LaurenAliceEvangeline
AndreiDara
Artik & Asti
Миллениум

от Элис для Адриана
Сэм держит Мартина Надо отсюда выбраться, может толкнуть его на охранника, схватить папку и убежать? Но Мартин, не желает спокойно стоять, еще немного, и он выкрутится, и тогда Сэм уже ничего не сможет сделать. Неожиданно, в данной ситуации и для себя самого, Сэм слышит голос, очень знакомый голос. Оуэн? После недавнего погружения в прошлое, голос Джеймса снова звучит ободряюще, словно голос старого друга. Сэм улыбается и поворачивается, хочет поприветствовать его и пошутить, что тот умеет выбирать моменты для своего появления.
[читать дальше]

The Capital of Great Britain

Объявление

ЧЕЛЛЕНДЖ #7
ЗОЖ-ный
ВЕСЕННЯЯ
ЛОТЕРЕЯ
ИТОГИ ОТ
17.05

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » to get inside you


to get inside you

Сообщений 1 страница 25 из 25

1


to get inside you
.   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .
https://funkyimg.com/i/3aKNd.png

Элис & Марко
Лас-Вегас, осень 2015

Иногда люди встречаются спустя время - и словно заново видят друг друга, узнают друг друга, познают, изучают, оставляют следы, послевкусие, отпечатки.

+2

2

Ее жизнь - это череда взлетов и падений. Сейчас, к своей великой радости, Элис как раз переживала взлет. Она была молода, успешна и желанна. В свои двадцать лет, Кейн была довольно успешной моделью нижнего белья. Она училась в одном из самых лучших ВУЗов Англии и могла бы просто жить беззаботной жизнью, ведь деньги семьи ей позволяли это. Вот только подобное было не в характере модели. Да, она с благодарностью приняла в подарок от дяди квартиру в Лондоне, но жить за счет своего трастового фонда отказывалась на отрез. Как ни крути, но благодаря карьере модели, Элис действительно зарабатывала достаточно. И в этот конкретный момент, она летела в Лас-Вегас на очередные фотосъемки. В этот раз, бренд, на который она в основном работала, собирался отснять каталог новой коллекции в одном из самых дорогих отелей города греха. И это, будем честны, несколько удивляло девушку. А может, она просто не хотела возвращаться в Штаты, пусть съемки и не должны были проходить в ее родном Чикаго. Вот уж место, куда она точно не вернется ни за какие деньги. Я бы и в Вегас не летела, но... контракт есть контракт. Тряхнув головой, девушка перевела взгляд на облака, что виднелись за иллюминатором. Главной причиной того, что она не хотела лететь сюда, было присутствие в городе Лекса. С тех пор, как он вновь начал писать песни - его популярность в стране вновь взлетела и не утихла за те четыре года, что они не виделись. Кто бы мог подумать, что секс с малолеткой может вывести из депрессии по поводу гибели любимой жены. Элис прекрасно отдает себе отчет в том, что утрирует слишком грубо, но... та рана, что нанес мужчина в день, когда разрывал их отношения, все еще не затянулась. А зная свое везение, Кейн не сомневалась в том, что они обязательно столкнутся.
   Съемки должны были начаться лишь на следующий день и этот день им было позволено провести в свое удовольствие. В Лас-Вегас их прилетело восьмеро. Восемь девушек, что должны демонстрировать новую коллекцию для каталога. Изначально Кейн планировала остаться в своем номере и просто отдохнуть после перелета, но, ближе к вечеру решила спуститься в казино, что было при отеле. Или же отель при казино? Она не знала, как правильно. Да и, будем честны, ей это было безразлично.
  Проиграв не много денег у автоматов и посмеявшись над собственным проигрышем, Элис направляется в сторону ресторана, что принадлежал великому Гордону Рамзи. Она любила посещать его заведения в Лондоне, а вот в Штатах не была ни разу. Ведь, когда она была здесь в последний раз, в смысле в стране, то подобные места ей были не то, что не по карману, а, скорее, не по статусу. Да и вообще, в шестнадцать лет ты особо не увлекаешься подобным. В столь юном возрасте, девушки пытаются быть красивыми, нравится тем, в кого они влюблены и, как в случае с Элис, стараться держаться как можно дальше от наркотиков.
  Она провела в ресторане почти два часа, наслаждаясь приятной атмосферой и вкусной едой, а когда поднялась к себе в номер, то:
  - Тим, свяжись со службой безопасности сей богодельни! Кто-то к херам разнес мой номер! - при этом, Кейн не рискует входить в сам номер, предпочитая оставаться на виду у камер видеонаблюдения.

ВВ

https://i.pinimg.com/564x/1d/c9/06/1dc9060b30d50e546dee6d6c7744a553.jpg

+1

3

Марко Марино - тридцатитрехлетний глава безопасности казино "Марджириано", быстро вышагивает по длинному светлому коридору, ведь его уже ждут в номере 1116. Брови его сведены к переносице, он хмурится; и каждый, кто встречает его на своем пути, понимает: мужчина в ярости, и таким его давно никто не видел. С самого начала работы в Лас-Вегасе, итальянец показал себя спокойным, хладнокровным руководителем, который не склонен к беспричинному проявлению эмоций. Когда в коллективе случались конфликты, Марко был человеком, который оказывался способен выслушать каждую сторону и справедливо разрешить проблему. Если кто-то лажал, он был тем, кто сперва выясняет причины, а уже потом наказывает - и только в случае необходимости. Конечно, сперва ему пришлось доказывать, что не просто так оказался на этой должности, но все очень быстро поверили в то, что этот человек - на своем месте. В конце концов, Марино был профессионалом - убийцей, охранником, в чем-то даже следователем. Но сейчас те, кто встречались ему на пути, опускали глаза в пол и виновато пятились, потому что он действительно был недоволен.

Пять минут назад ему доложили, что один из номеров отеля вскрыт, а затем разгромлен. И это не какие-нибудь богательнике постояльцы решили вломиться в собственный номер, в пьяном угаре поломав всю мебель. Нет, кто-то чужой проник в номер девушки, которая только въехала. Эта ситуация несла в себе не только угрозу безопасности гостей отеля и казино, но и репутационные риски. Поэтому Марко строго-настрого приказал своему помощнику Фиделю проследить, чтобы информация не утекла к нежелательным людям, а сам поспешил разобраться в проблеме самостоятельно.

Каково же было его удивление, когда у порога номера в окружении его подчиненных, которые уже успели проверить номер на предмет того, что там нет никого постороннего, он увидел девушку, которую когда-то уже спасал.

- Элис, - ее имя вырывается из груди тихо, но уверенно, слегка удивленно. Марко пару секунд рассматривает девушку: за время, прошедшее с их последней встречи, она сильно изменилась. Он помнил ее еще юным подростком, испуганной и разгневанной маленькой девочкой, которая попала в беду, но теперь перед ним стояла взрослая, уверенная в себе красивая женщина, ждущая объяснений и решения сложившейся ситуации. Уголки губ Марино невольно ползут вверх в легкой полуулыбке - Кэтрин рассказывала, что Элис рекламирует нижнее белье, а теперь мужчина и сам видит, что у нее для этого есть все данные: длинные стройные ноги, высокая упругая грудь, правильные черты лица и горящий взгляд, который цепляется за Марко, изучая. Итальянец уверен, что все мужчины, что находятся рядом с девушкой, думают об одном и том же - как бы затащить такую красавицу в постель. А должны бы думать о том, кто разнес ее номер. Он переводит взгляд на подчиненных, которые что-то неуверенно мямлят, устало вздыхает и заглядывает в номер, - вы затоптали все, что могли, конечно?

Осторожно переступает порог, осматривается мельком, а затем оборачивается и жестом подзывает Элис к себе, не говоря ни слова о том, что рад ее видеть - разве это не очевидно?

- Ты уже проверила, не пропало ли что-то ценное? - Марко проходит вглубь комнаты. Разворошенные подушки, разодранные одеяла, опрокинутые стулья, раскрытый сейф… Что-то кажется слишком подозрительным. И когда глаза нащупывают створки шкафа, он усмехается, - проверь, не пропали ли твои трусики?

Его голос - низкий, бархатный - доносится только до Элис, которая стоит от него на расстоянии вытянутой руки, ведь все остальные люди остались снаружи. Марино ставит на то, что кроме нижнего белья у нее ничего не пропало. Потому что она, кажется, достаточно успешная модель. А у таких всегда найдутся поклонники, которым не нужно ничего, кроме них самих - недостижимая мечта.

- Думаю, нам удастся его найти, но тебе оставаться здесь небезопасно, - Марко улыбается, - надеюсь, ты не откажешься переночевать в моем номере. Там тебя никто не потревожит. Заодно расскажешь, как складывается твоя жизнь.

+1

4

Не смотря на то, что она действительно была достаточно востребованной моделью, Элис не любила скандалить. Да, она могла быть жесткой, а порой и, что уж там, скандальной, но лишь в тех случаях, когда видела, что ее банально пытаются "прогнуть" под себя те, кто лишь хочет самоутвердиться за ее счет. Да, нельзя ругаться с фотографом и собственным визажистом, но со всеми возможными ассистентами и прочим сподручным персоналом - просто порой необходимо! Сейчас же, когда она увидел весь этот погром в номере, то спокойно разговаривать с представителем бренда просто не смогла! Потому что ее обязанность - не сорвать съемки, выложиться на них по полной и, на ровне с другими моделями, обеспечить компании высокие продажи! Работодатель же обязан обеспечить им безопасность и комфортные условия проживание на момент работы! Потому что, это только со стороны кажется, что моделью работать легко. На самом же деле - это адский труд, от которого порой можно и мозгами тронуться, и на наркотики подсесть.
  Стоит отметить, что Тим умел наводить щорох и довольно скор коридор на против ее номера наводнили ребята из охраны. Правда, толку от них чет было мало, так как в большинстве своем они глазели на нее, вместо того, что бы работать. Интересно... им вот заняться нечем, что их сюда столько набежало?! Возмущенно думает кейн, при этом прислоняясь спиной к стене. Хорошо еще, что она давно привыкла ходить в обуви на шпильке и в обычных балетках чувствовала себя не комфортно, иначе пришлось бы ей сейчас стоять здесь босиком.
  — Элис, - она слышит свое имя и не сразу понимает, что это не галлюцинация. Ведь этот голос, он принадлежит человеку из ее прошлого. Из того периода, что она с радостью бы забыла, но... нет, не Марко. Ведь с этим итальянцем ее связывало много хороших моментов и одно избиение ее отца. Элис прекрасно это помнила. И по сей день была благодарна Марино за то, что очень доходчиво отбил у отца желание расплачиваться ею по своим карточным долгам...
  - Марко, вот так сюрприз, - с усмешкой произносит девушка, после чего отлепляется от стены. - Уж кого кого, а тебя здесь увидеть я точно не ожидала. - кому-то может показаться, что она не довольна встречей, но, Кейн знает, не Марко. Уж кто-кто, а он способен разглядеть искорки веселья в ее взгляде и скрытую улыбку. Наверное, если бы не жест давнего знакомого, она бы так и не рискнула заходить в номер, хоть ее и убедили в том, что там нет никого постороннего. Сделав несколько аккуратных шагов, она останавливается за спиной старого знакомого:
- Нет, я, знаешь ли, не рискнула заходить сюда одна. Но, коль ты настаиваешь... - Элис выходит из-за спины Марко и начинает осматривать помещение. На сейф она даже не смотрит, так как не привыкла таскать в рабочие поездки дорогие украшения, а деньги всегда хранила на карте, предпочитая безналичный расчет. На комментарий же относительно белье, лишь язвительно парирует - Это было бы логично, проживи я в номере хотя бы сутки, а так... более чем уверена, что все белье на месте.
   Перейдя в спальную зону, Кейн бегло осматривает содержимое своего багажа. Ну, что тут сказать, белье действительно оказалось на месте, а вот любимых туфель от Jimmy Choo в наличии не было.
- Как я и говорила - белье на месте, - произносит она, когда мужчина подходит к ней ближе - а вот любимые туфли исчезли. И это, должна тебе сказать, меня расстраивает куда сильнее, чем если бы пропало что-то из трусиков. - удивленно вскинув бровь на предложение Марко, Элис лишь безразлично пожимает плечами и начинает собирать вещи - И что, ты всем постоялицам предлагаешь к себе заселиться? Или мне одной так повезло? - весело интересуется кейн, после чего жестом предлагает Марино взять два ее чемодана. К слову, она их так и не успела разобрать полностью, поэтому и сборы не заняли много времени.

+1

5

Элис. Имя прокатывается на языке короткими хлесткими звуками и прячется где-то в гортани, оставаясь неозвученным. Марко помнит ее еще маленькой девочкой, юным подростком; их знакомство было случайным, но в чем-то судьбоносным. Чикаго вообще был знаковым городом для Марино - начало пути, потеря родителей, гибель лучшего друга. Элис будто олицетворение того, что прошлая жизнь осталась позади, но нити из нее тянутся к сердцу итальянца до сих пор.

Кейн была подругой Кэтрин - так они и познакомились. Марко помнит, как впервые увидел девушку на льду: глаза у нее горели азартом и хитрыми искорками удовольствия - она уже тогда нравилась мужчинам. И, хотя Марино больше внимания обращал на Кэтрин, которую ему нужно было забирать с занятий, Элис запомнилась ему. В ней, также как и в Кэт, была воля к победе и еще что-то невысказанное, оставшееся за пределами любых разговоров. Огонь… жажда жизни, приключений, желание показать себя. Они с Кэтрин не зря дружили. Они были похожи, дополняли друг друга. Тогда Марко подумал: хорошо, что они есть друг у друга. А через какое-то время и сам ненадолго стал для девушки опорой - в момент, когда опустившийся, проигравшийся в пух и прах папаша Элис решил заплатить долг натурой собственной дочери.

Все это осталось позади, но сейчас, когда он всматривается в лицо повзрослевшей Элис, воспоминания вспыхивают в его сознании яркими картинками. Она очень изменилась за это время и изменение пошло ей на пользу. "Расцвела", - проносится в голове Марко, когда он ловит на себе ее улыбку, которую другие люди скорее восприняли бы как издевку. Другие, но только не он.

- Никогда не знаешь, кого встретишь на своем пути в Лас-Вегасе, - Марко пожимает плечами, заходя в номер. А затем мягко улыбается, - ну, ты ведь уже не одна.

Бегло осмотревшись, он мысленно ставит на то, что все это учинил какой-нибудь тайный поклонник Элис. Она вряд ли возит с собой что-то слишком ценное, да и других, куда более состоятельных постояльцев, здесь полно. Но если он унес с собой какой-то трофей, догадка Марино должна подтвердиться с вероятностью в девяносто девять процентов.

- Эй, Фредерико, - пока Элис проверяет свои вещи, Марино подзывает к себе высокого худощавого брюнета лет тридцати. Как и все представители службы безопасности, кроме самого Марко, одетого в серый костюм, Фредерико одет во все черное, чтобы быть более незаметным, - проверьте камеры в коридоре, просмотрите, кто заходил и выходил из номера, опросите прислугу. Это произошло в промежуток где-то с семи часов вечера, иначе заметили бы раньше. Мне нужно описание, а лучше фото и видео. Позвонишь мне, когда найдете.

Фредерико кивает и испаряется. Он, пожалуй, один из лучших сотрудников, но Марино никогда не скажет об этом вслух. Он вообще не очень любит болтать, ему больше по душе действия. Если справится с заданием, получит прибавку - логика кристально чиста: делай и тебе воздастся по заслугам.

- Но на месте все-таки не все вещи, - задумчиво проговаривает Марко, становясь позади Элис. Она очень близко - он может почувствовать, как от нее пахнет и поймать себя на мысли, что запах ему нравится, - значит, все-таки тайный поклонник. И кого же ты умудрилась привести у себя на хвосте, мм?

Марино в последний раз осматривает помещение. Полицию они вызывать не станут, обойдутся своими силами. И когда этого секретного воздыхателя найдут, Марко лично покажет ему, что вот так преследовать девушек нельзя. Он терпеть не может, когда настолько беспардонно врываются в личное пространство - и неважно, речь идет о нем самом или тех, кого он может назвать друзьями.

- Нет, только таким симпатичным, как ты, - отшучивается Марко, подхватывая один из чемоданов, впрочем, весь багаж Элис уже через мгновение передавая одному из охранников. Что скрывать, Марино не был эталоном верности, может быть, поэтому у него не было постоянной спутницы? Потому что так было куда проще - удовольствие без обязательств, а вкусный завтрак накрывают и в отеле. Или, может быть, потому что он давно испытывал совершенно запретную привязанность к Кэтрин, привязанность, которой не мог и не хотел давать волю. В любом случае, он нравился женщинам, женщины нравились ему и он не видел в этом никаких проблем.

Несколько этажей вверх - и они оказываются в номере, который всегда оставляют для Марко. Полулюкс с видом на город - отличное убежище для того, кто не хочет возвращаться в небольшую квартирку вдалеке от туристического центра, чтобы погружаться в ненужные мысли о смысле жизни.

- Чувствуй себя как дома, - Марко закрывает за собой дверь и проходит в глубину номера, где у окна стоит небольшая кофемашина. Щелкает кнопку и помещение наполняется ароматным запахом молотых зерен. В любом случае, сегодня он не собирался спать.

+1

6

Вообще, жизнь довольно странная вещь. По крайней мере, именно так сейчас казалось Элис. Она не хотела сюда ехать, так как опасалась встречи с Лексом, к которой морально была еще не готова. А в итоге встретила того, кто исчез из ее жизни еще раньше Уолша, но так же сыграл в ней не малую роль. Она действительно рада видеть Марко, хоть, будем честны, и редко вспоминала о нем за прошедшие пять лет.
  Кейн почти не вслушивается в его диалог с подчиненным, но при этом с усмешкой думает о том, что это итальянец еще вежлив. Ведь, девушке доводилось его видеть и иным. Тогда он до усрачки напугал ее отца, а самой Элис позволил почувствовать себя защищенной хотя бы на миг. Точнее, ровно до тех пор, пока Марино не уехал из Чикаго.
- Н-да, - недовольно протягивает девушка, - не все. - обернувшись к старому знакомому, она окидывает его насмешливым взглядом и язвительно интересуется - Когда нас сюда отправляли, то заверяли, что данный отель один из лучших! Но.... - демонстративно разведя руки в сторону, модель поворачивается на триста шестьдесят градусов и, вновь замерев на против Марко - что-то как-то не заметно, что охрана здесь работает на высоте. - при этом, на ее губах довольно задорная улыбка, что лишь слегка кривится на ответный выпад Марино - Да откуда я могу знать?! Может, это кто-то из местных?! Потому что в Лондоне у меня таких проблем нет, между прочим. - при этом, чисто машинально Элис принимается накручивать на палец прядь волос.
  - то есть по твоему, я просто симпатичная?! - в притворном негодовании вопрошает модель, после чего, все же не сдерживается и начинает смеяться. Взяв же друга под руку, она вместе с ним покидает свой бывший номер - А я смотрю, ты расслабился с того момента, как покинул Чикаго. Стал большим боссом? Лень уже самому нести чемодан красивой девушки? Эх ты... тоже мне, джентельмен. - не унимается Элис. Собственно, у них всегда была такая манера общения. Даже в те времена, когда ей было четырнадцать, а он приезжал забирать с тренировок ее единственную подругу. Кейн всегда забавлялась глядя на них. Ведь Марко всегда старался быть по отношению к Кейт серьезным и ответственным, а та изображала из себя пай девочка, лишь бы никто не догадался, что она влюблена в лучшего друга своего дяди. С тех пор прошло уже шесть лет... 
   Оказавшись в номере итальянца, элис окидывает его любопытным взглядом, после чего, скинув босоножки, с ногами усаживается на дивание. Перед Марко можно было не изображать из себя культурную девицу, а быть просто самой собой. Не позволительная роскошь в жизни девушка. учитывая, что никогда не знаешь из под какого именно камня тебя постараются заснять в компрометирующей позе! В этом же конкретном номере и в обществе этого человека, подобных страхов у нее не было и быть не могло. Потому что... если их разговор и отслеживается, то только какими-нибудь спецами. И то, лишь потому, что Марино, на сколько было известно Кейн, работал на очень серьезных людей.
- Обязательно буду. Видишь, - она вытягивает вперед стройную ножку и какое-то время держит ее на весу - уже начала. И так, рассказывай. Что интересного произошло в твоей жизни за это время? И, как там Кейт? Где она вообще сейчас?

+1

7

Элис всегда была острой на язык, даже когда была совсем юной девчонкой. И Марко это нравилось - ему вообще нравились женщины с подобным характером, потому что с ними никогда нельзя было соскучиться. Поэтому он только смеется, пропуская колкости Кейн мимо ушей. Да, стал большим боссом, да немного разленился, да, больше не таскает чужие чемоданы, предпочитая, чтобы такие поручения выполнял кто-то другой. Да, важная птица - ведь это с ним советуются не только относительно безопасности бизнеса, но и относительно его экономической целесообразности. Все в этом отеле, казино и городе знают, что Марино может быть опасен - точно так же, как все прекрасно понимают, что он умен, хладнокровен и что интересы Джино для него превыше всего. Такое доверие было непросто заслужить.

- Будешь кофе? - Марко вопросительно поднимает бровь, когда Элис оказывается на диване, демонстрируя и без того отлично заметные стройные ноги. Она похожа на тигрицу, что расположилась в своем удобстве на лежанке. Грациозная, изящная и игривая. Мужчина улыбается, отпивая немного из своей чашки. Через каких-нибудь полчаса ему придет сообщение от исполнительного Фредерико о том, что камеры наблюдения в коридоре засекли невысокого блондина, сумевшего проникнуть в номер. А еще через час Марко получит информацию о том, что у одной из уборщиц был украден пропуск, универсальный для этажа, на котором жила Элис. И останется только проследить паренька до выхода из казино и перерыть весь город, чтобы его найти. Но это будет потом, а пока красивая девушка чувствует себя как дома в его номере, пожимает плечами, игриво подмигивает ему, накручивает прядку волос на тонкие пальцы, закусывает губу, не скрывая своего любопытства. Как будто она совсем не расстроена тем, что ее номер разгромили.

- Кажется, ты изменилась и не изменилась одновременно, - задумчиво проговаривает Марко, отставляя свою чашку на столик рядом с кофемашиной.

Он проходится по номеру от стены до стены, засунув руки в карманы. Он помнит, какой она была испуганной, когда отец притащил ее к нему, больно сжимая запястья, и швырнул к ногам Марино, умоляя простить ему проигрыш в обмен на собственную дочь. И он помнит, какую ярость почувствовал в тот момент - во-первых, узнав Элис, и, во-вторых, от возмущения подобным “жестом доброй воли”. Кажется, тогда она увидела его настоящее я во всей красе - гнев, что плескался в мужчине, выходил с каждым ударом по морде ее дорогого папаши. И, надо сказать, Марко ни разу не пожелал о том, что превратил лицо урода в кашу.

Элис спрашивает о том, как дела у Кейт так непринужденно и естественно, как будто Марко обязательно должен знать все о ее лучшей подруге. Внутри мужчины поднимается недовольная буря: ничего он не обязан. Ему даже хочется спросить: с чего ты взяла, что я что-то о ней знаю? Но это так глупо, ведь ради Кэтрин он уехал из Чикаго. Глупая, сложно объяснимая привязанность к племяннице его погибшего друга. Это все чувство долга - во всяком случае, так себе это объяснил сам Марко. Пытался сбежать от мысли о том, что это все… не то. Что о тех, кого едва ли не дочерью считают, не думают в том контексте, в каком порой думал Марко.

Он ведет плечами, снимает пиджак и кидает его на спинку кресла, на которое затем садится сам. Почему-то за всеми этими размышлениями медлит с ответом, а затем усмехается, смотрит на Элис в чем-то оценивающе. Кажется, она стала еще беспардонее, чем была. Харизмы от этого, правда, не убавилось.

- Все в полном порядке и никаких выходящих за рамки событий. Я не стал рок-звездой, не опустился на дно, просто делаю свою работу, как и всегда, Элис, - Марко улыбается, проверяет ее реакцию, постукивает пальцами по подлокотнику кресла. Что-то внутри, кажется, собирается оборваться, когда он заговаривает о Кэтрин, но это чувство оказывается ложной тревогой. Во всяком случае, так кажется Марино, - Кэт заканчивает магистратуру. Будет замечательным дизайнером интерьера, у нее даже есть первые заказы. В мэрии обновляют несколько помещений и ее позвали как самую талантливую на курсе. Она всегда была умницей.

Последнюю фразу Марко произносит уже без улыбки, ловит на себе внимательный взгляд Элис и смотрит на нее вопросительно - что ты так смотришь, Кейн?

В этот момент и приходит первое сообщение от Фредерико.

- Отлично, есть изображение твоего поклонника.

+1

8

На данном этапе ее жизни, Марко был тем единственным, при ком можно было быть собой. Не хорошей девочкой, что отчаянно боится расстроить дядю и всеми силами старается быть независимой. А той, что смело отправилась в пятнадцать лет на пробы для рекламы нижнего белья, а после распивала шампанское в компании собственного учителя. Она вновь хотела вспомнить ту себя, что носила извечные кроссовки в сочетании с джинсами или короткой юбкой. Та отчаянная девчонка, что не боялась давать отпор отцу, давно осталась в прошлом, уступив место более осторожной и воспитанной личности. И лишь сейчас, когда она вновь оказалась в Штатах и в поле зрения Марко, та сорвиголова решила вновь "поднять" голову с глубин ее сознания.
  - Слушай, Марино, - несколько лениво произносит Элис, при этом скрещивая стройные ноги. Ее ни капли не смущает тот факт, что подол платья чуть задрался и обнажил стройное бедро. Наверное, свою роль играл здесь тот факт, что итальянец никогда не видел в ней девушку. Даже в те времена, когда из угловатого подростка она превратилась в довольно симпатичную юную девушку - старый знакомый не позволял себе ничего лишнего - я и в былые времена не была его поклонницей в не формальной обстановке, а теперь и подавно. - она смотрит на него с вызовом и позабытой язвительной улыбкой. - Поэтому я бы не отказалась от джина. Так сказать, как в старые добрые времена, пока ты не свалил из Чикаго. - в этот момент, она действительно перестала напоминать профессиональную модель. Куда больше она сейчас напоминала маленького ершистого котенка, что так отчаянно хотел быть похожим на взрослую кошку.
  - Я предпочитаю думать, что изменилась очень даже сильно. Тем более, что и жизнь у меня сделала крутой вираж. - невесело парирует Кейн, при этом беря из рук итальянца стакан с джином. Наверное, это несколько безответственно, пить алкоголь перед съемками, но... Элис же не собирается пить много, а профессионалы после подправят все недочеты в ее внешности. Да и, нельзя же быть всегда идеальной, правильно? - А вот ты... пожалуй не изменился. Разве что важничать начал, но... - она делает несколько глотков из стакана, после чего добавляет - должна отметить, что тебе это идет.
   Ей не нравится та сухость, с которой Марино рассказывает о подруге. Да, Элис и сама ее не видела уже очень давно. К слову, она разорвала все старые знакомства сразу же, как вышла из больницы. Ведь, тогда ей казалось, что это будет слишком сложно слушать рассказы о том, как лучшая подруга продолжает заниматься фигурным катанием, в то время как сама Кейн больше этого делать не могла. Наверное, если бы не ублюдочный папаша, то Элис больше бы и с Марино не пересеклась, но жизнь рассудила все иначе. И сейчас, глядя на старого знакомого, модель с усмешкой думала о том, что эти двое так и не сделали шаги к тому, что бы стать парой.
  - Ну, она всегда была умницей, так что в ее успехах даже и не сомневалась. А ты, судя по всему, так и не признался ей в своих чувствах. Я ведь права? - встав с дивана, Кейн подходит к своей сумке и, достав из нее пачку сигарет, вопросительно смотрит на итальянца - Я, надеюсь, курить у тебя здесь можно?

+1

9

Где-то на краю сознания появляется мысль о том, что ему приятно, что Элис считает, что ему идет новый статус. Она знала его исполнителем, теперь же он скорее заказчик. А еще немного льстит то, как она смотрит на него и как свободно себя чувствует рядом с ним. И когда Марино прослеживает, как легко подол ее платья раскрывает то, что должно быть сокрыто, как ткань скользит по гладкой коже, открывая взгляду стройное бедро, в нем на мгновение просыпается хищник, который думает, что эта девушка должна принадлежать ему - хотя бы на одну ночь. Но для этого он выпил недостаточно алкоголя, он вообще сегодня не пил, - недостаточно для того, чтобы забыть о том, что Элис всегда была с ним скорее язвительной пацанкой, чем девушкой, которую хочется уложить в постель. Хотя она очень привлекательна. Очень. Марко уверен, что будь на его месте любой другой мужчина, он обязательно попробовал бы воспользоваться ситуацией. Но сейчас это… не было его приоритетом. Приоритетом было найти нарушителя спокойствия модели. Репутационные риски. Неприятности. Придется менять часть системы… теперь уж точно, хотя он говорил об этом уже давно.

- На балконе, - отзывается Марко, наблюдая за действиями девушки. Она действительно превратилась в красивую, сексуальную женщину, которая прекрасно знает себе цену. Он кивает в сторону панорамной двери в комнате: если открыть ее, оказываешься на небольшой площадке с перилами, парой плетеных кресел и стеклянным столиком. Видишь весь город как на ладони. И ночные огни Вегаса обжигают тебя своим блеском, заставляя сердце биться чаще от осознания опьяняющих возможностей.

Марино словно не замечает вопрос Элис. Чувства? О чем она говорит, он просто заботился о племяннице лучшего друга. Это был долг. Обещание, данное близкому человеку на смертном одре. Ничего больше. Ведь так? Если копнуть глубже, станет понятно, что Марко себе нагло лжет. Все эти годы. Он заботился о Кэтрин. Он был тем, на плече кого она плакала, когда ее обманул первый парень. И Марко солгал бы, если бы сказал, что не думал о том, что сам хотел быть тем самым первым. И единственным, черт возьми. Но он заталкивал эти мысли поглубже в себя, отодвигал их на задворки сознания, старался не думать о Кэтрин как о женщине. Получалось ли? Нет. Она была слишком изящна, утонченна, великолепна. Она была желанна. И вот Элис задает этот свой вопрос, который вышибает его из колеи, заставляя кучу эмоций подниматься из пекла, в которое Марко сам их загнал.

Свежий воздух отрезвляет Марино. Огни Вегаса ласкают глаза, переливаясь бесконечными гранями. Но вопрос Элис так и вертится в его мыслях. Марко набирает в легкие побольше воздуха, а затем и сам достает сигареты. Щелкает зажигалкой, помогая Элис, прикуривает собственную сигарету и с наслаждением затягивается. Стряхивает пепел в блюдце на столике и выдает задумчивое:

- Не понимаю, в чем я должен был признаться и о каких чувствах ты говоришь, - а затем переводит разговор совсем в другое русло, - какой у тебя план на завтра? Съемки? Во сколько? Боюсь, пока мы не найдем твоего маньяка на шпильках, я не смогу дать тебе в одиночку гулять по городу, надеюсь, ты мне это простишь.

В этот момент приходит еще одно сообщение от Фредерико, и Марко понимает, что не зря приготовил себе кофе. Его ждет прекрасная ночь за просмотром камер наблюдения. Славно, что у него весь доступ в ноутбуке и не придется сидеть в комнате охраны, рыская взглядом по картинкам. Ему вообще не слишком нравится работать в команде, он скорее одиночка.

Марко тушит сигарету, невольно наклоняясь к Элис. Улавливает запах ее духов и улыбается.

- Ты красивая. Ты ведь хотела это услышать? - шепчет, чувствуя запах алкоголя на ее губах, - мне нравится, что со мной ты можешь позволить себе быть естественной, а не притворяться, что ты пай-девочка.

Марко усмехается и облокачивается о стену. Закуривает вторую сигарету - просто потому, что нужно занять руки, мысли. Не хочет думать о словах Элис о Кэтрин, чувствах, ожиданиях, мечтах, всей этой чепухе, которая приходит в голову, когда ты слегка опьянён чем-либо - спиртным, наркотиками, компанией сексуальной девушки.

- А как складывается твоя жизнь, лисенок? - он называл ее так раньше. Ласковое прозвище, которое в то же время говорило о том, что она может кусаться. Он слушает ее внимательно, а потом смотрит на часы, - тебе пора ложиться.

+1

10

Странное чувство... она словно вновь была подростком. Вновь была свободна от всех проблем и предрассудков. Словно в ее жизни еще не было Лекса, не было последнего избиения отца, но все еще был Марко. Человек, которому она доверяла и к которому могла прийти просто переночевать. Вот только, ей уже было не пятнадцать... Ей уже было двадцать и она научилась жить своей жизнью. Научилась тому, что бы самой нести за себя ответ, не смотря на всю поддержку дяди. Элис действительно требовалось знать, что она больше не окажется на улице; что все имеющееся - действительно ее. Ей нужна была уверенность в собственном будущем!
  Выйдя на балкон, Кейн не торопится садится в плетеное кресло. Она лишь ставит свой бокал на столик и подходит к перилам. Вегас... город контрастов, возможностей и пороков. Она знает это. Она видит это. Видит, как блеск огней шикарных отелей соперничает с сиянием звезд в пустыне. Местное население... оно живет для того, что бы обеспечивать первоклассный отдых тем, что приезжает сюда спустить свои деньги. Кому-то везет, а кто-то, не чувствуя границ допустимого, спускает в казино все и в итоге пополняет ряды беспризорных. Скольких таких она видела вдоль дороги, пока дорогой автомобиль с тонированными стеклами вез ее из аэропорта в "Марджириано"? Наверное, слишком многих. И это, в какой-то момент, напомнило ей родной Чикаго. Город, в котором она не была уже четыре года. Город, в котором разбились ее самые первые и самые радужные мечты. Она вновь переводит взгляд на Марино, который оказывается слишком близко и так же достает сигарету. Чуть усмехнувшись, Кейн все же закуривает, и вновь устремляет взгляд на город.
  - Конечно ни в каких... У вас с ней просто уже тогда была любимая игра. Так сказать, одна на двоих, под названием "самообман". - она больше не говорит ни слова и позволяет итальянцу сменить тему. Ведь, в действительности, она не знает, что сейчас творится в голове Кэт, но вот реакция Марко... она была слишком красноречивой. И в этот момент, он напоминал ей Лекса! Мужчину, который говорил, что любит ее; что она стала его спасением... но кому законы морали и общественное мнение не позволяли назвать ее своей. Ведь это было не правильно... ведь она столь сильно ее младше... ведь их не поймут, а его - осудят! К черту! К черту прошлое! К черту Его! И к черту чувства! Он сделал свой выбор и плевать ему было на то, что тем самым сделал больно мне! Так почему я, в принципе, должна о нем сейчас думать?! Тряхнув головой, при этом задев себя же по лицу собственными волосами, что были собраны в высокий хвот, девушка отправляет в полет свой окурок и таки отвечает на вопросы Марино - Вставать мне в шесть, а на площадке нужно будет быть в семь. Сами съемки начнутся часов в восемь и продлятся весь день. - говоря все это, Элис подходит к одному из плетеных кресел и садиться в него. - Мммм, тебе заняться что ли больше нечем, как целый день глазеть на полураздетых девиц? - в ее голосе отчетливо слышится в сарказм, а уже в следующий миг итальянец оказывается слишком близко. на столько близко, что она может уловить едва ощутимый аромат его одеколона и разглядеть сеточку морщинок в уголках глаз. Марко оказывается слишком близко для того, что бы не реагировать на столь наглое вторжение в личное пространство...
- Я и так это знаю, - чуть хрипло произносит Кейн. Она позволяет себе самодовольную улыбку, после чего продолжает - но девушкам всегда приятно слышать комплименты. - и ее несколько поражает то, с какой легкостью он считывает ее. Ведь ничего в ее образе, в ее деятельности, не говорит о том, что она пай-девочка. Но, тем не менее, он видит в ней эту наносную правильность. - Ну... ты знал меня в самый худший период моей жизни... - задумчиво протягивает Элис, после чего с облегчением выдыхает, стоит мужчине чуть отойти от нее. Взяв в руки стакан с джином, она делает несколько глотов, после чего так же закуривает сигарету.
  - Да, как тебе сказать? Нормально складывается. Своя квартира в приличном районе Лондона, работа, учеба. Даже, оказывается, имею нормальных родственников в Ирландии и самом Лондоне. К слову, из Чикаго уехала еще в шестнадцать. Меня к себе забрал мамин старший брат. Прикинь, а мамаша то у меня, как оказалось, из довольно хорошей и обеспеченной семьи! В общем, у меня все довольно таки ровно, даже парня нет. - с усмешкой парирует Кейн, после чего, чуть приподняв бровь, язвительно добавляет - еще слишком рано для сна, папочка. - и делает очередной глоток спиртного. - Ну, а ты когда-нибудь собираешься жениться?

+1

11

Сигаретный дым окутывает Марко, и мужчина прикрывает глаза. Огни Лас-Вегаса пляшут под веками хаотичными пятнами света. Отчасти из-за того, что он любит смотреть на город, отчасти от того, что трудоголик, Марино почти живет в этом номере. Он всегда забронирован для него как самого дорого гостя. Иногда ему даже кажется, что было бы проще отказаться от двухкомнатной квартиры на окраине - просто, зачем она ему? Развлекаться с женщинами можно и здесь - даже простыни не придется менять самому. А пускать кого-то в свою холостяцкую берлогу… За все время там была только Кэтрин. Кэтрин, с которой, по утверждению Элис, они играли в самообман. Что она имеет в виду? Марко открывает глаза и впивается взглядом в Кейн, хотя нет ничего в нем ни отталкивающего, ни злого. Он правда не понимает. Или действительно обманывает сам себя. Он не видел Кэтрин уже месяц. Иногда она шлет ему длинные письма на электронную почту - рассказывает о своих впечатлениях от жизни. Как ей понравился Нью-Йорк, в котором она была на конференции. Какие все вводные в мэрии. Как хорошо было бы найти время, чтобы встретиться. Он отвечает ей… такими же длинными письмами. С рассуждениями про жизнь. Немного про игру. Про повадки и психологию людей. А встречу они откладывают. Живут в одном городе и не видятся.

- Что ты имеешь в виду? Она… - Марино начинает говорить прежде, чем думает о том, что стоило бы промолчать, - она что-то говорила тебе обо мне?

А затем усмехается. Тушит сигарету, оставляя окурок в пепельнице. Какая глупость - взрослый мужчина, у которого при желании может быть любая женщина спрашивает о мыслях и чувствах подростка, едва ли не краснея. Спрашивает у той, кто точно знала все секреты Кэтрин, пока девушки общались. У той, что так изменилась за эти годы. Больше не потерянная малышка, а настоящая женщина, которая видит и знает куда больше, чем когда-либо говорила. Эта проницательность Элис и поражает, и напрягает одновременно.

- Я же мужчина. Мне нравятся красивые женщины в нижнем белье, - Марко отзывается на сарказм Кейн с улыбкой на губах, - но на самом деле, ты ведь сама понимаешь. Твой номер разгромили, парень, который это сделал, все ещё бегает на свободе с парой твоих туфель, и никто не знает, каковы его намерения. И раз уж служба охраны оказалась такой херовой, что пропустила явно подозрительного чувака внутрь, да еще и позволила ему ворваться в твой номер, то очевидно, что отель должен возместить ущерб и позаботиться о тебе.

Марино размышляет пару мгновений, прежде чем сказать:
- Я ведь всегда заботился о тебе, Элис, когда у меня была возможность. И я не стану изменять традиции.
Отсекает этим любые возражения. Может быть, раньше он бы еще поняшкался с ней, но теперь он уже не совсем тот человек, который предложил ей пожить в его квартире, чтобы вытащить из дерьма, что с ней приключилось в Чикаго.

- Что ж, твоя жизнь и правда сделала крутой вираж, лисенок, - Марко улыбается, - но кажется, тебя это нравится? Как там Лондон? Скучный и туманный или полон приключений? А парень появится. В поклонниках у тебя явно нет нехватки.

Марко посмеивается; в уголках глаз собираются веселые искорки. "Папочка"! Это же надо было его так назвать. Марино смотрит на Элис, не понимая, она это серьезно или нет. Почему-то думает о том, что она и правда очень молода, но отцом он бы точно не мог ей быть, а вот старшим братом, который невольно заглядывается на красавицу-сестру… Хм.

- Пока не планирую. Зачем мне это? Я хорошо живу. Люблю свою работу. С женщинами у меня проблем нет - с ними никогда не бывает проблем, если не встречаться повторно. А дети, учитывая то, в каком бизнесе я кручусь, будут только мешать.

Марко немного лукавит. Он думал о создании семьи. Думал о том, что был бы хорошим отцом. Что может было бы ради этого выбрать профессию попроще или начать что-то свое, легальное, ведь сбережения есть. Но подходящей женщины как-то не находилось. Да он и не искал. Потому что где-то в глубине души знал, кто ему нужен, но внутри словно был какой-то барьер. И имя оставалось неозвученным.

- Что ж, ты взрослая девочка. Можешь бодрствовать хоть всю ночь, а я займусь делом. Для тебя подготовлена кровать - белье чистое, подушки удобные. Ванную найдешь, не потеряешься. Я буду рядом.

Номер условно разделен на две зоны - спальню и гостевую. Именно в последней стоит небольшой стол с лампой, там же стоит ноутбук, через который Марино подключается к камерам. Но прежде, чем приступить к делу, он наливает себе ещё кофе и наблюдает за тем, как Элис появляется в комнате. Стол стоит ближе к окну и мужчина сможет увидеть, что делает девушка, но не думает, что уместно ее контролировать. Он вводит пароль от ноутбука несколько раз щелкает мышкой, запуская записи. Уходит в наушники, чтобы не мешать Элис.

+1

12

Признаться честно, Элис не ожидала, что Марко среагирует на ее вопрос; что всегда выдержанный итальянец начнет задавать вопрос и при этом, в его голосе будет столько скрытой надежды на определенный ответ. Вот только Кейн... она неуверенна, что имеет право говорить ему что-то. Да, они не виделись и не общались с Кэт уже слишком давно и, казалось бы, модель уже ничего ей не должна, но... она ведь доверилась ей. Рассказала о самом сокровенном. О том, что больше не рассказывала никому. И тогда, Элис просто крепко сжимает губы и проводит вдоль них пальцами так, словно закрывает рот на замок, а ключ после выкидывает. Она даже не добавляет того, что не ответит. Лишь красноречиво смотрит в глаза своего собеседника и при этом извиняюще улыбается. Да, она сама подняла эту тему, но ответы Марино может дать лишь Кэтрин. По крайней мере, именно так сейчас кажется модели.
  Наверное, именно поэтому она вновь и устремляет свой взор на ночной город. В какой-то степени, ей хочется сейчас смешаться с толпой, исчезнуть и перестать существовать. Ей надоело быть сильной, надоело доказывать себе же, что быть одной - это единственное правильное решение. Она скучала по тем дням, когда ее единственной заботой было сделать чисто четверной тулуп и без ошибок от катать произвольную программу. Сейчас же... ей нужно было слишком много переменных учитывать в своей жизни. И порой это выматывало. И тем ценнее были такие вот встречи с людьми из прошлого, которые поддерживали тебя, когда ты стала никем.
  - Да, - задумчиво протягивает Элис, - поддерживал и защищал. Знаешь, когда ты уехал, мне показалось, что я встретила любовь всей своей жизни. Тогда же начала сниматься для рекламы, а в итоге... - взгляд из под ресниц и лукавая улыбка - разбитое сердце и проблемы с наркотиками. - да, она понимает, что после такого заявления, велика вероятность того, что Марино просто перекинет ее через колено и отшлепает на правах старшего, но... Кейн слабо теперь представляет эту картину, но в прошлом... да, в прошлом, когда ей было пятнадцать, он точно бы ей всыпал. Еще и в угла стоять заставил бы... с усмешкой думает Элис - Но, прежде чем ты начнешь воспитательную беседу, напомню, что я чиста уже четыре года. Так что, не начинай даже.
   Она не знает, нравится ли ей Лондон или нет? Она даже не знает, довольна ли она своей же собственной жизнью. Ведь маска уверенной в себе девушки уже на столько сильно срослась с ее лицом, что Кейн уже и не знает, какая она в действительности. Да, ее нынешний образ, он идеален для столицы туманного Альбиона, но... она ли это?...
  - Скажем так, мне нравится Лондон за его дожди. Ты ведь помнишь, я всегда любила гулять под ними и вечно возвращалась домой мокрая как мышь и портила очередной коврик в прихожей. Пока ты не психанул и не убрал его в принципе. На счет парня...я не уверена даже, что мне это надо. В прошлый раз было слишком больно, но... к черту! - она залпом допивает содержимое своего бокала и не довольно кривится. Он слышит фальшь в словах друга относительно семьи и детей, но не делает на это акцент. Тем более, что последующие слова Марино вынуждают ее чертыхнуться и не довольно ответить - Ненавижу, когда ты прав. Спокойной ночи. - после чего, гордо выпрямив спину и походкой от бедра, направилась в сторону спальни. Ведь завтра ей предстоял очень сложный и насыщенный день.

    Утро наступило слишком быстро, как, собственно говоря, и всегда, когда Кейн требовалось рано встать. И если ранний подъем был связан с поездкой, то поспать можно было потом еще и в дороге, но сегодня... сегодня у нее была работа. Выползя из спальни в шелковой пижаме, что состояла из шортиков и маячки, Элис запустила в спящего Марко подушкой и недовольно промолвила:
  - Раз ты сегодня шляешься со мной, то подрывай свой зад и обеспечь меня огромной чашкой латте. - затем, несколько осознав, что все же охренела, добавляет - пожалуйста. - после чего скрывается по направлению душа.
   Вновь перед другом она появляется уже спустя двадцать минут. Ее волосы распущены, а на лице - ни грамма косметики. Смысл сейчас что-то делать, если уже очень скоро сотрудники съемочной команды перевоплотят ее в совершенно иного человека. Забрав же из рук итальянца походную чашку, направляется в сторону выхода.

   Процесс съемок... она и любит его, и ненавидит одновременно. Да, ей нравится, когда фотограф ее хвалит. Нравится, когда с ней работают профессионалы и ее личность меняется до неузноваемости. Ей нравится смотреть на свои фото в журналах. Но ее бесят натурные съемки. Ее бесит, когда из-за палящего солнце макияж плывет каждые двадцать минут и его необходимо править. Бесит, что это тормозит процесс. Но она молчит. Не подает вида и выполняет каждую команду фотографа.
   И откровенно выдыхает с облегчением, когда Марино куда-то срывается, а на площадке объявляется перерыв. Ведь это означает, что можно наконец-то закурить, скинуть туфли на охренительной шпильке и выпить холодного чая!
   
   В итоге, они все же сумели сделать все, что было запланировано на день, а Марко еще и ее сталкера умудрился поймать. Правда, Элис не стала даже не стала на него смотреть. Ей было все равно, кто он и зачем ему ее туфли. нашли его, ну и Слава Богу. В номер друга на вошла еле живая и сразу же направилась в душ. Ей требовалось смыть с себя всю ту пыль, что осела на тело за день, да и, в принципе, прохладный душ должен был вернуть ее к жизни.

+1

13

Марко надевает наушники и включает подборку современной классической музыки. Он знает, что в номер никто не войдет, знает, что сама Элис отсюда не выйдет и потому перестает обращать на нее внимание. Пытается сосредоточиться на парне, что пробрался в ее номер. Кто бы мог подумать, что именно эта девушка станет целью какого-то придурка-фетишиста. Такая озорная, задорная, такая правильная с теми, кому важно показать собственную правильность и яркая, чуть нагловатая, зато открытая с теми, кому она может доверять. Марино определенно был одним из тех, кому она могла доверять безусловно. Потому что он ни разу ее не подводил - особенно тогда, когда ей больше всего требовалась его поддержка. И все же, пока глаза следят за передвижениями людей на мониторе и пытаются установить путь поклонника Кейн от ее номера до выхода из отеля, Марко думает не только о том, как бы побыстрее поймать нарушителя. Нет, еще он размышляет о том, что Элис не стала говорить ему о чувствах Кэтрин. Задумывается о том, почему его самого так взбудоражил этот вопрос. Злится, что Элис принимала наркотики и пытается успокоить себя тем, что четыре года в завязке - достаточно долгий срок для того, чтобы надеяться: рецидива не будет, и морали читать необязательно. Она уже и так взрослая. Она и правда очень… взрослая. Марко отрывается от экрана, нажимая на паузу, только один раз - чтобы посмотреть, как Элис засыпает. Она растягивается в кровати, словно пума, свешивает одну руку с постели, прикрывая глаза. Гибкая, грациозная кошка, которая давно перестала быть маленькой девочкой, чьи права нужно отстаивать - теперь она сама кого хочешь загрызет за себя, она научилась бороться. Ее красота, думается итальянцу, может быть самым опасным оружием и она же становится ее самой уязвимой точкой. Кейн ворочается во сне, и Марко убегает взглядом обратно в экран, чувствуя себя неловко за то, что наблюдал за ней, пусть он и делал это без какой-либо задней мысли. Но какое бы прошлое их не связывало, он все-таки мужчина. Он не может не реагировать на то, как она изменилась.

До пробуждения Элис остается полтора часа, когда Марино окончательно прослеживает путь паренька и скидывает всю необходимую информацию Фредерико. Теперь они по собственным каналам поднимут камеры наблюдения по всему городу и вычислят, где живет ее преследователь. И как только это произойдет, Марко лично объяснит ему, почему нельзя вламываться в чужие номера. А пока он захлопывает ноутбук и идет принять душ. Вода бежит по телу теплыми струями, заставляя усталость и тяжелые, сумасбродные мысли убегать в сточную трубу. Вода всегда отрезвляет Марино, дает ему ощущение свободы и легкости. Он одевается в белую рубашку и темно-синий костюм, садится на диван рядом с письменным столом - как раз напротив кровати Элис - и незаметно для себя засыпает. А просыпается от неприятного удара подушки по лицу. Выгибает вопросительно-удивленно бровь, фыркает на произнесенное с некоторой долей сожаления “пожалуйста” и скользит взглядом по женственным бедрам Элис, пока та проходит от кровати до ванной комнаты. Качает головой, зевает, но кофе с собой все-таки заказывает. Ему не нужно куда-то ходить, чтобы получить то, что он хочет: большой стакан латте приносят через пять минут, для себя он берет двойной американо. Можно было бы сделать nespresso, но ведь, будем честны, нет ничего лучше свежесваренного кофе из ресторана при “Марджириано”.

- Постарайся никогда больше мне не хамить, лисенок, - Марко протягивает Элис ее стакан с кофе, и смотрит на нее своим самым внимательным и вкрадчивым взглядом. Этот взгляд не говорит “пожалуйста”, он слишком серьезный для того, чтобы просить.
Она выглядит юной и нежной, словно только что распустившийся на рассвете цветок - без косметики больше напоминают юную девочку, которой он ее запомнил. А через какой-нибудь час, уже на съемочной площадке, в боевой раскраске и кружевном нижнем белье с полупрозрачной накидкой она выглядит как дикая хищная кошка. Это перевоплощение забавляет Марино и кажется мужчине чрезвычайно любопытным. Никто не площадке не спрашивает, кто он такой, зачем он здесь. Достаточно, что те, кому все это принадлежит, знают Марко и рады приветствовать его в гостях. Ему не нужно ничего доказывать… Он уже все всем доказал. Бродит вокруг, рассматривает все в деталях, ловит на себе заинтересованный взгляд одной из моделей и передергивает плечами, хоть и улыбается ей в ответ. А ближе к полудню ему, наконец, приходит сообщение от Фредерико - преследователь найден. И имя ему - Маккалистер Линкольн. Марко фыркает, потому что ему кажется, что имя какое-то несуразное, и срывается по адресу, что указан в смс.

Он возвращается только к концу съемочного дня, поправляя запылившиеся рукава пиджака. Где-то на воротничке с внутренней стороны можно увидеть каплю чужой крови, но никто не станет присматриваться к нему столь внимательно. Марко улыбается, когда Элис подходит к нему, вопросительно глядит, пусть в ее взгляде нет ни капли любопытства. Она, кажется, немного устала, но им есть, что отпраздновать. Восемь часов вечера, самое время отправиться на ужин. И пока они возвращаются в отель, Марино кидает невзначай:
- Твой преследователь больше никогда тебя не потревожит.

Его не сдали полиции, потому что никто не звонил в полицию. Но пареньку дали понять, что за Элис Кейн ему больше ухлестывать ни к чему. И, уж тем более, соваться в “Марджириано”. Может быть, это было слишком сурово, но Марко не привык к полумерам. В конце концов, он может быть обаятельным опекуном для Элис, но в своей профессии он хорошо известен благодаря суровым, порой жестоким методам. За это его и ценит Джино - за возможность совершить то, за что другого бы загрызла совесть, религия или мораль.

Ресторан при отеле - лучший в городе. Без преувеличений. Этой репутации они добивались долго, путь был тернист. Теперь гостей встречают яркие огни, уютная обстановка, безупречная кухня, вежливые официанты и возможность утолить любое желание гостя, если только оно касается европейской, американской или японской кухни.

- Что такое, Элис? Увидела призрака? - они сидят за столиком в центре зала, и Марко начинает оглядываться по сторонам в поисках того, кто в очередной раз потревожил Кейн. Она выглядит слегка взволнованной и самую малость раздосадованной, - прости, что я должен сделать?

Они сидят совсем рядом, в стакане Марино виски переливается цветами янтаря, а она просит его поцеловать ее, потому что видит у входа своего бывшего? И Марко усмехается, ему кажется это все забавным розыгрышем, но авантюрная натура говорит: почему бы и нет, раз ей так хочется утереть нос своему бывшему?

Отредактировано Marko Marino (21 Фев 2021 22:37:56)

+2

14

Или клонить, или склоняться
И выходить вновь из комнаты
Передвигаясь только в танце
Щуриться в лампы до слепоты

     Этот вечер... наверное, если бы не тот сталкер и не встреча с Марко, Элис провела бы в тиши своего номера. Она вернулась бы в него после дня, наполненного вспышками фотокамер, и заказала бы себе фруктов и бутылку хорошего шампанского. Набрав себе ванну с пенной, модель погрузила бы свое обнаженное тело в горячую воду и просто наслаждалась бы контрастом пара и холодного шампанского, которое пила бы не спешными глотками и с закрытыми глазами. Наверное, она бы провела так час, а после, когда вода остыла бы, а шампанское выпито, Кейн бы выбралась из нее и, замотав тело в полотенце, прошла бы в спальню. Что бы там, выйдя на балкон, курить и любоваться звездами на небосклоне. Потому что крайне редко в ее жизни сейчас выпадают такие моменты расслабленности. Она привыкла вечно бежать куда-то, пытаться успеть все и, быть может, найти в сутках дополнительные часы. Да, она постоянно торопится. Торопится жить. Торопится работать и учиться. Торопится...жить? Словно опасаясь, что может не успеть. Что ее срок довольно ограничен... Глупости, конечно же, но по иному она уже просто не могла. Да и не хотела....
   Оказавшись в номере Марино, первое, что делает девушка, это подключает свой смартфон к акустической системе итальянца и на всю громкость включает песню, которую слушает уже не первый день, и которая идеально соответствовала ее настроению. Ее состоянию внутреннего мира.
[video2=100%|70]https://music.yandex.ru/iframe/#track/29276308/3519578[/video2]
  И ей совсем не важно, что Марко это может не понравится. Сейчас... сейчас ей необходимы эти мгновения громкой музыки, что в своей трагичности проникает в саму душу и выворачивает ее наизнанку. Она не хочет думать о своих реальных переживаниях. Пусть лучше именно вот так, когда босые ноги ступают в такт мелодии, а глаза прикрыты. И пусть это лишь на мгновения. Всего лишь секунды, но их достаточно для того, что бы дойти до спальной зоны. Скинув там свои вещи, Кейн скрывается в душе и уже там дает волю своим эмоциям, что стекают слезами по щекам, в то время как сама она крепко обнимает себя за плечи. Она и не думала, что мимолетная встреча глазами с Алексисом, сумеет так сильно выбить ее из колеи; что всколыхнет, казалось бы, давно позабытые чувства и вынудит вспомнить, как когда-то счастливо улыбалась, засыпая в кольце его рук. Это все было так давно, что... просто должно уже было стереться из памяти...
   Когда она вновь предстала перед Марко, то ни что в ее внешнем виде не говорило о том, что она расклеилась; что каких-то двадцать минут назад, пока прохладная вода смывала с ее тела пыль, сама Элис безмолвно плакала. Она вновь была идеальной: в шикарном наряде, что был на грани допустимого; с идеально уложенными волосами и вечерним макияжем. Кейн знала, что выглядит идеально. Как знает и то, что такой ее Марино еще никогда не видел. Сделав круг вокруг своей оси, тем самым демонстрируя свой внешний вид, она с усмешкой спрашивает:
  - Ну что, мы идем ужинать? Или же я могу переодеваться в свою любимую пижамку и с чистой совестью свалить в постель? - стоит ли уточнять, что они, конечно же, отправились ужинать в один из ресторанов? Ибо, как сказал Марко: они обязаны отпраздновать их встречу. При этом, по взгляду друга, Элис отчетливо читала, что ему не хватает рядом Кэт. И, будем откровенны, была у модели мысль позвонить старой подруге, но после, хорошенько поразмыслив, решает все же этого не делать. Не вмешиваться в чужие отношения...
  По началу все было... идеально. Девушка уже была в этом ресторане на кануне вечером, хоть и в гордом одиночестве. Сегодня же ее сопровождал тот, кому она доверяла безоговорочно. Она могла бы назвать его призраком своего прошлого, но, какой же он призрак? Ведь здесь и сейчас он сидит на против нее, улыбается и даже пытается руководить. И в какой-то момент Кейн решает позволить ему это. Она откидывается на спинку стула и с улыбкой разрешает итальянцу самому сделать выбор по меню и барной карте. Она действительно наслаждается этим вечером и той непринужденной беседой, что завязывается между ними. Она наслаждается им ровно до тех пор, пока в зале ресторана не появляется Лекс. И это... это подобно пощечине и ушату холодной воды одновременно! Потому что он так же замечает ее. Так же не сводит взгляда и от этого... от этого ей хочется исчезнуть, раствориться в толпе и немедленно покинуть город...
— Что такое, Элис? Увидела призрака? - голос Марко, он подобен спасательному кругу в ее сознании, за который Элис хватается с отчаянием утопающего. Ей нужно вырваться из собственных мыслей. Ей необходимо, что бы в голову музыканта даже не закралось и мысли подходить к ним. И тогда, вскинув голову и соблазнительно улыбаясь, девушка негромко произносит:
  - На расстоянии нескольких метров от нас, за одним из столов, сидит мой бывший. Тот, что разбил мне сердце и... пожалуйста, поцелуй меня. Поцелуй меня так, что бы в итоге у него даже мысли не возникло подойти к нам и поздороваться. - она преподносит к своим губам бокал с мартини и выжидающе смотрит на своего спутника. - Ты прекрасно слышал мою просьбу, Марко. Но, мне не сложно ее повторить: поцелуй меня...

ВВ

https://i.pinimg.com/564x/4a/77/f2/4a77f2605b9940639aa13b8a27ddeb6c.jpg

+1

15

Это должен был быть спокойный вечер двух старых друзей. Когда-то Марко помог Элис; не знаю, можно ли это назвать - спас? Пожалуй. И теперь, сидя рядом с повзрослевшей девушкой, что превратилась в роскошную женщину,  Марино размышлял о том, как могли сложиться из судьбы. Что неисповедимы пути людей, что встречи никогда не были случайными, а лишь закономерными. И порой встречи эти печатная, а порой - радостны, как в случае с ними, пусть обстоятельства и недостаточно радужны.

- Знаешь, я рад, что этот паренек проник в твой номер. Я не большой оптимист, но во всем можно найти что-то положительное. Мы наконец-то оптимизируем систему и я снова повидался с тобой. Разве это не повод выпить хорошего алкоголя? - Марко отпивает немного кьянти из своего бокала. Для такого повода - только самое лучшее.

Они разговаривают, и их беседа нетороплива и проста. Они вспоминают прошлое и смеются над ним, пусть в этом прошлом и было очень много тяжелых моментов. Ему немного не хватает Кэтрин, но эта нехватка - лишь где-то на дне сознания и не выше. Марко чувствует себя расслабленно и непринужденно,так, словно и не было этой разницы между встречами в несколько лет. И Элис улыбается, рассказывая забавные случаи со съемок, вплоть до того момента, пока в зале не появляется этот ее бывший. Марко бегло осматривает мужчину и удивленно смотрит на Кейн. Ее просьба не выбивает его из колеи, не становится невероятным шоком… просто он знает, что это может чревато. Переступать грань между дружбой даже ради того,чтобы помочь подруге, может быть довольно опасно, но… чего не сделаешь ради такой красивой женщины? Тем более, если она просит ее поцеловать так чувственно, пронзительно глядя в глаза и улыбаясь так, будто обещает целый мир взамен.

Ее бывший смотрит на них, не отрываясь, а затем поднимается с явным намерением подойти к ним. Звучит приятная медленная музыка и несколько пар выходят в центр зала, чтобы насладиться неспешным танцем. Марко тоже встаёт и протягивает Элис руку, приглашая на танец.
- Доверься мне. Он к тебе не приблизится.

Они оказываются на танцполе раньше, чем ее рокер, как его окрестил про себя Марко, добирается до их столика, и застывает в нескольких метрах от Кейн и Марино. Марко улыбается своей самой нежной улыбкой, и больше не смотрит на бывшего Элис, а только на нее саму. Одну руку кладет на ее талию, мягко поглаживая и задавая ритм их танца - под ладонью он чувствует чуть шершавое кружево и то и дело опускается ниже, от поясницы до копчика и обратно; другой рукой прикасается к лицу девушки, ведет пальцами по ее скуле, шее, пока не обнимает за подбородок, притягивая к себе. Смотрит в ее глаза, удостоверяясь, что она не передумала, и сокращает расстояние между их лицами до минимума - чувствует ее теплое дыхание на своих губах, бегло проводит языком по собственным губам, а после неторопливо, ласково прикасается к ее - целует поверхностно, но нежно, через мгновение углубляя поцелуй и привлекая девушку к себе еще ближе.

Они целуются - и не замечают, что музыка переменилась, что остальные пары разошлись по своим местам, что на них смотрит не только ее бывший, но и другие люди. Марко скользит по спине Элис ладонями и чувствует, что ему хотелось бы большего. Он знает, что остынет через какое-то время, что это все только ради ее парня, но также знает, что и ей это все понравилось. Потому что она слегка покраснела, когда они оторвались друг от друга, потому что у нее участилось дыхание. Потому что у нее в глазах - искорки азарта.

- Давай уйдем отсюда, Элис? - Марко берет ее за руку. Не так, как пять лет назад, когда вел ее домой, желая защитить. Не как маленькую девочку, а как женщину, которая желанна, пусть и без истории про великую любовь. И они уходят. Марино берет еще бутылку кьянти в баре, бросает, чтобы все записали на его счет, и они выходят из ресторана; Марко продолжает держать ее за руку, и наклоняется к Элис, шепчет, смеясь:
- Ты только посмотри на его выражение лица, малышка! Если ты хотела ему отомстить, у тебя получилось.

Марко чувствует, что этот мужчина много значил для Элис, иначе она бы не реагировала на него так ярко. И ему хочется ее взбодрить, помочь с этим справиться; а она ему подыгрывает, возвращаясь к своей излюбленной подначивающей манере разговора.

- Только не говори, что тебе не понравилось, как я целуюсь, не разбивай мне сердце, - Марко смеется, закрывая за собой дверь номера.

Отредактировано Marko Marino (24 Фев 2021 23:18:14)

+1

16

Порой, просто необходимо отпустить ситуацию и наслаждаться моментом. Элис, пожалуй, знала об этом. Но давно уже не стремиться придерживаться этого правила. Точнее, она просто знает, чем именно ей грозит это. Знает, что может вновь лишиться той уравновешенности и стабильности, которых добивалась на протяжении последних пяти лет. Это слишком дорогая цена для того, что бы просто забыть обо всем и расслабиться. Именно поэтому, единственный способ расслабления, который могла позволить себе девушка - это несколько бокалов (бутылок) вина в тиши своей квартиры. Когда дверь закрыта и ее никто не может видеть. Когда единственный собеседник - это очередная книга под громкие звуки музыки. Ведь так проще. Так легче заглушать собственные мысли и не вспоминать свое прошлое. Прошлое, которое она с радостью бы стерла из своей памяти, но... там ведь было и хорошее. Люди, которые помогали и поддерживали не смотря ни на что. И один их этих людей сейчас сидел на против нее в шикарном ресторане, о котором юная Элис не могла и мечтать.
- Но ведь тебе ничто не мешало найти меня раньше, правильно? - с легкой усмешкой парирует Элис, при этом салютуя ему своим бокалом с мартини - Но, да, я так же рада нашей встрече. - и сейчас она не лукавит. Она действительно рада видеть Марко. Рада тому, что история с проникновением в ее номер так легко разрешилась. Сейчас, она может позволить себе расслабиться и отпустить ситуацию. Почти может...
   Алексис... воспоминания о нем оказались еще слишком живы в ее памяти. А ведь, казалось бы, прошло уже четыре года. Порой, Кейн кажется, что если бы тогда не появился Конрад, а после и Шон, то... ее бы уже просто не существовало. Либо отец тогда забил бы ее до смерти, либо она же сама и повела бы себя по пути саморазрушения. Потому что слишком больно было от его слов. Слишком... сильно она любила его. Ведь он был первым мужчиной, в жизни Кейн, к которому она почувствовала... любовь? Наверное, это действительно было любовью, хоть Элис и хотелось отчаянно верить в то, что лишь влюбленность...
   Модель видит, как ее бывший встает из-за стола, что бы направиться к ним. Слышит, как начинает играть медленная композиция и, с облегчением, принимает руку Марино. Она уже и не помнит, когда последний раз с кем-то танцевала. Да, посещала ночные клубы. Да, танцевала там. Но, вот так, как сейчас, когда мужская ладонь покоится на твое талии и мягко прижимает к себе... Наверное, последний раз это было в бытность ее отношений с Лексом... когда они танцевали на его кухне. Не нужные мысли... не правильные... Они лишь вновь причиняют боль и единственное, что остается Кейн - это полностью сосредоточиться на глазах Марко, что столь пристально глядят в ее... и на его руке, что мягко изучает контуры ее лица.... И она смотрит на него... смотрит в его глаза завороженно и повторяет его же собственные движения. Потому что слишком нежны его прикосновения, слишком завораживающий взгляд... И когда губы Марино прижимаются к ее в нежном поцелуе, Элис поддается магии этого момента. Она забывает о том, что они в ресторане. Как забывает и о том, что вокруг них слишком много людей. Кейн позволяет себе забыться и насладиться столь позабытой лаской, что распаляет желание...
  Поцелуй обрывается так же плавно, как и начинается. Просто, в какой-то момент, они отрываются друг от друга и молча смотрят в глаза друг другу. Эти мгновения, они могли бы разделить их жизни на "до" и "после", но... этого не будет. Потому что они честны с друг другом даже в этом молчании. Да, между ними присутствует желание, которое Элис с легкостью читает в его глазах. Как, собственно, и он в ее. Ведь ей уже давно не пятнадцать, а он больше не тот, кто взял на себя ответственность за ее жизнь. Сейчас, в какой-то степени, они на равных, так почему бы и не позволить себе совершить глупость?
  - Давай,  - хрипло отвечает девушка, после чего кидает беглый взгляд на Уолша. Ну, что тут можно сказать, теперь, судя по его взгляду, он вряд ли еще когда-нибудь к ней подойдет. Ну и славно...
  Она чувствует, как Марко, что все еще сжимает ее ладонь, наклоняется к ней. Элис слышит смех в его голосе. Понимает, его веселье, но...
  - Я не хотела мстить. Я просто хочу, что бы он держался от меня по дальше. - потому что все еще больно. Потому что, как оказалось, все еще не забыла...

  И лишь оказавшись в номере Марко и, тем самым, скрывшись от чужих взглядов, Кейн с наслаждением скидывает с себя босоножки и оборачивается к другу:
  - Буду честна, мне казалось, что ты должен целоваться лучше! Но, - оценивающий взгляд и кончик языка, что не произвольно облизывает пересохшие губы - Для своего возраста ты целуешься очень даже не плохо!

+1

17

- Для моего возраста? Сколько ты думаешь мне лет? - Марко вопросительно выгибает бровь, всем своим видом показывая, как он возмущен, хотя в уголках его глаз скапливаются смешинки. Как будто он, по ее мнению, слишком стар для того, чтобы достойно целоваться. Это, знаете ли, немного возмущает и вместе с тем поднимает уровень азартной эйфории в крови.

Он знает, что встреча с ее бывшим далась Элис нелегко. Видимо, этот мужчина по-настоящему много значил для нее, может быть, он был ее первой любовью или тем, кто заменил собой весь остальной мир, Марино этого не знал и не мог знать. Но он также прекрасно понимал и то, что там, в зале ресторана между ним и Элис пробежала искра - осторожная, едва заметная, но отчетливая. Такая, от которой в солнечном сплетении в узел сворачивается похоть. Здравый смысл говорил ему, что эта искра - провокация, что поддаваться на нее нельзя, что поцелуй, целью которого было лишь отвлечь внимание и показать, что к Элис лучше не соваться, неожиданно стал для них обоих открытием: оказывается, эти двое могут воспринимать друг друга не только как абстрактных друзей, но и как вполне конкретных мужчину и женщину, которые нравятся друг другу. И это одновременно настораживало и будоражило.

В свойственной ей манере Кейн решила подтрунивать над Марко. Наверное, это должно было немного снизить градус напряжения, что повисло в воздухе, когда они оказались в номере. Итальянец с готовностью включился в эту игру, забавно пофыркивая: "что, правда не понравилось?". Он ставит бутылку вина на стол, а затем, улыбаясь, скидывает пиджак и подходит к девушке, заглядывает в ее глаза:
- Может, ты просто не распробовала?

И целует ее снова, ни о чем не спрашивая, - коротко и шутливо: в щеку, в нос, в уголок губ. Но эта шутливость вдруг испаряется, когда он следит за тем, как медленно кончик ее языка проходится по пересохшим губам, и она ведет головой из стороны в сторону - "нет, так не лучше", хотя все в ее облике говорит об обратном. Что-то внутри ухает, улыбка сползает с лица, и в этот момент Марино понимает, что невидимая черта, которую он сотворил в своей голове, тает и исчезает, прекращая свое существование. Остается только Элис, превратившаяся в красивую молодую девушку, и он сам - мужчина, который не привык отступать в случае, если ему говорят, что он недостаточно хорош. В мгновение все становится слишком серьезно и колкое электричество прошибает его холодные пальцы. Он хочет ее - и бежать от осознания этого простого факта бесполезно и бессмысленно. Он ее хочет. Взять. Чтобы стонала и выгибалась под ним, и капли пота выступали на ее висках, когда она двигается в такт его толчков.

- А так? - Марко обнимает лицо Кейн ладонями, заставляя ее посмотреть на себя и неторопливо прикасается к ее губам своими, проводит по ним языком, проталкивается внутрь, находя ее язык. Отрывается от девушки, чувствуя зарождающееся возбуждение, оглушающим потоком стремящееся по всему телу в одну точку. Элис качает головой, но в глазах ее горит вызов, ее взгляд просит еще; она шумно выдыхает, когда Марко прижимает ее к стене. Он ведет рукой от ее плеча к локтю, переходит на талию - несильно сжимает. Смотрит в лицо девушки, не отрываясь, а затем склоняется к ее шее - мягко целует нежную кожу, слегка прикусывает, зализывает, тихо шепчет ей на ушко, - а так? Нравится?..

У него есть ответ на этот вопрос. Он в ее участившемся дыхании, в выразительном взгляде голубых глаз, в ладонях, что гладят его плечи. Марко переходит мелкими поцелуями на другую сторону шеи, на ключицы, целует под ушком, в то время как его ладони гладят ее живот, бедра, сжимают ягодицы.

- А так? - он повторяет свой вопрос, цепляясь пальцами за пуговицы ее блузки, разводя полы ее одежды в стороны и целуя по кромке майки.

Им бы остановиться, разойтись по разным углам, но вместо этого его ладони сжимают аккуратную грудь девушки, прощупывая через ткань острые, дерзко вставшие соски, и от осознания, что она возбуждена так же сильно, как и он сам, у Марко сносит крышу. И тогда ясной и очевидной становится лишь одна простая истина: зачем сдерживать себя сейчас, в момент, когда в воздухе повисает колкое электричество, а Элис тихо стонет, когда он целует ее грудь через тонкую ткань, зачем отказывать себе в удовольствии, если для них это значит не больше, чем одна жаркая ночь, которая не будет иметь никаких существенных последствий?

- Иди ко мне, - он тихо проговаривает, обнимая Элис за талию, и снова целуя в губы - на этот раз не получая ничего, кроме ответного движения ее губ и тонких девичьих пальцев на пуговицах его рубашки.

+2

18

Встреча с Лексом - она внесла сумятицу в мысли девушки. Вынуждала стать более безрассудной, лишь бы не думать о том, что же именно хотел сказать ей мужчина. Наверное, именно поэтому она и откликается с легкостью на подшучивания Марко. С радостью отвечает ему тем же и упускает из виду лишь один нюанс - ей больше не пятнадцать! Она давно уже не подросток, что хоть и обладал довольно красивой фигурой, но в котором Марино этого просто не замечал. Ведь между ними изначально были исключительно дружеские отношения... Ведь он был ее защитником... Но это было пять лет назад... это было до встречи с ее бывшим парнем, который довольно жестоко разбил ее сердце. И она не хочет об этом думать... вспоминать... Куда проще включиться в игру с Марко и, чувствуя его легкие, шутливые поцелуи, строит из себя капризную барышню. И ей бы остановиться... поцеловать его звонко в ухо и, пожелав спокойной ночи, удалиться спать. При чем, желательно, в свой собственный номер, но... их обоих уже несет. Они оба ступили на довольно тонкий лед еще там, в зале ресторана, когда Элис попросила его поцеловать себя, а он ей не отказал...
- А так? — наверное, именно этот момент стал для них точкой не возврата. Кейн чувствует, как мягко итальянец берет ее лицо в ладони. Смотрит в его глаза и... понимает. Понимает, что если сейчас все не прекратить, то остановиться они уже не смогут. Потому что не захотят... Потому что в его глазах, девушка читает тоже желание, что чувствует и сама. Желание, что скручивается спиралью и рассылает по телу электрические токи! И очередной поцелуй мужчины... он отличается от предыдущих... он лишает ее воздуха и вынуждает вновь почувствовать себя желанной. Действительно желанной, а не просто девочкой с обложки модного журнала.
   И вновь зрительный контакт и немой вопрос. И вновь она отвечает отрицательно, хотя дыхание давно уже сбилось, а губы пересохли. Она провоцирует его. Провоцирует на новые шаги, которые не позволят ей передумать. Ведь здесь и сейчас, девушка отчаянно сильно нуждается в том, что бы просто поддаться желанию. И он идет у нее на поводу...
   Тихий выдох в тот момент, как итальянец, с уверенностью победителя прижимает ее к стене. Он оказывается слишком близко и это... волнует ее. Вынуждает грудь вздыматься сильнее, в то время как взгляд приковывается к его губам. Она уже и забыла, что эмоции могут быть сильными, а эмоции - острыми. Элис не произвольно вздрагивает в тот момент, как мужские губы мягко прижимаются к ее шее. Она чувствует, как его ладони нежно сжимают ее талию и... Кейн сдается. Она действительно отпускает себя, наслаждаясь прикосновениями Марко...
   ... В последний раз, к ней так прикасался еще Лекс. Ведь, расставшись с ним, она не подпускала к себе никого. Не могла... не хотела... Боялась того, что вновь может "сорваться"... того, что вновь может быть больно... Использовала ли она Марино? Пожалуй, что да. Вот только вряд ли его это расстроило бы. Ведь, Элис понимает, что повторения не будет. Что во всем виновато вино и... воспоминания о тех, кого они любят или же любили?
  - Да...- тихим стоном срывается с губ модели в тот миг, как губы мужчины, после того как освободили ее от кружевной детали образа, прижимаются у нежной коже груди. Кейн едва ощутимо откидывает голову назад, устремляя взор в потолок. Она боится закрывать глаза. Боится того, что если сделает это, то вспомнится другой... и другие объятия.... и ей бы избавиться от этих мыслей... ведь они портят ее ощущения, эмоции... то волшебство, что может произойти между ними данной ночью.
    И, словно в ответ на ее не высказанные мольбы, Марино с нежностью сжимает ее грудь, чувственно цепляя острые горошины сосков своими пальцами. С губ девушки срывается тихий стон, в то время как тело чуть прогибается в пояснице, стремясь усилить контакт. Наверное, ей давно уже стоило покончить со своим воздержанием, но.... мысли разлетаются окончательно в тот самый миг, как его губы начинают покрывать ее поцелуями. И не важно, что на ней все еще майка. Плевать уже на то, что, быть может, они могут потом пожалеть... Здесь и сейчас, Элис хочется наслаждаться этим чувственным напряжением...
  — Иди ко мне, - и пусть мужчина говорит это тихо, но в сознании Кейн отдается приказом. Делая к нему шаг, прижимаясь к его телу, девушка уже сама прижимается к его губам в поцелуе. И их поцелуй, он скорее похож на противостояние, что лишает сил и дыхания. Противостояние, в котором всегда побеждают оба. И пока их языки сплетаются в яростном поединке, ее пальцы уверенно расстегивают рубашку Марино. Покончив же с этим, Элис медленно проводит ладонями по его груди и обнимает за шею. Наверное, её поцелуй имеет привкус отчаяния, но ей все равно....

+2

19

Если бы он знал, чем закончится этот вечер еще там, на танцполе, заглядывая в ясные и чуть испуганные глаза Элис, остановился бы он тогда? Не стал бы прижимать ее к себе и целовать так требовательно-нежно? Марко прекрасно знает ответ. Он ничего не поменял бы, ничего бы не изменил - не сейчас, когда мужчина чувствует, как загнанно бьется сердце девушки под его ладонью; как сбивается ее дыхание в тягучем, приятном поцелуе-сражении. Она будто испытывает его на прочность, дразнится, отрицательно мотая головой, заводит, пробуждая в нем хищника, который во что бы то ни стало должен добиться своего. И пусть она и не его вовсе, здесь, в эти минуты, когда она плавится под его ладонями, а его собственная рубашка летит на пол, Марко хочет, чтобы Элис принадлежала только ему.

Он знает, что она может думать о другом мужчине - о том, который оставил в ее сердце неизгладимый рваный след. Знает, но его это не беспокоит - они ничего друг другу не обещают. Они хорошо проведут эту ночь, пусть даже в ее голове будут мелькать мысли о ее бывшем, а ему придется то и дело прогонять облик Кэтрин. К черту всех остальных и опасения, и переживания о дружбе, которую легко разрушить неосторожным прикосновением, и сомнения тоже к черту. Последних совсем не остается, когда Элис чертит ногтями по его груди только ей известные символы и прикусывает его ключицы, и смотрит озорно и лукаво, и целует в подбородок. Марко улыбается, ведет рукой по ее длинным темным волосам - в них тают цвета Лас-Вегаса, бликами отражающиеся сквозь окна - а потом цепляется за края ее майки и тянет ткань вверх. И это тоже своеобразный Рубикон, который они пересекают вместе.

В неярком свете полуобнаженная Элис кажется мужчине безупречной, и Марко позволяет себе полюбоваться ею - осиной талией, плоским животом, дерзко приподнятой упругой грудью - прежде, чем привлечь девушку к себе, прежде, чем покрыть поцелуями ее ключицы; прежде, чем наклониться и вобрать в рот острый, напряженный сосок, поймать его зубами и слегка прикусить, а затем - облизать, попутно проходясь по бокам Элис кончиками пальцев, вызывая у нее мурашки. У Марино на мгновение перехватывает дыхание и внутри с остервенением клокочет бурлящая кровь - желание заполняет каждую клеточку, и его движения становятся чуть быстрее и хаотичнее: он сжимает ягодицы Элис в ладонях, чувствует, как она всем телом подается ближе к нему, шумно выдыхая; Марко рычит, когда ее мягкая грудь соприкасается с его и от этого прикосновения внутри что-то взрывается, как если бы в комнате, давно позабывшей освещение, резко включили свет. Его руки находят застежку коротких шортиков Элис, он дергает молнию и тянет их вниз, тут же проходясь пальцами по трусикам девушки - там, у нее между ног, горячо и влажно, и от этого Марко прошибает новая, дикая волна желания; он надавливает на самое сокровенное местечко Кейн через ткань, ведет по кругу и выдыхает в ее губы тихое:
- Нравится?..
Он хочет знать, что она чувствует. Хочет удостовериться, что они оба на верном пути, что ей также жарко и неймется, как и ему; хочет быть уверенным в том, что она получает удовольствие от каждого его действия. У Марино было много женщин, но он мало о ком заботился так, как об Элис - и это оборачивается внимательным взглядом в ее глаза, когда мужские пальцы пробираются под ткань, кончиками чувствуя, насколько она мокрая. Ему хочется, чтобы она себя не сдерживала, чтобы стонала и просила еще, и направляла, давая понять, что ей нравится, а что нет. Марко старается полностью сконцентрироваться только на том, что происходит сейчас между ними, не позволяя другом мыслям взять верх, пусть то, что они творят и является лишь стечением обстоятельств и алкоголя.

Он целует Элис в губы снова и снова, мягко направляя ее к белой перине кровати, когда она цепляется пальцами за пряжку ремня на его брюках. Улыбается, мотая головой - ему очень хочется взять ее, войти быстро и глубоко, заставить вскрикнуть; но также ему просто необходимо довести ее до безумия, до пика, до состояния, когда она будет умолять войти в нее. Марко осторожно толкает девушку на кровать, нависает над ней, проходясь поцелуями от губ и ниже, по груди, которую он сжимает в ладонях, по животу, вплоть до линии кружевного белья, которое Марино только сейчас стягивает с девушки до конца. Мягкими, влажными поцелуями он чертит невидимую дорожку по ее коленям и внутренней стороне бедер; наклоняется к низу живота, тянет носом мускусный запах, гладит между ног, скользит в ее влаге, наслаждаясь возбуждением Элис, и позволяет себе войти в нее указательным пальцем, разминая, одновременно с этим находя ее клитор языком. От ее стона и реакций внутри все переворачивается, и Марино сжимает грудь девушки свободной рукой, зажимает пальцами твердый сосок то усиливая, то ослабляя хватку.

Да, если бы он знал, чем закончится этот вечер… он ничего бы не поменял.

+1

20

Она знала, что никогда не будет вспоминать об этой ночи. Знала, что между ними никогда не будет чего-то большего, чем только дружба. Да, сейчас их действия - это не дружба. Это страсть, что остро приправлена алкоголем и стремлением уйти от реальности. И лучше так, лучше забываться в объятиях того, кто никогда тебя не обидит, чем вновь возвращаться к наркотикам. А ведь она... она знает, что уже на грани. Что слишком сильно устала быть сильной. Устала всегда быть одной. Ей нужна эта ночь, с ее безумием и страстью. Но лишь эта. Потому что после... уже завтра она вернется в лондон и к своей привычной жизни. Она вновь будет сильной в тиши своей квартиры. Сильной и независимой. И если ей повезет, то воспоминания о Лексе больше не будут причинять боль. А Марко... он останется здесь, в Вегасе. Ведь его жизнь, его работа и собственная болезненная привязанность находятся именно здесь.  И после всего, что было между ними сказано прошлой ночью. После того, как она отследила каждую его реакцию... Кейн больше не сомневалась в том, что мужчина относится к Кэт отнюдь не как к племяннице погибшего друга, за которой обещал приглядывать. И, быть может, они еще вернуться к этой теме. Когда-нибудь потом, при новой встрече или же переписываясь в мессенджере. Но это лишь только будет. Возможно... Однажды...
   Элис чувствует, на сколько нежно к ней прикасается Марко в то время, как ее зубы, играючись, прихватывают кожу на его ключицу. Она проводит влажную дорожку кончиком языка по его шее, от ключицы и выше, что бы уже через миг встретиться с его пылающем взглядом. Чувствует, как мягко он проводит ладонью по ее волосам и инстинктивно чуть поворачивает голову в бок. Она тянется за его движением, подобно кошке, что выпрашивает ласку. Потому что даже сильным и независимым девочкам, порой просто необходимо почувствовать себя слабыми.
  Еще сегодня днем он наблюдал за ней в работе. Видел ее тело, что едва ощутимо было прикрыто нижнем бельем или купальником. Но при этом, в его взгляде не было и намека на похоть. Да, интерес, ведь он нормальный мужчина, а не евнух, но не более. Сейчас же, когда Марко уверенно стягивает ее майку и исследует ее тело внимательным взглядом, Элис не произвольно испытывает смущение. Потому что... не привыкла она к таким его взглядом. Слишком давно был последний раз, когда пальцы подрагивали от возбуждения... И девушка не произвольно вздрагивает, когда итальянец вбирает ее сосок и ощутимо прикусывает. Она поддается вперед, стремясь стать к нему еще ближе, в то время как пальцы впиваются в его плече, а прикушенная нижняя губа подавляет гортанный стон. Но вот... всего лишь миг... и Кейн уже прижимается к нему всем своим телом, чувствуя, как его пальцы с силой сминают ее ягодицы и, тем самым, вынуждая оказаться еще ближе. Чувствовать... как "горит" его тело и то, каких трудов ему стоит себя сдерживать. Но... сдерживать ли?.. она не знает... она теряется в собственных ощущениях и коротко вскрикивает в тот момент, когда его пальцы оказываются меж ее ног.
  Она слышит его вопрос... читает в его глазах, что полыхают опасным огнем, но вместо ответа, лишь кривит губы в довольной усмешкой и быстро облизывает пересохшие губы. Вместо ответа, ее руки тянутся к ремню на его брюках, но... нет, он не позволяет ей этого сделать. Лишь еще увереннее подталкивает в сторону спальню. Мужские губы вновь и вновь атакуют ее. Один поцелуй, что лишает дыхания, сменяется другим и голова, от нехватки кислорода, наверное, начинает кружиться. Элис не ложиться на кровать... она падает, что бы уже спустя миг подвергнуться новой атаки Марино. Кейн чувствует его влажные поцелуи, что в хаотичном порядке спускаются от ее губ, по шее, к груди, которую столь нежно сжимают его пальцы, к животу и ниже. И от того, как он это делает, ее начинает сотрясать дрожь удовольствия. Она хочет... хочет до безумия, что бы он прекратил эту пытку. Что бы он, избавившись от штанов, накрыл собой ее тело и вошел одним резким движением. Вот только вместо этого, девушка чувствует, как он раз за разом находит у нее все новые и новые чувствительные точки. Слышит, как с ее губ срываются тихие стоны, что становятся несколько громче, стоило ей почувствовать, как его палец медленно входит в ее лоно...
  И каждое его движение, каждая ласка... это оказывается слишком через чур для нее. Ей казалось, что она опытна  постельных утехах. Думала, что то удовольствие, которое когда-то испытала с Лексом - это самое лучшее, что может быть в жизни. Но все эти чувства меркли по сравнения с тем, что Элис чувствовала сейчас. Ведь каждое его движение языком вышибало из сознания искры, а бедра не произвольно приподнимались вторя движениям его пальца. И в какой-то момент, она просто не выдерживает:
  - Марко, сейчас! Или, клянусь, я придушу тебя! - срывающимся голосом произносит Элис, при этом, она не просит его... отнюдь нет... она скорее отдает приказ и не испытывает за это ни капли стыда...

+1

21

Его все это немного забавляет. Он не чувствует стеснения или неловкости; и все-таки что-то внутри щелкает странной мыслью - они уже перешли любые возможные границы и теперь им не остается ничего, кроме как дойти до конца этой дороги, что сводит обоих с ума пульсацией во всем теле. И, если пути назад нет, нет и смысла смущаться или задумываться над последствиями; смысл сейчас есть только в том, как она выгибается ему навстречу и подмахивает бедрами, как стонет и смотрит на него затуманенным взглядом, как с ее губ срывается просьба, больше похожая на приказ.

Марко проводит ладонью по своим губам и хрипло смеется, отрываясь от девушки, поднимается, чтобы снять с себя лишнюю одежду. Элис наблюдает за ним, не сводя с него взгляда - сглатывает, когда мужчина звякает пряжкой на ремне брюк, и Марино нравится то, как она на него смотрит. Голодная, раскрасневшаяся, желанная - он хочет ее до боли в паху, до сведенного низа живота, до конвульсии рук, которым бы только снова до нее добраться. Но когда он вновь оказывается рядом, нависает над ней, мягко разводя ее ноги в стороны и упираясь возбужденной плотью в открытое, жаркое лоно, он только хрипло смеется и шепчет Элис на ухо:
- Попроси получше.

Марко видит, что она хочет его, и сам жаждет взять ее, но тянет еще немного: целует в губы тягуче-неторопливо, словно отвлекает ее на этот поцелуй, пытаясь сосредоточить ее внимание на губах и языке. Отрывается от нее, заглядывая в ярко-голубые глаза девушки, и лишь после, видя, как она вздрагивает от желания, накрывает ее собой. И, хотя ему хочется сразу войти глубоко и резко, он делает это осторожно, постепенно погружаясь внутрь на всю длину, давая ей привыкнуть, давая ей - хотя бы призрачную - свободу действий, пока она сама не начнет двигаться ему в такт. И только после этого его движения становятся жёстче, сильнее, подгоняемые ее тихим жарким шепотом, что провоцирует его прикусить кожу на ее плече, сжать бедро в ладони до синяка, и вбиваться в эту распаленную, горячую девочку, позабыв обо всем.

Внутри, кажется, просыпается вулкан. Элис вторит каждому толчку Марко; он выбивает из нее крики и стоны, проникая с каждым разом все сильнее, собирает волосы девушки, рассыпавшиеся по подушке, в кулак. Внутри нее - горячо и скользко, она то и дело сжимает его, заставляя приглушенно рычать; обвивает его торс длинными ногами, прижимая еще ближе к себе - и их тела сплетаются в одно целое, они двигаются в такт; Марко чувствует ногти Элис, впивающиеся в его лопатки и оставляющие красноречивые следы на его спине. По ее глазам, закушенным губам, по дрожи, что прокатывается по телу девушки, он понимает, что разрядка близка - и, блять, как же тяжело ему дается не финишировать раньше, дождаться ее оргазма - яркого, пробирающего до самого нутра; Марино едва сдерживается, комкает простыни в кулаках и зажмуривается, ловя дикий кайф от того, как ее мышцы кольцом сжимают его член, и она содрогается всем телом от накрывшего ее удовольствия. От этого - от того, как она вздрагивает, и как вытягивает шею, и как выгибается навстречу его последним толчкам, и как стонет и хнычет, мужчине почти сносит крышу. Он выходит из нее, едва успевая, кончает на ее живот и грудь, чуть судорожно, с гортанным стоном-рыком, и опускается на кровать рядом; смотрит в потолок, переводя дыхание. И в голове у него - ни одной мысли, кроме разве что слова “хорошо”, которое отбивается от стенки до стенки черепной коробки, перепрыгивает через образы всплывающие в воображении, заставляя зажмуриться на мгновение, а затем перевернуться на бок и открыть глаза - посмотреть на Элис, поймать ее взгляд своим, осторожно пройтись подушечками пальцев по ее груди и ласково поцеловать в плечо. Убедиться, что все произошедшее ничего не поменяло между ними, не сделало хуже, не отвратило их друг от друга, но одновременно, пусть и перенесло эти отношения на какой-то другой уровень, не поменяло их сути, потому что каждый из этих двоих сердцем все еще отдан другим людям.

Марко притягивает девушку к себе на мгновение, ласково целует в губы, и усмехается, шепча:
- Вот теперь я точно могу сказать, что ты выросла, лисенок.
И тут же получает шуточный удар в бок, на этот раз смеясь в полную силу. Не может не проследить за тем, как грациозно Элис поднимается с постели, как потягивается, направляясь в душ. Марко невольно ловит себя на мысли, что она слишком хороша для этого рокера, и успевает отпустить подкол прежде, чем девушка скроется в ванной комнате:
- И не позовешь меня с собой? Кощунство!
Утыкается носом в подушку и натягивает на себя одеяло, думая о том, что взять ее в душе и правда приятная перспектива, но мысли эти теряются где-то в шуме воды.

+2

22

Наверное, эта ночь нужна была не только ей, но им обоим. Она чувствует это в нежных прикосновениях мужских рук к своему телу. Видит во взгляде его серых глаз, что так и полыхают огнем похоти. Между ними чувств иных, кроме взаимно привязанности, что не должна была бы привести к подобному, но... кому какое дело? Ведь для них это лишь удовольствие, дружеская поддержка, если можно так выразиться, и не больше! Здесь и сейчас, они позволяют друг другу забыться. И важно лишь это.
  И она забывается: в жарких прикосновениях его пальцев, что проникают в ее лоно; в прикосновениях его языка к чувствительной точке меж ее стройных ног, от которых все тело прошибает молниями удовольствиями; в несколько грубых прикосновениях к ее груди, от чего удовольствие становится лишь острее. И она растворяется... перестает существовать и помнить хоть что-то, что было до его поцелуя, который снес все барьеры!
  Мужской смех... он закрадывается в ее сознание, вынуждает не отрывать взгляд от мужчины и внимательно отслеживать каждое его Движение. Жадно наблюдать за тем, как Марино спешно избавляется от остатков своей одежды и шумно сглатывать, когда он на миг замирает перед ней обнаженным. Взгляд Элис скользит по мускулистой груди, задерживается на возбужденной плоти, от чего во рту все сохнет, а после вновь возвращаются к его глазам, что обещают наслаждение. Хотя...казалось бы, куда уж больше?! Она чуть приподнимается на локтях и в ожидании замирает. Девушка хочет, что бы он склонился к ней; что бы накрыл ее губы горячим поцелуем, а после вошел резко, сразу на всю длину, и заставил стонать от наслаждения. Она хочет почувствовать вес его тела и то, как мощные толчки будут сотрясать всю ее суть. Когда от возбуждения, будет сводить кончики пальцев рук и ног, а напряжение внизу живота будет пророчить не привычное наслаждение.
— Попроси получше. - тихий шепот, что сводит с ума. Она знает, какую игру затеял Марино, но не собирается в нее играть. Вместо этого, Кейн с силой прикусывает мочку его уха и приподнимает слегка бедра! Она требует, что бы он вошел в нее немедленно. Потому что так хочет именно она!, потому что они оба этого хотят.
   И он подчиняется ей. Идет на поводу ее желаний, хоть и движется по началу медленно, осторожно. Словно все еще сомневается в том, что она действительно этого хочет. А она хочет... она действительно хочет, что бы Марко не сдерживал себя; что бы раз за разом ее накрывало волнами возбуждения, что вымывали бы из ее воспоминаний прикосновения другого мужчины. Она не хочет помнить Лекса... не хочет чувствовать к нему ровным счетом ничего! И тогда, Элис с силой сжимает бедра итальянца стройными ногами и начинает двигаться ему на встречу чуть быстрее того ритма, что задает мужчина. Но так лишь первые секунды, ведь уже в следующий миг, он обрушивает на нее весь шквал своего желания.
  Страсть... это была страсть в чистом виде, с примесью похоти, что сопровождается громкими стонами Кейн и тихим рычанием Марино. Девушка чувствует, как ее острые ногти чуть ли не вспарывают кожу партнера и, быть может, на его спине действительно останутся кровавые ссадины. Но ей плевать! она выгибается под ним, требуя еще и еще. Кусает его плечи, ведь терпеть уже просто не выносимо. И в тот миг, когда наступает долгожданная разрядка, она растворяется в этих ощущениях. Ей кажется, что она просто прекращает существовать... всего лишь на миг, но Элис понимает, что это изменило ее в корне. Ее, но не отношение к другу.
  Нежные прикосновения и ласковые поцелуй в плечо, в губы... В них больше нет страсти, лишь умиротворение, что дарит покой израненной душе. Девушка едва заметно улыбается на реплику Марко, а в следующий миг ее кулачек с силой врезается в бок мужчины.
  - А до этого что, было не видно? - шутя парирует Элис, после чего язвительно добавляет - Надо будет подарить тебе очки, а то что-то как-то плохо у тебя со зрением. - поднявшись с постели, она сладостно потягивается и направляется в душ, что ы смыть с себя все следы пережитой страсти.
- Конечно не позову! - смеясь вторит Кейн, скрываясь за дверью.
   И стоя под упругими струями воды, она думает о том, что уже завтра вернется в Лондон. быть может, сделает ремонт в своей квартире и купит себе новый автомобиль. Быть может, она все же начнет именно жить, а не двигаться по инерции, подобно белке в колесе. Ведь, это слишком грустно, когда в свои двадцать лет, ты испытываешь лишь горечь поражений и не стремишься брать новые высоты.
  К тому моменту, как Кейн вышла из душевой, марино уже крепко спал, а вот у нее сна не было ни в одном глазу. Натянув на себя спортивный штаны с футболкой, она делает себе большую чашку кофе и, достав из чемодана учебник с конспектом лекций, удаляется на балкон. Там, разложив все на столе, она с головой уходит в учебу, что бы в итоге, все же задремать под утру в плетенном кресле...

+2

23

Шум воды, что доносится из ванной комнаты, уносит Марко в пространные мысли о том, что иногда жаркая ночь не меняет между людьми ничего, кроме степени близости. Наверное, теперь Элис может сказать, что знает мужчину, как никто другой, и будет права; наверное, и он так может сказать про нее. И не то чтобы все это было лишь следствием похоти, пошлости или страсти; скорее - своеобразный способ залечить душу, которая не знает, куда себя приткнуть от боли, что нытливой мелодией сосет под ложечкой. Размышляя об этом, Марино плотнее заворачивается в одеяло, и мерный стук капель по стенам и полу душевой убаюкивает его, заставляя забыть о любых заботах, невзгодах и переживаниях.

Когда он просыпается, постель рядом с ним все еще пуста. Марко проводит ладонью по лицу, жмурится, пытаясь вспомнить подробности ночи, смотрит на часы. В воспоминаниях проскальзывают стоны, и жар обнаженного тела Элис, и ее вскрики, и просьбы не быть с ней слишком осторожным, и поцелуи, которые и привели двух давно знакомых людей к тому, что они нарушили любые границы приличий и, тем более, священный закон дружбы. От мыслей о том, что происходило в этой комнате каких-нибудь несколько часов назад, у Марко острым, но мимолетным желанием сворачивает низ живота, и он на мгновение утыкается носом в подушку, стараясь привести самого себя в относительно спокойное состояние духа. Интересно, Элис ушла? Вроде бы ее вещи еще здесь…

Итальянец поднимается с кровати, проходит по номеру в поисках девушки и находит ее, заснувшую, на балконе, за учебниками и тетрадями. Ласково улыбается тому, какой невинной и безмятежной она выглядит, а затем осторожно, как маленькую, поднимает ее на руки - пока он укладывает ее в кровать прямо в одежде, она бормочет что-то себе под нос. Спустя минуту Марино уже в душе, смывает с себя страсть и сновидения, что донимали его несколько часов сна. Натягивает белую рубашку и темные джинсы, мельком бросая взгляд на все еще спящую Элис. Ему нужно проверить, как дела у его ребят, все ли в порядке в казино и отеле, что живет своей непоколебимой, неустанной и безостановочной круглосуточной жизнью, но, прежде чем одеться и уйти из номера, Марко все-таки останавливается на лице Кейн, проводит по ее щеке подушечками пальцев. Нет речи о том, что она повзрослела и изменилась, это неоспоримый факт; но сколько она пережила за то время, что его не было рядом? Ведь когда-то он взял на себя ответственность за нее так же, как и за Кэтрин; только у Кэт всегда были близкие, и без того, готовые ее поддержать, Элис же была одинока и брошена теми, кто должен был заботиться о ней в первую очередь. Легкий укол вины омрачает настроение Марко, заставляя его задуматься о том, что каким бы хорошим он не хотел быть, в душе все равно оставался обычным эгоистом - таким же, как и все остальные люди.

- У вас ведь сегодня выходной, сэр, - Фредерико встречает Марко улыбкой и непониманием. Он работает в “Марджириано” слишком недолго для того, чтобы знать, что даже если у Марино выходной, отпуск или больничный, он все равно спускается в комнату, заполненную мониторами и мерным жужжанием компьютеров. Чтобы проверить, как идут дела и держать все под контролем. Потому что - и это известно всем, кто так или иначе связан с игорным бизнесом - он не только за безопасность отвечает, его роль куда значительнее, чем неброское слово “охрана”.

- Все в порядке? - вместо ответа Марко кивает на мониторы. Ему отвечают положительно и оповещают, что новую систему ключей для постояльцев уже внедрили. Марино улыбается, - отлично. Фредерико, не сочти за наглость, но не принесешь мне кофе? Один большой капучино и латте.

Сотрудники мельком переглядываются между собой. Конечно, опять у него в номере девица, думают они. И, в общем-то, их рассуждения не так уж далеки от истины, если не считать того факта, что эта “девица” в первую очередь его давний друг.

- Подумал, что тебе нужен будет кофе, - Марко улыбается, ставя стакан с латте на стол. Он успел решить дела, подняться в номер и наполовину выпить собственный капучино, когда чуть сонная Элис вылезла из постели, - как позанималась?

В его глазах - настоящие озорные чертята. Они оба знают, что прошлая ночь ничего не изменила между ними, разве что они действительно еще лучше узнали друг друга; точно также они понимают, что произошедшее никогда не повторится. Когда Элис потягивается, чтобы сбросить с себя сонную негу, Марко даже успевает об этом пожалеть - девочка выросла и стала привлекательной женщиной.

- Во сколько твой самолет?

+1

24

Сквозь сон, Элис чувствует, как кто-то аккуратно берет ее на руки и куда-то несет. В сознание начинает формироваться тревога, но... она узнает эти руки. Однажды, Марко уже относил ее в кровать после того, как в очередной раз "сорвавшись", она приползла домой знатно пьяной. Тогда, она еле держалась на ногах и то, что она добралась таки до своего нового жилища - было чудом. Той ночью, Марино просто отнес ее в постель и, когда она на утро, помятая и во вчерашней одежде, выползла на кухню - молча протянул стакан с водой и таблетку от головы. Он не стал ей ничего высказывать. Не стал воспитывать, но его укоризненного взгляда оказалось достаточно для того, что бы после она так себя не вела. И ведь, Кейн действительно больше не напивалась. По крайней мере до того момента, пока итальянец не уехал в Вегас вслед за Кэтрин. Это было... ожидаемо, но все равно не мешало девушке почувствовать себя брошенной... вновь. Ведь, она привыкла, что эти двое есть в ее жизни. Надеялась на то, что они смогут понять то, что видела она, но... видимо не Судьба...
   Она просыпается медленно, чувствуя, что даже выспалась. Сладостно потянувшись под покрывалом, Кейн открывает глаза и не сразу понимает, как оказалась в постели. Ведь, последнее, что запомнилось девушке - это то, как она писала конспект. Устремив же взгляд в потолок, Элис все же вспоминает то чувство полета и защищенности, что чувствовала несколько мгновений. Видимо, именно тогда Марко и оттащил ее отключившуюся тушку в комнату. Н-да... неожиданно... Просто обычно, Кейн спит очень чутко. Привычка, что въелась в ее сознание с того последнего месяца, когда ей вновь пришлось вернуться к родителям после того, как Лекс предпочел прекратить их отношения. Нет, он не выгонял ее, так как прекрасно знал всю ее ситуацию, но... Элис, не смотря на все свои промашки и ошибки, все же была девочкой гордой. Поэтому и предпочла уйти, плотно закрыв за собой входную дверь. И наверное, все это к лучшему. Ведь, не вернись она тогда к родителям, то не оказалось бы после в Ирландии и не получила шанса на нормальную, полную перспектив, жизнь.
  - Изумительно, - произносит девушка зевая, когда все же выползает из спальни. Взяв из рук Марко чашку с кофе, она благодарно ему улыбается и делает первый глоток - О да, кофе с утра - это именно то, что нужно любому человеку. - на самом деле, она бы с радостью допила бы сейчас свой кофе и вернулась бы обратно в теплые "объятия" постельки. Накрылась бы одеялом с головой и просто вырубилась бы на ближайшие сутки. Ей действительно не мешала бы передышка, но... увы и ах, график действительно был составлен плотно, а ведь у нее еще была и учеба. Сладко потянувшись, Кейн делает очередной глоток кофе.
  - А сколько сейчас времени? - интересуется модель и, вспомнив о том, что со смарт-часами не расстается в принципе, кидает взгляд на свое запястье. - Ни хрена себе, - не сдержалась Элис, когда увидела, что время перевалило за полдень - У меня есть три часа, что бы добраться до аэропорта. - она не просит друг друга заказать завтрак, так как кушать захочет еще не скоро. Девушка лишь быстро допивает свой кофе, и - Так, ладно, я в душ и собирать свое шмотье. - она не интересуется тем, отвезет ли ее в аэропорт он или же машина отеля. Ответ и так очевиден, что Марино сделает это лично.
   Захватив из чемодана все те вещи, что собиралась надеть в дорогу, модель скрывается в ванной и, быстро приняв душ, чтобы проснуться окончательно, Кейн споро одевается и делает легкий макияж. Вернувшись же в спальню, Элис принимается носиться по номеру подобно урагану и собирать свои вещи. Казалось бы, она провела здесь меньше суток, а разбросать умудрилась почти все. Н-да... Вот и все, что приходит ей на ум после того, как второй чемодан с трудом, но закрывается.
  - Я готова, - она произносит это с чуть грустной улыбкой, так как понимает - теперь они не скоро увидятся. Ведь не известно, когда ее еще раз сюда занесет. Она действительно будет скучать поэтому итальянцу, что готов был отказаться от собственного счастья, стремясь поступать правильно. Для нее же, он навсегда останется тем человеком, что протянул ей руку помощи в самые сложные для нее времена. Он не просто тогда ей дал кров и защиту, но и вернул лучшую подругу...

+1

25

Элис – это маленький ураган, сносящий все на своем пути; она носится по номеру, собирая свои вещи, пока Марко старается не мешать, упираясь в монитор, и делает вид, что работает. На деле же он подсматривает за тем, как она ищет завалившиеся под кровать вещи, складывает белье в специальное отделение чемодана, смешно фырчит на волосы, что падают на глаза. Марино усмехается – едва заметно, но все-таки ощутимо. Он думает о том, что ему понравилось то, что было между ними ночью; о том, что такое приключение никогда не повторится, но было приятно узнать Элис с этой стороны. А еще о том, сколько ей пришлось пережить  - в то время, пока он был в Лас-Вегасе, строил карьеру, присматривал за Кэтрин, Элис осталась в Чикаго совсем одна, наедине со своими демонами и страхами, и, видимо, пережила слишком многое. Она всегда была бойкой девочкой, но теперь в ее глазах залегла почти невидимая печаль, отражающаяся на зрачках печалью пережитого опыта – укол вины поражает Марко в самое сердце. Он видит, какой прекрасной девушкой стала Кейн и сожалеет о том, что его не было рядом, когда ей была нужна помощь. Но сделанного ведь не вернуть… Мужчина захлопывает крышку ноутбука, поднимаясь со своего места, и подхватывая свой остывший капучино, кивает Элис:
- Готова, лисенок?

Он по-прежнему называет ее старым прозвищем, будто ничего между ними и не произошло. Может быть, так и есть, и все это было лишь сновидением, которое забудется спустя несколько часов после пробуждения. Марко улыбается:
- Фредерико отнесет твои вещи в машину, идем.

Помощник Марко и правда появляется через каких-нибудь три минуты и забирает чемоданы Кейн. Напоследок Марино осматривает номер, ощупывает его внимательным взглядом, проверяя, не забыла ли она чего – где-то в глубине души ему хочется, чтобы забыла, ведь это могло бы стать поводом для еще одной встречи. И, хотя старым друзьям повод вовсе не нужен, ему кажется, что снова встретятся они не так уж и скоро, ведь жизнь развела их даже не по разным штатам, а разным континентам. Элис вызывает в Марко тягучую, сладкую ностальгию по прошлому – по Чикаго, по вечерам, когда они допоздна засиживались, обсуждая книги и споря о выдуманных персонажах, делились друг с другом переживаниями, которые их беспокоили и вся жизнь Марино была наполнена смыслом, который ощущался скорее на уровне инстинкта выживания, чем разумом. И теперь, когда Элис на мгновение снова промелькнула в его жизни, Марко отметил, что он затосковал по той старой, простой жизни, когда его главной задачей было выжить. Тогда все было предельно просто, а теперь… У него все есть, но не хватает какого-то душевного тепла, друзей рядом. В сущности, что значит то, что о нем перешептываются сотрудники, пока они с Элис проходят по коридорам и добираются до главного входа «Марджириано» - «очередная встреча на одну ночь», «меняет женщин как перчатки», « неугомонный», «бабник»? Лишь о том, что Марко о д и н о к. И это слово почему-то обретает для него новый, неприглядный смысл.

- Не волнуйся, мы успеем.

Новенькая tesla трогается с места плавно, набирая скорость за считанные секунды. Они мчат по автостраде, потому что до вылета осталось совсем ничего; Марко проводит Элис до дверей аэропорта, дальше не пойдет. Если расставаться, то чем раньше, тем лучше.

- Когда в следующий раз в Лас-Вегас? – Марко улыбается, выгружая ее вещи из машины. Ласково проводит ладонью по щеке Элис, - обещай, что в следующий раз обойдется без безумных поклонников, ладно?

Всматривается в ее лицо, продолжая давить усмешку, хотя самому немного грустно. Элис всколыхнула в нем какие-то полузабытые, полузапрятанные чувства… Подумалось, что надо бы позвонить Кэт, да только, какой в этом смысл?.. Она ведь замужем. Только бередить какие-то старые раны.

- Ты будто хочешь мне что-то сказать, - Марко вопросительно смотрит на то, как Элис кусает губы, - ты так опоздаешь на регистрацию.

+1


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » to get inside you