Strip
Lena

от Ло для Элис
— Да, уж поверьте, у вас обоих голова забита глупостями одного рода. "Но кто ж из вас мужчина", — хотелось спросить следом, но Реджинальд удержался от этой нападки, хотя на лице у него все было написано. Он это уже слышал. Вот буквально недавно, меньше часа назад. Они про одинаковые вещи говорят одинаковыми словами, боятся сходных вещей и считают однотипно глупые решения правильными. Но глупость свойственна молодости. И ладно бы Генри двадцать было, так ему в два раза больше, судьба наградила его второй попыткой, а он городит ровно то же самое, надеясь на другой результат.
[читать дальше]

The Capital of Great Britain

Объявление

АКЦИЯ
Из комиксов
ЧЕЛЛЕНДЖ #9
МУЗЛО!
ИТОГИ ОТ
19.07
ЛЕТНИЙ
ФОТОКВЕСТ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » Мракобесие и джаз


Мракобесие и джаз

Сообщений 1 страница 7 из 7

1


Мракобесие и джаз
.   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .

https://i.imgur.com/hdyAHCp.gif https://i.imgur.com/S3FvV66.gif https://i.imgur.com/a1CDg7J.gif
Thomas Darcy & Michael Carlisle
июнь 2017
переулки Лондона и уютный вечер джаза в клубе Бурлеск

Рисуй кровью
Апокалипсис сейчас.
На дворе средневековье,
Мракобесие и джаз.

+3

2

Шаги смеряли сухую вечернюю улицу с выверенной ритмикой. Квартал был знаком вдоль и поперек, а потому Томас мог на автомате пройти туда, куда нужно, едва отслеживая дорогу. Очень кстати, потому как глаза сегодня болели просто безбожно, и молодой священник то и дело принимался тереть их обеими ладонями прямо на ходу. Раньше он думал, что стоит ему нормально устроиться в церкви, как бессонница тут же прекратится. Не будет больше стрессов, перестрелок, поножовщины, наркоты, уголовников, угроз и побегов. Тихая, размеренная жизнь, утром на работу, вечером домой — вот, думал он, лечение от всех болезней, и придёт оно совсем-совсем скоро.
Ага. Выкуси. Пути Господни неисповедимы.
Стоило смириться с тем, что раз уже влез в этот Бедлам однажды, обратной дороги больше не будет. Чарли правильно тогда сказал, он сказал: "Все мы тут застряли, и одним только желанием этот круг не разорвать". Правда, ещё Чарли говорил, что Эйзенхауэр отравил Черчилля в больнице, а современный подход к индексации налогов навязан Шотландской национальной партией в ходе кампании по саботажу финансового благополучия Великобритании. Но, в конце концов, Чарли был любим не за свои познания и взгляды, а за большое, доброе сердце негодяя. Томас до сих пор сильно по нему скучал.
Можно даже сказать, что в память о Чарли он сегодня торопится на точку, не потратив ни минуты после своей основной работы. Да и не только сегодня — снова, и снова, и снова, изо дня в день, с полным пониманием того, что как бы он не мечтал о покое, Том никогда не покинет этих людей. Среди преступников всё ещё было много богобоязненных, отчаянных душ: взять, например, Кэрол Мартин. Её двоюродный брат, Сандор, отбывающий срок в Уормвуд-Скрабс, помог Томасу немного облегчить жизнь одному тамошнему бедолаге, а за это он попросил святого отца навестить сестру и убедиться, что у неё всё в порядке. И, конечно же, Кэрол, как приличная, благовоспитанная женщина, с порога вывалила на священника все свои проблемы, обозначив, что сил совладать с ребенком у неё нет. По счастливой случайности (которую отец Томас предпочёл оставить нераскрытой для Кэрол) он уже был знаком с Робби Мартином и пообещал сделать всё возможное. И под возможным Томас понимал не воззвание к высшим чувствам, а простое, доходчивое объяснение ситуации, которую возомнивший о себе парнишка из Манчестера вряд ли видит целиком.
В общем, обычный, ничем не примечательный вечер для отца Томаса.
На вечерних улочках Лондона священник, облачённый в простой чёрный костюм с такой же чёрной рубашкой, практически ничем не выделялся среди прохожих. Только маленький белый прямоугольник римского воротничка светился на шее, маленький оберег — или безусловный триггер, тут уж как посмотреть. Спасибо хоть сутану пастор разрешил оставлять в церкви, без неё можно было подобраться к цели гораздо ближе, пока она не разглядит воротник. Деловой вид дополняла небольшая кожаная сумка на длинном ремне, но всю солидность аккуратного образа подрывал вид замученного лица и глубоких тёмных кругов под глазами.
Свернув в сеть тихих переулков, запутанных для чужаков, Том с силой провёл ладонью по лицу и, встряхнувшись, свернул под заезд на наземную парковку. Пройдя ещё пару минут вдоль бетонных, замаранных граффити труб, он вышел к глухой стене дома, где на углу часто творилась местная уличная магия. Сейчас же там одиноко стоял детина на две головы выше священника, в джинсах с красными подтяжками поверх майки. Он постоянно оглядывался, нервозно переминаясь с ноги на ногу, как настороженный зверь. Робби Мартин: хитрый мудак, как говорят про него, добился в своём возрасте гораздо больше, чем все его завистники вместе взятые, и получил за это местечковую звёздную болезнь. Подсматривал за матерью, когда ему было четыре года. Смертельно боится поперхнуться насмерть.
Ты охуенно не вовремя, отче, — процедил Робби, сделав судорожную затяжку.
Дарси подошёл и встал рядом, спиной к стене. Привычка, минимизирующая шанс получить бутылкой по затылку. Запах и вид сигареты ощутимо вдарил по внутренним желаниям, но Томас только устало отвёл взгляд в ту сторону, куда смотрел Робби.
Не сквернословь.
Прости, отче, — машинально буркнул парень, не вынимая сигарету.
Прощаю.
А теперь, свали наху... Пожалуйста, падре.
И не подумаю. Ты знаешь, на чьей ты территории?
Я чё, я гуляю, — отмахнулся Робби, но дёргаться стал меньше. Большая рука повисла вдоль тела, машинально с хлопком обнаружив телефон в кармане.
Не лги.
Прости, отче, — так же машинально, извлекая в это время гаджет.
Прощаю. Не уверен, правда, что мою добродетель разделят местные.
Слушай, есть план, ясно? — Раздражённо парировал Робби, смахивая блокировку пальцем-сосиской, — Мне сейчас не до этого, уходи, серьезно.
Я пришел от Кэрол, — Томас заметил слабую тень, на мгновение проскочившую по лицу Робби. Заглянув в это лицо, священник протянул, — Будешь сидеть в Манчестере — у неё перестанет болеть сердце, Робби. Сейчас мы с тобой развернемся и пойдём со стороны подъездной улицы. Продолжишь сколачивать приспешников дома, заглянешь к маме, перезвонишь, наконец, Дженни, пока лишних отверстий в черепе не появилось.
Отряхнув пиджак, священник выпрямился и отошёл в сторону, жестикулируя в такт словам.
Мне неудобно читать тебе нотации на улице. Пошли, Робби.
Это ты иди, отче, — дёрнулся Робби, оборачиваясь к Дарси и сведя брови. — Не лезь, это мои разборки!
Нет, это не твои разборки! — Зашипел Томас, но в ту же секунду взял себя в руки, заметив удивление на лице парня. Продолжил он уже спокойно, — Пока тебя нет в Манчестере, тебя уже хоронят, и все твои потуги подсидеть босса проходят даром. Потому что люди знают, что бывает с бешеными псами, лающими на льва. Тебя застрелят, а твоя душа будет гореть в Аду. Давай, я устал, у меня нет времени.
Видимо, Робби что-то хотел ответить, но его прервал характерный шум. Они со священником обернулись туда, откуда разносились голоса. Робби быстро что-то отщёлкал в телефоне, а Томас вытянул из сумки чётки-розарий: такой простой аксессуар священника, безобидного дрыща, жмущего крест к груди. Только розарий Томаса, выкрашенный в привычный черный цвет, был собран из десятимиллиметровых стальных бусин на многожильном стальном тросе с эластичной оплёткой. Он подсмотрел это у одного буддистского монаха. Во имя Господа, такая штука могла стать неплохим подспорьем в выживании доброго слуги — и всяко была лучше ножа. Он накинул кольца розария на ладонь и прижал её к груди.
Прикинь, у нас тут паломничество к святым местам, — раздалось весёлое фырканье от группы незнакомцев.
Походу, святой отец ищет свой приход! — поспешил ответ под дружное улюлюканье.
Тебе не поможет священник, Робби. Не теперь, — качнул головой один из ведущих, — Надо было раньше молиться.
Томас не знал практически никого из них. Кажется, какие-то лица он мог заметить раньше, но не более того. Учитывая, что младший Мартин влез на территорию Карлайла, это могли быть его люди, а может местные бандиты — впрочем, перспективы это не меняло. Отрезвляющий холод опасности уже лёг на взбодрившееся тело.
Думаешь? — Усмехнулся Робби, выступая вперёд. Он был не так уж сильно младше Томаса, но без объяснения причин относился к нему как к старшему, а сейчас будто бы даже выгородить его попытался. Чтобы отче мог сбежать. Не в этот раз, парень.
Оставалось загадкой лишь то, почему Робби, при том, что он очевидно лез на рожон, стоит здесь один, без своих дружков? Он не слишком умён, прости, Господи, но вовсе не беспросветно туп.
Да срать я хотел, что ты там думаешь, — плюнул Робби.
В руках оппонентов блеснул металл.
Дело в том, что ты уже всех здесь умудрился достать, — наставительно пожурил в ответ главарь, — И вот опять я вижу тебя здесь. А раз по-хорошему не доходит, придётся тебя закопать нахуй. Простите, отче.
Прощаю, — машинально ответил Томас.
Не за "нахуй". Я люблю посылать "нахуй" и совсем этого не стыжусь, да. А вы, парни?
Позади него раздался одобрительный гул голосов.
Да, вот именно. Так что нахуй "нахуй". Просто тебя тоже придётся убрать, такие дела. Никаких свидетелей.
Если бы Дарси давали фунт каждый раз, когда он это слышал, он бы уже давно купил себе пост Папы Римского, беззастенчиво курил бы, лёжа на ватиканской лужайке, и потягивал папский коктейль из манго и маракуйи. К сожалению, этого не случилось, поэтому все силы уходили на подготовку плана собственного выживания. Господи, помилуй: только этого и не хватало после бессонной ночи.
Интересно будет посмотреть, как ты это провернешь, — без видимой тревоги подбоченился Робби. Надо сказать, это заявление вызвало некоторое замешательство, но ненадолго.
Тогда смотри внимательно, — бесцветно фыркнул явно уставший от болтовни вожак и ринулся вперед.
Как вдруг парень рядом с ним коротко вскрикнул и упал навзничь.
Томас не заметил, как люди подошли сзади, поэтому когда две банды рванулись друг на друга, он оказался зажат посередине. Сочные звуки ударов, короткие всхипы и рык раздавались со всех сторон, и священник попытался пробиться из массовки к стене. Чудом (а может и речитативом молитв в голове) Томас вырвался, но всё ещё был отрезан от мира сцепившейся сворой. Будь он персонажем какого-нибудь эпика, он бы громогласной речью остановил кровопролитие, внушив трепет и восторг сердцам дерущихся. В реальности всё же было гораздо прозаичнее.
И, в конечном итоге, от наблюдения за быстро редеющей манчестерской бандой его отвлёк выпад. Уклонившись, падре попытался ответить, но противник был явно опытнее и омерзительно сильнее его. Серия приёмов через колено кажется только разозлила мужчину, но в голове священника успела промелькнуть победная мысль о том, что ушиб стальным крестом ещё долго будет напоминать противнику о силе божьего гнева.

Отредактировано Thomas Darcy (10 Апр 2021 14:28:34)

+1

3

- Манчестер... - с полуухмылкой повторил Майкл смотря на циферблат, что обрамлялся платиновым ободком, инкрустированным маленькими бриллиантами, что не придавали пошлости мужскому аксессуару, а лишь подчеркивали статус владельца, а точнее его состояние, ведь все всегда в мелочах.
- Так от чего ж, они не остались в своем городе, где меньше наших людей и контроля?.. - он выдохнул густой сигаретный дым, смотря на своего советника, приподняв задумчивости бровь, и явно давая понять своим тоном, что его никакой ответ на сей вопрос его не устроит.
- Не знаю, босс - опустил глаза мужчина.
- А я вот знаю, Джеремайя. Потому что они поняли, что им тут есть, где разгуляться и ничто не угрожает. Да, мое дело работает на импорт, но часть сбыта так же важна, и чужаки не увидели угрозу. - Микки вздохнул и посмотрел на Джери,- А теперь ответь мне, почему чужаки перестали чувствовать угрозу? Мне кажется, ты забыл о том, что ты держишь цепных псов, - тон стал громче,- И ты до сих пор их не спустил?
Карлайл поднялся со своего кресла и подступил к окну.
Ты говорил, что всё под контролем, однако, я этого не вижу. Какого чёрта? Хочешь изучить дно Темзы? - мужчина повернул голову на своего собеседника,- Если ты не в состоянии решить проблему, давай я помогу тебе. Если ты думаешь, что у меня есть время возиться с мелкими сошками.
- Босс, прости, мы все уладим. Я все улажу. Они правда слишком резко вошли в город, они уйдут. Клянусь. У нас уже есть план, мы прессанем их всех разом. - Джеремайя заговорил быстрее, и закивал активно головой.
- Неужели?
- Эти крысы готовят засаду на наших людей, думают мы не готовы, и у нас нет ушей, а у нас все есть. Мы загоним их в один угол и объясним им, где их место. - чернокожий мужчина ударил кулаком в свою ладонь, заполняя звучным ударом тишину кабинета.
Знаешь место?
- Да, у них есть один отчаянный барыга, работает недалеко с "Burlesque", и мы там его и зажмем и всю их кодлу. Босс, я не подведу, я просто думал мы сделаем это раньше, чем дойдут слухи.
- Рядом с "Burlesque", - Микки ухмыльнулся и опустил голову в пол мотнув ей из стороны в сторону, будто не веря в подобную дерзость одних и оплошность других,- Что ж, решите это. Только без жертв, но так, чтобы все поняли, что пора уматывать.

Автомобиль Майкла остановился у клуба, Карлайл цокнул языком, поправляя пистолет на поясе, который скрывался под пиджаком, что идеально сидел на фигуре мужчины. Брендовые вещи это одно, но вещи сшитые на заказ под себя совершенно иное, особенно из дорогих тканей и именитых портных.
Майкл поправил манжеты, слыша как из ближайшего переулка раздавались звуки некой свары, что сопровождалась шумами ударов и влажных от крови всхлипов.
Как нехорошо, надеюсь это не отпугнёт клиентов Виктории... Впрочем, - мужчина взглянул на часы,- Все закончиться быстро.

Размеренный шум шагов через дорогу, к дому, чей фасад так и был расписан новыми граффити, точнее жалким подобием из черных линий, которым было далеко до какого-нибудь уличного искусства, или подобия, не говоря, например, о том же Бенкси. И от этого было еще более неопрятно осознавать, что город не спешил все это замазывать и избавляться.
Где же твоя чопорность, мой дорогой Лондон?
Шаги Майкла приближались к переулку, откуда фактически вылетел молодой паренек с лицом красного цвета из-за крови, что сочилась с его губы, носа и лба.
Как некуртуазно...
Еще шаг, и из переулка вышел Джеремайя закатывая рукава и смотря в сторону приближающегося мужчины.
Босс, Вы тут, а мы это, уже почти закончили.
Майкл прошел вперед, видя, как его люди остановились, плотно держа в своих крепких объятиях представителей Манчестера.
- Господа, какой позор, что так не гостеприимно, - усмехнулся Микки осматривая чужаков и примечая в стороне священника, - О, Падре, неужто у церкви так все плохо, что теперь служители бога стали приторговывать? Или так люди охотнее верят в Всевышнего?
Майкл цокнул языком, доставая белоснежный платок из кармана:
- Кто из вас, отбросов, тут Ульрих? - мужчина скользнул взглядам по лицам каждого, кого держали его люди,- Господа, я вроде весьма приветлив, - рука скользнула за пояс, и пальцы коснулись металла пистолета, - Что за неуважение, не представляться на чужой территории? Мне же придёться применить силу, а крови и без того достаточно, не так ли
- Я! И что дальше? - сказал тучный, невысокого роста человек.
- О, - Карлайл сделал шаг к человеку, и белый платок скользнул по его лицу, убирая излишки крови,- Приятно познакомиться, - движение рукой, и дуло пистолета оказалось прижато к подбородку Ульриха,- Приятно познакомится, я наслышан о твоей дерзости, и о твой верности своему работодателю, поэтому будь любезен, - спокойный и ровный тон Майкла закончился, и металл с нескрываемой угрозой полились в его словах,- Что еще один раз подобная выходка, и лес перегрызет глотки шакалам, таким как Вы. И ваши тела будут фундаментом новенького дома, какой-нибудь влюбленной парочки из верхов, что Ваша матушка никогда не узнает, что случилось с их сыночком. И поверь, в следующий раз, мы не будем столь нежными и дружелюбными. Пошли вон!
Майкл выпрямился, и его люди разжали хватки, позволяя людям из Манчестера уйти. Майкл откинул окровавленный платок в контейнер и протянул руку Джерри, что вложил мужчине новый, позволяя Карлайлу вытереть руки, и убрать пистолет на место.
Священник, он все еще оставался тут. Майкл не был религиозным и богобоязненным человеком, но что-то ему подсказывало, что подобным людям не положено болтать.
- Отче, - мужчина раскинул руки в сторону в примирительном жесте,- Мне весьма жаль, что Вам пришлось стать свидетелем столь досадной картины, но как видите, все живы и даже целы. Однако, Вам кажется холодно, и позвольте угостить Вас бокалом виски, я уверен, дел на сегодня у Вас уже нет. Тем более пока мои парни тут немного приберутся. Джерри, пойдем с нами, вдруг от переизбытка эмоций отче рухнет в обморок.

Ноги сделали с несколько десятков шагов, прежде чем они оказались у входа в клуб:
- Доброго вечера, Мистер Карлайл, - милая девушка администратор оказалась весьма быстро перед Микки,- Пойдемте, я провожу Вас к Вашему столику.
- Венди, ты просто чудо, - очаровательно улыбнулся Майкл. - Надеюсь шоу скоро начнётся, мой новый друг должен расслабиться. - Карлайл кивнул на священника и вновь хмыкнул.

+1

4

Томас хотел бы ответить бесспорному хозяину сегодняшней вечеринки про веру и про торговлю, но в тот момент вмешиваться было категорически нельзя. Ему всё ещё было важно, чтобы его подопечный выбрался отсюда живым, в остальном — Божья воля, о себе он думал в самую последнюю очередь. К тому же, не слишком удобно разговаривать, когда у тебя недвусмысленно болит бок, и тебя крепко держит бугай, немало обиженный прытью своего католического пленника. К счастью, ребра были, кажется, целы — было бы крайне досадно сломать их снова.
Признаться честно, в какой-то момент Дарси испугался, что Майкла Мэттью Карлайла — в том, что перед ним именно он, Томас был уверен — подведёт его старая школа и этикет криминальных боссов более высокого уровня. Надежда, конечно, оставалась, ведь, как писал Джек Лондон, умные люди часто бывают жестоки, глупые люди жестоки сверх всякой меры. Карлайл был умён. Он не должен был лично казнить таких мелких противников, просто не мог.
И не стал.
Поблагодарив Бога, святой отец отряхнулся и аккуратно прибрал своё нетривиальное оружие в сумку. Краем глаза он заметил, что Робби, уходя, оглядывался на него украдкой. Наверняка, парень укрепил свои яйца плотным ковром седой шерсти после этой разборки, его мать останется довольна. Майкл Карлайл, сам того не зная, сегодня помог исполнить богоугодное дело по возвращении ребенка домой. Конечно, Дарси бы с удовольствием обошёлся без кулаков, но он привык к такому стилю ведения дел. С волками по-волчьи.
Благодарю вас, — вежливо улыбнулся отец Томас, испытывая внутри страстное желание последовать за мелкими барыгами из Манчестера, а не за местным травяным бизнесменом.
Он не питал иллюзий на тему общения с большими начальниками. Как минимум треть шрамов на его теле появилась из-за таких разговоров. Сейчас Майкл поговорит с ним по душам, расслабит, а потом вежливо поинтересуется, насколько католический священник любит общаться с мирскими структурами. Очень бы хотелось, чтобы Майкл ему поверил, потому что в иных ситуациях святого отца защищала его репутация, здесь же он — никто.
Перед ними оказался клуб. Дарси мысленно вознёс молитву о терпении — нет, не из-за искушений, а из-за того, что заподозрил Майкла в желании посмеяться над ним. Впрочем, если это и будет ключевой идеей процесса, святой отец не расстроится.
О, не стоит волноваться обо мне, мистер Карлайл, — выдохнул отец Томас, старательно избегая более детальное изучение клуба. Путей отступления он не собирался готовить, а так всяко меньше искушений, за которые потом придётся просить прощение. — Вряд ли нечто подобное принесёт такому, как я, расслабление.
Он посмотрел на Майкла, слегка улыбаясь. Пусть видит, что священник готов играть по его правилам.
Вы ведь Майкл Карлайл, если я не ошибаюсь? — произнёс Дарси, когда их провожали в более элитарную часть зала, потом поспешил объясниться. — Много наслышан о вас. Вы поступили благородно, отпустив этих господ. Я знаю родителей практически каждого второго из них, и благодарю вас от их лица. При такой жизни каждый новый день как чудо.
То и дело священник бросал короткие взгляды в стороны. Тут и там он видел осколки оставленной жизни, колкие обломки страстей и свобод, которые он обязан был отринуть. Он замечал, как меняются лица посетителей, когда они замечают белый прямоугольник римского воротника на его шее, наверняка они присовокупят это зрелище к другим распиаренным прегрешениям представителей Римской Католической Церкви. Как бы хотелось сказать им всем, что рукоположение всё ещё оставило его человеком, он не начал думать текстами из Библии или состоять из миры и эфирной благодати, чтобы казаться в их глазах существом из другого мира.
Переведя дыхание, Дарси уставился перед собой, оценил красоту пола, а потом перевел взгляд на Майкла.
Можете называть меня отец Томас. Томас Дарси, — улыбнулся он, стараясь не выдавать лицом, как больно стреляет свежий ушиб в боку.

+1

5

Насколько сильно мог принести проблем этот священник стоило еще выяснить, и стояло надеяться, что человек вверяющий судьбу Богу не будет особо изъявлять желания идти в полицию или сотрудничать ни с теми людьми. Ведь он должен был быть умным человеком, особенно если общался с представителями не самых благородных профессий, таких как барыги, которые чаще всего были расходниками в большом бизнесе.
- Не переживайте, святой отец, это место полно искушений, я не спорю, но никакого разврата тут нет, это не дешёвый стрипклуб или публичный дом, это заведение моей супруги, так что тут у нас полная безопасность и лишь услада глазам эстетикой. - Майкл обаятельно ухмыльнулся,- Разве красота не способна расслабить? Это же как смотреть на картины, что вышли из-под рук великих. Люблю рассматривать картины Аннибале Карраччи или Клоде Лоррена, это дарует душевное успокоение. Тут можно смотреть на выступления с той же аналогией. Эти изгибы, синхронность танца и лишенный пошлости эротизм.
Священник держался спокойно, он даже казался спокойным, он явно выжидал исхода, понимая, что попал, и судя по тому, что мужчина назвал имя Микки, граф Карлайл мог понять, что святой отец действительно был погружен в мир нелегальных продаж весьма глубоко, впрочем, о Майкле достаточно писали и в газетах, как о меценате и игроке на рынке земли, и если этот человек его узнал оттуда, то он явно понял, что то, что пишет о нем СМИ лишь прикрытие.
- О, осведомлены, это чудно, - Майкл предложил святому отцу сесть за стол,- Значит вы знаете этих приезжих, Вы из Манчестера? Приехали оттуда спасать их души? - Микки, щелкнул пальцами подзывая официанта, - Мне пожалуйста стейк, medium rare и виски со льдом, - он посмотрел на священника,- Взгляните на меню, святой отец, выберете, все что захотите, Вы мой гость, а кухня тут отменная. Повара из мишленовских ресторанов, моя супруга очень трепетна до идеалов.
Майкл Карлайл был расслаблен, и чувствовал некую удовлетворенность сегодняшним мероприятием, ибо наконец-то эти мелкие раздражители получили по заслуга.
- Отец Томас, приятно познакомится, - продолжил Майкл,- Благородно значит я поступил, так считаете? - Майкл склонил голову,-Я уже давно не следую пути крови, в моей жизни этого было достаточно, у меня сейчас другие приоритеты, да и к тому же мелкий оборот для улиц тоже почти в прошлом, этим занимаются другие люди, но конечно подо мной, потому что если люди хотят травку, хотят вдохнуть гонжубасика то они должны быть уверены что в Лондоне он лучший. Знаете, почему я выбрал травку, при том, что есть то, что приносит куда больше денег? Трава не убивает.
Майкл устроила поудобнее в отдельной ложе балкона, смотря на то, как на сцене зажглись прожектора и в клубе стало тише, гости перестали говорить, позволяя музыке вступить в помещении наполненном предвкушением.
Музыка медленно началась, и из-за нахлеста двух тяжелых штор сцены появилась изящная нога в золотистой туфельке и приятный голос наполнил залу, и наконец-то вся исполнительница появилась на сцене в корсете украшенном россыпью страз.
- Спасаете души преступников вы значит? И что, помогает? Никогда не подумал, что богобоязненные люди могут нарушать так легко закон. Хотя, всегда же можно очиститься покаянием. - мужчина кивнул головой,- Мой отец был верующим,
надеюсь он в лучшем мире и его душу это спасло.

+1

6

Высокая эстетика подобных заведений, а также другие светские развлечения были отцу Томасу недоступны, но более всего его смутила неспособность поддержать разговор Майкла о художниках. Вот уж что его миновало на протяжении взросления — это художники. Не было ни единого момента, когда он мог углубиться в нечто подобное, жизнь была слишком насыщенной.
Не поймите меня превратно, мистер Карлайл, — уклончиво ответил Томас, виновато улыбаясь, — Когда вы ведёте образ жизни, сопряженный со множеством лишений, жажду может вызвать даже лёгкий намёк на свежесть воды, понимаете? Человек — заложник собственных страстей, но я постараюсь разделить ваши чувства по мере своих скромных умений.
Устроившись за столом, Дарси мимодумно сложил ладони на коленях, чувствуя себя ужасно неловко. Вновь порадовавшись, что сутана осталась в церкви, он бросил взгляд в сторону сцены, которую отсюда было видно просто превосходно. В иных обстоятельствах, Томас был бы даже рад немного посвятить себя "искусству", но вкрадчивый голос хозяина этих земель вновь вернул его на землю, полную опасностей и болезненных ушибов.
О, нет, я из Лондона, из Клэпхэма. Я работаю капелланом в Уандсворте, Уормвуд-Скрабсе, в общем, вы знаете. — Священник поднял глаза на официантку, потом на меню, совершенно растерявшись от тех названий, которые были перед его глазами.
Шевр с личи, крудо, пате... Господь всемогущий! Почему они не прилагают словарь к меню? Потому что ты должен знать все названия, если планируешь оказаться в таком месте, деревенщина, вот почему.
Соте из овощей и стакан воды, пожалуйста, — ответил он очаровательной девушке и украдкой перевел дыхание, как будто только что прыгнул с тарзанкой. Это название звучало наиболее невинно, к тому же, с овощами вряд ли можно сотворить что-то плохое. Так рассудил Томас и вернулся к разговору, с удовлетворением замечая, как расслабленно расселся Майкл.
Кто-то говорит, что выбор в пользу меньшего зла всё равно является выбором зла. Эти люди не совсем правы. Если в ваших силах не совершать непоправимых поступков, вы уже совершаете многое в защиту добра. Как я говорил, я благодарен вам. В деле, подобном вашему, как правило всё держится на силе, и если вы достигли такого уровня, когда держите в руках не пистолет, а общество этого города — вы добились успеха. Впрочем, для этого знания вам не нужны слова какого-то священника, — мирно улыбнулся Дарси и снова бросил короткий взгляд на сцену.
Его внимание привлекло движение, и он невольно задержал дыхание. Не стоило, вообще-то, лишний раз испытывать судьбу, а потому отец Томас с трудом перевёл взгляд на своего собеседника.
Я помогаю семьям заключенных, самим бывшим заключенным. И, как видите, люди из других сфер подобного рода мне знакомы. И, я вам скажу так, что богобоязненный человек не застрахован от бед, переполняющих чашу его терпения. Сытые, одетые, здоровые и образованные совершают более изощренные преступления и, как правило, не ищут искупления, в отличие от этих бедолаг. Бог создал всех нас равными, нет таких людей, кто не был бы достоин покаяния. И моя обязанность привести их к нему, ведь недостаточно лишь сказать "прощаю". Спасение человеческой души зависит, прежде всего, от самого человека.
Томас понял, что увлёкся, когда перед ним оказался стакан воды. Был ли он смущён собственной горячностью? Безусловно, да. Испытывал ли он неловкость за всё, что сказал? Ни в коем случае. Может, Майкл и играл с ним — наверняка, так и было — но Дарси был готов играть по его правилам. Ему нечего было скрывать. К тому же, с каждым мгновением он ощущал, что его шансы уехать отсюда в чёрном мусорном мешке становятся всё ниже и ниже, и это придавало ему смелости.
На всё Божья воля, — произнёс Томас, прикасаясь к стакану, — Нет ни единой причины, почему праведность может остаться невознаграждённой.
Он то и дело бросал короткие взгляды в сторону сцены, покручивая пальцами стакан на гладкой столешнице. Ощущение было, как будто он — жук, приколотый к дощечке напоказ тысяче людей, под тысячей прожекторов. Сердце учащенно билось, музыка казалась липким, душным продолжением наваждения, которое было послано, чтобы испытать его.
Дарси глубоко вздохнул и выпрямился, тут же вздрогнув и поморщившись, но быстро взял себя в руки и посмотрел на Майкла.
Вы, должно быть, хотите убедиться в том, что я не расскажу полиции о том, что меценат Майкл Карлайл угрожал расправой людям на улицах города и потенциально владеет одной из, если не крупнейшей сетью ферм, — он широко улыбнулся и чуть склонил голову. — Этим я бы добился, разве что, своего отравления тяжелыми металлами девятого калибра, а вы бы отделались парой напряженных вечеров. Я давно работаю священником для верующих барыг, торговцев, контрабандистов и подельников, начав задолго до своего официального рукоположения. Я люблю жизнь, мистер Карлайл, и не люблю боль. Я знаю правила. За меня мог бы поручиться кто-нибудь, но я не представляю, какие из этих имён могут оказаться знакомы вам. Льва обычно не интересует шакалья возня.

+1

7

- Мне трудно уложить в голове, как лишения могут привести к просветлению, ведь разве мозг не желает все время этих самых лишений? Истизая себя постом, разве будешь думать о душе, а не о вкусном стейке или бутылке хорошего вина?
Майкл продолжал держаться весьма спокойно, его даже стала увлекать беседа, которая подобно щупальцам изучала собеседника, проникала в его сознание, желая оценить насколько может быть проблемным данный представитель церкви, и Карлайлу казалось, что за всеми этими смиренными беседами крылось куда более интересная и воодушевленная личность.
- В ваших глазах я вижу осторожность, не бойтесь, отец Томас, я не такой страшный, как обо мне говорят. Я уже давно предпочитаю мир и спокойствие, возраст уже не тот, чтобы рисковать. И к тому же, я весьма лоялен, так что можете смотреть на представление, сколько будет душе угодно. Тут несколько танцовщиц из Безумной Лошади, из Франции. Вы считаете француженок красивыми? Я вот думаю, что в сравнении с британскими женщинами они хороши, но и среди англичанок, находятся бриллианты, правда если в них вмешивается инородная кровь.
Майкл сделал очередную затяжку, наблюдая за собеседником. Слушая его.
- Отчего же, мне интересно услышать, что обо мне говорят с другой стороны. - с одобрением сказал Майкл,- Как я уже говорил, я не сторонник войн, но каждый должен знать свое место. К тому же, разве не глупо лезть на занятую территорию, не обладая для этого ни ресурсами, ни силой? Звучит, как самоубийство, не находите? А ведь самоубийство это грех. - мужчина откинулся в кресле, слушая, как гости разорвали помещение очередной порцией аплодисментов и тяжелые кулисы захлопнулись, но буквально на пару мгновений, позволяя появиться в зале приме этого клуба, поющей и завораживающей американке, которую гости ждали.
Длинная фраза отца Томаса была тяжелой для непринужденной беседы, и Микки необходимо было несколько мгновений, чтобы оценить сказанное, понять, что он думает на этот счет, насколько он с этим согласен, ведь это было ответом на ранее заданной им вопрос, который неприятно не укладывался в мыслях мужчины, который вырывал себе власть и статус зубами, вгрызался в глотки врагов и бывших боссов, чтобы создать то, что было приемлемо ему.
- Я согласен. Человек сам распоряжается судьбой, своей жизнью, и поэтому сам несет ответственность за свои поступки и может определить их тяжесть. Я понимаю, что в христианской религии всякая душа священна, даже закоренелых убийц, растлителей и педофилов. Но разве это правильно? Разве покаявшийся педофил, что совершил десятки преступлений и старающийся измениться достоин покаяния? И в чем должен каяться человек, уничтожающий подобный мусор и спасая чужие жизни? - на столе появился и заказ и Майкл сделал новый глоток напитка,- Христианство много людей потопило в крови, а теперь священники говорят о покаянии, это как-то лицемерно. Призывать преступников к вере, это глупо, ведь они в большинстве своем пришли в подобное ремесло не просто так. Кто-то от жажды авантюр или чувства власти, кто-то от желания заработать больше, чем на работе в офисе и быстрее, кто-то от нужды. Разве это может как-то исправить вера и молитва?
Глаза священника бегали, а Карлайл не мог понять есть ли у него дискомфорт от подобного диалога, ведь он не мог назвать себя атеистом полностью, по крайней мере если это касалось его отца, он хотел верить, что душа Франклина где-то в хорошем месте, ведь его отец был потрясающим человеком, в отличие от самого Майкла. Да, руки Миик по молодости были по локоть в крови, но крови тех, кто не был невинной овечкой, в крови тех, кто и так заслуживал правосудия.
Слова Дарси и улыбка на лице Майкла стала довольной:
- Вы умны отче, я это ценю. Я знал, что мы поймем друг друга. Но, при этом ваше желание помочь обреченным весьма глупо, как по мне. Скажите, мистер Дарси, неужто кого-то удалось спасти, да так, чтобы кто-то после не сорвался?
И прошу Вас, ешьте, наслаждайтесь вечером, обещаю Вам, вы сегодня будете ночевать в своей постели и вас в безопасности доставят целым домой мои люди.

+1


Вы здесь » The Capital of Great Britain » Страницы жизни » Мракобесие и джаз