LaurenAliceEvangeline
AndreiDara
Прыгну со скалы
Король и Шут

От Эвелин для ностальгирующих
Если бы Стивен только мог предположить, чем закончится этот вечер, то он... Никогда бы не пошел в дом Гриров? Или наоборот, сделал бы это намного раньше?
Они были друзьями, которых связывало почти семнадцать лет дружбы, да такой, когда один пойдет за другого и сделает все, что в его силах, чтобы спасти, помочь, на дать упасть в грязь лицом, причём не только в фигуральном смысле.
[читать дальше]

The Capital of Great Britain

Объявление

ЧЕЛЛЕНДЖ #5
ИГРОВОЙ
ЧЕЛЛЕНДЖИ
ИТОГИ и НАГРАДЫ
ИТОГИ ОТ
12.04

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » Can I Be Him


Can I Be Him

Сообщений 1 страница 6 из 6

1


Can I Be Him
.   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .
https://i.ibb.co/4mgLCsV/ezgif-3-98a5d5125109.gif https://i.ibb.co/4WDZSLS/ezgif-3-b28d3a4bb5aa.gif

marko & cat
вечеринка в честь дня рождения отеля bellagio, 2018
.   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .
I  h e a r d    t h e r e    w a s    s o m e o n e     b u t   he don't deserve you
If you were mine I'd never let anyone hurt you
I wanna dry those tears, kiss those lips  ,,

+2

2

Казино и отель Белладжио в Лас-Вегасе - место притяжения для тысяч туристов, настоящая мекка для тех, кто жаждет выиграть свой первый миллион, просадить все деньги в рулетку или просто отдохнуть в шикарных апартаментах класса “люкс”, потому что здесь других и нет. Это маяк для тех, кто ищет того, что никак не найти - удачу поймать за хвост невозможно, потому что правила этого города грехов работают совершенно очевидным, незамысловатым и наиболее притягательным образом - посетитель всегда проигрывает, выигрывает только казино, даже если вам кажется, что все наоборот. В этом году владелец комплекса решил отпраздновать день рождения Белладжио с шиком и блеском, каких Вегас ранее не видывал; пригласил все сливки общества, разослал приглашения самым лучшим и платежеспособным клиентам, пообещал настоящее шоу в середине вечера и невозможный по своей красоте фейерверк в самом конце. Если бы Марко знал, что главный для него спектакль случится где-то между подачей фаршированных улиток и запуском китайских фонариков с обязательным в таком случае загадыванием желаний, он не провел бы весь вечер со скучающим видом, дрейфуя от одного знакомого к другому, пожимая руки и расплываясь в фальшивой, пусть и очень убедительной улыбке каждый раз, как ему приходится обсуждать планы, высказывать восторги и слушать очередной несмешной анекдот от власть придержащих.

Все меняется в тот момент, когда в зале он замечает Кэтрин. Она выглядит ослепительно, сияет радостной улыбкой и пьет просекко, пока ее муж - независимый, самостоятельный и уверенный в себе мэр города мистер Поллард по кругу обходит каждого, кто ему важен. Подходит он и к Марино, здоровается, крепко пожимая руку мужчины и улыбается так, будто они лучшие друзья. Может быть, Джейк и правда так считает; в конце концов, именно Марко является одним из тех, кто не позволяет маленькой тайне мистера мэра просочится в газеты, и оба они знают, почему Марино не дает этой прекрасной и сочной истории о том, как Поллард развлекается с проститутками в лучшем номере “Марджириано” увидеть свет. И, кстати, если вы думаете, что Марко молчит, чтобы сохранить репутацию отеля, вы заблуждаетесь; такие пикантные подробности привлекли бы лишь больше состоятельных клиентов, ведь все они следуют за модой.

- О, теперь я понимаю, отчего у нас так ничего и не выйдет, милый, - Эванджелин, стройная и изящная брюнетка с зелеными глазами и хищным взглядом шепчет на ухо Марко свои ласковые слова и проводит рукой по его плечу. Со стороны они выглядят идеальной парой, улыбаются, относятся друг к другу с невероятной заботой и вниманием; на деле же Марино следит взглядом за Кэтрин с того самого момента, как она появилась на этом празднике жизни, и Эва просто помечает это и озвучивает. Простой факт, ничего больше. Никакого двойного дна и подоплеки, просто красивая и умная женщина рядом.

Они встречаются чуть больше шести месяцев; ради нее Марко даже купил приличный дом в фешенебельном районе Вегаса, потому что “дорогой, встречаться в отеле - это пошло, а в твоей маленькой уютной квартирке - тривиально”. Она подходила ему во всем - молчала, когда нужно было молчать, и поддерживала беседу, когда ему необходимо было общение; прекрасно готовила, пусть и не особенно это любила; не докучала непонятными историями о своих подругах; всегда появлялась лишь тогда, когда была по-настоящему нужна. Одни встретились на одном из автомобильных салонов, что так часто проходят в городе, потому что их взгляды зацепились за одну и ту же машину - разговорились. Оказалось, что Эванджелин Эстерсон хорошо разбирается в технике, у нее свой старт-ап и она не менее прогрессивна, чем Марко - консервативен. Они переспали в тот же день, по-подростковому запятнав заднее сиденье ее лексуса, и разошлись с мыслями о том, что эта интрижка - одна из многих в череде случайных приятных встреч. Но на следующий день встретились снова, и Марко, позабывший о том, что способен порой влюбляться, вдруг понял, что с Эвой ему так комфортно, что он может терпеть ее рядом чуть ли не круглосуточно. И все же что-то было не так; и они оба понимали это, только Эстерсон не знала, в чем именно подвох. И вот теперь, наблюдая за тем, как Марино смотрит на эффектную блондинку, жену мэра, Эва улыбнулась своей самой очаровательной улыбкой и произнесла ту самую фразу - произнесла без обид, ревности, излишней драматизации. Может быть, потому что была по-настоящему умна, а, может быть, потому что и ее сердце было занято кем-то другим; в сущности, Марко было все равно, поэтому в ответ он лишь скромно улыбнулся и поцеловал свою спутницу в уголок губ:
- Твоя проницательность - то, что меня так привлекло.

Она лишь качает головой. Удивительная женщина, не так ли?
- Ты безнадежен, Марино, - она смеется, отпивая шампанское из своего бокала, - ну, что же ты стоишь? Ее муженек все еще совершает свой круг почета и не собирается возвращаться к скучающей жене. Иди, поздоровайся. Вернешься ко мне, если ничего не выйдет. Как всегда и бывает.

Марко глядит на Эванджелин так, будто смотрит на подругу детства, которая способна дать дельный совет. Качает головой и пожимает плечами, мягко снимая ее руку со своего плеча и, следуя не ее указанию, но собственному желанию, направляется к Кэтрин. Но замирает недалеко от нее, когда к ней подходит одна из гостей. Их разговор странным образом предвещает настоящую бурю, и Марино делает вид, что изучает закуски, расставленные на массивном мраморном столе и раскидистой и не вполне уместной пальме в кадке - одной из многих, что тут и там раскиданы по залу, видимо, для того, чтобы создать более натуральную атмосферу праздника. Разговор, что доносится до него, явно выходит за любые границы приличий и, как раз в тот момент, когда Марко решает, что лучше и не подходить к миссис Поллард (надо сказать, это обращение все еще здорово режет его слух и душу), Кэтрин замечает его, с самым агрессивным и расстроенным выражением лица направляясь в его сторону - предварительно окатив свою собеседницу взглядом, полным негодования.

+1

3

Джейк всегда смотрит словно сквозь нее, слово не видит настоящего, не видит сути ‒ лишь красивую обертку, цветок, который нужно поливать, чтобы он не завял и не перестал радовать хозяина своим буйным цветением. И Джейк поливает ‒ думает, что ей будет вполне достаточно подпитки из драгоценностей, возможности никогда не работать и внушительного банковского счета. Джейк подпитывает ее цветение, забывая о том, что любому живому существу в первую очередь нужна любовь, а не что-то другое.

Иногда Кэт думает ‒ может быть, она слишком накручивает себя? Слишком придирается, требуя от него невозможного? В конце концов, она знала, за кого выходила замуж, знала, что ее муж более чем занятой человек с напряженным рабочим графиком. Как удобно для любых проявлений неверности, шептал мерзкий внутренний голосок, который Кэтрин устала игнорировать за все эти годы. Разоблачение мистера Полларда выходили едва ли не еженедельно ‒ газеты и журналы с упоением писали, что видели его с разными леди в разных концах города, однако Джейк всегда оставался исключительно невозмутимым. Он брал ее за руку, на которой сверкала пара колец, превышающих по стоимости годовой бюджет какой-нибудь страны, проникновенно смотрел в глаза и ровным тоном повторял, что все это клевета и инсинуации. Что он публичный человек, у него много завистников и конкурентов, которые не желают ему ничего хорошего, а потому прибегают к самым разным способам, чтобы выбить его из колеи. Она должна ему верить. У них ведь все так прекрасно, не так ли?

И Кэтрин верит; верит и сейчас, когда сидит рядом с ним на кожаном сидении лимузина, который везет их в один из самых пафосных отелей Лас-Вегаса. Кэт тихонько вздыхает, чувствуя приступ начинающейся головной боли. За время рядом с Джейком она вполне привыкла к вечеринкам, воспринимая их как возможность познакомиться и поболтать с новыми людьми, но к таким огромным ‒ вряд ли. Миссис Поллард уже видит, как закончится этот вечер ‒ Джейк в очередной раз исчезнет в компании очень важных инвесторов, а она останется развлекать их престарелых жен. То еще удовольствие.

Ее мысленные предсказания сбываются лишь наполовину; Джейк действительно довольно быстро оставляет ее одну, мягко поцеловав в щеку и пообещав скоро вернуться, но Кэт достаточно давно за ним замужем, чтобы подсчитать, что это "скоро" случится не раньше, чем в конце вечера, когда настанет пора уезжать обратно домой. Вот только никаких престарелых кошелок вокруг все-таки не наблюдается; да и в целом людей так много, что можно провести всю ночь, просто здороваясь с каждым из них. Кэт медленно курсирует от одной группки к другой, сияя обольстительной улыбкой и отвечая на стандартные, заученные вопросы относительно ее дел и стоимости украшений. Ближе к середине вечера она отходит к столу с напитками, чтобы взять себе еще один бокал с шампанским, когда ее обнаженного плеча касаются чьи-то ледяные пальцы.

Кэт вздрагивает, поднимая глаза на незнакомку перед собой; рыжие волосы, нетрезво блестящие глаза, и уверенный вид, даже слишком уверенный. ‒ Простите, мы знакомы? ‒ Кэт поднимает брови, держась в рамках положенной вежливости. Она давно научилась не судить людей по внешнему виду, поэтому предполагала, что за внешностью нетрезвой девицы с потекшей тушью мог скрываться кто угодно. Незнакомка как-то неприятно улыбается, обнажая идеально ровные зубы, и наклоняется к Кэт поближе, понижая голос до заговорщицкого шепота.

‒ Какого это ‒ жить с серийным изменщиком, милая Кэтрин? ‒ ее дыхание обжигает кожу девушки, и блондинка вспыхивает, как от бесцеремонности вопроса, так и от наглого вторжения в ее личное пространство. ‒ Что вы сказали? ‒ переспрашивает, одаряя рыжеволосую ледяным взглядом, отступая на шаг назад, и готовясь при необходимости окатить ее не менее ледяным шампанским. ‒ Кто вы такая и кто дал вам право разносить грязные сплетни о моем муже? ‒ Кэт чувствует, что начинает терять самообладание, слегка повышая голос. Вот-вот на них начнут обращать никому не нужное внимание; Кэт дергает плечом, и собирается пройти мимо наглой девицы, а ту, кажется, лишь забавляет вся эта ситуация. ‒ Я просто та, кто очень много знает, и может назвать конкретные имена и места. Казино Марджириано, например, любимое местечко сбора Джейкоба и его шлюх.

Кэт вздрагивает всем телом, услышав название казино Марко; стараясь не измениться в лице, она с грохотом ставит полный бокал на стол возле себя. Хватит, с нее довольно этого безумия. ‒ Если вы представитель желтой прессы, которая таким дешевым способом пытается что-то у меня узнать, то увы, нам не по пути. ‒ Кэт поднимает подбородок, и решительно обходит девушку, презрительно бросив ей через спину напоследок: ‒ Могли бы придумать что-то поинтереснее пустых домыслов!

Откинув светлые волосы с начинающего покрываться бордовыми пятнами злости лица, Кэт шагает вперед, не разбирая дороги, пока вдруг не замечает в непосредственной близости от себя Марко. Он так увлеченно разглядывает содержимое стола с закусками с максимально невинным видом, что блондинка сразу понимает, что он явно заметил ее перепалку с этой городской сумасшедшей. Кэтрин тяжело вздыхает, и пересекает небольшое расстояние между ними, с трудом удерживая равновесие на своих высоченных каблуках. Марко поднимает глаза к ее лицу, и она молчит, внимательно глядя на него в ответ; их глаза словно ведут молчаливый диалог друг с другом, понимая и принимая другого без слов. Кэт отмечает, как ему идет этот строгий костюм, когда скользит взглядом от его лица к плечам, и вздыхает еще раз ‒ еще тяжелее.

‒ Ты все слышал, да, ‒ это не вопрос, а утверждение, слишком хорошо она его знает. Кэтрин бесит, что их встреча произошла вот так, при таких обстоятельствах; когда он застал ее в настолько уязвимом и расстроенном виде. ‒ Здесь есть место потише? ‒ спрашивает она уже более ровным тоном, не желая обсуждать своего мужа и возможную причастность ко всему этому Марко при всех. Неожиданная мысль приходит к ней в голову, и ее голубые глаза расширяются от внезапно нахлынувшей неловкости.
‒ Или... ты пришел не один?

+1

4

Зал наполнен равномерным гулом разговаривающих людей и легкой непринужденной музыкой, но даже в этом шуме Марко отчетливо слышит, как хрустальный бокал Кэтрин соприкасается с поверхностью мраморного стола. Ее раздражение - как тысяча разрядов молний, направляющихся в сторону обидчицы, которой, впрочем, нет никакого дела до того, что подумают другие люди; рыжеволосая девушка не слишком аккуратного вида лишь нагло ухмыляется, когда Грейвз (Поллард, Марко, Поллард, пора бы уже привыкнуть за столько лет) отворачивается от нее, не желая продолжать разговор. Марино думает, что зря направился в сторону старой знакомой и, пытаясь сосредоточиться на закусках, что расставлены на столе в причудливом порядке, думает о том, как, должно быть, забавно Эве наблюдать за разворачивающейся сценой. Итальянец не успевает найти ее в толпе, мгновенно переключая свое внимание на подошедшую блондинку.

Кэтрин смотрит на него так внимательно, будто в его глазах можно найти ответы на вопрос о том, как же все-таки была создана вселенная, и Марко хочется улыбнуться - невольно и легко, ободряюще. Им редко когда были нужны слова для того, чтобы понять друг друга; с ней всегда - так просто и приятно, так правильно быть рядом, даже когда она обижена или расстроена. Сколько раз Марино утешал ее, сколько раз они разговаривали о том, какой бывает несправедливой жизнь, сколько раз вместе находили путь из, на первый взгляд, безвыходной ситуации? Но вот сейчас она смотрит на него, и мужчина понимает: сейчас все по-другому, ведь ее обида направлена не на кого-то другого, а на него самого. И он едва слышно вздыхает, ставя свой бокал на стол - аккуратно и едва слышно - кивает головой.

- Слышал, - отзывается итальянец и склоняет голову вбок. Ему хочется дотронуться до ее лица, погладить по щеке подушечками пальцев; крепко обнять, дав этим понять - все, что наговорила та женщина, глупая ложь из зависти; защитить ее, отгородить этим объятием от всех бед, склок и сплетен. Но он не может. Не только потому, что здесь сотни людей и такое поведение не расценят как дружеское участие, а лишь раздуют из этого скандал, но еще и потому, что Марко знает - информация, которая только что была озвучена, правдива на все сто процентов. Ему ли не знать, что творится в месте, которое долгие годы находится под его опекой?

- Да, конечно, есть, - Марко снова кивает и уже собирается незаметно увести Кэтрин в более тихое место - если пройти по коридору мимо болтающих людей и охраны, справа будет дверь в уединенную комнату, где можно спокойно поговорить. Владелец “Белладжио” специально оставляет ее двери открытыми для особых гостей, в числе которых есть и Марино. В конце концов, они с мистером Эджкомбом такие старые друзья, пусть и конкуренты; да только вопрос Кэт останавливает его на мгновение и отчего-то заставляет мужчину почувствовать себя несколько неловко. Да, сама Кэтрин давно замужем, но Марко не привык к тому, что рядом с ней он… несвободен? Занят? Он ведь… в отношениях? Эта мысль словно ударяет его обухом по голове, будто до того, как произнести свое “да, я не один”, он не осознавал этого, действуя на каком-то автопилоте. А ведь у него и правда есть девушка - замечательная, проницательная, игривая, умная. К которой он даже привязался, с которой ему хорошо и комфортно. Но даже при таком раскладе, завидев Кэтрин, он все равно оставил ее - чтобы поздороваться с той, ради кого в прошлом и переехал в Лас-Вегас. “Это просто вежливость”, - думает Марко. Здороваться со знакомыми - это вежливо. Только вот они уже не только сказали друг другу слова приветствия; Марино собирается увести жену мэра из этого шумного зала, зная, что им предстоит непростой разговор. Зная, что ему придется лгать той, кого он ценит больше всех остальных людей на свете.

- Ничего. Она подождет меня, - Марко улыбается, тут же замечая Эванджелин, что пристально смотрит на них и усмехается, подмигивая ему на расстоянии. Удивительная женщина, ничего не скажешь, - я как-нибудь потом вас познакомлю, сейчас не время.

Марино кладет ладонь Кэтрин на спину, чуть пониже лопаток, показывая дорогу. Прикидывается, что они оживленно разговаривают об искусстве и последних новостях картинной галереи, что только что открылась в самом центре Вегаса. Словом, делает все, чтобы их разговор приняли за непринужденную дружескую беседу; переводит дух, только когда они оказываются за закрытыми дверями “комнаты переговоров”. Здесь, в помещении, наполненном стеллажами с книгами, дорогой дубовой мебелью и огромными панорамными окнами, словно бы легче дышится, но Марко знает - это иллюзия. Ведь Кэтрин все также расстроена, а он все также не знает, сможет ли ей солгать.

- О Джейкобе ходит много слухов, Кэтрин, - наконец, начинает мужчина, присаживаясь на краешек круглого стола у окна. Вечерний свет причудливо падает на лицо девушки, и Марино вспоминает тот вечер, когда она сообщила ему радостную новость - выходит замуж, чувствует себя счастливой. Странные пути судьбы - она думала, что делает правильный выбор, а он так и не решился ей помешать; и к чему это привело? К картонному, картинному браку, где она - лишь прелестный трофей успешного мужчины. “А со мной было бы по-другому?”, - невольно задумывается Марко, тут же отбрасывая эти мысли. Он ведь в о т н о ш е н и  я х, как его сознание выяснило несколько минут назад. И в довольно… счастливых. Поразительные перипетии жизни, - но им не стоит верить. Ведь он публичный человек, а кто из журналистов не хочет поживиться за счет очередной высосанной из пальца сенсации о его неверности? Он ведь политик, а их всегда стараются очернить. Если программа безупречна, то почему бы не попробовать сделать это через личную жизнь.

Марко говорит уверенно, но знает, что идет по тонкому льду. Слишком тонкому, и этот лед трещит под его ногами, ведь в глазах Кэтрин плещется недоверие и… оскорбленное удивление. Марко хорошо лжет, о б ы ч н о хорошо; но Грейвз слишком хорошо его знает. Слишком хорошо знает, что, какие бы убедительные речи он не произносил, ей он врать не умеет ни капли. Просто потому, что их отношения всегда были построены на доверии. И тогда Марко сглатывает и опускает взгляд в пол:
- Что ты хочешь услышать, Кэт?

+1

5

Кэтрин глубоко вдыхает и выдыхает, сжимая и разжимая кулаки, позволяя длинным ногтям впиваться в кожу; эта боль отрезвляет ее, напоминает о том, кто она такая и где находится. Это игра воображения или начавшийся приступ панической атаки, но ей внезапно кажется, что все в этом зале смотрят лишь на нее одну. Что каждый косится осуждающе, будто проникая в ее мысли, зная, каков на самом деле идеальный фасад ее красивого брака. Неяркий свет хрустальных ламп внезапно ослепляет ее, и Кэтрин хочется содрать с себя все, начиная с украшений и блестящего платья, и заканчивая кожей, чтобы стать кем-то другим, чем-то другим. Кем-то, кому безразлично, с кем на самом деле развлекается ее муж; в конце концов, в итоге он каждый раз возвращается к ней, разве не так? Кем-то, кто смог бы спокойно закрывать на это глаза дальше, спокойно ложиться с ним в одну постель и засыпать рядом, не мучаясь фантомными болями в сердце.

И сейчас, глядя на взволнованное лицо Марко, улавливая тонкую эмоцию, которую он так безуспешно пытался скрыть, Кэтрин весьма отчетливо понимает, что ей никогда в жизни не стать таким человеком. Как бы сильно она не старалась. Слишком много огня, слишком мало равнодушия в нее заложила природа. Она тихо вздыхает, позволяя Марко увлечь себя прочь из зала, приказывая себе не оглядываться в сторону чужого взгляда, который прожигал ее лопатки сзади. Ей было невероятно любопытно узнать, что представляет из себя новая избранница Марино, но если бы она сейчас взглянула на нее, то ни за что не позволила бы Марко ее оставить. Слишком часто он брал ее проблемы на себя, когда-то это должно было закончиться, разве нет? Кэтрин уговаривала себя, но все было бесполезным; ей нужны были ответы, нужны прямо сейчас. Немедленно.

Вид из огромных панорамных окон в помещении, куда ее приводит Марко, ослепляет ее; на долю секунды Кэтрин смотрит на яркие огни на улице, позволяя своему взгляду расфокусироваться, мысленно пытаясь расслабить зажимы в шее и позвоночнике. Это не работало; ее тело оставалось напряженным, как пружина, которая была готова вот-вот выстрелить. Отвлекаясь от вида за окном, Кэтрин делает несколько шагов в сторону Марко, который присел прямо на край стола, что выдавало значительную степень его волнения. Девушка прищуривается; она внимательно изучает его лицо, подмечая малейшие изменения в морщинках возле глаз, в тоне его голоса, которым он пытается успокоить ее. Они слишком хорошо друг друга знают; слишком много времени провели рядом с друг другом, и сейчас это отнюдь не играет в пользу Марко.

Кэтрин кажется, что она видит его насквозь.

‒ Ты сам веришь в то, что только что сказал? ‒ наконец, позволив ему договорить до конца, она задает свой короткий, но весьма безжалостный вопрос тихим тоном. Эхо ее каблуков прокатывается по большому помещению, когда она делает еще несколько шагов навстречу к нему, чтобы посмотреть ему в глаза. Кажется, этого Марко уже выдержать не может, потому что опускает взгляд в пол, словно не желая встречаться с ней глазами. И это ранит Кэтрин больше всего; чертов язык жестов его тела, который даже не намекает, а прямо кричит ей о том, что он только что весьма убедительно, но все же солгал ей.

‒ Даже не знаю, Марко, ‒ она отвечает на его последний вопрос с долей приторной вежливости, ощущая, как из глубин ее сердца поднимается темная волна из недоверия и боли. ‒ Может быть правду, для разнообразия? Как ты думаешь? ‒ ее светлые глаза мечут молнии; она делает последний шаг, безжалостно не оставляя Марко ни сантиметра личного пространства, заставляя его вновь поднять глаза на себя. Она тяжело дышит, прекрасно зная, что ей не справиться с чувством ярости, которое вот-вот затопит ее, не оставив ни малейшего шанса на то, чтобы выбраться. Еще больнее ситуацию делает тот факт, что она всерьез думала получить от Марко поддержку, а вместо этого он лишь отделался весьма обтекаемыми фразами. Так обычно говорят политики; Кэт знала это, как никто другой, и это бесило ее больше всего.

‒ Ты ведь слышал, что сказала та девушка. ‒ глаза Кэтрин сверкают яростью, и она не может устоять на месте, вновь отходя от Марко на несколько шагов назад, нарезая бессмысленные круги возле него на небольшой территории, напряженно думая. ‒ Она назвала твое казино одним из любимых мест времяпровождения Джейка. Не чье-то другое. Твое. ‒ блондинка медленно качает головой, все еще силясь поверить в услышанное. Хуже всего то, что язык тела Марко даже не говорил, а кричал о том, что все это чертова правда.

‒ Ты сказал бы мне правду, не так ли? ‒ Кэтрин кажется, что ее кожа горит; настолько сильно бьётся сердце в волнении, разгоняя кровь бежать быстрее по венам. Она снова подходит ближе к Марко, словно надеется, что если запрет его в узком пространстве между столом и своим телом, он точно никуда не сможет сбежать от столь неприятного ему разговора. ‒ Если бы ты точно знал, что все это время мой блистательный муж трахает кого-то у тебя под носом, ты ведь не стал бы мне лгать, желая пощадить мои чувства? Покрывая Джейка ради сохранения ваших деловых отношений? ‒ ее голос звучит тихо, но практически угрожающе; она выдавливает из себя улыбку, растягивая уголки губ, но ее глаза остаются ледяными. ‒ Скажи все, как есть. ‒ она даже не просит, а требует; если он действительно хоть когда-то в жизни любил ее по-настоящему, то больше не станет уходить от ответа.

‒ Скажи мне чертову правду, Марино! ‒ ее голос срывается на крик, и Кэт обхватывает себя руками, чтобы не дать выплеснувшейся ярости разбить пару дорогих вещиц на этом столе.

Хотя, возможно, от этого ей стало бы намного легче.

+1

6

Марко всегда отличался спокойствием, терпением, хладнокровностью - несмотря на итальянские корни - и способностью совладать с собой в любой ситуации. Именно поэтому его так ценил мистер Санджанелло; именно поэтому его так уважали в бизнесе и именно поэтому, пусть он лишь отвечал за безопасность “Марджириано”, он принимал участие в любой сделке, которая касалась казино, отеля или других, не таких заметных ветвей бизнеса. Да, Марино был продуманным, расчетливым, но при этом также и почти всегда достаточно честным со своими партнерами - и его ценили за это. Таким же он был и с Кэтрин - всегда был готов поддержать ее, успокоить, найти подходящие слова для того, чтобы привести ее в чувство и вернуть ей ощущение твердой почвы под ногами в моменты, когда девушка терялась в пространстве от нахлынувших проблем и переживаний. Он всегда был рядом с ней в трудные времена. Почти был ее тенью. Лучшим другом, который слишком поздно осознал, что ему нужно больше; и все-таки он всегда старался оставаться с ней честным. Поэтому когда она выплевывает свою едкую, словно змеиный яд, фразу в его сторону, глаза Марко опасно сужаются и он - вопреки собственному характеру, привычному поведению и любым принципам - чувствует ярость, что поднимается огненным змеем из глубины его души и которую он оказывается не способным сдержать.

- Для разнообразия? - мужчина сжимает губы, смотрит на девушку укоризненно, гневливо, а затем сглатывает, мотает головой и вновь повторяет, почти шипя, - для разнообразия, Кэтрин? По-твоему, я часто тебе лгал? По-твоему, наши с тобой отношения построены на лжи, раз я для разнообразия должен сказать тебе правду? Ты не перепутала меня с кем-то другим? Может быть, со своим дорогим и любимым мужем, который поет тебе сладкие песни о том, как любит, а сам прохлаждается с проституками? Думаешь, это происходит только в “Марджириано”? В этом городе нет ни одного места, в котором Джейкоб Поллард не трахал других женщин.

Марко сглатывает, когда она оказывается слишком близко. Они - как мельчайшие частички молекул - кружат по орбите, то сближаясь в опасно небольшой дистанции, то расходятся как корабли в море, стараясь убежать друг от друга и больше никогда не встречаться. Марино только сейчас осознает, насколько тяжело ему дается каждая встреча с Грэйвз - каждая встреча, в ходе которой он вынужден вежливо улыбаться, учтиво спрашивать, как ее дела и кивать головой, выслушивая милые разговоры о том, как лучше украсить дом и какую новую драгоценность подарил ей Джейк. Он знает, что все это лишь светские беседы, но за ними скрывается настоящая Кэтрин - открытая, веселая, жизнерадостная девушка, оказавшаяся в красивой золотой клетке с прочными прутьями; но больнее всего для Марко даже не то, что она заперта в рамках собственной жизни, сколько то, что эту жизнь она проводит не с ним. И сейчас, когда она обвиняет его во лжи и, будем откровенны, обвиняет справедливо, ведь он действительно ей лгал относительно ее мужа, не говоря всю правду как на духу, мужчине становится больнее вдвойне; ведь он так хочет, чтобы Кэтрин была счастлива. Так хочет, чтобы она улыбалась искренне, была так же беззаботна, как и раньше, до замужества, а между ними царило абсолютное доверие. И теперь, когда она оказывается так близко - потому что уже сам Марино подошел к ней вплотную, нависая над ней - он чувствует запах ее духов, видит как часто вздымается ее грудь в попытке сдержать бессильную ярость, и он чувствует невыносимое желание заглушить ее страдание, помочь хоть чем-то… Но он знает, что помочь не в силах; так же как знает, что его собственный гнев все еще не улегся, все еще бушует внутри ужасным кровожадным зверем.

Но она смотрит на него так пронзительно, кажется такой беззащитной, что Марко просто замирает в паре сантиметров от нее - они почти соприкасаются друг с другом; Марино заглядывает в глаза девушки и поджимает губы, чувствуя, как волна вины захватывает его с головой и перемешивается с гневом, замешиваясь в ужасный по своей едкости коктейль.

- Это все не имеет никакого отношения к бизнесу. Скорее Поллард должен нам, чем мы ему, Кэтрин, - голос Марко подрагивает, потому что он вдруг осознает, что из-за всей этой ситуации может ее потерять. Она отвернется от него, потому что он не оправдал ее доверия; и тогда он… а что тогда будет, что это будет означать для него? Минус бесконечный соблазн протянуть к ней руку, дотронуться до ее лица, смахнуть прядку волос со скулы и приподнять ее подбородок, заставляя посмотреть на себя? Минус мысли о том, каковы ее губы на вкус, когда она вскидывает взгляд на Марко, дожидаясь ответа, а он не может думать о том, что должен объяснить ей что-то ее муже, потому что правда в том, что Марино с самого начала знал, что Поллард ее не достоин, но надеялся на лучшее с упрямством горного барана?

Марино облизывает губы, пытаясь подобрать правильные слова, но ее близость мешает ему. Он осторожно обнимает ее лицо ладонями, решаясь на то, что давно хотел сделать; решаясь, потому что он ведь и так на грани того, чтобы потерять самое ценное, что есть у него в жизни - Кэтрин Грэйвз, привязанность к которой в его случае почти преступна. Он смотрит в ее глаза и голос его звучит приглушенно и очень ласково, не в пример вспышке ярости мгновением раньше:

- Я хотел защитить тебя от правды. Одно дело, когда это всего лишь сплетни, и совсем другое, когда кто-то близкий тебе говорит подобное о твоем муже. Ты бы мне не поверила, Кэт, я ведь тебя знаю. Это была патовая ситуация - как бы я не поступил, все причинило бы тебе боль, - Марко слишком близко, и он это знает. Чувствует, как по ее телу проходит легкая дрожь, но списывает это на гнев, что бьется в груди Кэтрин птицей, попавшейся в ловушку. Между ними такое маленькое расстояние, что он чувствует ее дыхание на своем лице, - это и есть чертова правда, Грэйвз. Твой муж бывает в отеле “Марджириано” по вторникам и четвергам, встречается с рыжеволосой Надин в номере четыреста четыре, который всегда зарезервирован для него. И что? Легче тебе от этого? Кэтрин…

Марко смотрит на нее, склонив голову в бок, и мягко гладит ее скулы подушечками больших пальцев. Последний раз они были так близко, когда она обнимала его за просмотром старых фотографий - в день, когда Марино помогал ей собирать вещи для переезда. Тогда ему на мгновение показалось, что между ними есть что-то большее, чем просто многолетняя дружба. А сейчас… сейчас по ее взгляду он вдруг обретает бесценное знание - между ними совершенно точно не только дружба. И от этого у него в солнечном сплетении завязывается тугой узел.

+1


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » Can I Be Him