На комментарий о похожести Лариса лишь отсалютовала бокалом и сделала глоточек вина. Если бы они не были похожи, вряд ли бы они сейчас сидели здесь, имея в планах найти какую-то суперкрутую ерунду, спертую идиотом-наркоманом. — Да уж, когда не знаешь, чем занять себя на Рождество, займись работой, — делает она вывод из их беседы. — Но знаешь, в свете твоих слов и работы фраза "отправиться на покой" заиграла новыми красками. — Она улыбается, но без особого веселья. Не столько шутка, сколько констатация факта.[читать дальше]
саунд от Андрея:
Soen - Antagonist
#reallife #эпизоды #NC-21 #Лондон

The Capital of Great Britain

Объявление

Новогодний забег
набор

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » be my COVID darling


be my COVID darling

Сообщений 1 страница 2 из 2

1


BE MY COVID DARLING
.   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .
http://images.vfl.ru/ii/1610390326/0e89b1a2/32921224.png http://images.vfl.ru/ii/1610390326/318dae65/32921222.png http://images.vfl.ru/ii/1610390326/9bdb2f9d/32921223.png

Dara Walsh + Andrei Demetru
08/11/2020 (воскресенье), Лондон, квартира Андрея

Хэллоуин в этом году задался. Настолько задался, что шлет привет неделю спустя в виде положительных тестов на ковид и дерьмового самочувствия. Но худа без добра же не бывает, да?

+2

2

Вообще Андрей не считал себя бессмертным. Как и счастливчиком, справедливо полагая, но жизнь — дама капризная и своенравная, чуть не долюбишь её, и она в отместку так отлюбит тебя, что сможет прямо и в гроб уложить. Но всё равно, как то робко и наивно надеешься, что уж с тобой то никогда.

Никогда не говори никогда.

С самого начала ковидно-апокалиптичной истерии Андрей вёл себя как сознательный, разумный гражданин: везде ходил в маске, для особо людных мест имел при себе пачку респираторов с защитой от вирусов (смешно, но внезапно резиновые изделия для лица стали куда более важными, чем для мест более нижних), носил перчатки, делал прививки, пил аскорбинку и регулярно протирал все поверхности антисептиком. Благо в его ветеринарных клиниках этого добра было дохрена.

Но…

Предательский нож в спину ему вонзил самый близкий человек. Дуглас. Как топ-менеджер огромной торговой корпорации, на которого пало тяжким бременем всё продуктовое безумие эпидемии и брексита, Дуглас, по долгу службы, имел огромную кучу контактов с живыми людьми, и вот, похоже, один из них поимел его. Огромным вирусным дилдо. Который они по цепочке передали друг другу, встретившись на Хэллоуин. Одно радовало  -что удовольствие они всё-таки тогда получили.

Андрей болел редко, но был ужасным больным. Чудовищным. Обычно за ним присматривал Олег и после того, как он ставил начальство на ноги, начальство выдавало ему премию. Потому что Андрей в болезни превращался в дурного, воюще-хандрящего монстра со списком претензий примерно в бесконечность. Жарко. Холодно. Есть хочу. Не хочу. Чай! Слишком горячий. А можно подогреть?

Пусти меня, я сейчас пойду на работу!

Я УМИРАЮ!

Его бесило. Бесило, что какие-то мелкие, недоразвитые говнюки, которых не в каждый микроскоп увидишь, без его позволения заселялись в тело, трахались там, размножались, гадили, а он терял способность к активной жизни и возможности заниматься делами. Учиться, практиковать, выезжать на лошадях. Работать. Свою любимую, выстраданную работу, на которую он потратил буквально лучшие годы своей жизни и которая могла развалиться без его присутствия, поэтому лучше просто по-хорошему отдайте Андрею телефон, ноутбук, планшет и во-он ту пачку договоров.

Кажется, в этот раз он тоже всё порывался вскочить и бежать звонить своему помощнику, чтобы проверить, как там в его драгоценной компании дела. И, кажется, в какой-то из дней он всё-таки заставил Дару это сделал, потому что, кажется, вспомнил, что давал какие-то дикие, невменяемые указания секретарю, а тот мягким, успокаивающим голосом говорил, что всё отлично, у них всё работает и выздоравливай, босс, всё хорошо.

Ничего не было хорошо.

Ни-че-го!

Что может быть хорошего от зашкаливающей температуры, от которой ломало каждый сустав, щемило мышцы, и выворачивало, то тело, то желудок. Его организм никак не мог определиться, жарко ему или холодно, поэтому холодный пот сменялся горячим, его то знобило, то он пытался содрать с себя футболку, ибо горел. Бесконечный, рвущий глотку кашель добавлял экстремальных ощущений, а спутанный бред — капельку волшебства. Кажется, в порыве чувств он признавался Даре, какой тот чудесный и как сильно Андрей его любил. И будет любить ещё сильнее, если тот принесёт уже ему этот чёртов телефон!

И чай!

И куриный супчик. Как у мамы. С вермишелькой. Буковками. У Андрея была пачка на кухне.

Потом он куда-то срывался, пытался идти, падал, его — возможно с матами, но не точно, — поднимали и укладывали обратно, он прижимал ко лбу прохладную ладонь, целовал её и снова признавался в любви этой заботливой ладони с мокрой, холодной, восхитительной тряпочкой. Вперемешку с ругательствами на всех языках, которые он мог вспомнить, потому что как его заебал нахуй этот сучий выблядский ёбанный вирус, чтоб ему засунуло ракету прямо в цепочку ДНК или РНК, что там у этой блядской короны было, и разорвало к ебеням!

Нахуй!

Нет. Андрей был самым ужасным больным в мире. Ещё и, наверное, вонючим. Он с отвращением понюхал себя под влажными подмышками, но не учуял ровным счётом ничерта, потому что конечно же! Ебанная корона. У него напрочь отбило нюх! Но зато он хотя бы выплыл из объятий бредового тяжёлого сна и почувствовал себя достаточно хорошо, чтобы бодро встать и сходить прогуляться. Ему невыносимо хотелось подвигаться и съездить на работу.

Бодро встать, правда, не получилось. Тот акробатический трюк, что выполнил Андрей, выпутываясь из одеяла и полусползая-полуспадая на пол тянул, откровенно говоря, на последнее место в каком-нибудь задрипанном чемпионате сельских школ. И заняло это времени примерно столько же, за сколько в лучшие времена Андрей успевал слетать в Северную Ирландию и вернуться обратно. Но он встал и даже пошёл. Хоть и опасно покачиваясь, как новорожденный щенок, поддерживая себя в вертикальном положении держась за тянущийся вдоль всего верхнего этажа стеллаж.

Остановившись в начале лестницы, он с раздражением подумал, на кой чёрт ему вообще понадобился двухэтажный лофт? Не мог, как все нормальные люди, обойтись одним этажом? Но можно было сколько угодно злобно пыхтеть себе под нос, задыхаясь и обливаясь потом, но попасть вниз возможно было лишь спустившись по лестнице. Нет, существовал ещё вариант спрыгнуть, но Андрей не для этого пережил чудовищную неделю в бреду, чтобы покончить с собой таким идиотским способом.

“Успешный румынский бизнесмен совершает суицид, спрыгнув с лестницы, не выдержав разлуки с любимой работой”.

Отстой. Да.

Андрей как можно сильнее вцепился руками в поручни, делая на пробу первый шаг в БЕЗДНУ. 

И бездна приняла его, как мучительно медленно спускающийся в своё нутро батискаф. Мышцы вяло дрогнули, но устояли, довольно бодро сделав второй шаг, третий, четвёртый, на пятом ему пришлось постоять и перевести дух. То ли лёгкие, то ли рёбра, то ли пресс болью отзывались на каждый вдох и где-то на седьмой или восьмой ступеньке Андрей взбесился! Он здоровый, активный мужчина в полном расцвете сил и лет. Как сраный Карлосон! У него даже есть собственный Малыш! И кошка.

Кстати, о кошке? А кто, собственно кормил Мурку? Наливал воду? Где вообще его кошка?!

На мгновение пронзил ужас, что он бросил свою любимую девочку умирать в страшных муках от голода, но потом сообразил, что кошки поумнее людей, и та бы не стала терпеть лишения, а пришла б и начала бы жрать его. Какая ей разница, какое мясо есть? А так как он точно не был ни в каких местах покусанный, то, видимо, кто-то о ней заботился. Кто-то, кто Дар. Потому что кто-то должен был заботиться и о нём: кормить, носить чай и сажать на толчок, ибо Андрей в своём состоянии сам бы до туалета вряд ли бы дополз. Особенно в самые плохие свои дни.

Это было неловко.

Ему пришлось ещё раз остановиться и передохнуть, и заодно осознать положение в которое он поставил Дару, буквально заперев его с собой. Присматривать за здоровенным ноющим капризным ребёнком сорока лет удовольствие, которой Андрей не пожелал бы даже врагу. Ну, быть может только ублюдку Ренделлу. Потому что тот заслужил! Андрей несколько месяцев как коршун кружил над 43-м складом, ожидая, когда его выставят на торги, а этот скользкий, пронырливый ублюдок влез без мыла и перехватил его ставку.

Сука!

Вот на кой чёрт ему понадобилась такая огромная квартира?

Андрей остановился возле конца лестницы, всё ещё держась за поручень и переводя дух. Окинул взглядом разворошенную, но пустую постель на диване, поверх скомканного одеяла на которой вальяжно развалилась Мурка, подняв при виде хозяина голову.

Кажется, живая...

Точно, живая. Андрей, в конце концов, ветеринар. Он мог провести визуальный осмотр собственной кошки!

Мягкий кожаный стул-кресло удобно стоял возле лестницы и манил присесть, передохнуть. Но Андрей был сильнее соблазнов, поэтому лишь воспользовался им как поддержкой, обогнув, прошаркал мимо телевизора и, закусив губу от дурноты, тяжело опёрся о фальшстену, что отделяла гостиную зону от обеденной. Похоже, на этом его супербодрая и суперактивная прогулка закончилась и, придётся ему позорно просить о помощи.

Ну, или хотя бы ещё немного отдохнуть.

— Дар, — хрипло позвал он, с трудом заставляя работать ободранные от кашля связки. Вышло так себе, как будто где-то раздавили ворону. Андрей откашлялся, поморщившись от боли, и попробовал ещё раз. — Дара, детка!

Ласковое прозвище слетело с губ прежде, чем он успел обдумать, когда они вышли на этот этап их отношений? С другой стороны, Дара выхаживал его бесконечно ноющее и бредящее тело почти неделю. Мальчик заслужил много благодарных и ласковых слов.

Андрей привалился спиной к стене, закрывая глаза и ожидая, когда перестанет мутить и кружить перед глазами. Вот начерта он делал все эти закаливания, обливания, обтирания и послушно пил каждую осень витамины, чтобы от какого-то сраного вируса превратиться в беспомощного котёнка.

Гадство!

+1


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » be my COVID darling