дары в две вместительные спортивные сумки, а после отправился искать Джеймса. Он не мог не ощутить, как нервы, словно оголенные провода, били его током, выбив из привычного состояния. Ему это не нравилось. Да и свалить хотелось из этого места поскорее. За дверью, где был Джеймс в компании, доносился смех и разговоры. Толкнув дверь плечом, брюнет отыскал мужчину взглядом.
- Время, мистер Ислингтон, - он уже не смотрел на него, как прежде. Пока ещё не понимал как. На столе наполненная до краев стопка с водкой, предназначенная гостю. Он никак не мог понять любовь русских к этому отвратительному напитку. Недолго думая, подошел к столу и обхватив стеклянную ёмкость двумя пальцами приподнял над столом
- Ваше здоровье! - любимый тост русских, им должно понравиться. Опрокинул в себя до последней капли, не закусывая, после чего отправился к выходу. - Благодарю за гостеприимство. Мистер... Джелезный!
Вспомнил! Вежливо кивнул и скрылся за дверью, направляясь к выходу с сумкой, надеясь, что мистер Ислингтон поступит также и догонит его у машины.
Ричарду нужно время, чтобы поразмыслить о произошедшем и переосмыслить кое-что. То, что он почувствовал, увидел - ему не понравилось. Он не может быть до конца уверен в том, что это совпадение. Но даже если так... Он больше не возьмет на себя роль рыцаря. Спасать от всего на свете, будто это единственный смысл жизни - так было раньше. Там в подвале гнусные крысы, и он не боялся их. Он был готов спуститься даже в ад. Ему всегда были близки это выдуманные идеалы, но сейчас Ричард не такой уж "герой нашего времени". Он так думал.

+3

10

Джеймс смотрит, как Алекс засовывает руку в карман. Дневной свет проникает через  разноцветные витражи церкви. Мужчина уже знает, что тот сейчас достанет. Догадаться совсем несложно.
Ислингтон следит за рукой друга, как тот неспешно, но серьезно вынимает черную коробочку из кармана пальто и ставит ее на пустой алтарь.
— Кольца, для тебя и мистера Рамиреса, — поясняет Алекс и без того очевидное, словно в такой коробочке могут лежать запонки, —   там несколько вариантов, боялся ошибиться с размером.
Как бы в доказательство своих слов, Холланд открывает бархатную коробочку. Внутри на мягкой перламутровой подушечке лежат три пары обручальных колец и поблескивают — все куплены в ювелирном доме Картье.

***

За пять дней до этого момента.

Джеймс делает вид, что внимательно слушает разглагольствования Жоры по поводу утраченного величия его Родины. Из уст криминального авторитета, продающего ворованное русское оружие, это звучит более, чем иронично.
Внезапно дверь приоткрывается и в комнату вкатывается шарообразный мопс, привлеченный запахом еды. Ислингтон вздрагивает — в нем говорит и водка и то напряжение, которое преследует его с вечера.
Мужчина знает, что на улице уже рассвет. По идее им стоит уже выдвигаться. Ну, и где же этот Рамирес?
Мопс смешно сопит и приближается к Жоре.
— Вот черт! Наташа убьет меня, — шепчет он по-английски и кричит по-русски, — Вася, Вася, ты гулял с Капоне?

Джеймс пялится на мопса по кличке Капоне и быстро переводит взгляд на вновь появившегося Ричарда. Брюнет неожиданно подходит к столу и  пьет за здоровье всех присутствующих, а затем произносит свое любимое: “Время, мистер Ислингтон” и быстро выходит из комнаты, оставляя мужчину одного с русскими.
В целом Джеймс отмечает для себя какую-то странную перемену поведения в парне, но с этим он точно не будет разбираться. Это вообще не его проблемы.
Вслед за Рамиресом появляется Сережа с тележкой оружия, и Ислингтон надеется, что ничего лишнего там не будет.
— Капоне еще не гулял! — серьезно говорит Жора Сереже по-русски.
— Тетя Наташа знает?
— Нет, бери его, и гуляй… я рассчитаюсь с англичанином.
— Бля, дядя, но я уже днем гулял…
— Не спорь. Если Капоне не похудеет Наташа и тебя убьет, и меня убьет, и всех нас убьет!
Сережа вздыхает и подчиняется, он берет мопса в руки, тот лишь дергает короткими ножками, а потом выходит с ним.

Жора извиняюще улыбается, мол это все игра, и кто тут Наталья, а кто я.  Он тут же снова принимает суровый вид. Джеймс понимает, что мистер Железный будет сейчас реабилитировать свою мужественность за его, Ислингтона, счет. Это значит, что торговаться не получиться, а то если задеть гордость Джоры ( а она сейчас очень уязвима), то можно нажить себе врага.
Ислингтону это надо?
Ответ очевиден.

Джеймс  отсчитывает сумму за оружие, грузит его в сумку. Нет, реально, что за странности, куда этот парень уперся? Сбежал что ли?Также Джеймс договорился во время их душевного разговора с русским, что машину Керри, на которой они приехали, Ислингтон отдаст Джоре, а сам возьмет одну из его машин. За доплату, конечно же.
Ислингтон не сомневается, что Железный сможет ее перекрасить или пустит на запчасти. И это уже не моя забота.

Джеймс выходит из логова русских с сумкой в руках. Ислингтон замечает, что Рамирес сидит в машине. Мужчина подходит к окну и стучит по нему. Ждет, пока брюнет опустит стекло и произносит:
— Выходим. У нас другая карета. Думаю, не надо объяснять почему.

Ислингтон вынимает чемоданчик из автомобиля, тот самый который ему принес Ричард, и кивает вышедшему  мистеру Железному.
— Джора? Куда идти?
— За мной, мистер Харт, идемте за мной, — посмеивается русский и протягивает Джеймсу кепку и темные очки, — как и просили.
Ислингтон благодарит и забирает их у русского.

Мужчины огибают дом и направляются в сторону двух больших гаражей. Оттуда доносится какая-то русская задорная музыка.
По дороге Ислингтон протягивает кепку и очки Ричарду.
— Это, чтобы камеры тебя не засекли. Поведешь ты. Я слишком много пил. Сяду сзади и скажу, куда ехать, —  бросает он на ходу.
Ислингтон знает, что все камеры в Лондоне ищут их. В системе их параметры. И если совпадение будет больше 95,5%, то их сразу обнаружат. Добро пожаловать, в цифровой мир.

Жора останавливает их жестом, им нужно ждать тут, у входа. Русский в шлепанцах неспешно заходит внутрь.
Ислингтон собран. Сумка с оружием, сумка с одеждой от Алекса, чемоданчик. Джеймс снова бросает взгляд на брюнета и протягивает ему сумку с оружием.
— Давай это понесешь ты. Это раз. Два. Не убегай от меня больше никогда. Вместе пришли. Вместе ушли. Там могла быть засада. И считай, что ты уже труп. Мне не нравится твое странное непредсказуемое поведение. Мы на операции. Мы прикрываем друг друга. А ты свалил.
Ислингтон говорит холодно, спокойно и размеренно.  Фразы короткие, слов он не выбирает. Не до этого. Этот парень должен понять, что они не играют в игры. Это действительно вопрос жизни и смерти.
— Я надеюсь, что мы поняли друг друга, Ричард, — договаривает Ислингтон и впервые называет Рамиреса по имени.

Широкая дверь-жалюзи со скрипом поднимается вверх и оттуда выезжает белый фольксваген. Неприметный и незамысловатый — то, что надо.
Жора выходит из-за руля и бросает ключи Ислингтону. Джеймс ловит и кивает русскому.
— Спасибо, мистер Джелезный. И удачи.
— И вам удачи, мистер Харт. Я так чувствую, что она вам очень понадобится.
Ислингтон хмыкает - интуиции этого русского можно позавидовать. Конкуренты, которые недооценивали мистера Железного и его жену Наташу, сейчас уже давно в могиле.

Ислингтон забирается на заднее сидение и опускает голову как можно ниже. Они выезжают с территории русских. Мужчина бросает взгляд в окно и замечает Сережу, который несет мопса Капоне на руках и целует его в лоб.
“Нет, им конец, так он точно не похудеет”, — думает Ислингтон.

***
Утренний Лондон. Город пока еще тих и только-только просыпается. Пахнет осенью. Серое осеннее небо нависает над ним, а известный всему миру лондонский туман еще не рассосался.
Ислингтон указывает путь американцу, правда пару раз они свернули не туда, но Джеймс списывает это на усталость. Мужчина терпеливо и мягко объясняет куда надо ехать и как повернуть. Спешить не стоить, но и медлить тоже губительно.

С главных дорог они постепенно выезжают на небольшие улочки, пока совсем не покидают Лондон. Мужчины оказываются в графстве Суррей. Оно очень близко располагается к столице и считается чуть ли не пригородом.  На территории Суррея раскинулись леса, живописные деревушки и городки.

Много лет назад после операции “Южный ветер” Ислингтон вынужден был залечь на дно. Тогда Алекс вручил ему ключи от старой католической церкви. Она давно закрылась, а само кладбище заросло травой и деревьями.
И так как церковь была небольшой, католической, не охраняемой ЮНЕСКО, то Холланд нашел способ ее купить. Там были похоронены в склепах его родственники по материнской линии, и он просто не мог позволить им кануть в небытие.
В церкви навели порядок, пару раз в неделю там ночевал сторож. Он же и приводил в порядок захоронения.
Именно там Ислингтон и прятался тогда. В церкви насколько он помнил была небольшая каморка-спальня с двумя  железными кроватями, кухня с горелкой, крохотный душ и биотуалет. И тогда это было даже больше, чем рассчитывал получить мужчина. После 30 дней, проведенных во влажных лесах Амазонии,  это место показалось ему раем.

***
Белый фольксваген сворачивает на старую каменную дорогу и медленно едет под низкими кронами деревьев, которые уже начали терять листву.
Ислингтон кивает на небольшую церковь невдалеке и произносит.
— Здесь
Им повезло. Им действительно повезло, и они добрались. Джеймс выходит из машины уже с оружием. Осторожно, словно сейчас на них нападут.
Тишина. Рядом слышится шелест деревьев.
Начинается дождик.

Ислингтон просит Рамиреса припарковать машину за церковью, чтобы ее не было видно с дороги, а сам дожидается брюнета.
И только тогда мужчина открывает небольшую дверь. Нет, это не главный вход - широкие двери церкви закрыты на засов изнутри.

Ислингтон запирает дверь и позволяет себе выдохнуть.
— Идем, —  улыбается он Ричарду, — я тут когда-то прятался.
Они идут по главному церковному проходу. Кое-где тут даже стоят скамейки. Мужчина бросает взгляд на витражные стекла. Он помнит, что когда через них проходит солнечный свет, то все пространство внутри выглядит сказочным.
Далее Джеймс сворачивает налево и толкает небольшую дверь. Он спускается по лестнице вниз, и они оказываются в небольшой комнате.
Осталось все также.
Небольшая спаленка с двумя железными кроватями. Ислингтон ставит сумку с одеждой и чемоданчик на пол, смотрит на Рамиреса и кивает, давая понять, что сумку с оружием можно также уже поставить.
Мужчина заглядывает в помещение рядом. Кухонька с горелкой. Джеймс видит, что продукты тут есть. В основном нескоропортящиеся, такие, например, как консервы. Канистры с водой.
На небольшом столе записка, написанная рукой Холланда.

“Сидите и носа не показывайте, пока я не приду. Вас ищет вся королевская конница и вся королевская рать. Ждите меня. Фред (это сторож, вспоминает Ислингтон) принес вам достаточно продуктов.
ПС: Джеймс, не пытайся пока связаться со Стью. Я уговорю его посидеть с твоими корги. Или найду нового человека”

Джеймс поворачивается к Ричарду и протягивает ему записку. Мужчина чувствует себя усталым и вымотанным. Ислингтон думает о том, что пора ему принять душ и отдохнуть.
— Будем сидеть тут, Ричард какое-то время. У тебя, конечно, вопросы. Я сейчас тебе на них отвечу, а на другие ответит Алекс, — произносит Ислингтон и снимает с себя пиджак.
Мужчина аккуратно вешает его на стул.
— Принято говорить, что я секретный агент, но я наемный убийца. Работаю на английское правительство. Чаще всего на него, — продолжает Джеймс и расстегивает белую рубашку, слегка испачканную в земле.
Душевая кабина крохотная, в ней не разденешься, поэтому у мужчины особого выбора нет.
—  Но в целом наше агентство — это частные инвестиции. Но не думаю, что тебе интересно слушать про наш совет инвесторов и все такое. Все они так или иначе связаны с политикой. Многие из них очень хорошие люди. Но не все.

Ислингтон снимает рубашку и кладет ее также на стул. На торсе виднеются белые зажившие шрамы. Однако тот, что пониже пупка — свежий, а тот, что под ребрами тоже, кажется, не такой уж и старый.
— Плохие люди из нашего агентства решили меня подставить и убить. Почему? Пока не знаю, но разберусь.
Джеймс кладет руки на ремень и расстегивает его.
— Информация, которую я тебе рассказываю, секретная.И по сути я не имею права разглашать ее, и мне нужно тебя убить. Но сейчас не до таких тонкостей.
Мужчина расстегивает пуговицу на брюках, затем молнию и снимает их. Ислингтон не торопясь складывает брюки по стрелочкам и кладет все также на стул.

Джеймс подходит в одних бежевых боксерах к сумке, открывает ее и достает оттуда черные боксеры.
— Будем тут с тобой дожидаться моего друга. Тут чистая одежда. Ты, конечно, поуже меня в плечах, но мы одного роста, так что найдешь что-то себе менее эксцентричное.
Ислингтон, наконец, позволяет себе широко улыбнуться, осматривая Рамиреса в этом забавном костюме.

Ислингтон берет полотенце на дне сумки, отрывает этикету зубами от черных боксеров, снимает свое старое нижнее белье и сверкая голой задницей в шрамах идет в душ.

Джеймс недолго стоит под теплой водой, потому что вода подается в нагреватель из бака на чердаке церкви, а туда поступает в свою очередь при помощи насоса из колодца. Так что если Ислингтон будет долго нежиться, то парню ничего не достанется.
Мужчина вытирается насухо, надевает черные боксеры и выходит. Ислингтон продолжает сушить волосы полотенцем.
— Полотенце на дне сумки, если захочешь в душ. Давай дежурить по очереди. И так как я стар, молодой человек, то ты первый, — смешливо произносит Ислингтон и снова улыбается, в уголках глаз собираются морщинки.

Мужчина забирается в кровать (он выбирает правую), укрывается одеялом и поскрипывает пружинами, чтобы улечься удобнее.
Ислингтон моментально засыпает и  даже не успевает подумать о том, как там Руди и Сэмми, согласится ли Стью посидеть с ними, успеет ли он, Джеймс, на корги-забег.
***

Остальные четыре дня Джеймс был не особо разговорчивым. Он общался с Ричардом ровно столько, сколько надо, чтобы ситуация не стала чересчур напряженной. И в целом избегал взаимодействия с брюнетом.
Ислингтон всегда готовил на них завтрак, обед оставался за Рамиресом, а ужин Джеймс предпочитал поглощать в одиночестве сидя на ступенях у алтаря.

День ото дня мужчина становился все более мрачным. Ислингтон надеялся, что Алекс придет быстрее, но его все еще не было. А что если Холланд мертв, а я тут сижу?
Все слишком неопределенно.
Мужчина ходил по церкви как тигр по клетке  туда-сюда и размышлял о том, кто мог его подставить. И не находил ответа. Все кандидатуры либо были убиты, либо были в тюрьме.
Ислингтон злился на всех и вся. И в том числе на этого корги Рекса, который теперь точно выиграет забег. Если бы позвонить Стю и узнать как дела? Тренирует ли он его рыжих корги. Вообще он хоть там, у него дома?
Черт.

Сделав несколько кругов по церкви, Ислингтон начинал отжиматься, когда чересчур раздражался. Потом он мылся холодной водой, чтобы совсем остыть.

***

Наконец, на пятый день дверь тихо открывается и появляется высокий лысый мужчина в брендовых очках и безупречном костюме. Ислингтон выхватывает глок и наставляет его на гостя.
— Алекс, черт…
— Джеймс. Осторожнее. Ты на взводе, не хочу, чтобы ты меня пристрелил.
Ислингтон убирает оружие и  смотрит на Холланда и на то, что у того в руках. 
— Что это? — интересуется Ислингтон и кивает на чехол с костюмам.
— Это Диор. И… второй тоже Диор. Но давай все по порядку.  Ты все рассказал про нас мистеру Рамиресу?
Джеймс коротко кивает и пожимает плечами. Алекс слегка склоняет голову, приветственно кивает Ричарду и обманчиво мягко улыбается.
— Что же… пусть так. Итак, есть хорошая новость и относительно хорошая, —  бодро продолжает Холланд.
— Относительно?
— Как посмотреть… начну с хорошей… я сделал так, что ваши следы ведут в Ирландию, и все бросились туда вас искать.  Тебя все ненавидят, считают предателем. Ты общаешься с террористами, поставляешь им оружие,  и помогаешь Северной Корее.
— Да, я прямо хороший парень, — саркастически замечает Ислингтон.
— А теперь относительно хорошая. Тут все сложнее. Задание, на которое я тебя отправил, действительно есть у нас в системе. И очевидно, что ее взломали. Могу ли я это доказать? Пока нет. Но мы с ребятами отследили след. И мне нужно, чтобы ты туда проник.
— А крыса внутри агентства? Она точно есть.
— Ее я беру на себя. Твоя задача отправиться туда, куда ведет след и найти его, ее или их.
— Хорошо. Скажи, ты можешь куда-то спрятать мистера Рамиреса? Не думаю, что ему место рядом со мной. Или, может, он сможет пока остаться в церкви?
— А вот тут, Джеймс, загвоздка…
Джеймс выжидательно смотрит на друга.
— Место, куда нужно поехать — особое место… туда нельзя ехать одному.
У Алекса всегда была привычка быть деликатным до конца и изысканно изъясняться, когда проще сказать прямо. Но Ислингтон хорошо читал своего друга.
— Бордель что ли?
— Не совсем, — Холланд слегка морщится, — это изысканный клуб, куда приезжают состоятельные супружеские пары любого пола и обмениваются партнерами. И спешу сказать, что гетероместа были заняты. Но вот в качестве гомосексуальной пары вас рады видеть, мистер и мистер Грант.
Алекс серьезен даже тогда, когда ситуация слегка абсурдна. Холланд кладет костюмы на алтарь и сует руку в карман.

***
Сейчас.

Джеймс смотрит на кольца и не верит своим глазам. Кто-то сидя в борделе взломал их систему, и теперь им с Рамиресом придется туда приехать в качестве супругов, чтобы найти след или самих взломщиков.
— Вы должны будете вести себя как обычная очень богатая пара. Ваши паспорта…
Алекс достает корочку из черного портфеля (крокодиловая кожа) и отдает ее Ричарду.
— Майкл Грант.
А затем очередь Джеймса.
— Джордж Грант. Мы хорошо вам прописали легенду. Служба безопасности закрытого клуба “Ad Astra” вас уже проверила. Вашу легенда тут.
Алекс достает айпад из портфеля.
— Ознакомьтесь с легендой и запустите вирус, который все уничтожит. Ваши костюмы от Диор на алтаре. Астон Мартин стоит у входа в церковь. Остальной багаж в машине. Двойное дно, чтобы спрятать оружие. Чемоданчик злополучный я забираю, вскроем его в безопасном месте вместе с техниками. Сотовые у вас новые. В них телефонные номера друг друга. Я буду выходить с вами на связь сам, всегда с разных номеров, но они будут заканчиваться на 69. Все ясно?
— Я еще не соглашался.
— А какой у тебя есть выбор, Джеймс? Туда нужно проникнуть тихо и незаметно. У мистера Рамиреса военная подготовка. И есть уличная сноровка. Я нарыл на него всю инфу. И как твой координатор, Джеймс, я считаю, что у него есть все шансы   справиться. Боже! Вам нужно просто убедить окружающих в вашей любви. Остальное неважно.
Ислингтон замолкает. Не так он представлял себе дальнейший ход событий.
— Молодой человек, у вас есть ко мне вопросы? — мягко спрашивает Алекс.

Сейчас только он понимает (а не этот упрямый идиот Ислингтон, который хочет работать один, а желательно все разнести к чертям), только Алекс понимает, что от ответа Ричарда многое сейчас зависит.
Если тот не захочет присоединиться к операции, то придется искать кого-то другого, и след может “остыть”.

+4

11

Конечно, это очень удобно, сваливать свою вину на Сатану...
Но поверь мне, человека никто не искушал.
Он прекрасно справляется сам.
Петр Бормор «Игры Демиургов»

Ричард прикрыл глаза, сидя в машине и запрокинув ногу на панель впереди себя. Пока мистер Ислингтон заканчивал "дела" с русскими, он думал, откинувшись на спинку пассажирского кресла и скрестив руки на груди. У Рикки было такое ощущение, что его эмоции только что откачали после жуткой аварии в головном отделе мозга и сшили их кое-как, перепутав их конечности. Он ощущал как в нем нарастает жуткий интерес, переплетавшийся с нежностью в страстном убийственном снятии самоконтроля с предохранителя. Видимо его ангел хранитель сегодня решил застрелится. Иначе от чего у Рикки башню снесло?

Вообще вся эта ситуация его жутенько напрягала. Не так он всё планировал. Не так. Сидя в стареньком форде, наемный курьер прокручивал события за эту ночь. Весёленько вышло. Взгляд упал на чемоданчик под ногами, с которого все началось, а только потом на дырку на матне удачно севших по его росту красных трико.
- Милые ребята, ничё не скажешь, - возмущенно оттянул матню, чтобы оценить размер дырки.
Сигаретку бы. Ещё одна ошибка, о которой он сожалеет. Оставил пиджак в доме. Вернуть его теперь не получится. Кажется, это его огорчало больше остального.
Стук в окно. Ричард опускает стекло и даже не смотрит на мужчину, слушает:
Выходим. У нас другая карета. Думаю, не надо объяснять почему.
Ричард чуть улыбнулся. В его стеклянных глазах уже не осталось прежней потерянности, как будто мысли из волн шторма разбились о скалы, возвращая привычный штиль. Курьер снова вернулся в свою прежнюю роль парня, хулигана с улицы.
Рамирес берет ключи у мистера Ислингтона и залезает в тачку первым. Ключ в зажигание, кепка, очки.
Всё правильно, мистер Ислингтон?
Снова скалится ему своей лучшей очаровательной улыбкой, глядя в зеркало заднего вида. Кажется, усталость на миг отступила. Это очередной маскарад Ричарда. Впрочем, учитывая его профессию, ему было не привыкать. У него образов, наверное, было с кучу десятков. И этот ничем не хуже.
- Готов поспорить, я выгляжу соблазнительно в этом наряде, - озвучивает мысль мужчине на заднем сиденье, поправляет очки и застегивает молнию олимпийки, саркастически ухмыляясь. Теперь он больше похож на первого парня на районе. – Нравится?
Ричард плавно выруливает автомобиль и неторопливо выезжает, дабы не привлекать внимание.
- До свидания, мистер!
Последнее брюнет кинул русскому на прощание сквозь открытое окно автомобиля до того, как они покинули двор.

***
Уже почти утро. Фонари больше не освещают пустынные улицы. Ричард устал, но всякий раз, когда хочет зевнуть, тщательно скрывает это от мужчины. Двигатель урчит негромко, успокаивающе, что только больше вызывает сонливость. В салоне фольксвагена пахнет кожей, пластиком и дорожной пылью. На очередном повороте сворачивает, повинуясь указанию мистера Ислингтона. В мыслях мечтая о горячем душе, сигаретах и сне.
Ричард лишь исповедь наблюдает за своим спутником через зеркало заднего вида. Мистер Ислингтон только молча смотрит в окно, время от времени указывая путь. В застывших стеклах очков мелькают пестрые отражения витрин. Ричарду нравилась его загадочная холодность, эта пустота, которую он чувствовал у него внутри. Пустота... она зовет, притягивает. Рикки чувствовал ее горьковатый стылый вкус. Хочется быть ближе, войти в нее, окунуться с головой... Он никогда не мог устоять перед зовом бездны... Вот только интересно. Настоящий ли это Джеймс Ислингтон? Или это всего лишь маскарад?
- Здесь, - Рикки неторопливо ведет машину к старой заброшенной церкви. Здесь пахнет унынием и тоской, и это вместе с усталостью наваливается на его плечи. Он ничего не говорит, только молча выворачивает руль в сторону заросшей дороги. Рикки вообще не любил церкви и кладбища, от них веяло смертью, холодом и несбывшимися надеждами. Да и в Бога он не верил. Лишь иногда упоминал его, чтобы выругаться, когда больше обвинять было некого.
По наставлению мистера Ислингтона Рамирес паркует автомобиль вдали от дороги ближе к лесу. Убедившись, что выбрал удачное место, развернул машину так, чтобы был свободный путь к отступлению в случае необходимости. Мужчина уже ждал его возле входа, поэтому немедля Рикки берет сумку с оружием и направляется к нему, пряча голову от крупных капель дождя под расстегнутой олимпийкой.
Оказавшись внутри здания, Рикки оглянулся. Ощутив мертвенный холод, он мысленно прикинул, что здесь давно никто не бывал. Стены забыли песни молитв и даже запах ладана выветрился. Толстый слой пыли покрывал старые деревянные лавки, алтарь и сохранившуюся старую мебель.
- Идём, - впервые за всё время их знакомства Рамирес уловил призрак улыбки Джеймса. Кажется, это первая на его памяти.
- Я тут когда-то прятался, - в осколках глаз скрытые воспоминания. Рамирес не привык ничего не знать о человеке. Обычно он стоит по другую сторону и знает каждую мелочь, но не в этот раз. Он лишь подмечает про себя всю иронию сложившейся в его жизни ситуации. Вопросов не задает, он слишком устал.
- Вы полны секретов, мистер Ислингтон, - озвучивает мысль и следует за мужчиной, проникая глубже в стены заброшенного храма. Где-то под крышей церкви в панике пролетает летучая мышь. Теперь это единственный частый гость храма.
Оказавшись в небольшой комнатке, Рамирес по своей привычке осмотрелся. Не то, к чему бы он привык. Не похоже на номер отеля, и вообще ему здесь не нравится. Мысленно он принимает для себя факт – это всё для него дико. Больше напоминает кадры из фильма ужасов. Осталось только дождаться, когда на них выбежит маньяк с топором. Но хорошо бы обойтись без этого. Ему одной странной личности хватит.
Мужчина протягивает записку, и Ричард читает аккуратный почерк.
Корги? Серьезно?
Не сдерживает ухмылки.
Кажется, это единственное, что больше всего зацепило внимание Рамиреса в записке. Ему показалось это удивительно забавным, что друг мистера Ислингтона просит не высовывать нос из-за питомца. Похоже, даже у расчётливого и холодного Джеймса есть маленькие слабости. Это даже мило.
Ричард внимательно слушает, попутно пристраивая сумку с оружием в угол. Конечно, он не знал, кто такой Алекс. Вопросы были, сам он устал, как скотина, поэтому и был немногословен. Развернулся, чтобы пристроить свою задницу на кровать и застыл ненадолго. Мистер Ислингтон раздевался у него прямо на глазах, и, неожиданно для самого Рикки, он забыл, что хотел сделать. Или спросить. Уже и не так важно… Нет, он не стеснительный вовсе.
Рикки не отводил взгляда. Зачем? Весьма упоительная картина. Слова мужчины путаются в паутине любопытства Рикки, и он отмечает для себя крепкое телосложение мужчины, кожа на нём словно карта – покрыта своей историей, загадкой. Он поймал себя на мысли, что не прочь изучить её. Ладонями. Многое же пришлось пережить агенту. И, судя по его словам, руки у него по локоть в крови.
Брюнет провожает взглядом мужчину, удаляющегося в сторону душевой, и, наконец, добавляет. Молчать совсем не пристало.
- Хорошо, мистер Ислингтон. А задница ничего, - последнее он не рассчитывал, что тот услышит, потому что Джеймс скрылся за дверью. Всё же Рикки расплылся в улыбке, принимая для себя факт, что Джеймс ему нравится. И, возможно, если бы не обстоятельства, заинтересовался бы им больше, что в принципе не в его характере. Он уже давно не подпускал к себе никого ближе протянутой руки с кольтом. Через пару минут Ричард принялся копаться в сумке мистера Ислингтона в поисках подходящей одежды для себя. Выбрал узкие джинсы и футболку. Лучше, чем ничего. И не сильно висит.
Но в одном он был прав. В плечах уже…

***
С того момента, как они поселились в старой заброшенной церкви, Рикки понял только две вещи. Первая – кладбище, это не так уж и плохо. В целом, если не думать о смерти, это даже вызывает чувство спокойствия. Вторая – если наступит конец света и на планете останется двое людей, то Джеймс не самая радужная компания.
В целом Рикки не чувствовал себя так уж ужасно, хоть и проводил много времени в одиночестве. Впрочем, обычно именно так проходили его обычные дни вне работы помимо бассейна, бега и регулярных тренировок. Вставал Рикки рано и начинал день с пробежки, пока Джеймс готовил завтрак. Через пару дней прекратился дождь, и Рикки открыл для себя новый способ славно проводить время. Он забирался на крышу церкви с книгой, которую раздобыл где-то на заброшенных пыльных полках в глубине храма. Сноровка и навыки паркура делали свое дело. Большая часть книг была уничтожены крысами, но что-то годное Ричард все-таки сумел раздобыть. Плюс ко всему он получил сигареты, за что поблагодарил Иисуса, распятого на кресте, который оказался более любезным ему собеседником на эти дни.
Ричард оставил всякие попытки познакомиться поближе с Джеймсом, ведь тот не очень то был разговорчив и предпочитал уединение. Но из бесед смог побольше разузнать об Алексе и о том, что собаку зовут Руди. Зато он отметил для себя, что мужчина очень даже неплохо готовит и, что ещё лучше, не жалуется на отвратительную стряпню Ричарда. Рикки никогда не готовил сам и не умел этого делать. Воспитываясь в богатой семье, в этом не было надобности.
Время тянулось долго. Казалось часы замедлили шаг, нарочно растягивая дни до тех пор, пока в храме не появился долгожданный гость. Он появился так неожиданно, что Ислингтону пришлось обнажить оружие. В это время Ричард сидел на дальней лавочке церкви и дочитывал «Белого кита» Моби Дика. Но видимо дочитать последние пару страниц ему не удастся.
Оставив книгу Ричард принялся наблюдать. Он сидел недалеко и всё хорошо слышал, даже напрягаться не приходилось. Лысый мужчина держал в руке два тщательно упакованных в пакеты для одежды костюма. Диор. Нетрудно было догадаться, для кого тот их принёс. Вроде модельный показ тут не планируется ещё ближайшие 1000 лет точно. Парень положил руки на высокую спинку церковной лавки перед собой и приветственно махнул мужчине. Когда Джеймс упомянул о том, чтобы его спрятать, Рикки усмехнулся. То говорил про напарников, а теперь решил избавиться? Какой непостоянный мужчина.
Последние слова гостя Рикки слушал с особым энтузиазмом. Похоже у Алекса есть план, как мистеру Ислингтону вылезти из дерьма, и сам Рикки был его частью. Но у него самого свои интересы, и он не собирался терять такую возможность. Оставив лавочку в покое Риччи приблизился к мужчинам, так как считал, что имеет право быть участником диалога. Взял паспорт Майкла Гранта и открыл его: фото с забавной его мордой. Где они умудрились взять это фото? Рикки даже нет ни в одной соц сети. В целом вызывает ощущение самодовольного пацана.
- А что, неплох, - прокомментировал фото, а потом принялся изучать свою легенду, которую Алекс любезно предоставил на планшете.
Майкл Грант. 28 лет. Единственный сын английского режиссера Бенджамина Мартина и оперной певицы Шарлотты Мартин. Воспитывался бабушкой в любви и строгости, так как родители часто были в поездках, отсюда чрезмерная любовь к роскоши, инфантильность и интерес к красивым раритетным вещам. Закончил частную школу с отличием, а также Римский Университет Изящных Искусств (RUFA). Майкл был популярным молодым художником современных искусств, его картины брали первые места в конкурсах и на выставках в Лондоне, Риме, Венеции. Эта популярность вывела его в свет. Однако это не совсем то, чем он хотел заниматься. Вскоре его стали приглашать в качестве фотомодели для популярных журналов, поэтому воспользовавшись связями Майкл вырвался в модельную индустрию в качестве модели, а вскоре и модельера. Сейчас Майкл работает модельером в модельном доме в Риме. В общении раскован, умеренно эгоцентричен, не терпит чужих прикосновений. Любит красивых людей и маленьких пуделей. С Джорджем Майкл познакомился на одном из модельных показов. Отношения развивались стремительно быстро, а в 2021 году они поженились.
Ричард оторвал взгляд от экрана планшета и посмотрел на обоих мужчин. Мистер Ислингтон как всегда безупречно вежлив. И так же безупречно демонстрирует, что Ричард ему мешает.
Молодой человек, у вас есть ко мне вопросы?
Брюнет откашлялся, мысленно прикидывая свою актерскую игру и сгорая от любопытства, насколько хорошо мистер Ислингтон сможет сыграть свою роль. Ричарда раздражают любые неясности и вопросы. Прежде, он умел читать чувства и мысли других людей, как раскрытую книгу, - для него не было от них никаких тайн. Рикки знал, как заставить сделать человека то, что ему нужно. Знал, какую струнку зацепить и на чем сыграть. Но не в этот раз.
Книга захлопнулась. Перед ним одна лишь обложка - с названием на незнакомом языке.
- Да, есть один. Вы же не думаете, что я готов работать бесплатно, мистер Холланд? Дело опасное и рисковое, - фальшиво улыбается, но говорит честно.
- Я согласен, но с маленьким условием. После успешной операции я бы хотел получить новые документы и билет на частный самолет до Чикаго, - Рикки открывает книгу и без угрызения совести отрывает ровный квадратик из форзаца. Записывает номер своего американского банковского счёта, который знает наизусть. Цифры он любит, как, собственно и считать деньги, а ещё ему нравится, когда они прилетают с большими нолями в конце. И чем больше, тем лучше. Счёт оформлен на имя человека, который умер много лет назад, но его смерть нигде не зафиксирована. Вообще это обычная практика, если знать, куда обратиться. Всего лишь нужно найти кандидата без родственников, заплатить хорошую сумму - и вторая личность у тебя в кармане. Под номером счета Рикки также записывает сумму.
- Обычно я не работаю без предоплаты, но для Мистера Ислингтона и для вас готов сделать исключение. Как никак, отчасти я вам обоим  обязан, - любезная и дружелюбная ухмылка расплывается на уголке губ. Бумажка отправляется в ладонь незнакомого мужчины.
- Это со скидкой. Думаю, вам ничего не стоит эта небольшая сумма, - как бы добавляет, намекая на свою щедрость. - Обычно я беру больше, но выбирать не приходится. Мне нужны деньги на первое время по прибытию в Нью-Йорк. Я даже дам себя за ручку подержать бесплатно.
Последнее говорит уже с игривой ухмылочкой, окидывая обаятельным взглядом мистера Ислингтона и подмигивает.
- Ну же, мистер Ислингтон. Расслабьтесь. Вам действительно повезло. Я могу быть Вам полезен.
Ричард подходит к Алексу, чтобы взять свой костюм.
- Этот? Благодарю.
Новые документы тоже оставляет при себе и направляется в сторону их крохотной комнатки. Нужно привести себя в порядок. Глубоко внутри он ощущал эйфорию. Ему действительно было интересно, что из этого выйдет. К тому же это играло ему на руку. Вероятно, как только всё закончится, он сможет покинуть эту страну и вернуться к своей старой непримечательной жизни.
***
Ричард выходит из церкви в новом образе. Уже темнеет. Костюм сел идеально. Откуда у Холланда данные о его размере? Похоже, вся эта приватность откатилась к черту. Никогда, никогда за всё время Рикки не позволял своему имени вылезти наружу. Он работал под псевдонимом Бродяги, от которого у людей определенных кругов мурашки расползались по коже. А что сейчас? В кого он превратился? Ему было тошно от самого себя.
Он стоял на счётчике. И ему на самом-то деле было бы плевать, если бы эти ушлепки, у которых он из-под носа увел несколько миллионов баксов, анонимно скинув их на благотворительные счета нескольких больниц, прессовали его. Здесь, как бы, другая страна, новые документы, все дела. Но вместо этого, эти сукины дети взялись за сестру друга Ричарда. В один из вечеров они внезапно нагрянули к нему в квартиру и прижав, в красках описали, что они с ней сделают, если не отработает то, что украл. Тонко, неимоверно тонко намекнув прикладом по морде, что даже если он подохнет, они все равно до неё доберутся и, как один из них сказал, развлекутся с её нежным телом. Вот такая реальность. Готов был убить их, но, как там говорят: «Щелчок предохранителя заменяет 40 минут воспитательной беседы». Вышло именно так. Рикки согласился. И это ещё не конец… это только начало.
Ричард выходит к дороге, то что он видит, заставляет Рамиреса на время утратить дар речи и застыть на месте каменной статуей. Он держит в руке сумку, которую ему вручил Джеймс и забывается. ОН стоит в нескольких шагах. Черное, переливающееся, хромированное чудовище… Почти живое… Сексуальное, как сама смерть…
Гладкие, обтекаемые, зализанные обводы тачки… так и хочется провести по сверкающему капоту языком… Мощные выхлопные трубы… далеко вынесенный передний бампер… Низкая посадка… он почти лежит на дороге.
Астон мартин. Двигатель объемом под 4000 кубов, 510 лошадиных сил. Одна из мощных тачек среди существующих. Все, о чем только может мечтать человек.
Джеймс стоял рядом с тачкой, и это делало картину ещё более безумной.
Иисусе… я, кажется, возбудился.
Мужчина бросает ключи Ричарду, и тот ловит их одной рукой, словно священный грааль.
- Ты поведешь.
- Да, чёрт возьми!
Он уже предвкушает все это – свист ветра в открытом окне, мелькающие замазанные пятная фонарей – и черная стена пустоты впереди. Облизывает губы в нетерпении.
Сумка отправляется в багажник. Джеймс, кажется, улыбается. Ричарду интересно, о чем он думает.
- О да, крошка, - завороженно произносит Ричард, ладони мягко оглаживают приятную кожу руля, нежно и с трепетом, словно самую лучшую свою любовницу. Здесь пахнет роскошью и адреналином. Сияющие глаза смотрят на Джеймса.
- Ну держитесь, мистер Ислингтон. Нужно ублажить эту красотку, - искренне счастливо улыбается.
Вечерняя автотрасса, редкие встречные машины проносятся по ту сторону линии, оставляя на сетчатке мгновенно исчезающий сполох фар. Астон мартин рычит в непрерывном оргазме, длящемся вот уже второй час. Ричард почти не чувствует рук. Не чувствует тела, избитого адреналином и внутренним неподдельным восторгом. Остановившийся взгляд не видит ничего, кроме Джеймса и серой ленты дороги, наматывающейся на мощные передние колеса. Голубоватые фары перстом тычут вперед, Ричард ловко лавирует среди машин, и даже этого недостаточно, чтобы разогнать тьму.
Навигатор требует повернуть с трассы через 1 км. До нужного места осталось совсем немного. Ричард снижает скорость и аккуратно поворачивает налево.
- Надеюсь, мистер Грант, вы будете мне хорошим супругом, - с полуулыбкой смотрит на мужчину. – Тогда я даже пообещаю вам быть послушным мальчиком. Но это не точно.
Адреналин и возбуждение всё ещё разгоняли кровь. Наверное, если бы не тот факт, что сейчас они напарники и у них дело, он бы предпринял попытку соблазнить этого мужчину. Прямо в машине.
Астон мартин грациозно скатывается с аккуратной дорожки в огромное поместье. Уже темно, но дом не спит. Из окон видны слащавые огни, они манят к себе, словно мотыльков на свет. Уже отсюда пахнет развратом и тщеславием. Ричард задумывается об одном важном вопросе. Они ведь не должны провалить дело, и любая мелочь сейчас очень важна. Для обоих.
Машина останавливается возле ворот, но ненадолго. Гранты здесь желанные гости, поэтому ворота приветственно открываются перед Рикки, и тот проезжает дальше, ища указатель в зону паркинга. Что ж, прогулка закончилась. Они аккуратно паркуются, после чего Рикки глушит мотор. На фоне все ещё тихо играет музыка.
Брюнет ещё возбужден, но ещё он взволнован от задуманного. Он слышит, как собственное сердце предательски ускоряет темп. Ненадолго прислоняется затылком к сидению, откидывает голову. 
- Знаешь, - он впервые обращается на ты, пробуя на вкус и привыкая. – Я хочу кое-что проверить, Джордж.
Взгляд косится на мужчину. Красивый, ухоженный, вызывающий уважение на расстоянии, - явно не лишен внимания со стороны женщин. Рикки всегда нравились такие люди, а от этого у него даже на расстоянии мурашки. Ах нет… это не из-за него. Просто из-за адреналина после поездки.
Рикки отстегивает ремень безопасности и наклоняется к мужчине, осознанно. Заглядывает в глаза и не отводит своих. Вот он, совсем близко. Всего пару сантиметров. Чувствует дыхание на своей щеке. Пальцы Рикки касаются скулы мужчины, следуя каждой клеточкой тела за притяжением. У него такого не было. Ему не с чем сравнить это, наверное, поэтому в голове так ярко взрываются миллионы звезд, даря ему совершенно иные чувства. Он даже не понимает, что так не должно быть, и, может, сопротивлялся бы этой нормальности, не будь ему так приятно.
Рикки неотступно смотрит на Джеймса. Тот не оттолкнул, но и не проявляет эмоций. Рикки вспомнил «Моби Дика». Белого Кита, которого он прочел недавно. Песнь о страдании человеческой жизни, пробирающая до костей, до мурашек по коже. Корабль, возможно, до сих пор плывёт по океану людских скорбей со своей командой выродков, ублюдков и людоедов, ища самое страшное чудовище, обитающее во вселенной - Страх. Чтобы убить его в самих себя! И знаете, что увидел Ричард сейчас? Ту значительную разницу между ним и собой.
У тебя нет страха.
Как море обнажает из своих глубин острые рифы, так Рикки знакомится с правдой каждый раз, когда хрупкий мир остывает, как трупы на поле битвы. Глаза Джеймса бескрайни, глубоки и неразгаданны. Он уже ловил не раз себя на этой мысли. Они не так примитивны, как многие из тех, что он видел, и его тело… зрелое, со шрамами и совершенное единовременно. Горячее и контрастное к его темным, зеркальным глазам, где отражается такой себе Ричард, мужчина с чужим именем и ненастоящий супруг Джорджа.
Рука заползает дальше, зарывается в волосы. В этом ведь нет ничего такого, он лишь решил проверить.
- В самом деле, глаза эти – окна, - цитирует предложение из Белого кита и накрывает губы мужчины влажным поцелуем. Скользит языком и проникает глубже, растворяясь. Рикки решителен, и ему нет необходимости просить разрешения. Оно ему и не нужно, даже если тот разозлится и снова наставит глаз своей пушки к горлу. Пусть.
В какой-то момент Ричард отстраняется и решительно смотрит.
- Хотел проверить, что тебя это не повергнет в шок, мистер Ислингтон. Уже неплохо, но стоит немного расслабиться. Мы все-таки уже больше пяти лет трахаемся вместе.
Ехидная улыбка исказилась на лице парня и тот поспешил выйти из машины. Нет, не потому что испугался. Просто нужно было остыть. Поцелуй ему понравился, он это смело отметил для себя. И это напрягло его, потому что он ждал обратного эффекта.
- Добрый вечер, господа, - Рикки так увлекся, что даже не заметил, как к ним приблизился молодой юноша, разодетый в стильную форму с фирменными знаками клуба «Ad Astra». И давно он тут стоит?
- Ты что, извращенец? – возмутился Ричард, якобы возмущаясь и проявляя характер, свойственный Майклу, что за их интимом только что подглядывали. – Джордж, ты это видел? Мы точно туда приехали? Что за неуважение?
- Простите, сэр, что поставил вас в неловкое положение. Я просто хочу помочь вам с багажом и показать ваш номер.
- Тогда чего стоишь столбом? Что нужно отнести в багажнике машины, с остальным сами справимся, - смотрит на Джеймса и игриво улыбается. - Вы готовы, мистер Грант? Я надеюсь, это будет самый незабываемый отпуск в нашей жизни.

+3

12

Алексу нравится этот парень Ричард Рамирес. С того момента как он назвал условия сделки. Деньги — это то, что хорошо понятно мистеру Холланду. Алекс соглашается на сумму. В конце концов, парень рискует. Нет, конечно, это очень опасное дело. Но Ричард рискует еще и тем, что понравится мистеру Ислингтону.
Алекс знает своего друга и надеется, что тот не влипнет во что-то ненужное им обоим. Хотя с другой стороны — это уже не его, Холланда, дело.

***
Ислингтон переодевается в шикарный черный костюм. Он не торопится и даже успевает побриться. Главное — это первое впечатление. Они должны выглядеть так, словно тут им самое место, никто не должен даже подумать, что они торчали 5 дней в церкви и ели консервы.
Джеймс придирчиво осматривает себя в небольшом зеркале на кухне.  Просто но со вкусом. Ислингтон сожалеет, что не может сейчас принять ванную.

Мужчина выходит в главную залу пустой церквушки и сталкивается с Алексом.
— Вещи я закинул. Давай, твой супруг ждет тебя. И кольца не забудь, — со смешком произносит Холланд и сует коробочку.
Джеймс серьезно кивает.
— Почему ты думаешь, что имеет смысл ехать туда? Столько дней прошло, они могли сбежать уже из этого борделя.
— Закрытого клуба, — поправляет его Холланд, — не думаю. Они взломали нашу систему, они думают, что они гении. Они не догадываются, что мы на них вышли. И они чувствуют себя богами, а это по моему опыту делает людей неосторожными.
— А если они знают, как я выгляжу и сбегут.
— Будем надеяться, что нет.  Но если что… то... придумаем другой план. Выбора у нас нет. Будь осторожен, Джеймс.
— Ты тоже, Алекс.

Джеймс выходит и встает рядом с машиной. Алекс привез Астон Мартин. Ислингтон переводит глаза на брюнета и замечает в его глазах детский восторг и радость, и возбуждение. О да, Джеймс хорошо его понимает.
Он помнит, как увидел похожую красотку много лет назад. Сколько ему было? 25? 27? Боже, как давно это было.
Джеймс рос в семье среднего достатка, после смерти отца страховка покрыла учебу в университете и только. А потом военная служба и боевые операции.
И после меня завербовали. Тогда наставник мне не дал повести, а я и не попросил ключи. Так и сидел рядом. Разве что не описался от восторга.

Ислингтон снова смотрит на Ричарда, и тут его заполняет какое-то странное нежное тепло. Оно поднимается от солнечного сплетения куда-то вверх к горлу. Мужчина нежно улыбается и объясняет себе это так: он такой же как я много лет назад. Это просто ностальгия.
— Ты поведешь, — произносит Ислингтон.
Мужчина бросает ключи сияющему Рамиресу. Ну, прямо как корги, разве что хвостом не виляет.
И снова это странное чувство нежного и чего-то теплого подступает к горлу.
Я просто соскучился по своим собакам.

— Ну держитесь, мистер Ислингтон. Нужно ублажить эту красотку,
Мужчина хмыкает согласно и садится в машину на пассажирское сидение.
Всю дорогу Ислингтон искоса поглядывает на брюнета. Он действительно ничего. И костюмчик ему идет. Будь я безрассуднее и будь ситуация другой я бы его соблазнил, но не то время, не то место и не те обстоятельства.
“Как хорошо ты врешь себе, обстоятельства-то как раз располагают, чтобы получить его задницу”, —- издевательски напоминает внутренний дьявол.

***
— Надеюсь, мистер Грант, вы будете мне хорошим супругом, тогда я даже пообещаю вам быть послушным мальчиком. Но это не точно.
Засранец.
Джеймс внутренне улыбается, но внешне сохраняет серьезность и ничего не отвечает.

Через некоторое время они подъезжают к огромному поместью в лучших традициях Англии. Джеймс догадывается, что содержание такого дома обходится недешево, вот и приходится сдавать его. Или владельцы также и члены клуба? Надо бы узнать. Интересно, сколько Алекс заплатил за билеты?
Джеймс касается внутреннего кармана пиджака, где лежит его паспорт.

Джордж Грант,  44 года, был женат, есть двое детей от первого брака. Развелся, потому что жена узнала о его тайной жизни, а именно: связи на стороне с молодыми мальчиками.
Спасибо, Алекс.
В Америке свой бизнес — покупает и продает предметы искусства и антиквариат. Пять лет назад он случайно встретил Майкла  и… буря, искра, безумие. И вот они уже в браке пять лет. И это был крепкий брак до одного момента.

Ислингтон дочитывает досье на Джорджа до конца и фыркает. Он переводит взгляд на Ричарда-Майкла, тот увлеченно паркует автомобиль, высунув кончик языка.
Как мило.
Джеймс стирает всю информацию с планшета и кладет его сзади.

Ислингтон выжидающе смотрит на Рамиреса, тот, кажется хочет что-то спросить.
- Знаешь, я хочу кое-что проверить, Джордж.

Джеймс, кажется, догадывается что, но ему все равно интересно узнать, как это будет выглядеть. Ричард наклоняется к нему, произносит что-то романтическое про глаза и окна (это какой-то молодежный ход?) и целует его.
Ислингтон не отталкивает, не сопротивляется, но и не отвечает. Мужчина даже не закрывает глаза. Он наблюдает.
Так-так, малыш берет все в свои руки.

Губы Ричарда мягкие и хотя в нем так много дерзкого запала, мужчина чувствует, что есть и какая-то робость в этом поцелуе. И это подкупает. Чертовски подкупает.
“Да он просто не целовался никогда со стариками вроде тебя,” — язвит внутренний голос.
Ислингтон ощущает у себя во рту язык брюнета и наслаждается инициативой и напором Рамиреса.

Через некоторое время Рамирес отрывается от его губ, и Джеймс внимательно смотрит на Ричарда,  а потом замечает ехидство и хитринку во взгляде.
— Хотел проверить, что тебя это не повергнет в шок, мистер Ислингтон. Уже неплохо, но стоит немного расслабиться. Мы все-таки уже больше пяти лет трахаемся вместе.
Щенок. Ладно, хочешь поиграть?
Ислингтон хмыкает и довольно улыбается вслед Ричарду, который выходит из Астон Мартина.
Черт, а он мне нравится.

Джеймс достает из кармана два обручальных кольца ( те, которые не подошли при примерке, Алекс забрал с собой) и надевает свое.
Мужчина покидает автомобиль и подходит к Ричарду. Он не обращает внимание на его слова персоналу, встает вплотную и шепчет на ухо:
— Майки, ты забыл надеть кольцо. Неужели тебе наплевать на наш брак?
Ислингтон улыбается, в глазах пляшут чертики. Он берет руку брюнета, крепко сжимает ее и надевает кольцо, смотря в глаза Ричарду.
— Ты только мой, Майкл, запомни это. Без моего разрешения тебя не получит никто.
Джеймс усмехается и переплетает пальцы Рамиреса со своими. Ислингтон тянет брюнета за собой ко входу в поместье.

Они проходят 5 или 6 футов по красивой ухоженной дорожке, а затем входят внутрь через открытую большую дверь, обитую металлом.
В шикарном огромном холле в безупречном английском стиле (деревянный резной декор, украшающий потолки и стены, и обязательно огромный камин) их встречает улыбчивая брюнетка в черной кожаной строгой юбке и черной шелковой блузке. Никакой вульгарности, лишь сексуальность закрытого образа.
Ислингтон снова улыбается и залипает на несколько секунд на ее пухлые накрашенные красной помадой губы.
— Джентльмены, рада приветствовать вас в нашем клубе “Ad Astra”. Меня зовут мисс Ри, и я буду вашим личным ассистентом на время вашего пребывания в клубе. Если у вас будут вопросы, всегда обращайтесь ко мне смело. Я устрою вам небольшую экскурсию, но чуть позже. А пока покажу ваш номер. Ваш багаж уже там. Пройдемте к стойке регистрации, нужны ваши паспорта. Также скажу, что у нас идеальная система защиты данных. Вам нечего бояться.

Джеймс следует за мисс Ри к стойке регистрации, протягивает паспорт и ждет, когда его вернут обратно.

Затем Ислингтон следует за брюнеткой на второй этаж. Мужчина нежно приобнимает Ричарда за талию, когда они поднимаются по ступеням, а после отпускает его.
— Вы выбрали очень хорошую неделю. Много знаменитостей сюда приехали со своими супругами. Каждый день недели мы посвящаем какому-то греху.
— Унынию тоже? — интересуется Ислингтон.
— На день уныния у нас грандиозная оргия, — отвечает их проводница.

Мимо Ислингтона и Рамиреса проходят  мужчина и женщина, и женщина без стеснения плотоядно осматривает Ричарда с ног до головы.
Мисс Ри грациозно движется далее по коридору второго этажа. В самом конце она показывает на дверь и  как бы жестом говорит, что это их номер. Ислингтон прикладывает стильный браслет, выданный на ресепшн, и открывает дверь. Мужчина заходит внутрь комнаты, их багаж уже лежит на месте.
— Не переживайте, это я впустила персонал. Я отвечаю за весь второй этаж, правое крыло. И только у меня есть доступ. И, разумеется, только на экстренный случай. Я не буду вам мешать, и нам запрещено вступать в сексуальные контакты с гостями. На вашем этаже только четыре номера, так что никто никому докучать не будет. Идемте.

Мисс Ри ведет их по номеру, состоящему из пяти огромных комнат. Брюнетка останавливается в каждой из них.
— Эти комнаты гостиные… если вы хотите что-то особенное из еды, то дайте мне знать. Нажимайте на эту кнопку, и к вам сразу придут. А тут две ванные. В каждой ванной джакузи, и ванная, и душ. И вот ваша спальня.
Ислингтон осматривает спальню и огромную кровать с балдахином. Удачно,  мешать друг другу не будем.
— Могу я вас спросить. Вы у нас первый раз. Почему решились?
Джеймс останавливается, бросает взгляд на кровать, словно ему неловко и произносит.
— Дело в Майкле. И в том, что я застал его с его моделью. Парнем. Он стоял на коленях перед Майклом и сосал ему.
Согласно досье Алекса.
Джеймс-Джордж снова замолкает и не смотрит на своего супруга.
— Ясно, — бросает брюнетка.
— Мы уже проработали это с психологом. Вместе пять лет, чувства поутихли. И я подумал, что если мы кого-то подыщем Майклу, и это будет легально… скажем так.. не у меня за спиной, то все наладится. 
— Может быть, я смогу вам помочь. У нас есть несколько пар, где возраст неравный, и, возможно, они тоже ищут молодого любовника равного по статусу и положению в обществе и на постоянной основе.

Джеймс думает, что как грустно они с каким-то стариком будут надрачивать на двух трахающихся молодых парней,  и искренне жалеет Джорджа.
Нет уж, молодым место с молодыми. Поразвлечься можно, а вот в серьезные отношения вступать не стоит. Джордж Грант просто идиот.
— Я был бы вам благодарен, мисс Ри, — грустно отвечает Джордж, не озвучивая мысли Джеймса.

Брюнетка ведет их в еще одну комнату, но перед тем как открыть ее, она останавливается и произносит:
— Завтраки мы доставляем в номер, обеды и ужины есть ресторан. По желанию в номер. Сотовыми можно пользоваться, но, — и тут она плотоядно усмехается, — на этаже Андеграунд.. он же этаж Эрос… пользоваться ими запрещено. Работает с 11 вечера до 6 утра. Если хотите какие-то вещества, то дайте знать. Достанем высшего качества.
Мисс Ри толкает дверь и проходит в белую комнату. Ислингтон следует за ней. В комнате изысканная, но простая кровать. Четыре специальных столбика по краям.
— Для любых ваших утех.

У стен стоят шкафчики. Джеймс поднимает голову вверх и замечает, что в потолок вкручены кольца, а с них свисают веревки. В круглой большой чаше, стоящей на столике, лежат упаковки презервативов разных размеров.
Брюнетка подходит к шкафчикам и открывает их, демонстрируя имеющиеся там игрушки для взрослых. Все в упаковках.
— Тут вы найдете все, что душе угодно. Но советую попробовать вот эту анальную пробку с вибрацией. От нее многие в восторге. Опять-таки, если хотите чего-то особенного, то дайте знать.

Джеймс, который до этого момента обнимает Ричарда за талию, коварно улыбается и целует брюнета в щеку. Мужчина скользит рукой вниз, кладет руку на задницу Рамиреса и властно сжимает ягодицу.
— А нет ли у вас латексного костюма с молнией прямо на заднице. Майкл просто обожает, ну вы сами понимайте… — слегка смущенно произносит Джордж и снова  призывно сжимает зад супруга.
— Меня не стоит стесняться, — заверяет мисс Ри Джорджа, — найдем. Принесу вам сегодня вечером. Если нужен будет кляп, то он в самом правом шкафчике, вторая полка.
— И еще ушки, мохнатые ушки котика, на ободке. Ты же их обожал, правда дорогой? Помнишь как мы играли в нашу первую брачную ночь? -- не унимается Ислингтон, поглядывая на Рамиреса и давая ему понять, что всего лишь играет роль Джорджа.
— Вечером будут, — серьезно отвечает мисс Ри.
Она относится очень ответственно к своим обязанностям. Звонит сотовой, брюнетка смотрит на экран, но не отвечает.
— Прежде чем покинуть вас, скажу, что на столике в спальне лежат две броши: рубиновые треугольники в обрамлении платины. Носите их. Это ваши имена здесь. Рубиновые треугольники. Если вы захотите кого-то к себе, то можете договориться и через меня. Просто назовите опознавательные броши. Они у каждого гостя. Позднее я приду за вами и покажу вам все поместье.  Позовите меня, как будете готовы.

Брюнетка выходит и оставляет Джеймса наедине с Ричардом в белой комнате. Ислингтон переводит взгляд на брюнета. Ему давно пора убрать руку с задницы (с отличной задницы), но мужчина задерживает ее там чуть дольше, чем этого требует ситуация.
Джеймс лукаво улыбается и касается костяшкой пальца щеки Ричарда.
— Нужно побриться, милый. Тут такой дресс-код. И целоваться намного приятнее.
Ислингтон смеется и отходит от брюнета. Уже в дверях он, не поворачиваясь, бросает:
— Также нужно исследовать поместье и людей. Никакого плана нет. Будем импровизировать и надеяться, что удача нам улыбнется. 

Джеймс задумчиво шагает в сторону ванной. Он выбирает для себя правую от спальни и не спеша включает краны с теплой водой. Немного расслабиться ему точно не повредит.

+3

13

- Майки, ты забыл надеть кольцо. Неужели тебе наплевать на наш брак?
Упс… Как же я мог забыть о важном?
Брюнет замер, когда мужчина подошел почти вплотную и надел на безымянный палец фальшивое дорогущее кольцо с гравировкой по внутреннему тонкому ободку "вместе навсегда".
Как трогательно.
Ричард мысленно усмехнулся и отметил для себя, что его кольцо в отличие от пары несколько тоньше и изящнее. Тем лучше. Рикки никогда не носил кольца, и когда Джеймс насадил его на палец, то почувствовал его непривычную тяжесть.
- Ты только мой, Майкл, запомни это, - Ричард смотрит в глаза мужчине. – Без моего разрешения тебя не получит никто.
Брюнет отмечает для себя, что глубоко в груди что-то кольнуло. Если бы он не был в курсе, что это лишь актёрская игра, он бы точно поверил.
А мистер Ислингтон умеет удивлять.
На секунду его охватила тревога, что что-то не так.
- Конечно, Джордж, - Рамирес улыбается, когда мужчина его тянет к главному входу в особняк. Скорее всего это огромное здание некогда было родовым гнездом благородных графов. Уже издалека от него веет незаметным, сладким ароматом, кружащим голову. Запах страсти и невинности, запах созревших плодов из прошлого – всё это вперемешку с опавшими влажными листьями. Рикки жадно вдохнул воздух, прислушиваясь. Словно бы он попал в другой мир. Совсем другой, так отличавшийся от внешнего. Уже издалека можно было услышать чужие голоса и музыку. Предвкушение стекало волной вниз по спине, и движения Рамиреса становились обманчиво мягче, зрачки хищно сузились. Неудивительно, что людей сюда манит, как мотыльков на огонь. Есть в этом месте что-то необычно заманчивое.
Холл встретил новых гостей неподдельной роскошью и очарованием английской культуры.
Рамирес ненадолго задержал взгляд на декорациях. Похоже интерьер холла его привлекал больше, чем дама в черных одеяниях. Рикки последовал примеру Джемса и подал свои документы. Позже он отметил для себя, что мужчина не отпускает его ни на миг. Мысленно он принимает, что это всего лишь игра в женатых влюбленных друг в друга мужчин со своими проблемами застойного сексуального периода. А с другой… для него это ново. Лишь от легкого прикосновения по телу Рикки пробегает неконтролируемый холодок.
Твою ж мать…
Он был уверен, что для него это будет ничуть не сложнее, чем войти в образ умного ботаника или отсталого в развитии странного паренька. Впрочем, играть роль – это полдела, а вот заставить собственное тело оставаться спокойным – другое. К сожалению, в данном случае не в пользу Рикки оно решило жить своей жизнью, предательски реагируя на прикосновения мужчины, от которых брюнет натягивал странную ухмылку, глядя на своего спутника с обожанием, пока мисс Ри ловила его взгляд во время небольшой экскурсии.
Оказавшись в их номере Ричард едва ли не удержался, чтобы не ахнуть. Несмотря на состояние отца, он не имел возможности окунуться в ту роскошь, которая сейчас завладела его глазами. Несмотря на возраст этого поместья, номер был переделан в современном стиле, при этом сохраняя старые английские традиции.
Ричард не вступает в диалог, отдавая эту роль полностью мужчине. И, похоже, он неплохо справляется, когда речь зашла о том, как Джордж застукал Майкла с моделью, Рикки нервно рассмеялся, словно бы ему до сих пор стыдно за этот поступок.
- И я об этом сожалею.
- Ясно, - лицо у пухлогубой женщины такое, словно бы это не самая печальная история, которую она когда-либо слышала. И даже слова Мистера Гранта о том, с какой истинной целью они сюда приехали оставила лишь на лице Ричарда улыбку. А что ему ещё оставалось? Он же мистер Грант и приехал в это место, чтобы укрепить брак. Он не должен отходить от легенды. Даже когда они попадают в белую комнату, на лице Ричарда сохраняется спокойствие. Только может зрачки немного расширяются от глубокого скрытого восторга от увиденного – так просыпаются маленькие демоны внутри человека. Любопытство накрывает с головой, словно снежная волна лавины и уносит…
- Джордж, это потрясающе… - молодой супруг изучает комнату, демонстрируя неподдельный интерес к комнате и предметам, которым мисс Ри уделяет внимание. Рикки едва ли полностью может выдохнуть, когда губы мужчины касается его щеки. Вообще это все странно. Ему кажется это действительно странным, что такие мелочи вскруживают голову. Потому что это даже не игра, это настоящее, неподдельное, и глаза сверкают от любопытства, ведь прежде он не сталкивался с этим. Тусклое освещение падает на лицо мужчины рядом и этот душераздирающий аромат, который от него исходит, а потом… вишенка на торте. Ладонь мужчины сжимает ягодицу.
- А нет ли у вас латексного костюма с молнией прямо на заднице. Майкл просто обожает, ну вы сами понимайте…
Охренеть...
Рикки чувствует, как у него волосы встают дыбом от возмущения.
Чёртов Джеймс… можно ведь и не переигрывать…
- И еще ушки, мохнатые ушки котика, на ободке. Ты же их обожал, правда дорогой? Помнишь как мы играли в нашу первую брачную ночь?
Рамирес ловит этот взгляд, всячески скрывая возмущение, а потом улыбается, глядя на их личного ассистента.
- Да… - улыбается ей, как бы подтверждая слова Джорджа и продолжая игру. – Мой дорогой супруг обожает собак, но я все-таки настоял на котике. Иначе я бы никогда больше не смог смотреть на Микки не возбуждаясь. Да, милый?
Ненадолго повисла пауза, когда Майки хищно посмотрел на Джорджа, забавляя своих внутренних демонов.
- Микки - это мой маленький пудель, он не смог приехать с нами, так как мы его отправили на курорт для собак, - как бы объяснил мисс Ри, чтобы у той не возникло вопросов.
Вскоре девушка уходит и дверь закрывается, наконец, Ричарду можно расслабиться. Но вот только мужчина рядом по-прежнему не убирает руки и от него чертовски классно пахнет. Поэтому расслабиться не получается. Напротив… рука мужчины соблазнительно касается его лица. Его это несколько пугает.
Он что? Серьезно?
Рикки напоминает себе о том, что это всего лишь часть игры. Но мысленно он не может признаться себе в том, что ему чертовски нравится то, что мужчина выкидывает. Возможно, это всё атмосфера этого места. Она словно наркотик.  Рикки был готов поверить в то, что всё по-настоящему. Мистеру Гранту идет быть таким. Поэтому неудивительно, что сейчас Рикки стоит и глазеет, пытаясь своим затуманенным мозгом запомнить этот момент.
Нужно побриться, милый. Тут такой дресс-код. И целоваться намного приятнее.
Мужчина смеётся и отходит.
Он заметил… дерьмо.
Снова эта косточка, противно застрявшая в горле и создающая проблемы. Он вспоминает его у машины и то, как сильно был впечатлен. Красивый. Он или это тачка рядом с ним? Рикки признается себе, что мужчина ему не по зубам. И он не может объяснить себе это чувство, но он уже встречался с людьми сильнее его, при этом ощущал только желание скрыться и не возникать, чтобы не получить болезненный урок. Мистер Ислингтон явно не из простых. И сейчас играет на руку то, что они на одной стороне. И сбежать, поджав хвост, он себе не позволит.
Мужчина останавливается в дверях, и Рикки пользуется моментом. Решительно подходит и ловит его запястье, легко касается губами ладони едва ощутимым поцелуем.
- Как скажешь, папочка, - заглядывает в темные глаза и иронично улыбается.
Пожалуй, странно, да, - необъяснимая ревность. Или отторжение. Он не хочет быть похожим на кого-то типа Майка, повторять чью-то игру, быть разменной монетой в чужих руках. Он хочет быть собой. Поднимает голову выше, давая своей гордости волю. Тот смотрит на него не долго, но глубоко, изучая и испытывая, а потом уходит. Рикки молчит, провожая взглядом, и чувствуя возбуждение.
Нужно смыть это с себя… срочно…

***
Хлёсткие горячие струи воды бьют по коже, кусают рассерженными осами. Рикки чувствует, что понемногу расслабляется. После пяти проведенных дней в заброшенном здании, эта ванная комната кажется райским уголком. Душ сейчас – это именно то, что ему нужно. В голове слишком много мыслей, взвешивает то, что с ним происходит. Душевая большая, пар облаком окутывает все тело. Здесь и зеркало во всю длину от пола до потолка. Отходит и смотрит на себя… Как бы ему не хотелось признавать, но Джеймс прав. От грубой щетины придется избавиться. Достает бритву и гель для бритья. Через несколько минут на него в зеркало смотрит парень моложе лет на пять. По сравнению с агентом у него не настолько развита мускулатура. Впрочем, от него это никогда и не требовалось, ведь большее предпочтение Ричард отдавал выносливости, а чтобы обездвижить несколько человек было достаточно быть быстрым и использовать окружающие предметы.
Вода стекает с налипших на щеки прядей, стекает по груди, по животу, тонкими ручейками устремляясь к паху. Он возбужден и ничего не может с этим поделать. Мысленно корит себя за то, что сравнил своё тело с телом мистера Ислингтона, потому что перед глазами всплывает его образ. Глаза в глаза с собственным отражением, суженные зрачки – точки. Упирается одной рукой о зеркало, другой начинает мастурбировать. Глаза закрываются, лоб прислоняется к мокрому прохладному стеклу. Рикки не видит, что делает там, внизу, его правая рука. Дыхание сбивается… тело требует разрядки. Стук сердца ускоряется, почти отдает в виски.
Жар и холод попеременными волнами прокатывается по коже, плоть чувствительна и сладко изнывает от удовольствия. В паху нарастает напряжение, как будто Рикки насквозь проткнула раскаленная проволока.
И…
Рвется, наконец.
Сперма выстреливает прямо в зеркало. Ещё несколько мгновений задыхающейся неподвижности.
- Чёртов мистер Грант… - усмехается, ощущая, как нега приятно растекается по телу после оргазма. Споласкивает с себя остатки его самоудовлетворения, а потом выходит, отворачиваясь от себя в зеркале.
Напоследок чистит зубы. Всё. Можно уходить.
В ванной висит полотенце и белый халат. Вытирается досуха, а потом надевает халат. Понимает, что ещё не время расслабляться, и их с Джеймсом ждёт очередная экскурсия. По крайней мере подрочил. Надеется, что этого будет достаточно, чтобы усмирить собственное тело. Нельзя позволять внутренним демонам выйти наружу.
- Джордж? – брюнет выходит, тщательно просушивая беспорядочные волосы полотенцем. – Милый, ты где?
Выходит в одну из комнат, где оставил одежду. Находит для себя неуютной тишину в этих огромных стенах, которая, кажется, сдавливает.

Отредактировано Richard Ramirez (13 Сен 2021 00:24:13)

+3

14

Джеймс вытирается насухо большим махровым полотенцем. Он хотел полежать в большой уютной ванной, но потом передумал и быстро закрыл краны с водой. Мужчина хотел бы насладиться этим процессом, но если у них в планах экскурсия, то стоит поторопиться.

Ислингтон тем немее долго принимает душ, позволяя себе нежиться под теплыми струями воды, и ни о чем не думать.
Их комнаты выдержаны в английском интерьере, а вот ванная комната современная, удобная и весьма изысканная -  мраморные стены в сочетании с ониксом, позолота на других аксессуарах, огромное зеркало.

Ислингтон надевает белый махровый халат и взгляд его падает на ладонь, а именно туда, куда поцеловал его Ричард. Джеймс прекрасно понимает, что это бравада, что так парень показывает зубы и совсем не злится.
Папочка, значит. Ну, и засранец.
Мужчина читает Рамиреса как открытую книгу, даже когда он играет и выделывается. Жаль, что дорожка его вывела не туда, куда надо. Закончил бы колледж, устроился бы на хорошую работу, а так сдохнет и все.
Джеймс осознает, что это виноват он сам. Он спровоцировал парня. И зачем? Чтобы показать, что он круче? Стыдно, мистер Ислингтон, вам должно быть стыдно. Играйте не с той весовой категорией.
“Но тебе ведь нравится, как он смотрит на тебя?” — невинно интересуется внутренний голос.
Не твое дело.
“Льстит твоему самолюбию, да, мистер Ислингтон?”
Я же сказал. Заткнись.

***

В главную дверь их номера, состоящего из анфилады комнат,  стучат, и мужчина спешит, чтобы открыть ее. Ислингтон видит перед собой невысокого молодого человека.
— Ужин, мистер Грант. Вы не успели ко времени, и мисс Ри попросила привезти его вам.
Ислингтон опускает глаза на металлическую тележку, ручку которой сжимает усатый парень.
— Проходите.
— Благодарю. Желайте, чтобы я помог сопроводил ваш ужин?
— Нет, спасибо. Я сам справлюсь и поухаживаю за мужем, — отвечает Ислингтон.

Джеймс закрывает дверь и идет следом за молодым человеком в одну из комнат. Тот определенно знает, куда идти - какая из комнат у них столовая.  Парень не теряя времени начинает сервировать стол. Он деловито сообщает:
— На ужин петух в вине по-французски, рыбная сковорода по-марсельски, салат Нисуаз, белые трюфели из Северной Италии, на десерт инжир, запеченный с сыром, экзотический фруктовый салат и Сандей «Frrrozen Haute Chocolate» из 14 видов какао-бобов со съедобным золотом… восхитительный шоколадный десерт....Ах да… редчайшая икра Strottaga Bianco… это комплимент от нашего клуба…  подается в золотых контейнерах… и вино… Шато Латур, оно одно из пяти лучших бордоских вин…
Молодой человек благоговейно ставит бутылку вина на стол.
По нему видно, что парень профи - он знает толк в еде, сервировке и вине, поэтому Ислингтон внимательно слушает и кивает. Ему нравятся увлеченные люди, а этот молодой человек именно такой.
Интересно, где Ричард? Что он там, уснул что ли в ванной?

Ислингтон провожает служащего до дверей, когда тот заканчивает сервировку,  и буквально на пороге сталкивается с молодой блондинкой в строгом костюме из синей кожи. У нее в руках коробки.
— Это по вашему запросу, от мисс Ри, — сообщает она и протягивает Джеймсу коробки.
Ислингтон берет их и закрывает дверь. Мужчина ставит коробки на небольшой диван и открывает верхнюю. Там лежит черный латексный костюм. Ислингтон почти на половину вытаскивает его из коробки. Его взгляд падает на то место, где находится молния.
Мужчина шумно вдыхает носом воздух и сжимает латекс между пальцев так, что фаланги белеют от напряжения.
Джеймс представляет, как  плотно костюм будет облегать тело Ричарда - сильное, выносливое, но достаточно сухощавое и изящное.
“С ним можно будет сделать все, что хочется, все, что вы захотите,” — подкидывает внутренний демон.
Джеймс прикусывает нижнюю губу и не замечает этого, поглощенный внезапно вспыхнувшими эротическими фантазиями перед глазами.
Нам нужны в этом номере правила.
“Это тебе нужны правила, мистер Ислингтон, это у тебя проблемы,” — смеется внутренний голос.
Мне просто нужно потрахаться, не думаю, что это будет здесь большой проблемой… найти кого-то.

Ислингтон укладывает костюм обратно в коробку и несет всё в белую комнату. Это была всего лишь шутка со стороны Джеймса попросить мисс Ри добыть этот костюм, но сейчас мужчина вынужден признать тот факт, что еще бы чуть-чуть и у него бы встал.
Джеймс небрежно ставит коробки в белую комнату, выходит и  слышит голос Рамиреса.
- Джордж?  Милый, ты где?
А позже и натыкается на самого парня.
Ислингтон бросает взгляд на Ричарда. Он не собирается рассматривать капли на его шее и лохматые волосы, но отводить взгляд не в его стиле. Поэтому мужчина смотрит исключительно в глаза брюнету и строго говорит:
“Ну-ну, полегче с мальчиком. Он не виноват, что у тебя встает на него,” — не унимается насмешливый внутренний голос Джеймса.
— Ричард, внутри номера нет нужды играть роль. Мы ведем себя как обычно. Вне номера мы тоже можем вести себя более или менее сдержанно. Достаточно просто держаться за руки. Я извиняюсь за то, что слегка провоцировал тебя в белой комнате. Хотя в этом не было необходимости. А теперь я был бы тебе благодарен, если бы ты оделся, и мы бы пошли ужинать. А то все остынет. Благодарю тебя.
“Разговариваешь с ним как его отец, Джеймс, правильно выстроенная дистанция, конечно, поможет,” — смеется дьявол внутри него.
Если ты не заткнешься, я пущу себе пулю в висок!

Сам Ислингтон также следует своему совету. Он надевает вместо махрового халата домашние шерстяные брюки в клеточку и темную рубашку. Если они не ужинают в обществе, то можно позволить себе и попроще одежду.
Мужчина возвращается в комнату-столовую, садится за круглый стол из красного дерева. Он рассчитан на четверых, но их двое. Стулья стоят друг напротив друга, и Джеймс садится напротив Ричарда.
Еда стоит на подносах под тяжелыми металлическими крышками, и так как Рамирес не леди, то Ислингтон не видит проблемы в том, чтобы брюнет поухаживал сам за собой. Единственное, что делает мужчина —  это наливает им обоим красного вина в бокалы.
— Налетай, Ричард,  попробуй петуха по-французски… очень сытно,  — с мягкой улыбкой произносит Джеймс, наблюдая за парнем.
Чтобы не молчать весь ужин, мужчина решает предложить Рамиресу беседу. Ислингтон выбирает для себя пока белые трюфели и салат Нисуаз и делает осторожный глоток из бокала с вином. Мужчина молчит несколько секунд, смакуя напиток, а потом  чинно-занудно произносит.
— В комнате ты назвал меня попочкой Ричард. Я не сержусь. Я и правда, наверное, в возрасте твоего отца..
“Хахаха, только если ты заделал бы его в 15-16 лет,” — насмехается внутренний демон.
Пуля!
— Я был бы рад поговорить о твоем детстве, мне интересно, что ты за человек. И как вышло, что ты стал заниматься тем, чем ты занимаешься. Давай сделаем так. Этот ужин посвятим беседе о тебе…  а следующий, если тебе интересно, я расскажу о себе. Ничего такого, я не лезу в душу, просто мне интересно. Ты не выглядишь, словно всю жизнь жил в нищих районах, я наблюдал за тобой… и знаю из твоего досье. Так как же так вышло, Ричард?

***
После ужина мужчина переодевается в вечерний смокинг. “Нужно снова переодеться, для экскурсии, Ричард. Нет, не делай такое лицо. Нам придется соответствовать,” — минутой ранее произносит Ислингтон.

Он как всегда в черном смокинге и в белой рубашке. Классический вариант, который будет актуален всегда.
Алекс хорошо знает его вкусы, поэтому в черном чемодане из крокодиловой кожи Джеймс находит свой парфюм от Tom Ford. Ислингтон знает этот аромат — дорогой, богатый, кожаный словно новенький салон роскошного спортивного авто.

Мужчина тщательно закрывает дверь одной из комнат и прислушивается — Рамирес, кажется, все еще в их спальне. Ислингтон не хочет, чтобы брюнет услышал этот разговор. Джеймс аккуратно набирает Стю (и плевать, что там Алекс говорил, ему просто надо проверить, как там корги и тренировки)
— Стю, это я.
— У вас незнакомый номер.
— У меня некоторые проблемы…
— Да, ваш друг говорил, что предприятие обанкротилось и приходится считать убытки.
— Все так Стю. Как у нас дела?
— Ну, я присматриваю, мы тренируемся. Мою девушку впечатлил ваш дом! Спасибо, что дали провести свидание у вас.
Алекс.
— Руди и Сэмми постоянно тренируются. Отличные шансы на победу.
— Супер!
— Это хорошая новость. А плохая…
— Плохая…
-- Вчера мы встретили корги Рекса и мистера Дугласа. А сегодня с утра нам позвонили из корги-клуба “Эл Эй Роял” и… в общем… они думают, что вы подкладывайте им в еду допинг!
— Что?!
— Да, и пришлют проверить и поговорить с вами. Но я сказал, что вас нет…  я могу, если хотите сам встретиться с ним или ней…
— Конечно хочу! Чертов Дуглас! Это точно он подговорил их. Следи за этим представителем, чтобы он ничего не подсыпал и ничего случайно не нашел в их корме! Понял? И сразу скажи этому представителю, что у меня по всему дому камеры!
— Так точно, мистер Ислингтон! Не нервничайте!  Простите… мне мама звонит… мне надо ответить…
Джеймс завершает звонок и возмущенно фыркает. Этот Дуглас не остановится не перед чем! Черт, а я тут! Ну, почему так, а?
Ислингтон вдыхает и выдыхает и дает себе успокоиться. Не стоит бояться, все пройдет хорошо. Он же не подкладывает им допинг!
“Ой, как смешно, наемный убийца, который хладнокровно убивает людей, переживает из-за корги и соревнования!”
Тебя не спрашивают.

***

Джеймс, придирчиво осмотрев свой вечерний образ в зеркале,  нажимает на кнопку и вызывает мисс Ри. Та появляется в их номере спустя пять минут. Все также неизменно одета в свой черный строгий сексуальный костюм. Мужчина быстро пробегается взглядом по ее бедрам, плотно обтянутым юбкой-карандашом.
— Мы с Майки готовы к экскурсии, —  произносит мужчина и мягко смотрит на своего мужа.
— Мистер Грант, могу я просить отложить вас экскурсию? Дело в том, что у нас возникли небольшие накладки, которые я хочу решить. Но я также лично хочу провести вам экскурсию. К тому же с утра это будет сделать куда приятнее. Рядом с поместьем, на территории, тоже есть особые помещения, которые я бы хотела вам показать.
— И что вы нам предлагайте? — немного высокомерно-разочарованно спрашивает Джордж, он не любит, когда нарушают его планы.
— Я провожу вас в Синий Зал. Там танцы и легкие коктейли. Гостей немного, некоторые придут сразу в Андеграунд, но с кем-то вы можете познакомиться. И…  уже узнала… там будут изумрудные бабочки. Это пара, у нее те же желания…  что и у вас… я рассказала им о вас, и они хотят познакомиться…
Черт, еще не хватало.
— Я рад. Что же, так и поступим, — отвечает Джордж, но за руку не берет Майкла.
Сдержанно, значит, сдержано.

***

Мисс Ри провожает чету Грант в Синий Зал. Гостей не так много. Человек 40. Оркестр играет Моцарта, несколько пар танцуют. Ислингтон чувствует, как все взоры устремляются на них. Джеймс берет Ричарда за руку. Он делает это скорее неосознанно — многие мужчины в возрасте Ислингтона смотрят на брюнета.
Джеймс ведет Рамиреса к бару и заказывает два мартини. У стойки сидит пара. Он — молодой парень лет 19-20 модельной внешности, ей под 50, худощавая, ярко и эксцентрично одета в брючный костюм от Вествуд. Седые волосы уложены в высокую прическу.
— Лоренцо, — сразу представляется модель, уставившись на Джеймса,  — а это моя жена Глория.
Глория протягивает руку  и пожимает руки Майкла и Джорджа.
— Джордж, и мой супруг Майкл…
Ислингтон быстро бросает горячий взгляд на красную кружевную рубашку Лоренцо, через которую видны проколотые соски. Платиновые колечки с бриллиантами призывно переливаются.
Он бы подошел для горячей ночи.
— Чем вы занимайтесь? — спрашивает Глория, обращаясь к Джорджу и Майклу.
— О, нет, — перебивает разговор Лоренцо и кивает за спину Джеймсу.
Ислингтон поворачивается и видит, что к ним приближаются двое стариков. Один из них очень жирный и потеющий, а второй лысый и худой.
Ну, это тебе не реклама Гуччи.
— О, нет, — вторит Глория, — очень влиятельные политики. Им нежелательно…  отказывать. Мистер Лойб и мистер Нотгнилси… делают вид, что за напитками… прицепятся как клещи... когда же прибудут шлюхи для них?
— Используем уловку бесконечные поцелуи. Повторяйте за нами и медленно отходите от бара, — шепчет Лоренцо.

Лоренцо притягивает к себе Глорию и страстно целует, и они пятятся в сторону барной стойки. Взгляды стариков хищно устремляются на Джеймса и Ричарда.
Мужчина решает, что убивать их себе дороже и также притягивает брюнета к себе, и целует. Целоваться с языком не входит в планы Ислингтона, ведь это лишь показуха, поэтому он прикасается к брюнету лишь губами. Джеймс оттаскивает Рамиреса и не замечает, как подключает в поцелуй язык.
В какой-то момент мужчина совсем останавливается и прижимает тело брюнета к себе. Проскальзывает мысль, что одежда мешает.
Внутри Ислингтона поднимается волна жара, и  предохранитель слетает.
Джеймс целует властно, страстно и горячо. И по-настоящему.
Его язык танцует с языком брюнета и касается его мягких губ поочередно. Ислингтон отрывается от губ Рамиреса, затем властно-грубо прикусывает нижнюю губу и нежно оттягивает ее на себя, а после снова быстро покрывает губы Ричарда короткими поцелуями, и только потом углубляет поцелуй.
Одной рукой Ислингтон зарывается в короткие волосы брюнета и крепко держит за затылок, а второй неспешно гладит его спину. 
Джеймс снова отрывается от губ Ричарда и проходится языком по гладковыбритому подбородку парня и слизывает слюну.
“Более-менее сдержанно, да?” — язвит внутренний голос.
Джеймс смотрит в глаза Ричарда, а затем убирает руки от брюнета, но не двигается с места.

+3

15

Выделенный номер для Грантов кажется Рамиресу слишком большим. Он никогда прежде не видел в отеле столько комнат. Для чего они? Обычно люди приезжают в подобные места, чтобы быть ближе друг к другу, а здесь можно легко заблудиться и потратить кучу времени на поиски своей второй половинки.
Ричард ненадолго останавливается в проходной комнате с огромным рядом полок книг до самого потолка. Стеллажи из амарантового дерева. В самом углу огромной комнаты недалеко от камина стоит рояль в окружении стильных мягких диванов, обложенных подушками. На полу не менее дорогой пушистый декоративный ковер. Не сдержав восторга, Ричард присвистнул.
Миновав комнату, Рамирес столкнулся с Джеймсом.
- Вот ты где, дорогой, – улыбка расплылась на его лице, глаза все ещё светились неподдельным восторгом. Он не мог для себя объяснить внутреннего восторга, но чувствовал, что рядом с мужчиной он чувствовал себя иначе.
- Ричард, внутри номера нет нужды играть роль, - Рикки никак не ожидал от мужчины такой внезапной перемены. Ещё несколько минут назад тот с удовольствием держал его за зад.
Что-то случилось?
- Мы ведем себя как обычно. Вне номера мы тоже можем вести себя более или менее сдержанно.
- Но я…
- Достаточно просто держаться за руки. Я извиняюсь за то, что слегка провоцировал тебя в белой комнате. Хотя в этом не было необходимости. А теперь я был бы тебе благодарен, если бы ты оделся, и мы бы пошли ужинать. А то все остынет. Благодарю тебя.
Наверное, если бы в комнате было темно, и Ричард не видел лица мужчины, он бы решил, что кто-то подсунул ему фальшивого Джеймса. Хотя… нет. Фальшивым был именно мистер Грант, а вот мистер Ислингтон был всё тот же, как ещё сегодня утром в полуразрушенном храме особняка. Такой отчужденный, закрытый и холодный… как каменная стена. На минуту Рикки поверил ему.
- Прошу прощения, - произносит с легкой улыбкой, не отводя взгляда, чтобы не выдать накатившее разочарование. – Всё сделаю. Я же обещал быть послушным мальчиком.
Ричард язвительно улыбнулся, когда минута веры закончилась. Нескромно распахивает полы халата и бросает его в ближайшее кресло, оставаясь в чём мать родила.
- Я тоже не люблю халаты. Мне они напоминают кадры из порнухи... Пойду оденусь во что-то поприличнее, - виляя задом парень разворачивается и направляется в сторону гардеробной, не сдерживая язвительной речи напоследок. – Да, кстати. Должен предупредить… я люблю спать голый.
Оказавшись в комнате, куда была доставлена сумка с вещами Майкла, Ричард принялся искать что-то удобное.
- Твою мать… - на глаза попался комплект из футболки и штанов с рисунками розовых пуделей. – Он что, серьезно?
Засунул обратно от греха подальше, и подыскав более спокойных цветов комплект, остановился на графитово-серых брюках на подвязках и белой футболке. Обеденный стол искать долго не пришлось. Всё же запах вкусной еды доносился с того самого момента, как Рикки вышел из душа. Выбрав место у окна, долго ждать мужчину не пришлось.
- Налетай, Ричард, попробуй петуха по-французски… очень сытно, - повторять дважды не пришлось. Ричарду казалось, что он не ел нормальной еды больше, чем последние семь дней. Доверившись вкусу мужчины, Рикки решил начать с петуха, с которым он начал расправляться с большим удовольствием.
- Готов поклясться, что в последний раз ел такое лет 10 назад… - озвучил свою мысль о блюде. – Вкусно. Обычно я заказываю еду из службы доставки. Там самая обычная еда. Никаких изысков.
- В комнате ты назвал меня попочкой Ричард, - брюнет чуть было не подавился, когда Джеймс напомнил о его шалости, поэтому поспешил запить несчастную птицу вином.
- Я не сержусь. Я и правда, наверное, в возрасте твоего отца.
- А вам что, уже под 60, Джеймс? – у Рикки по-прежнему язык не поворачивался назвать его на «ты». Хотя несколько минут назад у него была немного иная точка зрения. Впрочем он не мог не признаться себе в том (даже после того, как мистер Ислингтон  спустил его на землю), что мужчина привлекает его.
- Я был бы рад поговорить о твоем детстве, мне интересно, что ты за человек. И как вышло, что ты стал заниматься тем, чем ты занимаешься. Давай сделаем так. Этот ужин посвятим беседе о тебе…
Ричард на этом потянулся за бутылкой вина и долил себе ещё. Салат с тунцом тоже подвинул поближе.
- Как вышло… - ненадолго задумался, обдумывая, стоит ли вообще делиться с ним прошлым. Хотя ничего секретного в нем не было. Ричард загадочно посмотрел на бокал, подушечкой указательного пальца огладил колечко стекла, а потом взял его за ножку и, откинувшись на спинку стула, немного взболтал его так, чтобы вино стекало по стенкам. Ему нравилось так делать, когда-то в юности мама учила его дегустировать вино.
- Мою мать звали Элизабет. Она была известной моделью и самой красивой женщиной. И удивительной. Так я думал. Наверное, потому что знал её мало, и мне было мало её внимания, как матери. Мы почти не общались, так как она постоянно была в разъездах на фотосессиях, модных показах, командировках… Я не помню, чтобы она бывала на наших с братом днях рождениях, рождестве или дне благодарении. У нас вроде была семья… но её вроде и не было.
Взгляд Рикки стал немного серьезнее, он не отводил глаз от стекла, словно видел в нем какой-то мираж или мечту о лучшем детстве, а потом посмотрел на Джеймса, отгоняя ненужное настроение. Улыбнулся.
- Но она любила меня, а я любил её. Когда она приезжала всегда забывал о всех обидах, и мы классно проводили день вместе. Правда она никогда не брала меня с собой в Париж, хоть и провела там большую часть жизни. А мой отец, Роберт, был губернатором штата Нью-Йорк. Поэтому, сколько я помню, моё детство - это постоянные няньки, с 5 лет каждое лето военный лагерь. Моя жизнь значительно отличалась от жизней обычных детей, наверное, поэтому, когда мне исполнилось 12, я больше не хотел делать то, что требовали с меня родители. Ну знаешь… осачертели нравоучения, правила, дисциплина, постоянная охрана рядом. Мне просто хотелось быть обычным мальчиком, читать книги и гонять футбольный мяч с одноклассниками. А весь этот фальшивый фасад из улыбок ненастоящих друзей – я понял, что всё это дерьмо собачье. Мне хотелось чего-то другого, приключений… поэтому в 15 я сбежал из дома, наворотил дел. Конечно, отец был не в восторге. Заблокировал все мои карточки. По сути я стал бездомным броядгой. Он думал, что я приползу к нему на коленях, но произошло как раз наоборот. Я связался с уличной бандой мошенников, они занимались мелкими делишками, толкали наркоту, выбивали долги. Так я стал на них работать. Они меня кормили, дали крышу над головой и друзей… Всё было отлично, пока нас не взяли с поличным.
Рикки посмеялся, выдержав паузу, взялся пробовать салат, запивая вином.
- Папаша, конечно, вытащил меня из того дерьма. Он не хотел очернять свою репутацию моими поступками. Я думал всё закончится плохо, но он даже отчитывать меня не стал. Мы просто… договорились. Я, честно, какое-то время был приличным молодым человеком и даже поступил в университет. А потом умерла мама, а этот подонок даже не приехал на её похороны из-за своей очередной важной сделки. У меня сорвало крышу, мы поругались, и я снова ушел… Связался со старым другом из старой компании. Он оказался умнее остальных, поэтому вышел из воды сухим, умудрившись избежать наказания. Так мы и стали работать вместе, как партнёры.
Ричард выпил ещё вина, взглянув на опустевшую тарелку с салатом, не заметив, когда успел её съесть.
- Так и докатился, мистер Ислингтон... Последним делом в Нью-Йорке я, откровенно говоря, подпортил себе жизнь. Нет, я не завалил работу. Всё прошло успешно. Всего лишь нужно было взломать сейф в частном доме, украсть электронный ключ и перевести деньги на нужный счёт. Я всё сделал… но денежки отправил на благотворительные счета нескольких больниц. Обычно я не знаю, на кого работаю. Но мой напарник выяснил, что именно тогда эти ублюдки подставили нас, полиция взяла нас с поличным. Ну… вот я и расстроился. Бывет. Характер у меня ещё та пушка. Предохранитель срывает, простреливает, даже не заметишь… Пришлось прятаться в Лондоне. Но вот спустя 2 года они все-таки нашли меня. И вот я здесь.
Приконченный бокал отправился на стол. К концу рассказа Ричард ощутил легкое опьянение и то, как он легко делится с мужчиной своей жизнью.
- Хорошее вино. И… я жду Вашей истории, Джеймс.

***
На оставшийся вечер Ричарду не пришлось долго выбирать одежду. Всё уже было подготовлено заранее, и Рикки облегченно выдохнул, когда нашел стильную хлопковую черную рубашку по своему размеру с прямым кроем. Современные брюки штаны-чинос с брендовыми кроссовками отлично гармонировали с таким же черным блейзером. Остались последние штрихи… брюнет принялся аккуратно укладывать волосы, придавая им объем и при этом оставляя им некую беспорядочность и дерзость. Возможно, так он очень даже похож на Майкла, своего старшего брата.
- В этом не стыдно и мир завоевывать, - улыбнулся себе в зеркале, довольный тем, что в качестве костюма старый друг и коллега Джеймса выбрал не розовый палантин или накидку из перьев с жилеткой на леопардовой рубашке.

В синий зал Ричард заходит первым. Для него было сложным не заметить, как несколько пар любопытных глаз устремились на них оценивающим взглядом. Любопытство. Восторг. Голод. В их глазах читалась жадность и неутомимое желание похоти. Именно то, зачем все эти люди сюда и приехали. Без термометра Ричард чувствовал, каким плотным становился воздух, и как сдавливает легкие.
- А здесь жарковато, Джордж, - озвучил мысль вслух, когда почувствовал руку мужчины. Спокойно следовал за ним, тем не менее не оставляя попыток внимательно изучить любопытные взгляды. Возможно, за одним из них есть тот, кто им нужен.
Они подходят к бару и Рикки игриво улыбается незнакомой паре.
- Рад познакомиться, - нагло врёт, но искусно не подает виду, мягко пожимая руки странной парочке. Замечает, как хищный взгляд Джеймса с интересом изучает молодого юношу.
Серьезно? И как он собирается работать в таких условиях, если не может откровенно не пялиться на чужие соски?
Невольно отводит взгляд на мгновенно поданный мартини, только чтобы не видеть, как мужчина это делает. Вежливо благодарит бармена. Мысленно не доволен тому, что почувствовал укол ревности.
А на что ты рассчитывал, Рикки? Похоже, ты несколько переоценил свой аппетитный зад, особенно с пятилетним стажем брака.
Брюнет едва ли успел осознать происходящее, делая первый глоток легкого коктейля, когда к ним начали приближаться не самые "вкусные" экземпляры этого общества.
- О нет… - повторяет следом за Глорией, когда та поясняет расклад. Рамиреса совсем не впечатляет мысль о том, что ему придется отсосать кому-то из этих двоих. Нет, ни за что. Даже за руку не дал бы подержать. По спине пробежал неприятный холодок, когда мозг переключился в режим поиска «альтернативного выхода». Но с мыслей неожиданно сбивают чужие губы, испепеляющие собственные, так легко поддающиеся чужому прикосновению. Ричард сдерживается, помнит слова Джеймса перед ужином, испытывая совершенно неодолимое искушение проникнуть в чужой рот  языком, ощутить глубокий поцелуй непреступного человека, но…
Какого черта он делает?
Губы теплые, влажные. Поцелуй углубляется, становится напористее, интимнее. Куда-то вниз живота скатывается волна возбуждения, под закрытыми глазами проблескивают искры. У Рикки срывает башню и воздух теперь, кажется, закончился вовсе. Он сломался. Поддался искушению, тянется к нему и нежно обнимает за шею. Пальцы Рикки с привычным изяществом зарываются в волосы мужчины. Это совсем другой Джеймс, и он готов поклясться, что чувствует его желание ничуть не меньше своего. Рикки больше не думает. Он хочет. Ловит мимолетную игру покусываний. И похуй на всех, кто на них пялится. Пусть смотрят. И завидуют. От невероятных ощущений в голове становится так… туманно. И Рикки не боится последствий. Не останавливается. Даже когда чувствует настойчивость – просто отдает право быть главным. Закрывает глаза и отдаётся.
Веди. Покажи. Сделай так, чтобы всякий раз, когда я буду целовать кого-то другого, я вспоминал лучшего и одного – тебя.
И ведь ещё несколько секунд назад Рикки думал, что контролирует всё – и себя, и его, и ситуацию. Но когда язык снова нагло проникает в его рот, и тихий стон тонет в этом безумном поцелуе.
Отрезвляет.
Рикки открывает глаза, отрывается от губ, тяжело дыша. Оба смотрят друг на друга. Оба молчат. Внутри Рикки снова ощущает, что раздражен. Снова этот неприятный укол.
Чувствуете, мистер Ислингтон, как резко меняется ситуация?
Ричард отводит взгляд и видит, как двое мужчин в возрасте, потерявших интерес, удаляются. Уловка удалась. Вдобавок ко всему, обращенных к ним любопытных глаз стало ещё больше. Ну ещё бы…  Сейчас мистеры Гранты в самом центре внимания. Свежая кровь как никак, да ещё и горячая.
- Глория, они такие лапочки, - произносит Лоренцо, когда они вновь приблизились к Грантам. У юноши длинные волосы, аккуратно собранные в конский хвост, и на лице немного грима. Рикки заметил как его отполированные ноготки тут же запорхали по плечу Джеймса. – Может нам всем стоит познакомиться поближе? Как ты думаешь, дорогая?
Ричард покосился на юношу, мысленно представляя, с каким удовольствием бы переломал ему эти пальцы. И как тот визжал бы, голося, словно сучка.
- Прекрасная идея! Почему бы вам не присоединиться к нам? – протянув короткую паузу, женщина посмотрела на Джорджа. – В нашей собственности приватная ложа, и мы как раз направляемся туда. Мы будем рады, если вы присоединитесь.
«Ну уж нет» - возмутился  внутренний голос бунтаря.
- Конечно, - вежливо улыбнулся Ричард, заговорив первый. – Это отличная идея. Но прошу простить… в другой раз.
Рамирес уверенно берет ладонь Джеймса в свою и мягко сжимает.
- Дело в том, что мы  приехали всего несколько часов назад, дорога была изнурительной. Мой муж согласился спуститься, чтобы пропустить мартини, и я обещал ему танец. А потом мы пойдём спать. Ещё раз извините.
Вежливо улыбнувшись, Ричард утягивает Джеймса подальше от возбужденной парочки в зал, к танцующим. Брюнет обвивает руками шею мужчины и начинает танцевать. Его движения ненавязчивы и легки, но в то же время он напряжен после вспышки возбуждения вперемешку с коктейлем чувств из ревности, обожания и раздражения. Свет в Синем зале приглушен. На короткое мгновение Рикки показалось, что время замерло. Есть только необузданное желание, и они с Джеймсом. Рикки молчит, думает. Он не помнит, когда в последний раз был настолько решителен, когда уверовал в то, что сможет побороть некий соблазн, который уловил и в себе, и в нём, в его манящих движениях и той самой постоянной напряженности, агрессивности, которая возбуждала и одновременно пугала его. Всего на секунду ему показалось, что он не способен противиться себе.
Между тем Рикки вслушивался в дыхание мужчины, оно словно вырывалось лишь на секунду, чтобы одурманить. Сейчас Ричард впервые осознавал, что Джеймс может погубить его. Что согласиться ехать сюда с ним может быть ошибкой. Рикки упорно казалось, что кожа Джеймса источала ещё более ощутимый сладковатый аромат, между ними катастрофически не хватало воздуха и желание прикасаться к мужчине стало почти потребностью.
- Идем, нужно поговорить, - музыка продолжается, но Рикки берёт мужчину за руку и торопливым шагом уводит в сторону их номера. Он готов поклясться, что если найдет какую-нибудь коморку поближе, то утащит его туда. Мысли сбиваются в испуганную стайку где-то на самом краю его сознания. Заходит в лифт первый, открытые двери уже ждали своих гостей. Нажимает кнопку нужного этажа, а потом резким движением и грубо припечатывает мужчину к стенке лифта.
- Какого хрена ты вытворяешь? - сжимает рубашку на его груди и недовольно смотрит в глаза мужчины. Голос Рикки звучит раздраженно. Он не понимает игру Джеймса, и его это бесит. Взгляд устремляется к губам и перед глазами промелькает воспоминание поцелуя. Та тонкая грань, по которой они шли, рвётся, словно тонкая нить, рискуя утянуть обоих в эту ртутную бездну безумия. Манящие губы пронизывают тело, словно разряд тока. Ричард и хочет этого и боится, однако это самое рвение обычно затмевает страх и несмотря на то, что это может привести к необратимым последствиям, он все же поддается тому самому рвению, что теперь питает его возбуждение.
Руки брюнета не разжимают ткани рубашки. Он больше не выносит этого... Какая нахрен разница? Рикки прощается с остатками благоразумия, желая владеть ртом мужчины, проникать в него языком, чтобы ощутить больше... И делает это. На краю сознания мелькает мысль, что хочет пристегнуть его наручниками к той кровати в Белой комнате. Рука сама тянется к паху мужчины. Он должен убедиться, что тот возбужден не меньше. Этот поцелуй, словно вырванный из контекста его непродуманного плана. Что ж, Рикки готов был заплатить за это.
Лифт останавливается, короткий сигнал.

+3

16

Джеймс внимательно наблюдает за Ричардом. Для себя он уже все решил.
Иногда как и все люди мужчина пытается себя обмануть. По разным причинам. Как и все люди.
Скорее всего Ислингтон полагает, что с парнем будут проблемы. Он все еще уверен, что интуиция не обманывает его. Слишком эмоциональный. Слишком. Но с другой стороны это-то и притягивает. В конце концов, мистер Рамирес большой мальчик и знает на что идет.

Ислингтон с каким-то странным удовольствием наблюдает за довольно-сердитым лицом брюнета.  Ричард почти открывает рот, чтобы что-то сказать после их поцелуя в Синем Зале, как подходит их знакомая парочка.
Интересно, что он будет делать?

Ислингтон вспомнил выходку в номере, когда Рамирес стащил с себя халат и гневно пошел голым переодеваться. Джеймс тогда мягко ухмыльнулся и опять почувствовал это странное тепло, которое поднялось откуда-то из груди к горлу.

Мужчина не вмешивается, позволяет парню вести и наблюдает, как Ричард сливается с группового секса и тащит его танцевать. Джеймсу ничего не остается как учтиво кивнуть Лоренцо и Глории и последовать за брюнетом.

На танцполе Ислингтон обнимает брюнета и притягивает к себе поближе.
— Давай, — лукаво отвечает мужчина на предложение Рамиреса поговорить.
Они одного роста, и Джеймс может спокойно смотреть в эти юные глаза. В них столько эмоций. Мужчина ждет, когда тот начнет разговор. Сейчас?
Но Рамирес молчит.
Ислингтон прижимает брюнета к себе еще плотнее и шепчет ему на ухо:
— Ты красавчик, мистер Рамирес. Просто очаровательный.
Мужчина снова ловит взгляд Ричарда. Тот прерывает танец и  поспешно тянет его к лифту, словно они куда-то торопятся. Так это выглядит в глазах других.
Ислингтон покорно следует в кабинку лифта, хотя они живут на втором этаже и тут есть лестница.
Ладно, что теперь?
Мысленно спрашивает Джеймс.
И тут же оказывается со всей силы впечатанным в стенку лифта. 
“Парень разбушевался, смотри порвет рубашку… хотя я знаю способ, как его утихомирить”, — посмеивается внутренний голос.

— Какого хрена ты вытворяешь?
Мужчина мягко улыбается, но все еще молчит. Не отвечает. Хотя вопрос бы задан прямо.
Хороший вопрос. Соблазняю тебя, видимо.
Ислингтон не успевает ничего ответить, как его требовательно целуют. Вот это неплохой шаг, Ричард.
Джеймс не сопротивляется и начинает отвечать на поцелуй, тем не менее позволяя  Рамиресу вести.
Мужчина деликатно отстраняется, но лишь за тем, чтобы нежно коснуться  щеки Ричарда костяшками пальцев.
— Давай займемся сексом. Сейчас, — мягко предлагает Джеймс и продолжает, — но руку убери, пожалуйста, с моего члена. Брюки узкие. Боюсь, что идти до номера будет крайне неудобно.

Мужчина плотоядно усмехается и, когда двери лифта открываются, берет Ричарда за руку. Ислингтон быстрым шагом идет к номеру. На ходу он переплетает  своим пальцы рук с его.
Решено.
Джеймс открывает дверь и заходит в темноту комнаты. Все еще мысленно он ждет засады, но номер встречает их тишиной.  Ислингтон не торопится включать свет.

Как только дверь за брюнетом закрывается, Джеймс возвращает долг в лифте: он всем телом впечатывает Ричарда в дверь и властно целует.
— Теперь можешь, —  хриплым голосом между поцелуями произносит Ислингтон и кладет руку брюнета себе на пах.
Джеймс целует и прикусывает кожу шеи парня, его руки хаотично блуждают по спине Ричарда, плечам и спускаются на задницу. Ислингтон грубо сжимает зад обеими руками и шепчет:
— Как ты хочешь, мистер Рамирес? Что ты любишь в сексе? Что я могу с тобой сделать?

Ислингтон много чего хочет, но вопрос не только в нем. Если у Ричарда раньше не было любовников-мужчин, то тут могут начаться сложности.  Ожидание VS реальность.
Джеймс убирает руки с задницы. Одной рукой он упирает в дверь, а вторую кладет на эрекцию брюнета.
— Хорошо, очень хорошо, мистер Рамирес, — довольно произносит мужчина.
Ислингтон обводит большим пальцем головку члена, тонкая ткань штанов Ричарда ворует чувствительность этого процесса, но не сильно. Джеймс слушает его сбившееся дыхание.
— У тебя еще и красивый член.

Мужчина очень нежно целует парня в уголок губ.
— Ты мне нравишься, очень нравишься, так, что…
Ислингтон не успевает договорить, как звонит сотовой.

Это может быть только Алекс.
Ислингтон убирает руку с эрекции Рамиреса и отходит подальше от брюнета, ему нужно привести мысли в порядок.
— Джеймс, — слышит Ислингтон на том конце трубке.
— Да?
— Срочный разговор.
— Что ты узнал?
— Ты что простудился? Хрипишь? Так… ладно… я установил слежку за мистером Фостером.
Один из совета агентства.
— Он дал то задание. Он велел вызвать тебя из Лос-Анджелеса.
— Так…
— Он уже неделю сидит в своем пентхаусе и не появляется в агентстве. Сегодня я прочекал, что он забронировал наш вертолет. И я сверил координаты, вертолет летит сюда. На борту и за рулем агент Крафт. Ты его знаешь.
Да. Совместная операция 4 года назад в Боливии. Рост 1.82, бывший морпех, блондин с коротким ершиком.
— Поэтому тебе нельзя высовываться. Пусть Рамирес за ним проследит. Не надо геройствовать. Просто куда идет, главное…  с кем общается, что передает… все… Крафт тебя узнает, так что сиди тихо. Я не стану тебе пересылать фото на сотовый, это может быть опасно. Но если мистер Рамирес зайдет на фейсбук и найдет Розу Пиццолатто, это его сестра, Крафта,  а потом откроет альбом “ДР 2015 Вау”, то там вы его увидите. Больше его фоток в открытом доступе нет.   
— Это… слишком для Ричарда… он не агент…
— Джеймс, если будет опасно, пусть просто парень поворачивает назад. Не геройствовать. Но мы не знаем, что искать и где искать. Вы не можете торчать тут вечно! У вас только четыре дня.
— Почему?
— Такие условия пребывания. У всех 4 дня. Если вы ничего не найдете, то это плохо. А я хочу понять, что вообще происходит. И ты понимаешь, какой шум у нас поднимется из-за Фостера. Мне нужны доказательства.
Алекс замолкает на пару секунд.
— Я слежу за ним на радаре. Он будет через 7 минут у вас. Скорее.
— Хорошо.
Ислингтон завершает вызов и убирает сотовый.
— Надо поговорить Риччи.
Этот Крафт сломает его пополам, если он попадется.

Ислингтон идет в гостиную, садится в кресло и кивает Рамиресу на противоположное. Мужчина ждет, когда брюнет сядет и только потом все рассказывает.
— Ты можешь отказаться, Ричард.

+3


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » Тела там, где ты их оставишь