В моменты – подобные этому – на душе теплело и приходила иллюзия, в которой всё могло сложиться хорошо. Пафосно сказать – счастливо. Итан очень хотел воплощения грезы в реальность, но в глубине его души необратимо сформировалась основанная на слепом предчувствии убежденность, что мечте суждено не более, чем мечтой и остаться. Ничего не вышло – факт, требовавший с каждым днем признания всё настойчивее — и некуда бежать, закрывая глаза и уши.
[читать дальше]

The Capital of Great Britain

Объявление

ИТОГИ ОТ
03.01
УПРОЩЕНКА
К НГ
ВАЖНОЕ
ОБЪЯВЛЕНИЕ!
ЧЕЛЛЕНДЖ
НОВОГОДНИЙ

🎄 ЕЛОЧКА 🎄
ЖЕЛАНИЙ
ТЕМА
🎄 ЕЛОЧКИ 🎄
🎁 ПОДАРОК 🎁
ДЛЯ ЛОНДОНЦЕВ
Тайный
Санта

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Листы безумия [AU] » Память о прошлом заставляет ценить настоящее


Память о прошлом заставляет ценить настоящее

Сообщений 1 страница 10 из 10

1


Память о прошлом заставляет ценить настоящее
.   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .
https://pbs.twimg.com/media/C1g7OB_WQAIJHbL.jpg:large

Хеймитч и Эффи
спустя год после третьей книги

Вот уже ровно год, как упразднены Голодные игры, а президенты Коэн и Сноу преданы земле. Вот уже год, как все тринадцать дистриктов и Капитолий учатся жить по новому. Ровно год, как былые правила игры уже не актуальны, но для многих... они все так же живы в памяти. Хеймитч и Эффи, они пытаются жить настоящим, но прошлое... оно связало их невидимыми узами.

[nick]Effie Trinket[/nick][lz]<div class="lz"><div class="lzname"><a href="ссылка_на_анкету">Эффи Бряк, 40</a></div>Я слишком долго представляла интересы трибутов дистрикта номер двенадцать, чтобы помнить, кто я есть. Учусь жить по новой, но это слишком сложно. Куда проще прятать боль за цветными париками.</div>[/lz][icon]http://images6.fanpop.com/image/photos/39000000/Effie-Trinket-the-hunger-games-39021318-200-200.gif[/icon][sign]    [/sign]

0

2

Безысходность. Именно так одним словом можно описать всю жизнь Хеймитча. Он всю свою сознательную, и не очень, благодаря алкоголю, жизнь боролся с самим собой. Постоянные кошмары по ночам не давали ему обрести покой победителя. Уж лучше погибнуть от тесака какого-нибудь профи, чем жить с таким грузом на сердце. Кто бы знал, что творится в голове у победителя Голодных Игр.
Эбернети предпринимал несколько попыток суицида, чтобы покончить с этим жалким существованием. Но каждый раз возносил нож над венами и останавливал себя… За выходку с силовым полем на Второй квартальной бойне Сноу убил его семью, девушку. Что его вообще останавливает на этой земле? Что держит? Да черт его знает. Ничего ровным счетом! Каждый раз вспоминая об этом, он напивался в слюни, предпочитал вообще не трезветь. В трезвом состоянии не интересно. Невозможно.

Он мог самозабвенно пересматривать записи прошлых игр, пытаться понять, что движет детьми, которые сознательно идут на такое. Словно, в них  с самого рождения заложена эта жила убийцы. Само собой, на арене не будешь думать о таких мелочах, будешь бороться за себя, за свою жизнь… Хеймитч избрал карьеру ментора для молодых детей, которые погибали из года в год. С самого  начала он крайне ответственно подходил к этим обязанностям, но это не помогало. Они гибли. Он устал смотреть на гибель тех, кто мог бы счастливо жить, завести семью и детей. Тем не менее, какая к черту может быть семья?! В этом ужасе, в этом страхе… Зачем рожать детей, если их убьют. И, ведь, кто-то же отваживается на этот шаг. Эбернети так и остался один, не желая связывать свою жизни ни с кем. Лучше с людьми не сближаться. Не чувствуешь боль потери.
Очередной стакан крепкого алкоголя он влил в свой организм, предаваясь мерзким воспоминаниям. Хеймитч ложился спать с ножом под подушкой, и всегда пьяный, погружаясь в нирвану собственных мыслей, которые отпускали, когда мозг уже совсем переставал соображать под действием алкоголя.

Игры, в которых приняли участие Китнисс и Пит стали решающими в истории Голодных Игр. Несмотря на то, что он жутко раздражался, когда юная Китнисс делала все наперекор, даже поругал ее за то, что они с Питом сотворили на арене 74-х Игр. Но потом… Где-то в глубине закралась капля надежды, что, если горстка ягод смогла подорвать спокойствие во всех дистриктах, то значит и весь народ сможет сразиться. И Хеймитч поддерживал их до самого конца…

Лежа в своей постели, он глянул в окно, куда просачивалось летнее солнце. Прошел уже год. Завтра должна была состояться Жатва, где выбрали бы очередных смертников. Хеймитч никак не мог к этому привыкнуть. Невозможно. Привыкнуть. К спокойствию! Какая ирония, черт возьми! Едва продрав глаза, Эбернети похмелился, съел один бутерброд и снова завалился спать. Последние пару месяцев он почти не выходил из своего дома, из деревни победителей. Китнисс с Питом приходили к нему каждый день, не забывали, за что Хеймитч был им безмерно благодарен. Они пытались помочь ему бросить пить, но это было уже невозможно. Страхи и горечь прошлых лет ничем не вытравить, кроме алкоголя.
Раздался стук в дверь, Эбернети снова открыл сонные глаза. Он не хотел никого видеть, а уж тем более вставать. Когда ручку двери повернули, он с ужасом для себя осознал, что забыл ее запереть с вечера… Выхватив нож из-под подушки, Хеймич швырнул его в дверь. Острие ножа застряло в дверном косяке, а на него смотрели ошарашенные Китнисс и Пит. Он выругался, глядя на детей. Да, для него они все те же дети, коих увидел впервые два года назад.

Те снисходительно посмотрел на своего бывшего ментора и помогли ему подняться с постели, сделали горячий чай. Как бы он их не раздражал, все равно они проявляли к нему заботу. Как и он к ним когда-то.
Вот только Китнисс протянула ему письмо. Оно было из Капитолия. Прочитав между строк, Хеймич снова выругался. Это было приглашение на мероприятие в память о погибших на арене… В Капитолии устраивают банкет, там будут все живые победители, а так же все, кто бился за свободу. Эбернети отмел бы эту затею, если бы не Китнисс и Пит. Они все же хотели увидеть своих старых друзей, и всех, кто им помог. А без него они поехать не могут.

Стоя на платформе в Капитолии, сойдя с поезда, Хеймитч еще минуту не мог сообразить какого черта он тут делает. В поезде он немного набрался, а значит вынести всю эту нудятину он сможет. Наверное.
Его лицо расплылось в улыбке, когда в поле зрения он увидел Эффи. О, эта бестия как всегда выглядит слишком… хм.. экстравагантно.

[nick]Хеймитч Эбернети[/nick][icon]https://forumupload.ru/uploads/001a/b2/2a/272/805760.jpg[/icon][lz]<div class="lz"><div class="lzname"><a href="ссылка_на_анкету">Хеймитч Эбернети</a></div>Победитель 50-х Голодных игр. Алкоголик.</div>[/lz]

+1

3

Жизнь... она слишком изменчива, переменчива, не постоянна. Человеческая память - она слишком коротка, чтобы делать выводы из ошибок прошлого. Сколько воин происходило в прошлом. Сколько человеческих жизней они уносили... Вот только люди... они все равно не делают верных выводов. Все равно находятся те, кто считает, что он лучше остальных; что знает больше; что именно его правление верно. Президент Сноу... он был тираном, что вогнал свой народ в яму жестокости и разрозненности. Он не хотел повторения войны прошлого, когда, как ему казалось, Дистрикт номер тринадцать был полностью уничтожен. Этот человек, что пришел к власти при помощи убийств и шантажа, продолжил традицию так называемых Голодных Игр, чтобы держать всех в страхе и под контролем, но по факту... лишь готовил почву для новой войны. И до его правления, людям в большинстве Дистриктов, жилось не сладко, но с его приходом... все стало еще хуже. Даже Капитолий, который ненавидели за его праздный образ жизни, ненавидел своего правителя. За те рамки, в которые он вогнал их. За тот страх, когда знаешь, что любое твое слово могут трактовать так, как захочется, а последствия могут быть слишком жестокими. Да, капитолийских детей не отправляли на Арену убивать друг друга, сражаясь за право жить, но... этих "но" было слишком много.
   Эффи прекрасно помнила, как в первые приехала в двенадцатый Дистрикт. Помнит то чувство ужаса, что охватило ее, при виде всех этих людей, что уже и не надеются на лучшую жизнь. Своим внешним обликом, она словно кидала всем вызов, вынуждая жителей ненавидеть себя еще больше. Порой, ей хотелось отказаться от этого всего. Ведь, каждый раз, сопровождая трибутов в Капитолий, а после на Арену - она знала, что домой они не вернуться. Ее всегда считали излишне поверхностной и, в чем-то, жестокой, но ее поведение - оно было защитной реакцией. Да, она никогда не привязывалась к своим подопечным, потому, что каждая смерть все равно оставляла шрам на ее душе. Шрам, который она умело скрывала за очередным ярким париком и веселым смехом, что крайне редко затрагивал глаза женщины. Да, она хотела однажды стать сопровождающей профи, ведь там были не замученные жизнью дети и взрослые. Там были профессиональные убийцы, даже если они только достигла возраста, когда можно стать трибутом. Для них Игры были чем-то статусным; тем, что позволяло показать свое превосходство. Их... не было жалко. По крайней мере ей.
   Но все изменилось в тот день, когда во время Жатвы от двенадцатого Дистрикта на Игры отправились Китнисс и Пит... именно они все изменили. Именно сильный моральный дух мисс Эвердин разжег во всех Дистриктах тот дух сопротивления, что давно уже тлел в их сердцах. Жалела ли Эффи о том, что была причастна к этому? Нет, нисколько. Ведь это был ее выбор. Это позволило им всем, по итогу, начать новую жизнь. Жизнь, в которой они помнили прошлое и учились не допускать ошибок былого...
   В этот день она стояла на перроне и ждала, когда скоростной поезд доставит из двенадцатого Дистрикта тех, кто стал для нее семьей. Ведь иной у нее и не было. Она ждала Китнисс, Пита и... Хеймитча. Они не виделись год. И за это время, нельзя сказать, что внешне женщина изменилась не сильно: все те же яркие наряды и ресницы. Лишь вместо парика свои собственные волосы цвета золота. Она подрагивала от холода, ожидая прибытия поезда и гадала, как пройдет эта встреча. Через несколько дней, в бывшем дворце Сноу, который теперь занимала президент Пэйлор с новым правительством Панэма, должен пройти вечер памяти всех тех, кто отдал свои жизни за новое будущее страны. На нем же, будет молчаливо объявлено о помиловании Сойки-пересмешницы за то, что год назад она убила президента Коэн, не позволив вернуться к былым зверствам. Да, за этот год произошло слишком многое и, что самое главное, люди постепенно возвращались к нормальной жизни.
  - С возвращением, мои дорогие. - голос Эффи звучит звонко, в то время как женщина поочередно всех обнимает. Она действительно рада их видеть и лишь слегка морщится от перегара, что вновь сопровождает Хэймитча - Ну, неужели нельзя было воздержаться? - восклицает она в притворном возмущении и, вопреки собственным же словам, крепко обнимает бывшего ментора. - Сейчас мы отправимся во дворец, а вечером, Китнисс, состоится твоя не официальная встреча с президентом Пэйлор. - как всегда, слова вылетают со скоростью пулеметной очереди, в то время как сама женщина спешно ведет всех к ожидаемому их транспорту.

[nick]Effie Trinket[/nick][icon]http://images6.fanpop.com/image/photos/39000000/Effie-Trinket-the-hunger-games-39021318-200-200.gif[/icon][sign]    [/sign][lz]<div class="lz"><div class="lzname"><a href="ссылка_на_анкету">Эффи Бряк, 40</a></div>Я слишком долго представляла интересы трибутов дистрикта номер двенадцать, чтобы помнить, кто я есть. Учусь жить по новой, но это слишком сложно. Куда проще прятать боль за цветными париками.</div>[/lz]

+1

4

Все трое, приехавших снова в этот город должны были делать вид, что счастливы и  рады сюда вернуться. Только приходится натянуть радостные улыбки и шагнуть снова на эту кровопролитную землю. Казалось, что улицы этого город никогда не отмоются от крови сотни детей, которых отправляли на верную смерть. Как все дистрикты, которые до сих пор с содроганием вспоминают те самые дни Жатвы и самих Голодных Игр. Столица пропитана духом и призраками умерших, пусть до конца своих дней они преследуют всех тех, кто был причастен к этому. Хэймитч когда-нибудь сгорит и помрет от цирроза печени, но только алкоголь помогает не вспоминать об этих кошмарах. Он даже жалел, что тогда выжил.
Стоя на платформе, Эбернети переглянулся с Китнисс. Их мысли были созвучны. Браво. Все-таки эта девица показала себя именно такой, какой следует быть воинственной особе. Он ее поддерживал с самого начала, когда она посмела бросить вызов распределителям, выстрелив в яблоко. Восприняла его призыв к действию слишком буквально. Но снова браво
По логике новых властей Капитолия, Хэймитч должен испытывать неимоверную радость от того, что остался одним из немногих живых Победителей. А чему собственно радоваться? Что осталось от него? Одни осколки, пропитое тело и разбитая вдребезги психика. Его трудно винить в том, какой он есть на самом деле. Как и Китнисс, Пита… Черт возьми, было просто тошно.

Завидев яркую фигуру в толпе, Эффи было распознать не так уж и трудно. На фоне всей яркости этого города, она всегда слишком выделялась. С каждым днем она становилась все симпатичнее Хэймитчу, так как оказывала активную поддержку его подопечным. К тому же, не была жестокой особой, которая только и жаждет отправить их на бойню. Как и Эбернети, хоть по нему и не было это особо заметно, Эффи прониклась к Китнисс и Питу. Они должны были изображать влюбленных, а полюбили друг друга в действительности.
Из раздумий и пьяного полудрема вывел звонкий голосок Эффи, которая подошла именно к ним. Хэймитч выдавил из себя улыбку, которая была больше похожа на оскал. Но такой, беззлобный. Да, он снова пьян, но перегар стал верным спутником Хэймитча, куда же без него.

— Нельзя, — буркнул Хэймитч довольно резко, но при этом горячо обнял Эффи, — Ты же знаешь, я не могу выносить этот мир трезвым, он слишком поган, — скривился Хэймитч, выпуская женщину из объятий. Он все еще помнил ее яркие духи, которые пахли ничуть не лучше его перегара. Ну не понимал он капитолийскую моду и все, что с ней связано.
— Но я рад тебя видеть, выглядишь все так же… — он отчаянно старался вспомнить подходящее слово, перебирая в голове и окинув ее взглядом, — Эффектно, — добавил Эбернети, улыбаясь. Но улыбка сошла с его лица, когда он услышал план мероприятий на сегодня. Надо погладить костюм, а то в спешке он запихнул его в чемодан, не особо разбирая. А вот появляться на публике в хорошем виде, привычка осталась. Раньше он изображал из себя обаятельного ментора, который очаровывал, в худшем случае, подпаивал спонсоров ради Китнисс и Пита… В общем, если закрыть глаза на перегар, а точнее нос, то выйдет вполне представительный мужчина.
Они двинулись к машине, которая должна была отвезти их во дворец.

— Что, из Китнисс снова сделают показушницу и символ победы? — не сдержался Хэймитч от резкого вопроса, услышав усмешку самой девушки по правую руку.
— Неужель нельзя оставить просто всех в покое, или от нас даже сейчас не отстанут и не дадут жить спокойно, — не унимался Эбернети, плюхнувшись на заднее сидение автомобиля, прислонившись лбом к прохладному стеклу. Так-то лучше.

[nick]Хеймитч Эбернети[/nick][icon]https://forumupload.ru/uploads/001a/b2/2a/272/805760.jpg[/icon][lz]<div class="lz"><div class="lzname"><a href="ссылка_на_анкету">Хеймитч Эбернети</a></div>Победитель 50-х Голодных игр. Алкоголик.</div>[/lz]

+1

5

  - Этот мир постепенно становится лучше. - произносит она довольно весело, при этом крепко обнимая Хеймитча. Да, как бы ее не раздражал его перегар, но менее сипатичным от этого он не становился. По крайней мере тем, кто общался с ним больше одного раза; тем, кто знал, что с помощью алкоголя он просто скрывается от кошмаров. Да, Эффи не одобряла этого, но и... ей не доводилось проходить через то, что пришлось пережить всем победителям Игр. Китнисс и Питу было чуть легче, ведь они были друг у друга, поддерживали и не позволяли оставаться один на один в том безумии, что всегда приходит по ночам. У Эбернети же не было никого... только водка, что туманила разум. Поэтому... да, Эффи могло это не нравиться, но не ей судить... - И, - добавляет уже после того, как объятия заканчиваются - не забывай, что ты так же приложил к этому свои усилия. Все вы. - заканчивает уже серьезно.
   Когда же бывший ментор двенадцатого Дистрикта выдает фразу, что очень похожа на комплимент, Бряк не выдерживает и позволяет себе короткий смешок.
  - Мы оба прекрасно знаем, что сказать ты хотел совершенно иное. Но, я ценю твою попытку быть лояльным. - на самом деле, сегодняшний образ женщины был еще довольно консервативным, если сравнивать с былыми ее нарядами. Но, после того как в их жизни вошел Цинна - многое поменялось и в самой Эффи. Да, она все так же любила яркость красок, но при этом... в прошлое ушли сотни ярких париков, а сама женщина вывела для себя несколько запретов. Но все это сейчас не важно. Ведь, видя то, как меркнет улыбка Хеймитча, а сама Китнисс резко выпрямляется - женщина лишь тяжко вздыхает. Она понимает и знает все те причины, из-за которых ее друзья не доверяют власти, но... президент Пэйлор была во много раз лучше и достойнее, чем Сноу или Коэн. Да, с того момента, как все поменялось, Бряк старалась держаться по дальше от политики, найдя себя в работе с детьми, но... это получалось у нее не всегда. Можно даже сказать, что почти никогда.
   Она не спешит отвечать на вопросы мужчины, так как они все же находятся на улице. Лишь сев за руль своей машины и заведя мотор, Эффи сумела выдохнуть и спокойно произнести:
  - Нет, Хеймитч, ее не планируют использовать как символ. Наша дорогая девочка, когда решила не допустить повторения Игр, сама же себя и обезопасила. Гневные настроения по поводу смерти Коэн уже улеглись, но начинаются новые. Многие не довольны политикой Пэйтон. Ведь она отказалась продолжать как курс Сноу, так и Коэн. По сути, мы четверо будем присутствовать только на не официальной встрече тех, кто выжил, а дальше будем полностью предоставлены сами себе. Но, не могу не сказать, что вас ждут слишком многие. Особенно Энни и Крессида. - при этом, не смотря на всю серьезность ситуации, голос женщины звучит довольно жизнерадостно. Да, она привыкла к тому, что всегда находится под прицелом сотен глаз. Привыкла к тому, что от нее зависело, в некотором роде, благополучие ее трибутов... и пусть все это давно уже в прошлом, но привычка всегда быть жизнерадостной и не унывающей - она так никуда не исчезла. И, вряд ли исчезнет.
   До резиденции нового правительства они добираются довольно быстро. Не смотря на то, что все военные действия в городе закончились еще год назад - люди по прежнему опасались долго находится на открытом пространстве. Жители Капитолия все так же ждали какого-то подвоха, не доверяя тем, кого когда-то угнетали.
  - Наши комнаты находятся рядом. Отдыхайте пока с дороги. За тобой, Китнисс через час должен будет зайти Плутарх. - после чего, вновь всех обняв, скрывается за дверями своих апартаментов, чтобы, спустя двадцать минут, уже стучатся к Хеймитчу с бутылкой дорого виски.

[nick]Effie Trinket[/nick][icon]http://images6.fanpop.com/image/photos/39000000/Effie-Trinket-the-hunger-games-39021318-200-200.gif[/icon][sign]    [/sign][lz]<div class="lz"><div class="lzname"><a href="ссылка_на_анкету">Эффи Бряк, 40</a></div>Я слишком долго представляла интересы трибутов дистрикта номер двенадцать, чтобы помнить, кто я есть. Учусь жить по новой, но это слишком сложно. Куда проще прятать боль за цветными париками.</div>[/lz]

+1

6

Эффи всегда была эдаким светом в темном царстве, разбавляла своей яркостью серую массу. Она умела поддерживать, она умела держать лицо, даже тогда, когда было слишком страшно. Но ее глаза никогда не могли обмануть, в них все та же печаль, как и несколько лет назад, когда она впервые взялась за Китнисс и Пита. Хэймич обнял женщину в ответ, эти объятия были чуть теплее, чем его слова. Мужчина стойко держался, ему не впервой играть обаятельного человека, играть на публику. Но в этот раз он был совершенно искренен. Как в отношении к Эффи, так и ко всему этому мероприятию. Хэймитч не скрывал собственной неприязни ко всему, что связано с играми. И плевать, что победа была за ними, зато сколько жертв принесла за все семьдесят шесть лет. Скольких они оплакивали и хоронили за эти годы. Хэймич до сих пор жил один. Он не хотел заводить никого близких, ему никто не нужен был. Все равно все отберут. А сейчас… У него есть Китнисс и Пит, которые его навещают, несмотря на долговременный запой.

Эффи была в своем репертуаре, Хэймитч пропускал мимо ушей все то, что она говорит о людях, стоящих ныне у власти. После стольких лет страданий, Эбернети никому не верил. Только тем, кто действительно помог в этой битве, кто был с ним все это время. И остается. Остальные уже давно забыли. Хотя это приглашение было довольно лестным. Другой вопрос, он сомневался в том, что приглашение выслала ему не лично Бряк, которая неровно к нему дышит. Да, это видно, даже под слоем макияжа у нее на лице, как выступает румянец, когда она видит Эбернети. А может, это его пьяный глаз уже подводит.

— Я сказал то, что и хотел сказать. Не горазд я в комплиментах, — отозвался Хэймитч. Политические страсти ему не интересны, это не то, ради чего он сражался последние пару лет. Китнисс породила мир, которого Эбернети так ждал, Голодные Игры навсегда завершились. А доверия все равно ни к кому нет.

— Интересно, чем же недовольны они? Я, если честно, не интересуюсь новостям из внешнего мира. Они мне не очень интересны. У нас в двенадцатом дистрикте все, как и прежде. Тишина, покой… — мечтательно произнес Хэймитч, поправив ворот рубашки, который завернулся во внутрь. Выглядел он не важно, как на лицо, так и на внешний вид… Наверное, он будет рад видеть Крессиду и Энни, людей, которые поддерживали их до самого конца. Эйбернети мог вспомнить всех поименно, кто действительно победил в этой схватке.

Их поселили по комнатам, Хэймитч вошел в свою, ища глазами бар, которого тут не было. Видимо, Эффи позаботилась, чтобы ко встречи Эбернети был трезв. Он обреченно вздохнул, плюхнувшись на кровать. Глядел в потолок, усыпанный звездами на ночном небе. Красиво. Эта псевдокрасота уже претит. Стук в дверь вырвал Хэймитча из полудрема. Он нехотя поднялся с кровати, узрев перед своей дверью Эффи с бутылкой виски. О да, эта дама определенно знает, как задобрить ворчуна ментора.

— Оу, я ценю твой порыв. Тоже полагаешь, что без «этого» нам невозможно будет вынести все это сборище, — улыбнулся Эбернете, беря в руки бокалы.

[nick]Хеймитч Эбернети[/nick][icon]https://forumupload.ru/uploads/001a/b2/2a/272/805760.jpg[/icon][lz]<div class="lz"><div class="lzname"><a href="ссылка_на_анкету">Хеймитч Эбернети</a></div>Победитель 50-х Голодных игр. Алкоголик.</div>[/lz]

+1

7

Эффи всегда считали, в какой-то степени, поверхностной. Для окружающих, эта женщина всегда была эдаким ярким мотыльком, что в состоянии думать только о нарядах и развлечениях. Она до сих пор помнит выражение лиц Китнисс и Пита, когда они впервые оказались на приеме о Сноу. Вот только, если ты живешь в этом мире и хочешь в нем выжить - значит ты должен играть по общепринятым правилам. И не важно, на сколько сильно эти самые правила стоят у тебя поперек горла. Самое же печальное, что являлось сутью жизни большинства - это не устраивало многих, но страх... он не позволял им выступить против, вынуждая прятаться в своих домах и квартирах подобно крысам в норах. Вынуждали, пока не появилась Китнисс. Именно она встряхнула их всех, заставив очнуться от этого вечного кошмара и осознать, на сколько же сильно убога их жизнь. Да, находясь в Капитолии, они мнили, буд-то их жизнь куда лучше, чем у тех, кто живет в Дистриктах, но в действительности... они были еще большими рабами чем те, кто был вынужден идти на Голодные Игры в качестве трибутов...
  - Чем? - переспрашивает Эффи с усмешкой. - Миром, конечно же. Одни лишились кровавых развлечений, когда можно почувствовать себя Богом. Другие же обижены на то, что не смогли сотворить подобный ужас с детьми Капитолия. При этом, они не в состоянии понять, что новые смерти лишь разожгут огонь войны еще сильнее. Словно, во время восстания они были в состояния коматоза и не видели всех этих смертей. Вот только президент Пейлор слишком хорошо все это помнит и не допустит повторения. Как и мы, она хочет мира. - женщина произносит это уверенно, так как действительно верит в это. В прошлом, когда речь заходила о Сноу или же Коэн - она тщательно подбирала слова, чтобы ее не обвинили в предательстве. Прятала собственные сомнения за наигранным смехом. Самой же себе казалась фальшивой.
  Оказавшись в комнате, что выделили для нее, Эффи просто обессиленно сползает по двери прямо на пол. Нет, она не устала от своих не реальных каблуков, на которых при не осторожном шаге можно переломать ноги. Ее просто выматывает вся эта неопределенность, что царит вокруг всех. Когда Плутарх сказал о том, что нужно позвать и троих победителей двенадцатого Дистрикта - Эффи была против. Да, она очень сильно соскучилась за ними, особенно за Хеймитчем, но считала... что нужно оставить их в покое и дать жить своей жизнью. Но... она промолчала, так как эгоистичная часть натуры не позволила высказаться ей против. Просто... она действительно хотела их увидеть. Всех троих, а не только бывшего коллегу. По крайней мере, именно в этом она и пыталась себя убедить, когда доставала из своей сумки бутылку виски и направлялась к дверям комнаты, что выделили Эбернети.
  - Да нет, - произносит она входя - скорее просто хочу расслабиться в компании того, кому доверяю и кто мне симпатичен. - при этом, она не спешит говорить о том, что в ее комнате есть еще три таких бутылки. Как говорится, всему свое время. - Тебе хоть не много стало легче после того, как все закончилось? Чем занимаешься, когда не пьешь? - ей действительно это интересно.

[nick]Effie Trinket[/nick][icon]http://images6.fanpop.com/image/photos/39000000/Effie-Trinket-the-hunger-games-39021318-200-200.gif[/icon][sign]    [/sign][lz]<div class="lz"><div class="lzname"><a href="ссылка_на_анкету">Эффи Бряк, 40</a></div>Я слишком долго представляла интересы трибутов дистрикта номер двенадцать, чтобы помнить, кто я есть. Учусь жить по новой, но это слишком сложно. Куда проще прятать боль за цветными париками.</div>[/lz]

+1

8

Может Хэймитч и рад снова увидеть Эффи, но она была злостным напоминанием о тех годах, когда шли  Голодные Игры. Столько лет они боролись с этим мракобесием, после своей победы Эбернети не чувствовал себя победителем. Он просто выживший. Случайно выживший в этой кровавой схватке, а после… Поле много лет беспросветной пьянки, чтобы заглушить, хотя бы часть той боли, которую нам довелось испытать. Но нет, и части на заглушило, только слегка затупило. Стоит совсем немного надавить, тупой конец доставит неимоверную боль.
Китнисс и Пит достаточно натерпелись, Хэймичт сделал все возможное, чтобы помочь им тогда на арене. Да, он  был недоволен тем, что девчонка бросила вызов Капитолию, но доволен итогом, к которому он привел. Война, сотни, тысячи смертей в жертву, чтобы достичь мира, покоя для тех, кто еще остался. Оказавшись вновь в этом затхлом месте, пропахшем кровью, Хэймич почувствовал себя неважно. Земля, будто бы источает запах смерти. Казалось, что если он сейчас надышится, то в носу он будет еще стоять очень долго.

— Не удивительно, — хмыкнул Эбернети, — Хотя я бы был в числе тех, кто за то, чтобы устроить Голодные Игры между детьми Капитолия. Чтобы они прочувствовали все на своей шкуре. Мало кто представляет, что такое выйти на арену, зная, что ты можешь оттуда не вернуться…  Когда ты идешь убивать других, чтобы победить. Но по факту, это не победа, это вечный плен, — выдал Хэймич с презрением в голосе, — Но мне уже плевать. Уверен, что никто не станет вновь разжигать войну, для этого нужен сильный лидер, — а Пэйлор не такая, у нее не хватит духу, как у Сноу. Надо отдать должное, его бы таланты, да в мирное русло.

Он впустил Эффи в комнату, которая пришла скрасить этот паршивый вечер своей яркостью. Ее комментарий заставляет Хэймитча усмехнуться, впрочем, это взаимно, но не в такой атмосфере.

— Ну, раз так, то могла бы чаще навещать нас в нашем дистрикте. Глядишь, у меня был бы стимул чаще быть трезвым. А пока у меня его нет. Или так много дел? — Эбернети налил виски в бокалы, предложил сесть в одно из кресел у столика, и опустился в другое напротив.
—  Не знаю, можно ли это назвать легче. Все эти ужасы намертво впечатались в моей памяти. Это не победа, а проклятие на всю оставшуюся жизнь. По сути, ничего не изменилось. Пить меньше не стал, да и вряд ли стану, мир не такой поганый. Приглядываю за детьми, хотя больше они за мной приглядывают… — усмехнулся Хэймич, залпом выпивая виски. Если бы не Китнисс с Питом, он бы уже давно свихнулся. До сего момента в деревне победителей жил только Хэймитч.

[nick]Хеймитч Эбернети[/nick][icon]https://forumupload.ru/uploads/001a/b2/2a/272/805760.jpg[/icon][lz]<div class="lz"><div class="lzname"><a href="ссылка_на_анкету">Хеймитч Эбернети</a></div>Победитель 50-х Голодных игр. Алкоголик.</div>[/lz]

+1

9

О прошлом Эффи было известно мало. Точнее, она сама сделала все, чтобы никто о нем не знал.  В нем не было постыдных тайн, но было много того, что все еще причиняло боль. Женщина никогда и никому не рассказывала о том, что ее родителями были богатая капитолийка и один из победителей Голодных Игр. Мисс Тринкет обожала свою семью, но... ей было тринадцать, когда отец погиб во время второй квартальной бойни. Мама же... вопреки общему мнению, действительно любила его и не смогла смириться с гибелью любимого мужчины, тем самым оставив Эффи совершенно одну в этом мире. Да, она действительно понимала обе стороны. Как понимала и то, что в Капитолии жили не только зажравшиеся богачи, но и обычные люди, которых политика Сноу так же не устраивала. Но она никак не комментирует высказывание Эбернети, принимая тот факт, что мужчина имеет все основания ненавидеть жителей Капитолия. Единственное, что она произносит:
  - Пэйлор - сильный лидер. Она возглавляла повстанцев четвертого дистрикта и на семьдесят третьих играх потеряла дочь. Эта мудрая женщина, которая понимает, что новая война не нужна никому. И, это именно она не позволила казнить Китнисс за убийство Коэн. - и уже за одно это, Эффи была ее преданной сторонницей. Ведь нет мотивации мощнее, чем благодарность или же ненависть.

   Вообще, она не собиралась потворствовать пагубной привычке Хеймитча. Вот только, Эффи и самой требовалась доза алкоголя. Даже в е, казалось бы, легкомысленной голове, все еще были свежи события двухгодичной давности. Да, она не видела, что творилось в Капитолии перед тем, как Сноу был вынужден объявить о капитуляции, но... лица родителей, что в тот день потеряли своих детей; дети, что остались без родителей... ужас от того, что стало с двенадцатым дистриктом и что происходило в остальных. Война - это слишком страшно, чтобы допустить ее повторения. И сейчас Эффи понимает это, как никогда четко. Как понимает и то, что это для Капитолия война была вот совсем недавно и недолго, а для жителей дистриктов она длилась десятилетиями.
  - Ваш дистрикт пока не готов к тому, чтобы привести туда маленьких детей, что остались без родителей и которым требуется время, чтобы хоть как-то оправиться от всех этих кошмаров. Кому-то повезло больше и у них нашлись родственники, которые забрали их к себе... Остальных же собрали здесь. А вообще, ты прав. Нужно действительно к вам приехать. - поднеся бокал к губам, женщина делает несколько больших глотков, после чего интересуется - Многие вернулись в ваш Дистрикт?
   Этот вечер она надеялась провести в тиши и спокойствии, спокойно беседуя с другом, но... она никак не рассчитывала на то, что ближе к ночи по коридору раздастся чей-то отчаянный крик. Выронив из рук бокал и резко вскочив на ноги, Эффи со страхом смотрит на Хеймитча и севшим голосом спрашивает:
- Что это? Что случилось?! - не смотря на то, что всю ее трясет от страха, она все же направляется к дверям и, распахнув их, выходит в коридор. В коридор, где на мраморном полу, подобно сломанной кукле, в луже крови лежало тело Джоанны...

[nick]Effie Trinket[/nick][icon]http://images6.fanpop.com/image/photos/39000000/Effie-Trinket-the-hunger-games-39021318-200-200.gif[/icon][sign]    [/sign][lz]<div class="lz"><div class="lzname"><a href="ссылка_на_анкету">Эффи Бряк, 40</a></div>Я слишком долго представляла интересы трибутов дистрикта номер двенадцать, чтобы помнить, кто я есть. Учусь жить по новой, но это слишком сложно. Куда проще прятать боль за цветными париками.</div>[/lz]

+1

10

После десятилетий Голодных Игр, после войны, которая породила столько жертв, Хэймитч уже мало кому доверял. Он верил только самому себе. Ну, может еще Китнисс с Питом, которые сражались с ним на одном поприще. Потому и новая власть воспринималась пока с большим недоверием, ибо непонятно, чего от нее ожидать. Эбернети скептически посмотрел на Эффи, махнув рукой. Как будто он сможет на что-то повлиять. Да, Пэйлор показала себя хорошо в этой войне, оправдала Китнисс. Но и Коэн показала себя во всей красе не сразу, хоть и раздражала Хэймитча временами. А потом едва не развязала новую войну. Хорошо, что Китнисс ее тогда поразила стрелой, иначе была бы новая война. Хэймитч предпочел бы вернуться в свой дистрикт и закончить там же свое жалкое существование. Вот уже сколько лет, с момента победы в Голодных Играх, он не живет, а существует. А самое главное, не знает для чего и ради каких целей. Ему не стыдно напиваться в слюни каждый день, ему плевать на все, в том числе и на себя. Менторство Китнисс и Пита внесло, хоть какой-то смысл в его жизни. Почему-то с первых дней, Эбернети увидел в этой девчонке победительницу. Она держалась достойно, упорная, дерзкая, наглая… Именно такие и побеждают в Играх. Она подарила Хэймитчу надежду, что она сможет выжить. И выжила.

— Дело не в том, какой она лидер. Просто я уже давно ни во что не верю. Мне стало бы намного легче, если бы нас просто оставили в покое  и больше никогда не выдергивали на свет божий. Разве мало мы настрадались? Разве мало мы просим? — хмыкнул Хэймитч, залпом выпивая бокал виски. Полегчало. Приятное тепло растеклось по организму. Эффи, вероятно, думает, что мир когда-нибудь сможет оправиться от случившегося, все дистрикты будут помнить вечно эту войну.

— Эффи, я говорю не о детях, я говорю о тебе, — он попытался улыбнуться, но получилось не очень, — Нам там никто не нужен, никаких праздников и показух, и мероприятий. Мы просто будем рады тебя видеть. Вернулись назад почти все. Конечно, там сейчас по-прежнему все восстанавливается, но лучше так, чем в постоянном страхе, — Хэймитч налил еще виски, делая глоток. Но не успел он расслабиться, как услышал некий крик в коридоре, а Эффи выронила бокал… Она пошла открыть, Эбернети успел выпить остатки виски в бокале, налить еще и выпить. Для храбрости. Он вышел вслед за ней, с бокалом в руке. От увиденной картинки, он вскинул брови, предвещая, что в этой дыре они застряли надолго.

— Добро пожаловать на семьдесят седьмые голодные игры… — мрачно заключил Хэймитч. Вокруг погибшей началась суета, всех разогнали по комнатам, скоро начнется разбирательство. Эбернети ничего не оставалось, как вернуться в комнату. Он упал на кровать ничком, хотелось накрыться одеялом с головой и проснуться, когда все  это закончится.

[nick]Хеймитч Эбернети[/nick][icon]https://forumupload.ru/uploads/001a/b2/2a/272/805760.jpg[/icon][lz]<div class="lz"><div class="lzname"><a href="ссылка_на_анкету">Хеймитч Эбернети</a></div>Победитель 50-х Голодных игр. Алкоголик.</div>[/lz]

+1


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Листы безумия [AU] » Память о прошлом заставляет ценить настоящее