LaurenAliceEvangeline
AndreiDara
Artik & Asti
Миллениум

от Элис для Адриана
Сэм держит Мартина Надо отсюда выбраться, может толкнуть его на охранника, схватить папку и убежать? Но Мартин, не желает спокойно стоять, еще немного, и он выкрутится, и тогда Сэм уже ничего не сможет сделать. Неожиданно, в данной ситуации и для себя самого, Сэм слышит голос, очень знакомый голос. Оуэн? После недавнего погружения в прошлое, голос Джеймса снова звучит ободряюще, словно голос старого друга. Сэм улыбается и поворачивается, хочет поприветствовать его и пошутить, что тот умеет выбирать моменты для своего появления.
[читать дальше]

The Capital of Great Britain

Объявление

ЧЕЛЛЕНДЖ #7
ЗОЖ-ный
ВЕСЕННЯЯ
ЛОТЕРЕЯ
ИТОГИ ОТ
17.05

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » Песок


Песок

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

https://i.imgur.com/lQKO9j2.png



Майкл и Оливер

Малайзия, февраль 2020 года


****

Covid-19. Теперь понятно, что угроза стала слишком реальной и количество жертв во всем мире пугают.
Отдых семьи Карлайл  явно стоит прервать.
Бизнес Виктории требует ее присутствия, Беатрис жалеет, что не сорвалась с учебы и осталась в Лондоне, Алекс же понимает, что ему тоже надо решать проблемы и возвращаться, только вот Оливеру возвращаться точно пока не стоит, и решение одно - пока ждать новостей оставаясь с отцом.

+2

2

Оливер мечтал о море сколько себя помнил. Впрочем, можно сказать, наблюдая за жизнью из окон своей больничной палаты, он мечтал по-настоящему жить сам, так, как жили герои его любимых книг. А море... море казалось каким-то недоступным чудом. Когда ему исполнилось пять лет, он поехал в путешествие вместе с семьей и наконец увидел море, оказавшееся огромным, мокрым и соленым. По отъезду он устроил истерику родителям, не желая уезжать, и с тех пор с нетерпением каждый год ждал повторения путешествия, жил мечтой о том, что однаджы все сложится и он снова окажется на берегу, где вкрадчиво шумят волны.
В свете вышесказанного Олли никогда бы не поверил, что  однажды он будет изо всех сил стремиться обратно в Лондон, едва оказавшись на другом конце земного шара. И при этом - просто насмешка судьбы! - не иметь возможности улететь, поскольку мир сошел с ума. В итоге оставалось только сидеть в роскошном, да, но ставшим неуютным бунгало и молиться, чтобы запасов картриджей для помпы хватило до конца этого приключения.
На самом деле куда спокойнее Оливеру было, если бы с ним осталась мама. Он привык, что мама всегда была рядом, когда приходилось трудно, делила с ним тяготы больничной жизни, утешала, успокаивала, решала проблемы. А тут - папа. Нет, никто не спорит, что папа замечательный, правда. Но Олли привык, что папа это человек, который на работе. Папа может похвалить за успехи, папа может поужинать с семьей, папа это папа, но у него есть один недостаток - он не мама. С куда большим удовольствием парень бы улетел вместе с Викторией и старшими домой, но на семейном совете было решено, что для него, как диабетика, это слишком опасно в плане заражения этой новой гадостью. При этом у Виктории имелись неотложные дела и потому Олли остался с папой. По ощущениям и вовсе как с чужим человеком, пусть изо всех сил и убеждал себя, что это не так.
Это был второй день их совместного пребывания на острове, вернее, Майкл там еще, конечно, присутствовал, а вот Оливер предпочитал все время зависать в айпаде. Но в какой-то момент понял, что все, мозг требует перезагрузки, отложил планшет в сторону и пошел к отцу.
- Пап... пошли поужинаем что ли?

+2

3

Пандемия, охватившая весь мир. Давненько мир не видел подобного, наверное со времен испанки или чумы. И в современных реалиях конечно меры были приняты незамедлительно и границы защелкнулись, будто кто-то отпустил большой рычаг, который удерживал маленькие дверки, которые в один миг захлопнулись.
Всё. Система здравоохранения начала задыхаться, а люди подвергнувшиеся этому вирусу стали умирать слишком быстро, оставляя пугающую статистику. Хронические заболевания в купе новым вирусом становились смертельным приговором.
- Оливеру нельзя в Лондон, посмотри, какие показатели, как страшно. Тут же море и почти нет людей.
Это было аргументом, который явно говорил о том, что пока Олли не стоило возвращаться в город.
Бизнес Виктории сразу же оказался под ударом, и ей необходимо было вернуться с Александром, который столь старательно желал отхватить кусок маминого пирога. Дела же Микки терпели, скажем так, его бизнеса ограничения не особо коснулись, поэтому выбор того, кто останется с младшим Карлайлом не стоял, все было понятно.

Майкл не считал себя плохим отцом, он любил своих детей и гордился ими, переживал за них, особенно за Оливера, которого поразил столь опасный недуг с самого рождения.
После отъезда в бунгало стало тихо, и разлука с Викторией неприятно холодило Майкла, но с другой стороны они переживали и куда более отвратительные времена.
Что ж, у Майкла появилась возможность насладиться серфингом подольше, и приятной солнечной погодой, при этом попытаться наверстать все, что он мог упустить с сыном.
Белый песок, Андаманское море, которое было частью Индийского океана, прекрасный остров, и солоноватый воздух, прекрасная райская атмосфера, пусть и разбавляемая ожиданием.
Серф торчал из песка, пока мужчина пытался вытряхнуть натирающие частицы из своих плавательных шорт. Волны тут были конечно далеки от Австралийских, но все же штормовая погода не разочаровывала.
Дверь далеко не самого дешевого домика с приятным звуком отошла в сторону и на пороге появилась кудрявая голова его сына.
- Да, пойдём, - улыбнулся Майкл, подпрыгивая на одной ноге, - А я то думал, ты решил выйти воздухом подышать, - улыбнулся мужчина, - Что не хочешь поймать волну? - он кивнул в сторону воды.
Мисс Панджаитан накрыла стол, она жила на другой части небольшого острова и теперь ей было запрещено покидать его пределы, а привезенные продукты и лекарства необходимо было дезинфицировать.
Майкл накинул футболку и опустился за стол:
- О, рыба... опять... превосходно. - он посмотрел на сына, понимая, что отношения между ними явно не такие, какие бы должны были быть, - Может попозже возьмем что-нибудь, что можно пожарить на костре? или просто разведем его на пляже? - он улыбнулся, - К слову, когда решишь завоевать даму сердца, то костер на пляже самое то. Или оная у тебя уже есть? - мужчина прищурился,- Или Беатрис не подпускает к тебе девчонок?

+2

4

Сидеть дома в теплой комнате и мечтать о великих путешествиях это, конечно, хорошо. Но именно сейчас, на жарких малазийских берегах, Оливер окончательно понял, что путешественника из него не выйдет - никакого! И вовсе не потому, что он диабетик и все такое. Просто он типичное дитя цивилизации, способное получать удовольствие от мокрого соленого океана (с кусачими медузами), отсыревшей койки (увы, влажность в такой близости от воды близка к ста процентам и никакой осушитель воздуха не спасет) и вида выреза платья мисс Панджаитан (две сушеные изюмины размером каждая с добрую дыньку) примерно неделю в году. Не больше. Размышляя об этом, парень весьма злился, ведь ему хотелось ощущать себя сильным, выносливым, тем, кто не пасует перед трудностями... как папа, например.
- Нет, пап, не хочется что-то.
Как ни противно было это осознавать, детство, проведенное в больничных застенках, сформировало особое отношение Олли к самому себе. Он ощущал себя больным, даже когда ничего не болело. Знал, что многие его собратья по диабету, заболевшие уже в более зрелом возрасте, искренне не считают себя больными и после некоторого периода адаптации ведут себя почти так же, как и до диагноза, но он так не мог. Привык, что его жалеют, оберегают, стал жалеть и оберегать сам себя. На любую деятельность смотрел с опаской - тот же серфинг по приезду попробовал и даже получилось, но так и не смог получить удовольствие из-за опасений как-то навредить себе.
"Интересно, каково это, осознавать, что твой сын вот такой вот... задохлик-инвалид?" - подумал вдруг Оливер, неторопливо поглощая весьма поднадоевшую уже рыбу. Подобные депрессивные мысли в духе "бедные мои родители, что ж им так со мной не повезло" навещали его не слишком часто по жизни, но общее угнетенное настроение способствовало их навязчивому появлению. Отца, похоже, совсем не расстраивало, что из-за болезни младшего сына они теперь заперты на острове вдали от цивилизации на неизвестное время. Вот он-то, наверное, воспринимал это как приключение.
- Пап, ну какие девчонки, о чем ты говоришь, - Олли почти осознавал, что банально ноет, ворчит и нагнетает обстановку, таким образом вымещая на самом близком сейчас человеке свое паршивое настроение. Но и быть сейчас столь же спокойным и оптимистичным, как Майкл, не мог. Наверное был слишком... напуган? - Ты не знаешь нынешних девчонок, это может во твое время костер на берегу моря был зашибись каким романтичным событием, а сейчас...блин, да я даже не знаю, чего им надо-то. Хотя, наверное, костер тоже подойдет, но главное чтобы он на фоточках в фейсбуке смотрелся и подпись была какая-нибудь романтично-философская...

+2

5

Порой Майкл останавливался, задумываясь о том, чего он добился в жизни, чтобы в очередной раз осознать для самого себя, что ему уже давно пора поставить точки и сложить с себя дела. Его фермы, его бизнес на крови... Ведь даже лев устает постоянно держать свой прайд в смирении, а соседские в страхе, ему хочется покоя.
Но только от мысли получить столь желанное умиротворение, так же становилось не по себе. Стать типичным графом, что пьет днём чай, а вечером бурбон, и изредка встречается с чопорными лордами на охоте, весьма заманчиво, но лишь иногда, ведь власть пленит, а сила завораживает. И пусть года порой и пытаются отбить своё, Карлайл не собирался отступать.
Оливер, его прекрасный младший сын, само очарование, про которого Майкл, на его отцовскую беду, знал не так много, как хотелось бы. Граф хорошо помнил те года, когда Викки не бывало неделями дома, и она была в больнице вместе с сыном, и конечно же привязанность Олли к матери была очевидна. Но, только Микки порой сомневался в том, что столь щепетильная забота не вредила Олли, не делала его тем парниковым изысканным растением, что мог загибаться, даже при правильной температуре, но Майкл привык доверять Виктории в вопросе младшего сына, зная, что она понимала, что делала и для чего.
Э-э, нет, ты не прав, – хмыкнул мужчина, — женщина может казаться сколь угодно новомодной, но любую можно растопить правильной атмосферой. Закат, пушистый плед, треск костра… Вино, чтобы она забыла о своем инстаграмме или других сетях.
Майкл приподнял бровь:
А главное, дополнить все правильной и размеренной беседой, достойной лорда. И улыбкой, но с последним у тебя точно не будет никаких проблем, свой шарм ты унаследовал от меня.
Майкл вытянул ноги под столом, и положил очередной кусок стейка сёмги в рот:
Зря отказался от серфа, у тебя неплохо выходило. Интересно, — задумчиво протянул Карлайл старший, — Если сейчас пандемия, то очевидно школу переведут на дистанционное обучение, а значит, ты даже не пропустить уроки.
Губы мужчины изогнулись в теплой улыбке:
уже устал тут быть? Хочешь домой? — с вниманием спросил мужчина, — Тяжко вдали от родного дома..  Даже если дом это туманы и дожди.

+2

6

Оливер и не сомневался, что его отец уговорит даже самую гламурную красотку отложить смартфон и посидеть с ним у костра. Сложно, конечно, представить в такой обстановке Викторию, но причин скептически отнестись к отцовским словам у парня не было.
- Вы с мамой так тоже в свое время... сидели беседовали? - Олли все-таки не удержался, улыбнулся. Он очень любил обоих родителей и свято верил в то, что их брак идеален. И вместе с тем зачастую ощущал себя в этой семье лишним элементом, бракованным, ненужным, тем, кто всем мешает. Разве можно ощущать себя нормальным, когда приезжаешь в путешествие и первые пару дней ешь привезенную с собой запакованную еду, покольку не можешь посчитать углеводный коэффициент местной пищи? Это сейчас, спустя некоторое время и найденные в интернете таблицы, он может себе позволить взять без опаски питайю с тарелки и съесть ее, не опасаясь, что глюкоза в крови снова подскочит после еды. И самое главное, как объяснить все это папе? Маме не нужно было все это объяснять, она была с ним с самого начала всей этой диабетической эпопеи и с тех пор всегда действовала в заданных болезнью сына рамках. Но как расскажешь отцу, что для того, чтобы встать на серф, ему нужно сначала примерно рассчитать дозу пролонгированного инсулина, сделать укол, снять помпу, заклеить прикрепленную к нему канюлю специальным пластырем-повязкой и потом уже натянуть гидрокостюм. А во время собственно, плавания, следить, чтобы все эта ерунда никуда не делась и, опять же, за временем.
Да и вообще, о чем с папой разговаривать? О школе? О девушках? О Мэри Эндрюс, с которой они целовались за школой перед Рождеством, а на каникулах она выложила в соцсетях фото в обнимку с парнем с внешностью интеллигентного боксера и подписью "Это любовь"? Или о том душном и жарком томлении, которое он испытал, случайно попав в школьную раздевалку для парней перед физкультурой и увидев полураздетого Эндрю Найлза? Об этом он и сам стыдился вспоминать. Даже маме никогда бы не рассказал, а уж папа, казалось, убъет за подобное на месте. Или о том, что отчаянно желает чувствовать себя в безопасности, избавиться от грызущего изнутри страха умереть от неведомой заразы, да и от осложнений диабета тоже?
- Тут, конечно, хорошо, но непривычно, - Оливер пожал плечами, доел фрукт и окинул взглядом стол, размышляя, чего бы еще съесть. - А школа... школа ж это не только уроки. Это еще... как сказать. Суета, общение, народу много... интернет это никогда не заменит, каким бы быстрым он ни был.

+2

7

Майкл самодовольно ухмыльнулся сыну, лукаво смотря на него:
Твоя мать босая танцевала для меня на берегу озера, принадлежавшего какому-то джентльмену. Так что я знай, простота все ещё может зачаровывать, а если этим девушку не возьмёшь, то значит она меркантильная сука, и попросту недостойна тебя.
Мужчина развел руками и пожал плечами, ибо понимал, что во многом его детям может быть сложно строить личную жизнь, учитывая то, что придется задаваться вопросом, понравились ли они или их наследство. Хотя, на счёт Беатрис Майкл не сомневался, она была рациональна в этом плане, и скорее предпочла бы уверенность своим чувствам, как в свое время сделал Микки.
Отец пытался говорить с сыном легко, не задевая его болезнь и не акцентируя внимание на этом, ибо понимал, что ему бы было неприятно чувствовать себя особенным в этом контексте, но, Оливер, как он относился к этому?
Только Виктория знала, что последние три года Майкл инвестировал в медицину и в разработку лекарств и методов лечения диабета, чтобы первые удачные разработки использовать для его сына.
Твоя мать вообще удивительная женщина, порой мне кажется, если бы я лишился всего, она бы не отказалась от меня. Хотя поверь, ее все сжирают взглядом.
Мужчина самодовольно фыркнул, и сделал глоток свежевыжетого сока.
Ты же знаешь, чтобы выработалась привычка, нужен двадцать один день. Мы пока тут только двенадцать дней, осталось не так много. Посмотри на это со стороны того, что твои одноклассники заперты на территории домов, а ты острова. Думаю, ты победитель.
Майкл облизнул губы, и привычка машинально заставила пальцы мужчины потянуться в сторону кармана, чтобы достать портсигар, только в карманах был только песок.
Дьявол…
Мужчина понимающе кивнул:
Общение ничего не заменит, ты прав. Помню у меня в школе был лучший друг, он сам был родом из Ирландии, и когда на лето он уезжал домой из пансиона, амя возвращался в Камбрию. Я шел к морю, садился на песок и смотрел в сторону Ирландии, надеясь, что мой товарищ так же смотрит на меня.
Мужчина хмыкнул:
— Так, чем займёмся после ужина, с учётом того, что в город нам нельзя? Может попросит привезти лук и стрелы?

+2

8

Оливер честно попытался представить себе маму, танцующую босиком у озера, но воображение забуксовало, а потом и вовсе отказалось выполнять свои обязанности. Так что отцу парень, конечно, поверил, но с очень большим скрипом.
- Ну знаешь... достойную еще найти надо. На это могут уйти годы и годы... - "... а трахаться хочется сейчас" чуть не брякнул Олли, но успел прикусить язык. Майкл явно не оценит столь прямолинейной грубости. Впрочем, на самом деле парень не считал, что все межполовое взаимодействие сводится к генитальным радостям, но и сказать точно, на кой черт цивилизованному человечеству и ему конкретно вообще это надо, не мог. Надо - и все. - Или ты хочешь сказать, что мама у тебя была первой и единственной в жизни?
Действительно, и чем же теперь здесь заняться?
Оливер задумался всерьез, представляя, чем бы занялся, будь он дома сейчас. Чем он вообще занимался? Школа, домашние задания, это понятно, общение с друзьями, и масса попыток то ли самосовершенствоваться, то ли просто куда-то вложить избыток энергии. Так что прислуге в доме Карлайлов скучать не приходилось: уборка в комнате младшего представляла собой весьма занимательный квест ввиду сваленных где ни попадя самоучителей по китайскому языку, набитых гречневой шелухой валиков для йоги разного размера, недособранных моделей военных самолетов и так далее.
- Нет, конечно на острове прикольнее, чем в четырех стенах сидеть, но здесь тоже скучно, обычно же туристы не сидят вот так неделями, ездят на экскурсии, на канатную дорогу вон... А нам только и остается то ли на пляже поджариваться, то ли плескаться, - наверное, немногим удается почувствовать себя по-настоящему несчастными, находясь на райском острове, но Олли, видимо, очень старался. Хотя надолго он в этом настроении не задержался, все же молодость и своейственная ей жизнерадостность никуда не делись. - Я планировал искупаться и помедитировать на берегу... слушай, а ты никогда не рыбачил? Можно было бы попробовать заказать снасти, выловить что-нибудь и, как ты хотел, запечь на костре к ужину.
Совершенно фантастическое времяпрепровождение на самом деле. Олли о таком лишь читал и, возможно, видел в передачах про путешествие, сам же он и на кухне бы не смог ничего толком приготовить, не то что выловить, выпотрошить и проспособить к огню, даже не ограниченному жаровней специализированного гриля. Тем не менее, он почувствовал, что где-то внутри загорается огонек интереса, впервые за последние несколько дней.

+2

9

Майкл понимающе кивнул головой. В молодости, а точнее в школьные годы он не очень был разборчив, ему было некогда тратить время на отношения, ему просто нравились девчонки, что крутились рядом с ним, подходили на вечеринках, строя глазки молодому лорду, который выбирал время для развлечения, дабы отдохнуть от учебы и работы. Тогда ему приходилось надеяться только на свое обаяние, ибо долги семьи не привлекали особо людей к нему.
В университете же у него была Сандра, его единственная и  особенная, которая до сих пор является частью его бизнеса, и кажется все еще ненавидит Викторию. Но, жизнь переменчива.
- Нет, не была, - честно ответил Майкл,- В школе я вообще не особо задумывался о чем-то серьезном, а первая любовь у меня случилась лишь в университете, - он выдохнул,- Но, я никогда особо не был романтиком, и когда меня познакомили с твоей матерью, я понял, что с ней мне будет лучше строить семью, выгоднее что-ли, и я не посмотрел на чувства, и знаешь, я не жалею, ибо твоя мать это лучшее, что случалось со мной. Я ее люблю столь сильно, что описать трудно. Это женщина особенная. И чувства вспыхнувшие из взаимного уважения, дружбы, оказались, куда крепче страсти.  - Майкл, опустил глаза в стол,- Считаю ли я что это правильно? Не знаю, каждому своё. Если ты безумно в любишься и решишь связать свою жизнь с этим человеком, я не буду против. Я хочу, чтобы мои дети были счастливы.
Майкл никогда не чурался говорить то, что думает, выражать свои мысли и быть искренним, особенно дома, ведь работа это была иная стихия, там он был хищником.
Микки ухмыльнулся, с пониманием кивая сыну:
- Да, согласен. Четыре стены это сложно, как и остров. Но можно заказать сюда всё, что сможет разнообразить наш досуг. Тот же квадрокоптер, например. Отошлешь друзьям виды.
Мужчина вновь взял стакан и опустошил его, вкусно облизываясь.
Брови Майкла приподнялись в приятном удивлении и задумчивости, идея была интригующей. Он не рыбачил очень давно. Слишком давно.
- И опять рыбу есть? - тепло хохотнул мужчина,- А ты прямо за разнообразие, я смотрю. - Микки улыбнулся шире и сузил глаза,- Но идея мне нравится. Нужно попросить еще лодку, на всякий случай. И в океане это должно быть интересно. - выдох. - Пару раз я был на рыбалке со своим отцом. Мой папа любил сбегать в объятия прибережних вод Камбрии, когда ему надо было подумать или сбежать от твоей бабушки. Так что, сейчас напишу. - мужчина взял в руки телефон со стола, который оставил еще с утра на блестящей деревянной поверхности.
- Как себя чувствуешь, к слову? - в голосе нехотя проскользили нотки умеренного беспокойства,- Может еще чего-то? Как же тут душно. Надо бы пива. Хочешь?

+2

10

Невинный, в сущности, разговор, вдруг всколыхнул в Оливере что-то, что давно уже тихо болело. То, о чем не поговоришь с мамой или сестрой, и даже со старшим братом, поскольку у Александра всегда были проблемы скорее противоположного свойства.
- Такую как мама, все равно же не найду, - Олли опустил взгляд, он будто бы говорил сам с собой - в тысячный раз об одном и том же. - Да и я не ты... Скажешь, кто-то меня полюбит просто за то, что я - это я? Болезненное кудрявое нечто, которое и как мужчину воспринять сложно? Но разве мне стоит беспокоиться, ведь в любом случае найдется какая-нибудь милая девочка из хорошей семьи, которая с удовольствием выйдет замуж за... ваши деньги.
Парень резко встал из-за стола, ощущая, как просыпается внутри бессильный гнев, адресованный не родителям, конечно, но самой судьбе. Ведь он не выбирал эту жизнь, эту болезнь, изо всех сил старался быть сильным и стойким - но все равно проигрывал на самом старте большинству сверстников.
- Не сомневаюсь, что если ты попросишь, они привезут и квадрокоптер, и лодку, и лук со стрелами, и потом вдруг на острове обнаружится небольшая популяция диких кабанов, в которых можно будет славно пострелять, - он понимал, что зря говорит все это, но порыв злости оказался столь внезапным и сильным, что он не смог справиться с эмоциями. Все смешалось: страх и гнев, ощущение своего собственного бессилия перед неумолимыми обстоятельствами, стыд за собственную немощь и много всего прочего. Сейчас он был, по сути, плачущим младенцем, который готов кричать и молотить по чему ни попадя ручками и ножками из-за того, что этот мир отказался выполнять его желания. - А вечерком можно будет зажарить свежеподстреленного кабанчика на костре, пока туземные танцовщицы крутят бедрами под ритм барабанов... Но скажи, какой во всем этом смысл? В том, что можно щелкнуть пальцами и тебя понесутся развлекать специальные люди, которым ничего от тебя не нужно, кроме твоих денег?
Часто испытывающим нужду людям кажется, что будь у них много денег, они были бы гарантированно счастливы. Оливер, выросший в абсолютном достатке, был примером того, что можно быть несчастным в практически любых обстоятельствах, измеряемых цифрами с множеством нулей на банковском счету. Просто потому, что за деньги можно купить многое, но не все. Например вот возможность просто выпить пива, не задумываясь, не угробит ли это его, не купишь. Впрочем, предложение отца вызвало у Олли легкий интерес, алкоголя он, качественно запуганный врачами, в своей жизни еще не пил, хотя знал, что немного и осторожно можно.

+1

11

Майкл довольно хмыкнул, прежде чем его сын неожиданно вспылил, разразился столь пламенной и искренней, что мужчина с интересом склонил голову, наблюдая.
Да, отец явно задел то, что давно болело в душе его младшего сына. Это было предсказуемым, и возможно именно этого и ждал старший Карлайл, дабы убедиться, насколько сильно сжали кольцо вокруг мальчика, и что за огонь в его душе.
Спокойствие было на лице Майкла, мужчина лишь удобнее уселся на стуле, позволяя себе отклониться на спинке стула, чтобы наблюдать за своим ребенком, который говорил. Переживания Оливера, то, что, очевидно, он давно держал в себе, и вот оно, оно лилось наружу, подобно смоле, что явно таилась где-то внутри.
Спокойствие на лице Майкла, непринужденность, и мужчина потянулся к графину, наливая себе очередную порцию сока, и делая глоток, ощущая приятную прохладу в горле.
- Оливер, сын, не подашь мой портсигар, вон он, позади тебя на окне. Спасибо. - проговорил мужчина, когда юноша закончил говорить. - Так, что что ты там хотел донести? - мужчина приподнял брови. float:right
- Ты уже правильно заметил, что ты не я, и искать тебе такую, как мама не нужно, - мужчина ровно выдохнул, - Не стоит ни на кого ровняться. Но ты мой ребенок, и многое все же передалось тебе от нас с твоей матерью, но ты сам рисуешь свою личность. Майкл подался вперед,- Кто тебе сказал, что тебя нельзя воспринять за мужчину? Если ты не слышишь, как по тебе сохнут дочери моих знакомых и бизнес-партнеров, это твой минус, что ты это не учитываешь.
Карлайл старший пожал плечами.
- Да, у нашей семьи есть деньги, и я положил достаточно сил и лет на то, чтобы восстановить величие нашего рода, который растратил все, когда мир изменился, не научившись приобретать. И я делал это для того, чтобы ни моя жена, ни мои дети не нуждались ни в чем. Но, если тебе претит моя политика, наша жизнь, то как только тебе исполниться восемнадцать, ты можешь начинать писать свою историю с нуля. Обещаю, от меня не получишь ни фунта, если захочешь.
Майкл опустил глаза в скатерть и хохотнул:
- Знаешь, я не против и танцовщиц и туземцев, если это помет тебе развеяться. Я зарабатываю, чтобы обеспечивать семью. И знаешь, ведь деньги не способны сделать брак счастливым, да и ты не такой. Не для этого. Я право не думал, что оскорблю тебя тем, что просто хочу скрасить наши дни. Но я лучше буду тут выслушивать твоё негодование, нежели мы вернемся в Лондон и твоя жизнь будет под угрозой. - он выдохнул вновь, - Оливер, скажи мне, где я упустил момент, что у тебя такие проблемы с самооценкой? Почему ты себя так сильно не любишь?

+1

12

Стоило бы предположить, что Майклу после большого бизнеса какая-то подростковая истерика это так, незначительный эпизод длинного сериала жизни. Спокойный тон отца привел Оливера в чувство, ему даже стало стыдно за эту вспышку, но злость никуда не делась. Тем не менее, от замолчал, заталкивая горькие слова обиды на весь мир обратно в горло, подал отцу портсигар и сел обратно за стол, глядя при этом перед собой, на свою тарелку с огрызками фруктов, костями от рыбы и еще какой-то лабудой.
Ага, конечно. Одноклассницы тоже - "Олли, ты такой миииилый!". Но вешаться предпочитают все равно на качков вроде Эндрю.
Парень слушал отца, но не слышал,  слова не достигали своей цели, столкнувшись с ограничивающей разум стеной страха. Страха умереть молодым, страха так и не пожить толком, затеряться где-то на периферии жизни, пока другие идут вперед... Мало ли тревог у современного подростка, к тому же выросшего болезненным, с неизлечимым тяжелым заболеванием на всю оставшуюся жизнь?
Впрочем, кое-что он все-таки понял: с отцом можно не воевать. Он на его стороне и явно не собирается к чему-то принуждать или перевоспитывать. Но и до настоящего доверия между ними пока далеко.
- Хорошо, пап. Я понял, - когда Майкл закончил говорить, Олли немного помолчал, при этом он ни о чем не думал, в голове была какая-то странная звенящая пустота, будто бы вспышка гнева выпила все силы в один момент. - Давай лучше пока обойдемся без сеансов психоанализа, а? Мне просто до жути надоело здесь сидеть. Даже в больнице проще было, там ты знаешь, что рано или поздно выздоровеешь и выпишешешься, а сейчас лечить надо весь мир походу...
Любить себя... Как себя любить, когда твое тело тебя предает каждый день, с детства? Когда на физкультуре парни играют в баскетбол, красуясь перед девчонками сильными телами, ты сидишь в сторонке с книжкой, а потом приходишь домой, смотришь  на себя в зеркало и хочется его разбить, потому что не получается верить, что ты обречен до конца жизни быть заперт в этом теле, которое не может ни дня прожить без десятка уколов.
- Развеяться - это то, что надо, правда. Но без танцовщиц мы, пожалуй, обойдемся. А вот пиво... Мне хотелось бы попробовать. Не умру же я с одного бокала.
Оливер постарался улыбнуться искренне, демонстрируя, что уже все в порядке и он больше не будет верещать на весь остров, какой он несчастный. Вот уж что действительно не идет настоящему мужчине. Другое дело, что у него просто нет иного способа как-то избавиться от все скапливающегося нервного напряжения, кроме как психануть на пустом месте.

+1

13

Виктория часто спрашивала Майкла, смогут ли они вообще поссориться, вот так, как подобает супругам, с истериками, криками и обвинениями, учитывая характер Карлайла, на что Микки лишь пожимал плечами, говоря что-то похожее на "попробуй", но дальше ничего не выходило. Мужчина мог не соглашаться, но всегда предпочитал выслушивать, дабы строить диалог. Его работа, было иным делом, там он мог позволить себе быть действительно пугающим, но дом, был для него тем местом, где не должно быть подобных всполохов, по крайней мере у него.
Я не пытался заниматься психоанализом, – мягко улыбнулся Майкл, — Я просто ответил на твои слова. И, не стоит сдерживаться, Олли, я могу лишь догадываться, как сильно тебе хочется кричать, и я готов принять на себя всё это, если тебе станет легче. Мы же стремимся к комфорту, не так ли?
Майкл достал тонкую никотиновую палочку из портсигара, и фильтр быстро оказался зажат кубами, пока пальцы подпаливали конец.
Густой дым приятно скользнул в горло, давая Майклу время на подумать.
Надеюсь мир вылечится, обычно подобные напасти уносят слишком много жизней. Я, честно говоря, не доволен и тем, что твои брат и сестра в Лондоне. Особенно учитывая беспечность Александра…
Майкл пожал плечами, понимая и то, что если ситуация в Лондоне накалится, то Виктория возьмёт все в руки, и если надо они найдут способ поднять частный самолёт в небо, чтоб вернуться.
О, вот это разговор, надеюсь твоя мать меня не убьет, - мужчина ухмыльнулся, – Хотя, как она убьёт, если ей ничего не скажем.
Майкл довольно хохотнул.
Знаешь, я в школе тоже думал, что со мной что-то не так. Кудрявый, долговязый, предпочитал учиться, и понимал, что мое самое сильное оружие обаянием. Девушки любят ушами. Только вот с лицом тебе явно повезло больше, это у тебя от матери.
Майкл посмотрел на часы:
Так я что, заказываю все для рыбалки? И надо подумать, может сможем попасть в город, надо почитать о заболеваемости. Хотя, кто сейчас будет писать правду. Ты поел? Скажу чтобы убрали, и можно пройтись по пляжу. Расскажешь, что сейчас читаешь. Или видео игры? Хочешь унизить своего отца?
Мужчина поднялся со своего места и подошёл к бару, открывая холодильник. Насколько он знал, сыну подойдёт только светлое, и не самого высокого градуса, тобишь приятный лагер с минимум содержания сахара, а это то что нужно в жару.

+1

14

Отец был прав. Как всегда. Когда не можешь ничего сделать, остается только кричать... или заняться чем-то более полезным, смирившись с обстоятельствами, которые сильнее нас.
- Как-то это по детски получается... будто бы сидишь посреди детской в мокрых штанах и со сломанной игрушкой и ревешь в голос, чтобы пришла няня и обеспечила тебе тот самый комфорт, - Олли невольно усмехнулся, кажется, в детстве у него был похожий эпизод. - Но взрослые же люди по идее сами должны... ммм... менять себе одежду, верно?
Пиво Оливер пробовал с осторожностью, лечащий врач и мама в свое время потратили немало сил, чтобы вбить в его голову одну простую мысль - все, что он засовывает в рот, должно подвергаться тщательной проверке. Но ему скорее понравилось, чем нет.
- Ну значит буду учиться забалтывать, - недавний порыв гнева как-то незаметно схлынул, когда Олли отвлекся, он чувствовал себя довольно спокойным и сам этому удивлялся. Может быть, только и нужно было как-то сбросить напряжение, скопившееся за последние дни? - Тоже, в принципе, навык...
С лицом, возможно, Оливеру и повезло, а вот в плане потрепаться о том, о сем - нет, это не к нему. Разве что изредка, в хорошей компании, он мог увлечься разговором и позабыть о застенчивости. Вот даже сейчас озадачился: о чем с отцом говорить? Не о видеоиграх же, действительно...
- Если честно, когда ты сказал рассказать о том, что я сейчас читаю, я почувствовал себя обязанным ответить, что как минимум Шекспира, - задумчиво произнес Олли, когда они уже шли по золотистому песку пляжа. - Да, мне хотелось бы выглядеть достойнее в твоих глазах, но что уж тут юлить, я далеко не всегда читаю хорошую литературу. Куда чаще всякий развлекательный шлак... хотя знаешь, как говорят, надо читать Шекспира, потому что он выше любой критики, и бульварное чтиво, потому что оно ниже? А вот насчет видеоигр не скажу. Не люблю.
И вот тут настал момент, когда Оливер в который раз в своей жизни озадачился, а что же он, собственно, любит. Пожалуй, ответ был бы - альтернативное искусство, но понятие это настолько зыбкое, что и начинать что-то говорить на эту тему не стоило.

0

15

Майкл посмотрел на сына с вниманием и пожал плечами:
- Иногда есть и взрослые, что не хотят менять себе одежду из-за своих убеждений или лени. Надеяться на то, что кто-то поможет, - Майкл сделал глоток, и выдохнул, скривив губы в неком отвращении, - Например, взять ту же аристократию Королевства. Посмотри, у нас в стране монархия и у нас есть куча лордов с высокими титулами, что до сих пор не приспособились к жизни. Они надеются на налоги простых людей, и продают все старинные вещи, чтобы удержать дом полученный от предков и свой титул. У нас налог на наследство и так пятьдесят процентов, поэтому выбор, что продать не так и велик. Они не хотят работать, не хотят вкладываться, в надежде на подачки, но мир изменился, люди сейчас не особо сильно хотят содержать и монарших особ.
И такие представители интеллигенции слабы, и ими можно прекрасно манипулировать, ибо они нуждаются в средствах и пьяны до своего желания оставаться незапятнанными работой.
- Не в возрасте дело, сын, а в сознании того, что ты хочешь и к чему стремишься. - она посмотрел на Оливера,- твой дед был великолепным человеком, он был добрым, заботливым, справедливым и был на все готов ради семьи, но... Он не мог жить в реалиях мира, не знал, как надо жить в мире, и поэтому наша семья пришла в упадок, мы чуть не потеряли поместье в Камбрии, и я поклялся не допустить этого. Но я понимаю, что в моем случае сыграла удача. Удача и много работы. Я не хотел, чтобы мои дети видели, как наш род загнивает. - он хмыкнул,- Да, поэтому я и принял предложение жениться на твоей матери, ее отец предлагал достаточную сумму, чтобы реализовать мои планы, но это была лучшая сделка моей жизни.
На губах мужчины появилась искренняя улыбка.
- И ты научишься, не только же Александр унаследовал это, - Майкл подмигнул сыну.
Он склонил голову и сделал шаг к Оливеру потрепав сына по кудрявой голове.
- Не говори ерунды, ты и так достойно выглядишь в моих глазах. Я горжусь всеми своими детьми. И знаешь, литература и понятие классики или критики уже давно в прошлом. Литература это развлечение, она может быть разной, главное чтобы приносила удовольствие. А знаешь, я сейчас понял, что при том, что я много читал Шекспира, я не помню сюжеты.
Мужчина фыркнул:
- Иногда мне кажется, что я в свои пятьдесят не знаю толком, что мне нравится. Наверное, только классическая музыка и Элтон Джон.
Майкл посмотрел на сына:
- ну, как тебе лагер? освежает, не правда ли?
К слову, уже определился с университетом? Или пойдешь поработать после школы?

0


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » Песок